Le chemin de l'amour

POV Кенна       Я ехала вместе с Франциском домой. Мы ехали уже как два часа. Тишина угнетала меня и поэтому я спросила. —Когда мы приедем во дворец, что скажет Мария? Я ведь её обманула.—мне было стыдно, я никогда не врала подругам, а тем более Марии. Король посмотрел на меня и улыбнулся. —Я пообещал брату, что усмирю пыл своей жены. Не бойся, она тебе ничего не скажет. Да и к тому же, если бы я не назначил Баша главнокомандующим, он бы мог приезжать к тебе, но увы. Есть одно «но», если усмерить злость Марии и девочек я смогу, то Диана де Пуатье никогда не станет меня слушать. Поэтому вот так. Хотя, ты можешь сказать, что это гормоны. Твоя беременность, это сразу и плюс и минус для тебя. Я бы мог тебя отпустить на фронт, если бы не твоё положение. С другой стороны, осознания того, что в твоём чреве находятся дети моего любимого брата, делают тебя неприкосновенной для меня и дают тебе мою защиту от любых напастей. А так как я король, моя защита дорогого стоит.—он улыбнулся. —Почему? Почему вы так относилась к Башу? Ваша матушка его ненавидит. Для всех он всю жизнь был бастардом, которого и быть то не должно. Но почему дети короны его так любят? —спросила я вопрос, который долго мучал меня, ещё с того времени, как я сама недолюбливала смазливого бастарда. Тогда он был заносчивый, самовлюбленный, но все такой же добрый, смелый и отзывчивый. Что-то жарко стало. Он был такой красивый! Угомонись Кенна, он твой муж. И красотой он не был обделен никогда. Я довольно долго прибывала в своих мечтах, пока Франциск все же не решил ответить. —Баш был первым ребёнком отца. Его он всегда любил больше, чем кого-либо из своих детей. Им не дорожили, за ним не ходили по пятам нянки, поэтому он самый умелый из всех нас. Пока меня, моих братьев и сестёр готовили к становлению на пристол и выходке замуж за принцев других стран, Баш учился тому, чего хочет, гулял где хотел, был свободным. Пока мы были заняты тем, что учились правильно держать осанку и говорить то, что надо, а не то что хочется, брат учился владеть оружием и ориентироваться на местности. Его не загоняли в рамки и поэтому он так много умеет. Когда он приходил поиграть с нами, это была такая отдушина от скучных занятий и нудных учителей, что мы всегда ему радовались. Баш всегда приходил с улыбкой, принося с собой разные вкусности, которые нам не всегда разрешали есть. Девочкам приносил какие-нибодь заколки, которые покупал на рынке. Это были не дорогие подарки и поэтому они были ценные для нас. Обычно придворные покупали нам подарки, только для того чтобы задобрить отца, а брат это делал от всей души, чтобы порадовать нас. Он никогда нам не врал. Брал на себя нашу вину. Всегда защищал нас и помогал в трудную минуту. Мне кажется мы родителям так не доверяли как ему. Да и сейчас почти ничего не изменилось. Ты видишь как брат хорошо общается с Шарлем и Генрихом. Как ты думаешь, можно ли не любить и не уважать человека, который не раз спасал твою жизнь, платя всегда высокую цену. —Когда вы искали вместе Тьму, муж спас тебя от смерти.—сказала я явно припоминая этот случай. В этот же день меня выдали замуж за Баша. —Да, хотя мог этого не делать. Лёд был толстым, а вода холодной, если бы он тогда быстро бы не сориентировался меня бы сейчас не было. Ещё он спас Марию от еритиков. Помнишь? —Помню. Ну это же не все. На его груди и спине много шрамов, многие из которых оне получил в детстве, как он говорит. Откуда они?—спросила я. Франциск точно понял о чем я говорю. —Когда мы были совсем детьми. Мне, Елизавете и Клод в стакан с соком подсыпали снотворное. Баш тоже попал под него когда в шутку забрал у меня стакан и сам выпил то, что осталось. Мы все спали в одной комнате. Как рассказывал потом брат. Он проснулся от того, что услышал шаги. Баш увидел мужчин которые взяли нас на руки и куда-то понесли. Он спросил, кто они и что делают. Баш рукой быстро нашёл у себя под подушкой кинжал и незаметно для них спрятал его у себя в одежде. Один из похитителей подошёл к нему и ударил по голове. Когда он, да впрочем и все мы проснулись мы увидели, что находимся в каком-то сарае, связанные по рукам и ногам. Единственное, что они не расчитали, нас нельзя было сажать рядом. Быстро сориентировавшись, брат незаметно для них разрезал свои веревки, а потом и наши путы. В отличие от нас, он напуган не был. Поэтому спросил:«Вы хоть знаете, что вы сейчас творите? Вы похители детей короля Франции и вы думаете что останетесь живы после этого? Отец найдёт и убьет вас, даже не судив. Поэтому готовьте гробы парни». Брат был дерзок и смел с ними. Их это разозлило, но все же они ответели: «Тебя вообще не должно существовать в нашем мире, выродок короны. И мне кажется, что король не сильно растроится если я тебя немного разукрашу» . Один мужчина взял нож и начал бить Баша ножом. Удары были не сильные, но и не слабые. Брат не показывал виду, что руки у него были свободные. Когда на подающий устал и обернулся к нему спиной, Баш, несмотря на все раны, быстро подошёл к нему, выхватил кинжал из рук этого урода и кинул в другого, пападая ему прямо в ногу. Он быстро связал мужчину который бил его, а потом и того в которого он попал кинжалом. Эти двое идиотов хотели продать нас англичанам, за огромные деньги. Баш что-то услышал и сказал нам замолчать. Потом он взял Клод на руки, а мне с Елизаветой сказал идти за ним. Брат услышал дворцовых лошадей и поэтому вышел с нами к отцу. Клод быстро спрыгнула с рук Баша и подбежала к отцу. Я с улыбкой посмотрел на то как папа ловит сестру и было уже думал, что все закончилось да ошибся. Я услышал глухой удар. Обернулся и увидел брата, истекающего кровью. Он так умело скрывал свою боль, что мы вовсе забыли про то, что у него двенадцать кровоточащих ран. Мы быстро подбежали к нему, сёстры начали плакать. Он несколько дней не приходил в себя, Нострадамус сказал, что он потерял много крови. Мы почти все время сидели возле его постели. Вскоре он очнулся и встретил нас улыбкой. Знаешь что сказал нам брат когда проснулся? Я покачала головой. —Он спросил как мы. Все ли с нам хорошо. Даже пролежав несколько дней в отключке, он думал не о себе, а о нас. Он всегда думает в первую очередь о других, а потом уже о себе. Поэтому я считаю его братом, поэтому я его люблю и уважаю. —Спасибо что рассказал. Ты мог бы не говорить многого, но сказал. —Кенна, почему ты так в штыки относишься к графской семье Грант, они же твои родители? —Они не мои родители. Мой отец изменял моей родной матери, а когда она узнала, заболела, а потом умерла. Все это время он развлекался с Сисилией, пока мама медленно умирала. Через некоторое время он женился на ней. Эта тварь испортила мне жизнь. Она часто издавала меня, морила голодом, а за провинность, сожала в холодный погреб на всю ночь. Один раз из-за того что я не придупредила ее, что еду покататься верхом, она убила мою лошадь, подарок мамы, прямо на моих глазах, а потом кинула в подвал. Когда мой брат пришёл за мной, у меня не было сил на то, чтобы просто идти. После этого я жила в доме брата. А отца я не люблю, потому что он всему виной. Если бы не он мама была бы жива.—к концу моего рассказа, из глаз текли слёзы. Я не выдержала и остановила Заряну. Слезла с неё. Об этом знают только самые близкие люди. Баш, я только уехала от тебя, а уже скучаю. Пока я рассказывала это у меня в голове проносились воспоминания того чудесного дня, когда мы с мужем купались в озере. Позже, мы приезжали в то место с детьми, правдой плавали мы уже в одежде. Помню, как забавно боялась Киона заходить в воду, поэтому любимый взял дочку на руки и зашёл с ней, как тогда со мной. Баш сказал, что у нас дочка такая же трусишка, как и её мама. Теперь слёзы у меня текли от воспоминаний о муже. Боже, что делают со мной гормоны? Ко мне подошёл Франциск и обнял меня. —Перестань, все прошло. Теперь у тебя есть хорошая семья и любящий муж. Он никогда тебя не бросит. Знаешь, я более чем уверен, что он землю есть будет, но домой вернётся.—от этой фразы на моём лице расцвела улыбка. Франциск прав, это будет подстать моему мужу.—Вот видишь, у меня получило тебя развеселить, а теперь пойдём. Нас дома ждут дети. А тебя ещё и тёща. —Нехочу! Хочу обратно к мужу.—капризно сказала я. Тут к королю подлетел ястреб, таких используют, для передачи писем. Франциск открыл письмо и прочитал.—Что случилось? —Англичане напали на лагерь. Вот теперь ты понимаешь, почему женщене нельзя быть на войне.—после этого послания мы ехали молча. Ко двору мы прибыли уже вечером. Нам на встречу вышли дети. —Мама!—меня обняли мои ангелы. Ко мне уже хотела подойти моя тёща, но Франциск, что-то ей сказал и она пошла в замок. —Дети, ляжете сегодня со мной?—спросила я. Очень не хотелось спать одной. —Да!