Былое в прошлом

Обойти вокруг бараков и приблизиться к крайней высокой двери – вход в отдельные апартаменты для лейтенанта Абараи. Впервые Бьякую посещает мысль: каково ему живется здесь, ведь у него нет и никогда не было своего дома… Легкий стук в дверь костяшками пальцев. Ренджи почти тут же распахивает дверь и с улыбкой встречает своего капитана: - Проходите! В воздухе витает приятный запах рыбы, риса и у аристократа практически сразу же, как только он переступает порог дома, урчит желудок. - Ренджи, я, наверное, заставил тебя ждать? - говорит он как можно громче, чтобы заглушить постыдные не прошеные звуки. Благо этот красноволосый лопух не слышит! - Нет, Вы вовремя! У меня как раз горячее на ужин готово! – ответил, простодушно улыбаясь, Ренджи. – Вы же будете горячее? «Еще бы я сейчас отказался…» Бьякуя слегка приподнимает тонкие брови и опускает взгляд, что добавляет его виду особой важности: - Пожалуй, буду. - Рис со специями и кусочки рыбы, - хозяин дома словно спрашивает одобрения гостя, и аристократ положительно кивает головой. В гостиной за столиком они едят молча. Бьякуя, прежде чем приступить к ужину, пообещал себе, что не станет съедать все, что ему положили на тарелку. Некультурно. Надо оставить хотя бы кусочек рыбы. Однако рука с палочками не подчиняется, и он опустошает всю тарелку. А к еще большему стыду с губ срывается: - Можно мне добавки? Надо признать, что было очень вкусно! Рис получился особенным из-за необычного привкуса каких-то новых незнакомых специй, вероятно, принесенных из Мира Живых. Ренджи, пытаясь скрыть довольную улыбку, опускал голову и тоже ел. Он уже успел переодеться в какую-то домашнюю темно-бордовую юкату (благо не в цветастое кимоно – Бьякуя тот безвкусный наряд терпеть не мог). Волосы, обычно туго стянутые в высокий хвост, теперь были слабо завязаны тонким желтым шнурком в районе плеч. Длинные прядки свисали вниз, обрамляя широкие плечи, струясь по его спине. Несколько непослушных более коротких свисали с висков, еще несколько более пушистых и густых – на лицо, так что татуировки на лбу, даже без его привычной банданы, было почти невидно. Бьякуя бы загляделся, если б Ренджи почаще сводил с него свой взгляд. Но в карих глазах не было ни вызова, ни дерзости, ни какой-то темной страсти, которую сейчас Бьякуя больше всего боялся и не хотел, потому как боялся самого себя и своей ответной непрошенной страсти, что могла всплыть на поверхность в любой миг, дай ей волю. В них были только тихое восхищение и теплота. Добрая улыбка внушала доверие. Отправив в рот последнюю порцию риса, Бьякуя отложил тонкие деревянные палочки. Ренджи тоже закончил ужинать и собрал со стола чашки. - Было очень вкусно. Спасибо, - произнес Кучики. - Сейчас я принесу десерт. Капитан, чай или кофе будете? Он надеялся, что тот выберет кофе, ведь в прошлый раз капитану понравился необычный вкус нового напитка, и вообще, Ренджи заметил, что Бьякуя любит пробовать новую еду, хотя немного и побаивается. - Наверное, чай, - неуверенно ответил Кучики. - А кофе? – спросил он несколько обиженно. - Ну, если только с сахаром. - Естественно с сахаром! Рыжий тут же на радостях убежал на кухню, попутно унося с собой уже не нужную посуду со стола. Оставшись в гостиной в одиночестве, Бьякуя огляделся. Возможно, в прошлый раз и не заметил, зато теперь взгляд зацепился за яркую красочную маску, висящую на стене. Радужные перья переливались и отблескивали даже в тусклом приглушенном свете вечернего светильника. Чуть подальше от маски, ближе к углу гостиной висела резная деревянная картина с изображением девушки с совой на плече. Бьякуя оторвал от нее заинтересованный взгляд, повернулся и выпрямил спину, как только хозяин дома вернулся с десертом. - Вот, кушайте, - Ренджи поставил на середину стола глубокую чашечку, наполненную шоколадными шариками из печенья и тарелку с мармеладом, затем принес две чашки с кофе. Бьякуя снова взялся за палочки, подцепил один шарик, но тот тут же развалился на несколько частей. - Да ладно Вам, берите руками, так удобнее, - чтобы доказать сказанное, Абараи взял аккуратно шарик и отправил его прямиком в рот. Перед ним, Абараи Ренджи, можно было не стесняться, а больше рядом никого не было и никто не мог видеть, потому Кучики последовал его совету и тоже стал брать шарики руками. Они оказались неожиданно вкусными, рассыпчатыми и мягкими. Аристократу казалось, что уже после двух порций риса с рыбой он не сможет много съесть, но шарики хотелось есть снова и снова. А еще мармелад – кисловато-сладкий зеленый и очень сладкий, даже немного приторный, красный, тоже хотелось есть. Кофе остывал, пока он управлялся со сладостями, поэтому Ренджи чуть позже предложил добавить кипятка. От чашки шел белесый пар. Бьякуя держал ее обеими руками, с осторожностью отпивал, чтобы не обжечься, и ставил обратно на стол, не отпуская, все так же обхватив горячую поверхность кружки. - Рад, что Вы зашли ко мне… - откашлянувшись, начал лейтенант, решив, наконец, прервать тишину. Мельком взглянув на него, Кучики промолчал. - Я тогда еще, в тот день, думал, что мы посидим вот так, поужинаем вместе. Снова молчание в ответ. - Приходите ко мне почаще. Бьякуя опустил ресницы: - Поживем-увидим. - Знаете, так не хочется завтра с утра на продолжение фестиваля! Может, пойдем чуточку позже, капитан? – почти просительно произнес Ренджи. Бьякуя был непоколебим. Он даже не счел нужным ответить на вопрос. - Ренджи, что это за деревянная резная картина? Удачно тему перевел, ничего не скажешь! - А, эта? Так я ее из Мира Живых принес. Мы с Хисаги-саном как-то раз гуляли, зашли в магазин и … - Ренджи, - прервал Бьякуя, не дав договорить. Каждый раз, когда Кучики вот так произносил его имя, у него сердце обрывалось. Голос капитана, мягкий, бархатный, теплый… В нем почти что нотки нежности… От незатейливых мыслей Абараи бросило в жар. Он опустил голову: а вдруг щеки покраснели?! Стыдно. - Может быть, мы с тобой как-нибудь прогуляемся по Каракуре? Покажешь мне интересные места. Ты же там уже нормально ориентируешься и все знаешь. Мне бы хотелось отвлечься ненадолго от здешней суеты. Слова заставили Ренджи округлить глаза и забыть о своем, возможно, покрасневшем лице. Он вскинул голову. - Капитан, Вы серьезно?! Не может этого быть! На устах Бьякуи играла слабая добрая улыбка… У руконгайца дар речи пропал… Нельзя же так травмировать психику! Улыбка Кучики Бяькуи и в самый неподходящий момент… Боже! Какая у него улыбка!.. Не могут существовать на свете такие дьявольски-красивые люди… Определенно, Бьякуя - не человек. Видя замешательство Ренджи, аристократ согласно кивнул: - Я серьезно. Почему бы и нет? Кучики сам совершал красноречивые поступки. Он провоцировал, делал шаг навстречу, а следом два на попятную. Его было не понять, хотя сам он, наверняка, понимал всю подоплеку происходящего и понимал, что творится в голове руконгайца. Издевался, что ли?! Одних его до невозможности прекрасных милых улыбок было предостаточно, чтобы у Ренджи сносило крышу, и тот уже даже не боялся признаться себе в том, что его тянет к мужчине, ведь поначалу собственные домыслы пугали не меньше, чем очередные новые эксперименты маньяка-Маюри. Но если бы капитан Кучики действовал напрямую и не строил сложные путанные ходы, словно для всех окружающих и для самого себя в первую очередь лабиринт выстраивал, это был бы уже не капитан Кучики. А отсюда следует вывод, что все так и должно быть, верно? Что Бьякуя все делает правильно, пытаясь намекнуть Ренджи, возможно опасаясь и лишний раз осторожничая, что он ему нужен не только как заместитель. Внезапно поймав на себе внимательный взгляд серо-синих глаз, которые сейчас при слабом освещении казались совсем темными, Ренджи осекся и протянул: - Ну-у-у… Эээ.. Да. Можем, конечно! Я с радостью пойду с Вами… Слова оборвались. Он не знал, что говорить дальше, сидел, сгорая от стыда и от своих неприличных мыслей. «Ой, лучше б капитан хорошенько двинул по голове, может быть, тогда мои мысли прояснились бы?» - Тебя это так смутило, - вдруг сделал вполне точное замечание Бьякуя, и Ренджи чуть было не ахнул. Он готов был сквозь половицы провалиться лишь бы не терпеть на себе этот испытующий взгляд серо-синих глаз. - Нет… я просто… - Ну вот, - томно вздохнул Бьякуя и прикоснулся кончиками пальцев к все еще теплой кружке с недопитым кофе, - мы договорились, что посидим как капитан и лейтенант и не будем акцентировать внимание на наших странностях. Не получается. - Капитан… насчет всего этого… Не говорите так, как будто за странностями подразумевается нечто страшное и запретное! Я могу одно сказать: мне просто нравится, когда Вы приходите ко мне… в гости… Мне нравится, когда мы общаемся… ну… вне… Вне офиса что ли… - В не рабочей обстановке? – вкрадчиво поинтересовался капитан, видя слишком сильное смущение Абараи, голос которого ему отказывал, да и мысли, похоже, путались. - Ренджи, я понимаю тебя. Но, знаешь, цель моего прихода к тебе несколько иная. Я не могу сказать тебе, что мне нравится проводить с тобой время в не рабочей обстановке. Лгал ведь… Слушая его, Ренджи согласно кивнул. Да. Он был с этим согласен, несмотря на то, что было неприятно от этих слов. - Однако не могу сказать, что не нравится. Если бы мне было неприятно, я бы не пришел, верно, ведь? А вот это уже немного радует… - Но сегодня, я здесь, потому что мне необходима была твоя компания. Она помогает отвлечься… Сейчас Бьякуя уже сидел с привычным каменным лицом, смотрел на кофе и еле уловимыми движениями тонких пальцев водил по керамической поверхности кружки. Наверняка внутри него шумит ураган, кипит лава, только он это не показывает, тщательно скрывает за своей маской. Сорвать бы ее… - Я понимаю… А мне просто хорошо с Вами… Ляпнув это, Ренджи замер, пытаясь предугадать дальнейший ход Бьякуи. Он играл с огнем, и он сам это прекрасно понимал. Но, что если, ему удастся укротить этот огонь, приручить? Точнее, не огонь, а ледяную глыбу. Огонь – это он сам. А Бьякуя – лед. Холодный, жесткий. Но стоит только согреть, и он начинает плавиться в руках, становится мягким, послушным… Вероятно, с Бьякуей нужно так же… Непроизвольно мысли снова ринулись не в ту сторону. Ренджи, окинув сидящего напротив него мужчину беглым взглядом, судорожно сглотнул. - Это ненормально, - заключил Бьякуя. - Мы уже не один день работаем вместе, капитан, и уже даже не один год. Мы привыкаем друг к другу и это хорошо. Не должны же мы по сей день ссориться и конфликтовать, как это было сначала, - Ренджи приложил немало усилий, чтобы голос звучал ровно, без дрожи. - По-твоему, это мы так привыкаем друг к другу? – удивленно спросил Бьякуя. - Да… - А поцелуи обязательны для привыкания? – вдруг спросил Бьякуя, заставив Абараи снова густо покраснеть. – По-твоему, все капитаны так общаются со своими лейтенантами? После его слов бурная фантазия Ренджи тут же представила Маюри, целующим созданную им же Нему, затем Роуз и Кира, Омаэда и Сой Фонг. На секунду подумалось, а вдруг Гин и Кира целовались? А Ямамото и Сасакибе?! Тем более, они так долго работали вместе, и Сасакибе был так ему предан! Но Ренджи от этой идиотской мысли самому не по себе стало и почудилось, что вот-вот может стошнить. Потом пришло внезапное осознание, что не так много капитанов имеет при себе мужчин-лейтенантов, а тем, у кого женщины, явно повезло…Наверное… Видя смущение своего лейтенанта, и догадываясь о том, каков сейчас ход его мыслей, Бьякуя почти неслышно хмыкнул и отвернулся, вновь отпил кофе. Запах этого напитка был настолько приятен, что кружку отводить от лица не хотелось. Он прикрыл глаза: - Глупости какие-то получаются. Выждав несколько мгновений, он холодно процедил: - Но ты же недоговариваешь. - О чем Вы?.. - Ты говоришь, что тебе нравится проводить со мной время и что тебе со мной хорошо, так? - Да… Голос Ренджи уже звучал так, словно он незримо сжимался в маленький комочек, который Кучики Бьякуя элементарно не посмеет тронуть. Почему-то сейчас Ренджи ощущал в себе сильный страх перед ним. Даже сильнее, чем тогда, когда они только начинали общаться и работать вместе. - Это все? – спросил Бьякуя холодно. Ренджи молчал. - А почему ты не говоришь, что хочешь меня? - Ээээ … Рыжий буквально закипел. Слова, брошенные сейчас, стрелами вонзились во все его существо. - Что … Вы такое.. говорите?... – промямлил он. - Я говорю то, что есть на самом деле! – уже более громко, строго и властно бросил Кучики. Пальцы его сильнее вжались в поверхность кружки. – Думаешь, я не понимаю этого?! Все прикосновения и поцелуи – но я тебе уже сказал однажды – я не гей! - Капитан! … резкое движение, которое произошло за считанные секунды до шунпо. Ренджи не позволил ему встать с места, бросился через стол, обхватил за плечи. Руки Бьякуи нечаянно выронили кружку, и она звонко брякнулась о деревянный пол, разломившись на несколько осколков и расплескав весь кофе…