Цветы для Джона Ватсона

*****

Резкое движение руки. Вдох. И выстрел. Оглушающий, резкий, отдавшийся в самом сердце острой болью, заставляющей упасть на колени. Крик – не Шерлока, его собственный, – полный боли и отчаяния, разрывающих его на куски. Серо-голубые глаза, почти прозрачные, смотрящие на него с немым сожалением, теплом, нежностью… И чувством того, что это решение – единственно правильное…

Если хочешь спасти меня – дай умереть.

И все вокруг него расплывается, тонет в черной и холодной пустоте. Он видит лишь его одного, падающего на холодный бетон. Лишь его одного, неподвижного, с застывшим взглядом серо-голубых глаз, словно тронутых безжизненным льдом, и кровью на губах… Он кричит так громко, как никогда не кричал, и срывается с места. Он доктор. Он солдат. Он должен сделать хоть что-то, черт возьми!

Это – единственный вариант.

Сочный кармин растекся по серой поверхности крыши. Он знает, что после такого выстрела не живут. Но он просто не может не держать его в своих руках. Не может не прижимать его безжизненное тело к себе, к самому сердцу, бьющемуся оглушительно громко, быстро и больно. Не может не умолять его дышать, касаясь окровавленными пальцами его лица, дрожащими губами - его губ. Не может не повторять его имя, снова и снова… Шерлок. Шерлок. Шерлок…

Пожалуйста, сможешь сделать это для меня?

Чья-то рука касается его плеча, с силой сжимает его, и Джон видит лишь собственные окровавленные руки, прежде чем все растворяется в пустоте…

Шерлок Холмс должен умереть, доктор Ватсон…

*****

Джон с трудом помнил, как покинул стены Скотланд-Ярда, перед этим не на шутку вспылив, накричав на Грега и бросаясь прочь, как можно дальше, куда-нибудь на Бейкер-стрит, где жил Шерлок… Он с трудом помнил, как оказался под проливным дождем, сбитый с толка и совершенно не знающий, как реагировать на столь безумные и бесчеловечные просьбы… Но он совершенно отчетливо помнил, как к нему подошел мужчина, укрыл своим черным зонтом от холодных капель дождя и взглянул на него такими же глазами, как те, что Джон однажды обозначил для себя «поразительными». – Стало быть, вы и есть тот Джон Ватсон, которого Шерлок скрывал от меня целых полгода, – он не спрашивал, а констатировал, сухо и сдержанно, разглядывая его с головы до ног. – Позволите вашу руку? – П-простите? – Вашу руку. Хочу взглянуть на нее. И Джон покорно протянул левую ладонь, чувствуя легкое и прохладное прикосновение пальцев, и как-то заворожено смотрел на того, кого мгновенно узнал с первого взгляда. Интересно, почему он здесь? – Перемежающийся тремор левой руки? Занятно. – Что вы имеете в виду? – Вы напряжены, но ваша рука не дрожит, доктор Ватсон. Не война преследует вас, как вам говорил ваш психотерапевт, а вы – ее. – Я… я не совсем понимаю, к чему вы клоните… – К тому, что Шерлок – бесконечная война, поле боя, в котором вы так нуждаетесь. Неудивительно, что вы связаны. Удивительно, что вы здесь, а не у него дома. – Он… Шерлок скрывается от меня. Или скрывает меня… – От меня и от Мориарти, – Майкрофт Холмс едва уловимо усмехнулся. – И я бы не знал о вашем существовании дальше, но наш милый Шерлок имеет свойство увлекаться новыми игрушками, забывая про меры предосторожности. И про то, что он – очень громкий, а его домовладелица еще не настолько стара, чтобы не услышать его. Джон невольно смутился, пряча левую руку в кармане куртки. – Миссис Хадсон сдала нас? – Не напрямую. Шерлок, может, и избавился от прослушки в своей квартире, но про квартиру ниже не подумал, как и про то, что миссис Хадсон захочет обсудить его первые отношения с некой миссис Тернер, подругой, полагаю. – П-первые? – щеки Джона внезапно окрасились в очаровательный румянец. – То есть, неужели у него никогда?.. – Нет, – ответил Майкрофт, кашлянув. – Насколько мне известно, вы первый и, скорее всего, последний человек, которого Шерлок впустил в свое сердце. Потому вы и имеете огромное влияние на него и его поступки. – Неужели? – тихо и весьма скептически спросил Джон, изогнув бровь. – Мне понятны ваши сомнения, учитывая сложившуюся ситуацию, но каждое решение Шерлока так или иначе связано с вами, доктор Ватсон. Полагаю, Лестрейд уже сообщил вам о том, что существует двенадцать вариантов развития событий? – Да, он… упоминал что-то такое… – Забудьте об этом. Все эти варианты превратились в один, как только вы пришли в Ярд. Шестеренки задвигались, вот-вот наступит последний акт этой пьесы… – Я все еще не понимаю, – Джон облизал губы, крепче сжимая трость. – Причем тут я и, черт возьми, почему вы здесь? Майкрофт Холмс тяжело вздохнул, напоминая Шерлока, который чертовски не любил объяснять очевидные и предельно понятные вещи, пусть даже являющиеся таковыми лишь для него одного. Таким же, судя по всему, был и Холмс-старший, что не могло не заставить Джона усмехнуться. – С чего бы начать? Видите ли, доктор Ватсон, Шерлок до последнего предполагал, что вы будете более благоразумны и позволите ему решить эту проблему самостоятельно. Но при этом он не исключал возможность того, что вы все-таки начнете его искать. Лестрейд был предупрежден на этот счет, поэтому, когда вы появились в участке, нам с Шерлоком было уже известно об этом. Так он принял окончательное решение – позволить вам делать то, что вы считаете необходимым, то есть спасти его, пока вы являетесь неизвестной для Мориарти переменной, что способна изменить предначертанное. Поэтому я здесь – чтобы забрать вас и проинструктировать насчет дальнейших действий. – Постойте… Шерлок же сам написал, что если я… – Джон вздрогнул, чувствуя неприятнейший ком в горле. – Если я хочу спасти его, то должен… – Позволить ему умереть? Так и есть. Шерлок Холмс должен умереть, доктор Ватсон. – Боже, я ничего не понимаю!.. – Вы не смотрели диск? – Эм-м… Нет. Нет… Он сказал, что я не должен смотреть его раньше времени. – Я так и подумал, иначе вы бы реагировали спокойнее и не задавали подобных вопросов, – Майкрофт достал телефон из кармана пальто и быстрыми движениями пальцев набрал сообщение. – Вечером его привезут вам, чтобы вы ознакомились с содержимым. Ну, и ваши личные вещи, разумеется. – Ч-что вы имеете в виду? – Вы не вернетесь домой, доктор Ватсон. Теперь я вынужден присматривать и за вами, и мне будет гораздо проще следить за вами обоими, если хотя бы один будет находиться у меня перед глазами. И, так как Шерлок отказался покидать свою спальню, я заберу вас на Пэлл-Мэлл. Джон замер, чувствуя, как мурашки пробегают по его коже. Да, вылетая из Ярда он действительно хотел найти Холмса, оказаться у него дома и хорошенько надавать ему по голове, но не Майкрофту же! Боже, это так странно, так запутанно и непонятно… Майкрофт, все это время наблюдавший за ним, видимо, счел его выражение лица за недоверие, поэтому поспешил переубедить в этом: – Я более чем уверен, что Шерлок описывал меня, как своего злейшего врага, которому нельзя доверять, но, поверьте мне, я волнуюсь за него. Действительно волнуюсь. Его смерть разобьет мне сердце, и раз уж вы заинтересованы в его спасении не меньше, а, может, даже и больше, чем я, то мы с вами – союзники. К тому же, мой дом – крепость в истинном понимании этого слова, там вы будете в безопасности, пока не придет время последнего акта. – Погодите!.. Боже, зачем увозить меня куда-то? – Все предельно просто, доктор Ватсон. Я хочу обеспечить вашу безопасность и предложить вам поле боя, – ответил он, указав ладонью в сторону черной машины. – Тринадцатый вариант. – И… что от меня требуется? Холмс пристально посмотрел прямо в синие глаза. – Пойти на убийство ради Шерлока Холмса.

*****

– Как вы познакомились с Шерлоком? – спросил Майкрофт, сидя на стуле и как-то излишне пристально наблюдая за Джоном, который увлеченно жарил картошку с отбивными и готовил салат. Они уже полчаса как обосновались на кухне, перебравшись из роскошной гостиной. Джон привык к квартире Холмса-старшего, обнаружив семейные фотографии и альбомы, рисунки Шерлока и книги, которые тот любил читать в детстве… Джон неожиданно открыл для себя целый мир, отчего-то чувствуя, что влюбляется все сильнее, что постепенно оживает сам, словно возвращаясь в то время, когда ему было чертовски хорошо и легко… Майкрофт же привык к Джону ровно настолько, что расстался со своим темным костюмом-тройкой, облачившись в уютный спортивный костюм и халат. Выглядел он в этом облачении странно, как-то совсем непривычно, но очень по-домашнему. Когда же Джон решил развлечь себя готовкой и обнаружил, что отсутствие еды в холодильнике – это прямо-таки синдром Холмсов, он практически приказал Майкрофту раздобыть необходимые продукты, чтобы приготовить нормальный домашний ужин. Как и Шерлок, Холмс-старший редко видел домашнюю пищу, питаясь либо в ресторанах, либо в «Диогене», и Джон со всей ответственностью решил исправить это. Хотя бы в случае Майкрофта, раз уж он попал под горячую руку… – Разве Шерлок не рассказал вам? – Нет, хотя я не единожды спрашивал его об этом. Он лишь улыбается и молчит! Джон улыбнулся и промолчал, и Майкрофт страдальчески вздохнул, на что Ватсон отреагировал тихим и беззлобным смехом. – Мы просто столкнулись на рынке. Я покупал продукты, а он, как выяснилось позже, искал улики в квартире неподалеку. Мы обменялись именами и разошлись, и я был уверен, что на этом все и закончилось, но он наблюдал за мной, дотащился до самого дома, а затем прислал первый букет… – Шерлок прислал букет? – недоверчиво переспросил Холмс, слегка наклонив голову. – Он в жизни не делал подарки, тем более имеющие романтический контекст. – Все бывает впервые, – Джон вновь улыбнулся. – Как он сказал, он сразу понял, что я – его «J», поэтому и начал действовать. – И когда вы поняли, что любите его? Джон от неожиданности едва не порезал себе палец и тихо чертыхнулся. Спросил так спокойно и буднично, словно поинтересовался, как у него дела! – Ну… Не сразу. Кажется, прошло месяца три, прежде чем я понял, что… что влюбляюсь в него. Затем мы… Ох, нет, это личное. – Почти переспали? Эту часть я уже знаю, можете не смущаться. И Джон бы с радостью не смущался, да вот щеки против его воли вновь стали пунцовыми, и было все труднее сосредоточенно резать овощи. Это было до одури странно – готовить ужин себе и Майкрофту Холмсу, который за последние два часа задавал все более неловкие и странные вопросы. – Ладно… В общем, примерно через четыре месяца я понял, что люблю его. Так, как никогда и никого не любил. Понял, что уже не представляю, каково это – просыпаться и не говорить ему «Доброе утро», или желать доброй ночи… Спорить о чем-то или просто молчать… Это чувство не передать словами… Холмс кивнул, глубоко задумавшись, и постукивал длинными тонкими пальцами по столу, продолжая наблюдать за действиями Джона. А Ватсон пытался применить все эти дедуктивные штучки, которыми направо и налево разбрасывался Шерлок. И у него ушло примерно десять минут размышлений, прежде чем до него дошла истинная суть задаваемых вопросов. – Майкрофт, могу я дать дружеский совет? – Если только считаете, что он действительно будет полезен. – Если хотите заинтересовать его, то чередуйте хороший алкоголь, пончики и билеты на регби. Он не очень любит цветы, но обожает хорошо проводить время. Холмс-старший неожиданно улыбнулся, отводя взгляд в сторону, словно смущаясь. Но выглядел он почти… счастливым, словно человек, который все-таки нашел выход из ситуации, что долгое время не давала ему покоя. И Джон был рад, если хоть чуть-чуть смог помочь ему. И Грегу, который, как показалось Джону, чертовски подходил Майкрофту Холмсу. – Кстати, о подарках, – Майкрофт поднялся со стула, скрылся где-то в гостиной, а затем вернулся на кухню, крутя в руке черный смартфон. – Это от Шерлока. Его телефон. Он сказал, что там есть что-то, что сможет помочь с кошмарами. Джон бесконечно благодарно улыбнулся в ответ, принимая телефон и прижимая его к сердцу, словно самую ценную вещь во всем мире. Шерлок, Шерлок, мы ведь никогда не будем нормальной парой, не так ли?

*****

Джон сидел перед большим телевизором, не в силах заставить себя прикоснуться к диску, который неведомым образом Майкрофт раздобыл из его квартиры вместе с одеждой, ноутбуком и документами с личными вещами. Из его старой квартиры… Холмс-старший совершенно отчетливо дал понять, что при благоприятном исходе у Джона не будет ни единой причины возвращаться домой… Ватсон невольно поежился, чувствуя на себе пристальный взгляд серо-голубых глаз, а затем вздохнул и взял пульты от телевизора и DVD-проигрывателя. Несколько секунд сосредоточенных манипуляций, и вот на экране появился Шерлок, сидящий в своем кресле и постукивающий длинными пальцами по подлокотнику. Уставший, растрепанный, с отчетливыми кругами под глазами, но такой… родной. Только тогда Джон в полной мере осознал, насколько скучал по нему… – Здравствуй, Джон. Если ты смотришь эту запись, значит, время пришло. Начался последний акт, после которого я буду должен умереть, – Шерлок нахмурился, а затем улыбнулся, обнажая ряд аккуратных белых зубов. – Не взаправду, конечно. Я ждал тебя всю свою жизнь и не собираюсь умирать, прежде чем увижу тебя собственными глазами. К тому же, у меня есть огромное множество планов на тебя. Но об этом потом, – Шерлок поерзал в кресле, придвинувшись ближе к камере и сложив пальцы в молитвенном жесте. – Что ж, давай я все объясню по порядку…

*****

– Доктор Ватсон? Джон… просыпайтесь! Джон нехотя открыл глаза, запоздало осознавая, что так и уснул в наушниках, полулежа и сжимая в руках телефон Шерлока. Он все еще был в квартире Майкрофта, на диване, подушки на котором пропитаны запахом дорогого одеколона и табака. Еще более запоздало он осознал, что Майкрофт сжимал его плечо, глядя на него с беспокойством в стальных глазах. Джон снял один наушник и сонно протер глаза. Во сколько же он уснул, оторвавшись от созерцания лица Шерлока под звуки скрипки?.. – Я… Я опять кричал, да? – Нет. Вы спали на удивление крепко, поэтому я и пришел вас разбудить, – Холмс-старший убрал руку, скользнув взглядом по телефону в руке Джона. – Полагаю, колыбельные Шерлока творят чудеса. – Ну, от кошмаров это не избавило, но мне стало легче, – Джон приподнялся, массажируя затекшую шею. – Спасибо, что передали мне его. – Пожалуйста, Джон. Майкрофт сдержано улыбнулся и поднялся с края дивана, на котором Джон и уснул, и направился куда-то в сторону кухни. Затем он замер в дверном проеме и, обернувшись, добавил: – Шерлок должен будет прибыть на место встречи через три часа, машина отвезет вас туда через час. Надеюсь, вы готовы? – Да… Да, думаю, что готов…

*****