Сладкий плен (Amai Wana de Torokasete)

— Широмото, есть минутка? — Иенага сжимает пальцами моё плечо, и на его привлекательном лице появляется дружелюбная улыбка.       До этого момента мы с ним даже парой фраз не обменялись, поэтому я свято верил в то, что и в будущем ожидать каких-то изменений в наших отношениях не стоит. Впав в лёгкий ступор, пытаюсь понять, почему школьный идол вообще со мной заговорил, и молча следую за ним, заинтригованный происходящим. Судя по всему, мы направляемся в аудио-класс, который находится на углу третьего этажа. Обычно, после занятий, на этот этаж вообще никто не заходит — здесь находятся только спец-классы, которые в вечернее время всегда пустуют.       Иенага открывает дверь аудио-класса, пропуская меня вперёд. Я захожу в аудиторию и вижу там троих парней из свиты школьного принца. Тех самых, которые принимали участие в инциденте с маньяком-педофилом. Дверь за моей спиной со щелчком захлопывается. Так как трио продолжает хранить молчание, я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на Иенагу. — Бля, это отвратительно. Какого хрена ты подглядываешь за людьми? — А?..       Я чувствую, как по спине стекают холодные капельки пота. Хочется отправдаться, сказать, что я никогда ни за кем не подглядывал и вообще не понимаю, о чём идёт речь. Однако из моего горла не вырывается ни звука. Иенага же смотрит на меня точно так же, как на того маньяка в придорожном сортире. — Ты знаешь, о чём я. Ты ведь шпионил за нами в тот раз... — ??? — В туалете, возле станции.       Кровь резко приливает к голове. — Я... я ничего не знаю!       Хоть я и пытаюсь отрицать очевидное, судорожно мотая головой, по моему тону сразу становится ясно, что это ложь. К тому же, по лицу Иенаги видно, что он с самого начала не собирался слушать мои извинения. Его губы медленно растягиваются в насмешливой улыбке. — Ты прям как тот извращенец! Признайся, ты ведь смотришь на Иенагу и думаешь о всяких извращённых штуках, не правда ли? — говорит один из дружков школьного принца, похлопывая меня по плечу. — Э-это... — Фу, не говори о таких мерзостях. — первым отрицает сказанное Иенага, кривя губы от отвращения. — Ты ведь не знаешь о его грязных мыслишках! Этот придурок — настоящий изврат; в его голове явно полно всяких дерьмовых фантазий. — Хватит! Я даже представлять не хочу, как Широмото фантазирует обо мне. Это же отвратительно, аж блевать тянет.       Иенага толкает меня в грудь, и я, пошатнувшись, падаю назад. — Придурок.       Они окружают меня со всех сторон, громко смеясь, а я сижу на полу, не в состоянии подняться на ноги. Единственное, что я могу, это тихо ждать, когда же закончится этот кошмар. — Ты ведь, наверное, каждую ночь вопишь что-нибудь, типа: "О, Иенага, это так здорово!", да? — А может так: "Я хочу быть Иенагой, вот бы и ко мне кто-нибудь поприставал!", как тебе такой вариант?       Сейчас я веду себя так же, как и тот служащий: лишь молча соглашаюсь со всем сказанным. — У тебя же наверняка сейчас стоит, да? Эй, давайте снимем с него трусы и посмотрим! — У него, небось, всегда стоит. Так, держите-ка его.       Прихожу в себя и осознаю, что происходит, только тогда, когда мои руки припечатывают к полу. — Нет... Не надо... Остановитесь!       Я изо всех сил брыкаю ногами, однако это совсем не помогает, и через мгновение ремень на моих штанах оказывается расстёгнутым. Иенага стоит рядом, сложив руки на груди и ехидно ухмыляясь: он ничего не собирается делать сам, только отдаёт приказы. — Когда разденете, не забудьте пошире расставить ему ноги. Посмотрим, какой член у этого грязного педика.       От этих слов у меня по спине пробегает холодок: я паникую всё больше и больше с каждой секундой. — Ос-остановитесь!       Вжикает молния на моих штанах — их сразу же начинают стаскивать, не обращая внимание на мои слова и тщетные попытки вырваться. Однако в этот момент дверь со скрипом начинает открываться, и трио поспешно отскакивает от меня в разные стороны. — Что здесь случилось? — кто-то заходит внутрь. Я сажусь спиной к двери, дрожащими пальцами поправляя штаны и застёгивая ремень. — Ничего. Мы просто хотели кое-что обсудить, поэтому и собрались здесь. — отвечает Иенага. И ровный тон, и выражение лица делают его ложь очень правдоподобной. — О, Иенага? — Да, Куроки-сенсей. Я так рад, что вы меня знаете, даже несмотря на то, что преподаёте в нашей школе всего лишь первый год.       Учитель? Похоже, это один из новеньких, поэтому я не знаю, как его зовут. Хотя при таких обстоятельствах, я рад кому угодно! Он может стать моим спасителем, вытащив из этой передряги. — Я всех знаю. К тому же, ты ведь популярен, не так ли, Иенага? — говорит учитель, которого назвали Куроки-сенсей. — Ой, это же неправда! Вы намного популярнее меня, учитель. Это так здорово! — Спасибо.       Я должен воспользоваться этой ситуацией и сбежать. Однако, несмотря на то, что мысленно я уже принял решение, мои ноги так сильно трясутся, что подняться никак не получается. Между тем, разговор с учителем продолжается. — В любом случае, если вам есть, что обсудить, делайте это за пределами школы. Ваши голоса хорошо слышны на всём этаже, можно подумать, кого-то подвергают сексуальному насилию, заманив сюда. В особенности, это касается тебя, Иенага. Будь осторожен. — Учитель, это же ужасно. Я ведь парень! — В последнее время даже парням может грозить опасность. Так что лучше поторопитесь домой. А я тут всё закрою. — Хорошо, мы уже уходим. — после этих слов Иенаги, один из парней, словно по сигналу, хватает меня за плечо, с силой вздёргивая на ноги. — Этому мальчику плохо? — Нет. — без тени стыда, спокойно отвечает учителю Иенага. — Его просто девушка бросила. Он тут рыдал всего минуту назад. Верно, Широмото?       Однако я не в силах ответить. Кусая потрескавшиеся, дрожащие губы, позволяю вытолкать себя из аудитории. — До свидания, Куроки-сенсей. — Будьте осторожны по дороге домой.       Мы покидаем школу.