Сладкий плен (Amai Wana de Torokasete)

      Я даже не заметил, как мы прибыли к следующей станции. Как только двери разъезжаются в стороны, рука незнакомца, наконец, перестаёт меня терзать, погладив на прощание инстинктивно втянувшийся живот. Я облегчённо выдыхаю, медленно расслабляясь.       Однако уже в следующее мгновение меня хватают за локоть и рывком вытаскивают из вагона. Удерживающий меня мужчина уверенно продвигается сквозь толпу, насильно подталкивая меня в сторону лестницы, ведущей к небольшому, плохо освещённому зданию станции.       Как ни странно, мне совсем не страшно. Зато щёки предательски горят от смущения. — Ай!... — Меня затаскивают в туалет и тут же толкают в одну из ближайших кабинок. Незнакомец заходит вслед за мной и, защёлкнув дверь, поворачивается лицом ко мне. — Было бы жаль оставить всё, как есть, не так ли? Поэтому я собираюсь довести дело до конца. — на губах незнакомца появляется многозначительная улыбка.       Оказывается, у него очень красивое, мужественное лицо, что меня, без сомнения, шокирует. От его гипнотического взгляда волоски на руках встают дыбом, а кожа покрывается пупырышками. Ко всему прочему, он ещё и очень высокий, выше 180 см (прим. переводчика: тоже мне великан XD), так что мне приходится запрокидывать голову, чтобы его рассмотреть. И зачем вообще такому мужчине приставать ко мне?..       Пока я, словно зачарованный, витаю в облаках, незнакомец не теряет времени даром, потянувшись к моему блейзеру. Я непроизвольно вздрагиваю, судорожно вздыхая, что вызывает у него короткий понимающий смешок.       Непонятно, по какой причине, но моё сердце от его смеха начинает биться чаще. Я окончательно теряюсь и не знаю, что делать. Он же, быстро расправившись с пуговицами на блейзере, успевает снять с меня галстук и расстегнуть рубашку. — Что?.. — Я ведь уже говорил. Я собираюсь доставить тебе ещё большее удовольствие. — без проблем справившись с ремнём, незнакомец расстёгивает молнию на моих брюках, чуть приспуская их вниз. — Нет... нет! — Нет? Разве ты не показал, как сильно этого хочешь? — говорит мужчина, а в его глазах мне видится насмешка. Опустив крышку унитаза, он садится, притягивая меня к себе на колени.       Стоит нам оказаться так близко лицом к лицу, как от нахлынувшего смущения я краснею пуще прежнего. — Нет... это... — Неужели ты стесняешься? Можешь стесняться, сколько твоей душе угодно. Всё равно совсем скоро ты забудешь обо всём на свете. Это я тебе обещаю. — Его тонкие губы искривлены в жёсткой ухмылке, хотя глаза остаются по прежнему ясными и горящими от желания.       Сейчас его смех кажется мне холодным и колким. Руки мгновенно леденеют от страха, хотя щёки продолжают пылать от стыда. Но несмотря на то, что мне совершенно не нравится происходящее, я не вырываюсь, потеряв способность двигаться. — Ты уже целовался с кем-нибудь?.. Хм, не думаю. — мужчина отвечает на свой же вопрос, явно не ожидая от меня ответа, прежде чем коротко лизнуть мои губы своим горячим языком. Я в шоке застываю, перестав дышать. Но стоит мне открыть рот, чтобы сделать вдох, как язык незнакомца в ту же секунду проникает внутрь. Его пальцы вплетаются в мои волосы, а кончик языка нагло исследует глубины моего рта. Даже если бы я захотел вырваться, его рука на моём затылке не позволила бы мне это сделать. Голова отчётливо начинает кружиться от нехватки кислорода, поэтому я пошире открываю рот, на что мужчина лишь сильнее прижимается к моим губам, переплетая наши языки. — Ннн... ммм! — на меня накатывает слабость. Прямо как в тот раз, когда я потерял сознание от анемии: странная волна проносится от самой макушки до кончиков пальцев на ногах, заставляя их пугливо поджаться. Что же это такое?       Понимаю, что если не убегу прямо сейчас, может случиться что-то ужасное, но по какой-то необъяснимой причине я остаюсь на месте, позволяя незнакомцу творить всякие странные вещи со своим телом. Его мягкий проворный язык поглаживает нёбо, пробегает по зубам, трётся о мой язык — и от этого внизу живота всё сжимается, доставляя странно-сладкую боль. — Ах... нмм!.. — Хорошо, правда? Приятно, когда тебя вылизывают изнутри.       Стоило ему это сказать, как я понимаю, что по-прежнему стою с открытым ртом, причём явно не из желания вдохнуть побольше кислорода в горящие огнём лёгкие. Нет, это выглядит, скорее, как приглашение для очередного вторжения чужого языка. Между тем, ладонь незнакомца оглаживает мою грудь, прежде чем аккуратно сжать один сосок. — Аах!       Мои бёдра непроизвольно дёргаются. Прежние касания через ткань рубашки ничто, по сравнению с этим новым ощущением. Пальцы мужчины сжимают сосок сильнее, и я отчётливо вижу, как он твердеет. Меня бросает в жар, от чего тело покрывается капельками пота. — Нравится, когда я так делаю? — спрашивает незнакомец, на что я отчаянно качаю головой, не в силах признать очевидное. — Какой же ты упрямый. Тогда мне не остаётся ничего другого, как доставить тебе ещё больше удовольствия, — с усмешкой отвечает мужчина, демонстративно облизывая свои пальцы, а затем проводя ими по вершине и без того напряжённо торчащего соска. — Ммм.. ах.. нет! — Стоило его лишь немного увлажнить, и стало в разы приятнее, правда же?       Всё именно так, как и сказал незнакомец. Я чувствую, что стал более чувствительным к прикосновениям, чем раньше. — Хотя, знаешь, есть способ получше... — Нет! Что?..       Мужчина притягивает меня ближе. А в следующее мгновение его голова склоняется к моей груди. — Ах... нет! — он то посасывает затвердевший сосок, иногда до боли прикусывая его зубами, то начинает его облизывать, вызывая сладкую дрожь в моём ослабевшем теле. — Нет... нет!.. Ммм...       Что, чёрт возьми, происходит? Неведомое ранее чувство заставляет меня сильнее прижимать голову незнакомца к своей груди в попытке продлить это сладкое безумие. — Нет... больно! Ах... — Не толкайся в меня бёдрами так откровенно, когда говоришь "нет". — Но... я ведь... нет! — Ты трёшься об меня своим вставшим членом, малыш. — Н-нет... я не... — Нет? Тогда что это? Твои плавки уже промокли насквозь.       Рука незнакомца уверенно проскальзывает в расстёгнутую ширинку, сжимая моё достоинство сквозь ткань трусов. Он оказывается прав — бельё, и правда, мокрое от выделившейся смазки. — Ах... нет, это... — Я умираю от смущения и, вместе с тем, определённо не хочу, чтобы он останавливался. — Нет? Разве это не твоё семя сейчас пачкает мою руку? — Нет!       Мужчина снова склоняется к моей груди, облизывая сосок и одновременно поглаживая выпуклость у меня в штанах. — Нет... хватит!... мфф... — Ты снова лукавишь. Тебе же нравится происходящее, — говорит незнакомец, обдавая подрагивающий сосок горячим дыханием, а затем стремительно проникает пальцами под влажную ткань моих плавок. — Ах!... ах... ааа...       Он посасывает мои соски, сжимает, поглаживая мои гениталии, и я чувствую, как начинает кружиться голова, и земля медленно уходит у меня из-под ног. Не могу сопротивляться захлестнувшим меня ощущениям. Ещё немного — и я кончу. — Ты выглядишь так, будто раньше никогда не мастурбировал. Это так мило. — Ннн... ммм... — Слышишь? Твой хорошенький член говорит, что ему всё очень нравится. Он жаждет. — Нет... пожалуйста, не...       Моё тело плавится от наслаждения. Это просто смешно: незнакомый маньяк меня лапает за разные места, а я так себя веду. — Прошу... позвольте мне... — Очень жаль, но уже слишком поздно.       Я не сразу понимаю, что означают эти слова. Но стоит мужчине подняться, как до меня сразу доходит: незнакомец не спеша расстёгивает брюки, доставая оттуда свой эрегированный член. — Н-нет...       Меня охватывает паника. Я впервые вижу в живую чужой пенис: он сильно отличается от моего и размером, и формой. А ещё он так близко, что я могу рассмотреть каждую вздувшуюся венку на гладком подрагивающем стволе. И это меня определённо пугает. Я непроизвольно дёргаюсь, но незнакомец снова прижимает меня к себе. — Ты ведь хороший мальчик, подожди ещё немного. — Но... я боюсь!       Я действительно напуган и хочу, чтобы всё прекратилось. Однако, несмотря ни на что, я не испытываю отвращения к стоящему рядом мужчине. Это всё же мой первый раз, даже не представляю, что сейчас делать. — Дурачок, тут нечего бояться. Просто нам обоим нужна разрядка. Это приятно.       На губах незнакомца появляется улыбка, такая открытая и добрая, что я не могу отвести взгляд. А через мгновение мои глаза распахиваются на пол-лица — мужчина начинает покачивать бёдрами, потираясь об меня. — Ааа... нгх!.. — Моё тело словно немеет, а все чувства концентрируются в районе паха. — Нет!.. Мне это... н-не нравится! — Лгунишка. Это ведь приятно, не так ли? — Он продолжает тереться об меня, и наши члены скользят друг по другу, становясь более скользкими от выделяющейся смазки. — Ах, ах... нет... — Моё поведение настолько ужасно, что я не могу поднять на мужчину глаз из-за охватившего меня смущения. Лишь прячу лицо на его груди, судорожно сжимая пальцами мягкую ткань чужой рубашки. — Не делай такое милое лицо. — шепчет он мне в самое ухо, облизывая его кончиком языка. — Мха... ннн...       Мужчина обводит языком ушную раковину, а потом проникает внутрь, щекоча, прежде чем прикусить зубами мочку. — Ах... н-не... НЕТ! — никогда не думал, что мои уши являются эрогенной зоной. — И вместе с тем твои бёдра бесстыдно дрожат. — Н-нет... нет. — Бесполезно отрицать, малыш. — Ммм... ааах... — Я больше не в силах сдерживаться. Несмотря на то, что это неправильно, всё же пальцы незнакомца на моём члене доставляют слишком сильное удовольствие. — Ах, что... что мне делать? Я... я кончаю!       После моего признания, мужчина, с улыбкой, склоняется ко мне, снова накрывая мои губы своими. Я чуть отклоняюсь назад, переводя бессмысленный взгляд в потолок. Постепенно мир перед глазами меркнет, и я перестаю осознавать происходящее.       Когда я, наконец, прихожу в себя, то оказываюсь в той же позиции, поддерживаемый сильными руками незнакомца. Такое ощущение, словно моё сознание в какой-то момент просто отключилось: оказывается, мы оба кончили, а мои плавки снова на месте, и влажная ткань причиняет ощутимый дискомфорт. — Для новичка ты хорошо справился, — с улыбкой говорит мужчина. В ту же минуту, как наши глаза встречаются, я чувствую, как щёки опаляет жаркая волна стыда, поэтому поспешно опускаю взгляд в пол. Он же невозмутимо помогает мне привести одежду в порядок, а потом первым выходит из кабинки. - Это было забавно, - говорит на прощание в какой-то степени уже знакомый незнакомец, прежде чем оставить меня одного в туалетной комнате. Я же прижимаюсь к прохладной стене, не в силах устоять на ногах, и еще долгое время прихожу в себя, осмысливая происшедшее.