Lost in the heat of it all

Fredag. 12: 15

Ева появляется неожиданно — держит в руках толстый учебник по биологии, кусает губу, и ее бини почти съезжает на глаза, под которыми темнеют синяки от недосыпа (Далия вспоминает, что так и не дошла до косметолога, хотя уже пора, по ночам она плохо и мало спит). Она кидает учебник на стол и садится напротив Далии. Ее лицо выражает крайнюю серьезность, хотя сама Далия ожидала вырывание волос и крики «ах ты поганая шлюха» после того, как Ева увидела их с Крисом вместе, на школьной парковке, целующимися на капоте машины Шистада. Она внимательно смотрит на Далию, исследует, пытается найти какие-то ответы, но не находит. Ева вздыхает, упирается локтями в стол, мимо проходят первоклассницы, что-то шумно обсуждая и смеясь. — Ты встречаешься с ним? — спрашивает Ева. Голос у нее тихий, какой-то надломленный. Далия чувствует жалость, ей хочется обнять Еву и утешить, но Далия — сука. — Нет, — Далия пожимаете плечами. — Хорошо, — Ева кивает. Далия смотрит на свое недописанное эссе, которое сдавать через полчаса. Ей плевать на драму между Евой и Крисом, ей нужно получить высший бал, чтобы отец не ограничил поступающие на ее карточку деньги. Распродаж не предвидится, а новый комплект кружевного белья хочется. — Если ты хотела что-то спросить — спрашивай сейчас, у меня нет времени сидеть и жевать твои сопли, Ева, — Далия закрывает тетрадь с эссе, кидает карандаш в сумку и откидывается на спинку ужасно неудобного стула в школьном кафетерии. Ева закусывает губу, прерывисто вздыхает, и, кажется, набирается смелости, чтобы задать волнующий ее вопрос. — Ты спишь с ним? — голос ее делается еще тише. Далия вздыхает. — Сплю, — ей плевать, как больно правда бьет Еву, потому что Далии тоже больно, Далия тоже чувствует. То, что они оказались в каком-то ебанутом любовном треугольнике, виноват Крис, который не может разобраться со своей Евой (Далия совершенно не дура, она знает, что Крис пришел поздно прошлой ночью, потому что трахал какую-то девчонку), объяснить ей, что между ними нет отношения (или есть, но в таком случае перестать ебать других, а это, похоже, ему сложно сделать). Ева закрывает лицо ладонями, всхлипывает, а когда поднимает взгляд на Далию, ее глаза красные, щеки мокрые. — Ты любишь его? — спрашивает она, закусывая губу. Далия теряется на несколько секунд, не зная, что сказать. Она не любит Криса, он ей нравится, она немного в него влюблена. Но любовь? Любовь это намного глубже, намного сильнее. Вот Ева, она любит Криса, а Далия — Далии он нравится. — Может быть, — Далия пожимает плечами, ее тошнит от этого разговора и от вида плачущей Евы. Она встает, хватает сумку, тетрадку, болтающееся на спинке соседнего стула пальто, натянуто улыбается Еве и быстрым шагом выходит на улицу, подальше от разбитых женских сердец. Ей становится плевать на эссе, на понижающийся бал по испанскому, на десять процентов пропусков, она вызывает такси и сидит под холодным январским ветром, пялится на серый асфальт, пытаясь понять, больно ей или нет. Крис в душе, когда Далия бросает сумку на пол в его спальне. Она стягивает платье, распускает свои старательно заплетенные утром косы, снимает нижнее белье и без стеснения входит в ванную. Крис не оборачивается, когда Далия залезает в душевую кабину. Он стоит к ней спиной, сгорбившись, упирается руками в кафельную стену, а струи воды разбиваются о его позвоночник. Далия прислоняется к кафельной стене, брызги горячей воды попадают на ее лицо, подводка и тушь стекают по щекам, совершенно не водостойкие. Далия тянется к гелю и губке, выдавливает гель на губку и проводит ей по спине Криса. Крис почти не шевелится, едва вздрагивает и сжимает руки в кулаки. — Ты как Карибское море, — говорит Далия, намыливая его спину. — Такое же красивое и губительное. — Я не настроен на твои аллегории, Далия. — Поговори с Евой, — Далия поджимает губы, бросает губку и выходит из душевой кабины, ища сухое полотенце. Она слышит, как Крис выходит тоже, мыльная вода стекает на пол, когда он поворачивает ее к себе, впиваясь раздраженным взглядом. Далии становится паршиво. Неужели все, чего она достойна — раздражительные взгляды, пренебрежение и использование ее для получения временного удовлетворения, пока другие вне зоны досягаемости? Далия дергает рукой, ей становится противным прикосновение Криса. Если бы она не сказала кодовое слово: «Ева», он бы не обратил на нее внимание, даже начни она тут резать вены или свое горло. — Что она сказала? — Поговори с ней, ясно? — Далия еще раз дергает рукой, но у Криса хватка крепкая, он удерживает ее на месте. Далия жмурится. Как она докатилась до этого, что позволила себе падать в бездну, видеть это, наблюдать и не найти сил остановится, исключить из своей жизни Кристофера Шистада, чтобы вот сейчас не стоять перед ним обнаженной, влюбленной и говорить о его девушке. — Ты не можешь держать ее в неопределённости, не можешь давать ей надежду, если не хочешь отношений с ней, — Далия вздыхает. Ей не хочется говорить о Еве. Поцеловать Криса, переспать с ним на этом полу — да. Но говорить о Еве — совершенно точно нет. Далии кажется, что в ней прокручиваются ржавые ножи, ее скручивает от боли, когда Крис говорит: — С чего ты взяла, что я не хочу отношений с ней? — Мне плевать, что ты от нее хочешь, — лжет Далия и почти верит своим словам. — Но скажи ей об этом. Я не хочу, чтобы она плясала возле меня и спрашивала «что между вами». Крис молча отпускает Далию, возвращается в душевую кабину и выключает воду. Далия берет чистое и сухое полотенце, оборачивается им и выходит из ванной. Она роется в полке комода, которую Шистад выделил под ее вещи, находит нижнее белье, футболку и лосины для йоги (которой она уже четыре месяца не занимается, надо бы вернуться к этому, упругость кожи не будет вечной). Крис ходит по спальне, громко топая пятками. — Что она тебе сказала? — спрашивает Крис, когда Далия устраивается на кровати со своим ноутбуком и стопкой учебников. — Она спросила, вместе ли мы, — Далия пожимает плечами, вводя пароль на Фейсбуке. Сразу высвечивается лента новостей, двадцать непрочитанных сообщений и сотня запросов в друзья. Далия лениво ставит «лайк» какой-то спящей кошке. — Что ты ей ответила? — Правду, — Далия поднимает взгляд, Крис стоит у изножья кровати, в одних боксерах, раздраженный и взвинченный. Далия наигранно зевает, прикрывая рот ладонью. Ей, на самом деле, не интересно, что думает Ева об их с Крисом отношениях. Далии гораздо интереснее знать, что думает сам Крис о Далии и увлечен ли ей в хоть какой-то степени. А на Еву ей, в общем-то, плевать. Крис прожигает ее взглядом несколько секунд, Далия листает цепочку приглашений на вечеринку. Ей совершенно не хочется идти на вечеринку, но, когда ты главная шлюха школы, надо как-то поддерживать образ. — Не строй никаких планов на субботу, ты едешь с нами за город, — говорит Крис, надевая спортивные штаны. — У меня свидание, извини, — лжет Далия с наигранным раскаяньем. — Меня не ебет, с кем ты собралась трахаться, — Крис даже не поворачивается, роясь в шкафу. — Ты едешь и точка. — Иди на хуй, — Далия тянется к вибрирующему телефону. На экране высвечивается Юнас. Далия проводит пальцем по экрану, отвечая на вызов. — Привет!

К

Lørdag. 00:40

Далия спит на его коленях, когда Ева пишет третье сообщение подряд. Крис открывает только потому, что отец говорит, что «своим вибрирующим телефоном ты разбудишь весь лес, ответь уже». Крис не хочет читать истерические сообщения Евы, не хочет, чтобы Ева устраивала какой-то скандал, опять начинала ебать его мозг. Крису нравилась Ева в самом начале — они целовались, трахались, и она не смотрела на него пост-сексуальным взглядом, мысленно выбирая свадебное платье и цветовую гамму самой церемонии. Крису нравилась Ева ровно до того момента, когда она задала вопрос «что между нами». Еве не нравится правда Криса, но, похоже, настал тот момент, когда ей либо придется принять ее и смирится, либо прекратить их встречи. Привет Я знаю, что ты спишь с ней, и не хочу ругаться с тобой, потому что я люблю тебя Но я хочу знать, любишь ты ли ее. Потому что, если да, ты ее любишь, то я отступлю. Крис вздыхает. Еве нравится усложнять, нравится загонять его в какие-то рамки. Неужели нельзя просто трахаться? Неужели Еве нужно было влюбляться в него. Крису нравилась Ева. Просто нравилась. Он никогда не задумывался над тем, чтобы через какое-то время позвать ее замуж, потом заделать ребенка и прожить всю оставшуюся жизнь с ней. Не молчи, Крис, пожалуйста, я не выдержу молчания Крис откидывает голову, упираясь затылком в подголовник. Он смотрит на сообщения Евы, он злится на весь мир вокруг, потому, что ну как ей объяснить, что он нихуя ее не любит, ему нравится трахаться с ней, а говорить нет. Как объяснить Еве, что он все о ней узнал, разгадал ее, решил ребус. Ему неинтересно встречаться с ней, он знает о ней абсолютно все.

Я не люблю тебя

Ева молчит тринадцать минут. Крис успевает «лайкнуть» несколько красивых девчонок с хорошей грудью, ответить Вильяму, который хочет устроить вечеринку. Крис рад, что Вильям вернулся. Он действительно скучал по своему лучшему другу. У Криса много друзей, но таких как Вильям — больше нет. Они знакомы сотню лет, знают друг друга, как облупленные. Они молчат так, что в этом молчании больше слов, чем, если бы они говорили. тогда зачем ты играл со мной?

Ты сама придумала себе какие-то отношения Я никогда не говорил тебе, что мы встречаемся Если тебя это не устраивает, то я не буду тебя удерживать Ты же все знаешь

Какой ты, блять, мудак! Я думала, что ты изменился

Ага

Ева больше ничего не пишет. Когда они подъезжают к коттеджу, Далия продолжает спать, мать заставляет его тащить ее на второй этаж. Но даже тогда Далия не просыпается, она только цепляется за его плечи, бормочет «папа, выгони маму» и утыкается ему в шею.

Д

Lørdag 14:15

Далия смотрит, как Крис помогает своему отцу, Томасу, жарить мясо на гриле. Они обсуждают недавний футбольный матч и делают ставки, кто выиграет в этом сезоне. Крис оборачивается на пару секунд, ловит ее взгляд и подмигивает. Далия растягивает губы в широкой улыбке и поднимает брови. — Вы давно знакомы? — спрашивает мама Криса, Нанна. Они сидят с ней за деревянным столом, на деревянных лавочках, нарезают овощи. Далия поворачивается к ней, пожимая плечами. Она помнит, какое это было число. Она помнит число каждой их встречи и это, на самом деле, пугает ее. — Несколько недель, — Далия возвращается к нарезке помидоров. — Он серьезно увлечен тобой, если привел тебя в дом, — Нанна тепло улыбается, смотря на сына. Крис не видит и не слышит их, погруженный в разговор с отцом. — Может быть, — Далия пожимает плечами, рассматривая спину Криса. Он вновь оборачивается. — Я была бы рада, на самом деле. — Он нравится тебе? Далия смеется, смотря на Нанну. — Нравится, — Далия расплывается в улыбке. — Он красивый, но за его внешней красотой должно же что-то скрываться, чтобы влюбиться, верно? — Нанна кивает. — Он не пускает меня дальше, Крис закрытый. Я знаю, что ему нравится черный, потому что весь его шкаф набит черными вещами. Я знаю, что он читал Оскара Уальда, потому что на полке стоит «Портрет Дориана Грея». Я знаю, что он слушает рэп. Я не знаю его друзей, не знаю, чем он увлекается, — Далия пожимает плечами, облизывая губы. На самом деле, они никогда с Крисом и не говорили друг о друге, не рассказывали о детстве, о своих увлечениях, о просмотренных фильмах, прочитанных книгах. До этого момента Далию не волновало то, что она практически ничего не знает о Крисе, но сейчас она понимает, что хочет знать о нем все. И это пугает ее так же сильно, как и чувства, которые она к нему испытывает. — Просто дай ему время, для него это все в новинку, — Нанна сжимает ее ладонь, тепло улыбаясь ей. Далия улыбается в ответ. — Я никогда не влюблялась в парней, — признается Далия. «А еще моя мать никогда не говорила со мной об этом. Она учила меня трахаться с другими парнями, а любить их — никогда» — мысленно добавляет Далия. — Прямо никогда-никогда? — Нанна прищуривается, Далия сразу узнает в ее прищуре Криса. — Никогда, — Далия качает головой. — У меня был парень, но я встречалась с ним, потому что он был красивым и популярным, а не потому что мне нравился. — А с Кристофером ты почему? Далия пожимает плечами. У нее нет ответа на этот вопрос, потому что они не встречаются. — Ты нравишься ему, — Нанна высыпает нарезанный перец в глубокую тарелку. — Это видно по тому, как он смотрит на тебя. — Я надеюсь, — Далия улыбается. Спустя несколько минут Крис ставит тарелку с мясом на стол и садится рядом с Далией. — О чем говорите? — весело спрашивает он, взяв две тарелки. Для себя и Далии, понимает она, когда он ставит тарелку перед ней. — О том, как ты писался в свои трусики, когда тебе было три года, — Далия подмигивает ему, накладывая себе в тарелку мюсли, которые приготовила заранее. — О боже, мама, я же просил тебя! Самый постыдный момент в моей жизни! — подхватывает он. — Неужели не было более постыдного? — смеется Далия, пихая его локтем. — Было, — Крис смеется, накладывая себе мясо. — Помнишь, ма, мне нравилась девочка? Не помню, как ее зовут, мне тогда было лет восемь, она была самая красивая в школе, я безумно влюбился. Попросил маму, чтобы она купила мне шоколад и какую-нибудь девчачью безделушку, пришел в школу с этим, после уроков, перед всем классом, признался ей в любви, а она демонстративно взяла под руку какого-то мальчика и сказала, что я не в ее вкусе! — Да ладно? — Далия удивленно смеется. Сегодняшний Крис совершенно не вяжется с восьмилетним влюбленным мальчишкой, признающимся в любви. — Да, я жутко обиделся на нее тогда, надо мной месяц смеялись все, — Крис улыбается. — Твоя очередь. — Моя? — Далия вскидывает брови, накладывая себе овощной салат. — Твой постыдный случай из детства, — Крис смотрит на нее, лукаво прищурившись. — Ладно, — Далия вздыхает, вспоминая, что такого неловкого и ужасного с ней произошло. — Было мне лет семь, мне нравился мальчик, с которым мы пели в одном хоре, я все пыталась как-то ему намекнуть, била его, обзывала, кидала в него свои заколки, а он все не понимал. В итоге, посреди занятия я его поцеловала! Там был мой отец, он впервые пришел посмотреть, как я занимаюсь пением, а я мальчишку поцеловала! — И что отец? — смеется Крис. — Он не видел, зато видела учительница и отчитала нас, — Далия качает головой. — В семь мне казалось, что моя жизнь закончена. Но зато я узнала, что я нравилась тому мальчику, и мы играли вместе целых два месяца. Пока они не переехали во Францию. Я даже не помню, как его зовут. — Ты занималась пением? — Крис откидывается на спинку деревянной лавочки. — Да, — Далия кивает. — Бросила несколько лет назад, так же как рисование и танцы. — Ах вот откуда твоя растяжка, а я гадал, — Крис усмехается. — Придурок, — она качает головой, толкая его локтем. — Мясо бери, зря я что ли готовил, — Крис указывает на тарелку с горячей говядиной. Далия морщится, замечая, что Нанна ушла к Томасу, и они в обнимку что-то обсуждают. — Спасибо, но я воздержусь, — Далия улыбается, кусая огурец. — Как хочешь, — Крис закидывает руки за голову и щурится от солнца. Далия склоняет голову, рассматривая его. И падает в бездну. Потому, что, да, она влюблена в него.