Egesa

      На следующий день Альфред выписывается, пусть и многие этому возражали. Выглядит Америка почти как обычно — только движения чуть замедленные, а так — бодрый, готов работать или, наоборот, развлекаться с улыбкой до ушей, и неизменно громко говорит. Он находит свои вещи в шкафу, постиранные и в каких-то местах зашитые.       «Кто об этом позаботился?», — размышляет Альфред, но особо не заморачивается — это либо Британия, либо Ирландия. Надев любимую летную куртку и туго завязав шнурки, он выходит из палаты и отправляется к Англии.       — Арти, ну что, поехали в замок? Ты же любишь при-и-и-израков, — хрипло протянул Америка, хватая Кёркленда за шею, но не душа, что было весьма приятно. Хотя для призрака Америка был слишком материальным и слишком теплым.       — И ты еще куда-то собираешься? — Англия выворачивается из захвата, невозмутимо переводя взгляд на собеседника. В глазах явно читается: «без рук». — Это не я люблю призраков, а они любят меня.       Что б и не любить — практически единственный человек, который не только их видит и при этом не боится, но и готов поговорить. Вот и липнут, как могут.       «Собственно, почему бы и нет», — подумалось Артуру. Он особо домой не торопился, хоть и понимал, что разборки не избежать. А Ирландия оказался внезапно хорошим братом, раз смог добиться такой отсрочки. Что-то в этом деле нечисто, в британской семье кто-то кому-то помогал только спустя тонну ругани или под угрозой расстрела.       — Ладно, — ответил он уже вслух. — Если я правильно помню… От городов достаточно далеко, но добраться можно.       Он снова вернулся к своей старой привычке: если в прошлом сделал или сказал что-то лишнее, то лучше сделать вид, что этого эпизода никогда и не было. Вот и сейчас он вел себя так, будто и не было вчера никакой ругани.       — А что мне не собираться? — удивился Альфред и сел рядом с Артуром. — Ха-ха, Арти, собирайся тогда. Призра-а-аки по тебе соскучились, — опять протянул он, понизив голос и даже чуть хрипя.       — Ага, денно и нощно мечтают, чтобы я скрасил им унылые вечера, — ответил Англия, складывая несколько книг в аккуратную стопку на тумбочке. — Тебе они, кстати, тоже обрадуются.       — С романтикой из костей с разграбленной могилы? — не преминул отметить Джонс.       — Разграбление могил не обещаю, но кладбище, где хоронили защищавших располагавшийся рядом форпост — запросто.       Тот замок Кёркленд видел лишь издали и один раз, много лет назад, но вот старинное кладбище запомнил хорошо, и то только потому, что Ирландия тогда остановился поприветствовать ряды надгробий. Тяжело, когда умирают множество человек сразу — каждую смерть ощущаешь как свою собственную.       Взяв с той же тумбочки мобильный, Кёркленд набрал сообщение Ирландии, приблизительное содержание которого можно было передать двумя предложениями:       «Встречай. И не дай Бог твоей задницы там не будет, когда мы доберемся».       Все возвращалось в привычное русло — Америка подшучивал над Англией, готовясь получить в ответ что-то вроде «Ты идиот, Джонс». Вытащив из шкафа вещи Артура, которые, кстати, были даже более потрепаны чем вещи Америки, он не оборачиваясь, кинул их Кёркленду.       Артур приподнялся с кровати, собираясь забрать свои вещи и переодеться, да так и приземлился обратно, ибо одежда с легкой руки Америки уже прилетела ему не то что бы в руки, но в лицо. Кёркленду оставалось только выругаться, снимая ее с себя.       Обернувшись, он увидел следующее зрелище: штаны приземлились на голову Артура, а футболка, небрежно кинутая Джонсом, устроилась сверху.       — Ну я еще ботинки не достал, — пожал плечами Америка, на всякий случай засовывая голову в шкаф. — Кстати, Арти, у тебя тут паук, — раздался голос Джонса и он, вытащив голову, стащил с носа паука. — Паук Пит…       — Только ботинки не кидай, — не особо радостно попросил Британия. — Иначе мне из этого госпиталя не выйти. — Стянув с себя больничные вещи, Артур с каким-то удовольствием начал переодеваться в свои, не особо прислушиваясь к разговорам Америки. — Собрата по разуму нашел? — негромко фыркнул Англия, натягивая на себя футболку. — Ну, забери себе, если так приглянулся, Ирландия не расстроится.       Джонс подсадил паука на свой палец и поднес к лицу.       — Не, он не поддерживает мои политические взгляды, — и преспокойно посадил паука обратно в шкаф, захлопнув дверь и без стеснения смотря на переодевающегося Артура.       — Какая «жалость», — притворно посочувствовал Англия. — Даже паук против твоей политики.       Что же. Одежда пусть и заштопана, зато чистая и относительно выглаженная. Артур одернул штанины и поднялся на ноги.       Заметив синяки на ногах и вообще на всем теле Англии, Америка поправил очки и вытащив из шкафа ветровку Кёркленда, протянул ее Англии.       — Это я тебе на ребрах пооставил синяков? — Соединенные Штаты виновато улыбнулся.       Артур наклонился, вытащил ботинки и переобулся. Не стоило заставлять Америку ждать, опять начнет проводить сравнения с улиткой.       — Что посвежее — да, — подтвердил Артур, затем выпрямился и забрал ветровку из рук Америки.       Накинув ее на плечи, Британия забрал с тумбочки мобильный. Устройство не отключилось только потому, что в госпитале нашлась возможность зарядить его не от родного провода. Зарядное же, как и кошелек и визитница, остались в борсетке, а что с ней стало… сгорела, скорее всего.       — И я не верю в призраков, Арти, — Америка подмигнул Англии, вышел из палаты и зашагал по больничному коридору.       — А они в тебя верят. И не прибегай ко мне ночью, если станет страшно. — Англия вышел вслед за Америкой и прикрыл за собой дверь.       Проверив карманы куртки на наличие вещей, Америка довольно улыбнулся и чуть не врезался в стену.       «И все-таки… Мне стыдно за такие следы, — Америка растрепал волосы на собственном затылке и посмотрел на Англию. — В ближайшее время лучше помолчу», — обещание, данное Америкой самому себе, было невыполнимым. Но почему бы не дать Штатам помечтать?       Телефон в руках завибрировал, напоминая о пришедшем сообщении, поэтому Артур на ходу разблокировал его и мельком просмотрел смс.       — Пишет, что мы можем добраться как воздухом, так и землей, — вслух произнес Кёркленд. — И тот и тот вид транспорта в нашем распоряжении. Только, похоже, нам самим добираться не доверяет, послал кого-то из своих людей.       — Я бы тоже не доверял, — хмыкнул Америка, выходя из дверей на улицу. — Учитывая, какую шумиху мы подняли. Лучше землей — водишь здесь лучше ты, да и поездом я управлять не умею.       — Какой еще поезд? — недоуменно переспросил Англия.       Если добираться туда поездом, учитывая, что железнодорожных путей там и вовсе нет… да, дорога обещает быть о-очень долгой.       Насчет шумихи Америка, конечно, прав — стопроцентно о происшествии уже знают все и вся, если вовремя не перекрыли каналы и не замяли всю историю в рамках заинтересованных сторон.       — А с тобой я в пилотное кресло больше не сяду даже если мне предложат… — Альфред на секунду задумался, решая, что могло бы заставить его согласиться взять Артура как второго пилота. — Ну, скажем, амулет времени, — и удовлетворенный собственной выдумкой, Альфред зашагал прочь от госпиталя.       — Больно надо, — фыркнул Артур, отворачиваясь и делая вид, что высказывание его вовсе не задело. — Ты, похоже, вообще меня не слушал, когда я сказал, что со всем разобрался.       Далее Англия надолго замолчал и погрузился в свои мысли, пока ноги автоматически несли его к выезду с территории госпиталя. Он искренне верил, что свою проблему с внезапными отключениями решил, ведь больше подобного не повторялось, ему даже удавалось нормально заснуть, пусть и не без помощи лекарств. Провалов в памяти тоже не обнаруживалось, кроме тех, что уже были.       В Ирландии Джонсу нравилось — здесь все было более шумно, более насыщенно, не то, что тоскливая и тусклая Англия с переменчивой погодой и хмурыми облаками. Да и Ирландия Джонсу нравился — достаточно шумный парень, веселый, и несмотря на возраст, не утративший чувства юмора, в отличии от Артура. Да и Англия всегда раздражался на ирландский акцент, который иногда Альфред подделывал. Смесь американского английского и ирландский акцент, изображаемый американцем — о, Альфред вполне обеспечивал Кёркленду нервотрепку одной своей речью, не говоря о поступках.       Погода на удивление радовала проглядывающим солнцем. Только в Ирландии она еще более непредсказуемая, чем в Англии, успеет раз двадцать поменяться.       На выезде их ожидал внедорожник, за рулем которого уже кто-то находился.       — Как видишь, поведу даже не я. Вот это и значит «не доверяю», — произнес Великобритания, оценивающим взглядом смотря на водителя.       Америка залез в машину, предварительно пропустив Артура вперед, а вот сам залез на переднее сидение. Пристегнувшись, Америка откинулся на спинку и закрыл глаза.       Англия преспокойно забрался на заднее сидение. Ему же лучше — места больше. Пристегнувшись и специально ослабив ремень, Артур умудрился повернуться и, уперевшись спиной в дверь, частично выпрямить ноги.       Америка радовался, что вскоре окажется в замке. Он не верил Англии и вообще считал все это шуточками, но вот просто побродить по замку, посмотреть историю и хоть на секундочку погрузиться в атмосферу прошлого. Англия сразу привозил ему новейшие изобретения, и Америка узнавал у него о замках лишь по рассказам. Поэтому он был рад поездке.       Присланный Ирландией человек свое дело знал: вел аккуратно, говорил мало и по существу. Кёркленд, лениво смотря в противоположное окно, спрашивал его о местности, в которой расположен замок. Как оказалось, помнил Артур практически правильно: рядом с замком раньше был форпост, разрушенный при военных действиях, а теперь на его месте построили небольшую деревню. Больше вокруг замка ничего и никого не было: поля, леса, небольшой пруд. Ну, кладбище еще, его переносить не стали.       Дорога была не самой ровной, но движение его успокаивало, и вскоре Америка задремал. Ему показалось, что Англия о чем-то разговаривал с водителем, но о чем, сути не уловил. Но через полчаса он проснулся. Зевнув, он взглянул на спидометр — «60 км/ч. Улитка».       — Чувак, я понимаю, что здесь не городские трассы, но… Прибавь газу, пожалуйста.       Англия и сам начал понемногу засыпать, но недовольный голос Америки заставил его открыть глаза и снова просмотреть в окно. Идиллическая картина: тряпичные облака, бескрайние изумрудные луга, игрушечные пушистые овцы.       Водитель ответил, что они скоро прибудут к месту назначения, но просьбу выполнил.