Флеш (Трефовый валет 2)

Они проговорили почти всю ночь. Казалось, не виделись всего полгода, а столько всего в жизни поменялось. После окончания учебы Марк увез Мирослава на Кипр, а когда они вернулись, то стали жить вместе. Конечно, Святославу было сложно это понять и принять, но то, как Марк его обнял при встрече, сколько грусти вложил в слова «Я соболезную», смягчило ситуацию. Берг умело уводил Святослава от плохих мыслей в разговоре, хотя пару раз они поднимали тему о том, кто мог быть убийцей. Но к чему-то конкретному они так и не пришли. Приговорив вторую бутылку виски, Громов вырубился прямо на диване в гостиной. Марк сидел рядом и поглаживал волосы Святослава. Ему было тяжело к нему ехать, но все же старая дружба, хоть она и была странной, но требовала, чтобы он поддержал друга. Много чего нехорошего между ними произошло, но от горя никто не застрахован и даже в такой тяжелой ситуации Марк был рад видеть Святослава. Побыв еще немного с уснувшим другом, Марк аккуратно встал с дивана и пошел на выход. Дома его ждал Мир, который был недоволен тем, когда узнал, куда на ночь глядя уехал его парень. Но Берг был уверен, что загладит ситуацию проверенными методами. Немец покинул дом Громова почти в шесть утра. Такси забрало его у ворот, ведь пьяным ехать на своей машине было глупо. ********* Ближе к одиннадцати утра Святослава разбудил адвокат отца – Ренат Своенравов. Как оказалось, он уже был в курсе событий и предложил встретиться в его офисе сегодня в районе обеда, чтобы обсудить все нюансы, которые, возможно, могут возникнуть в процессе расследования. Не смотря на то, что у Громова жутко болела голова после ночной попойки, он все же согласился встретиться с Ренатом. Пришлось выпить две чашки крепкого кофе и простоять полчаса под прохладным душем, чтобы хоть немного прийти в себя. Давно Громов столько не пил, даже и забыть успел, какое радужное бывает утреннее похмелье. Приведя себя в сносный вид: надев темные джинсы, белую футболку и легкую тканевую куртку, Святослав вызвал личного шофера. Тот подал машину к воротам дома через десять минут. Ренат Своенравов был деловым человеком. Он больше десяти лет работал на отца, всегда служа ему верой и правдой. Бывало так, что именно благодаря Ренату, Громов старший вытягивал сына из довольно сложных ситуаций. Так что, Святослав хорошо знал Своенравова лично. Адвокат встретил Святослава дежурной улыбкой, за которой была видна усталость. Все же мужчине в его возрасте уже нужно больше отдыхать. Ренату было слегка за сорок, обладая внешностью Ален Делона, он должен был стать моделью, а не адвокатом. Но аналитический склад ума преобладал над красотой Рената, что и поспособствовало пойти в юриспруденцию. - Добрый день Святослав, - нейтрально поздоровался Ренат, привстав со стула и протянув руку для рукопожатия. Своенравов всегда обедал у себя в офисе, поэтому на его столе уже стояло два прибора с едой из ресторана и две чашки крепкого кофе. - Я взял на себя смелость, - указал Ренат на еду на его столе, - зная твои вкусы, - легкая улыбка коснулась губ адвоката. - Ближе к делу, - Святослав пожал руку Ренату. Голова у Громова так и не перестала болеть, поэтому пребывал он в не лучшем настроении. Да и смерть отца вообще выбила его из колеи. - Прямо как твой отец, сразу к делу, - Своенравов достал из кейса, что лежал на соседнем столике, папку с бумагами и открыл. - Я так понимаю, ты был в курсе, что Михаил решил переписать завещание? - Да, - Святослав все же взял чашку с кофе и присел на кожаный диван, что стоял по правую руку от стола адвоката. - Я сам был удивлен его поведением. Просьба вычеркнуть твое имя из завещания была довольно странной. На мои вопросы Михаил отказался отвечать, - Ренат протянул один документ Святославу. – Вот, посмотри. Здесь он просит меня переписать большую часть активов в благотворительный фонд «Надежда». А вот здесь оставшиеся активы в фонд помощи инвалидам. Не припомню я что-то, чтобы Михаил отличался такой щедростью. Меня это сильно удивило, и я немного затормозил процесс изменения завещания. Святослав был в полном недоумении, выслушав Своенравова. Взяв документы в руки, Громов младший принялся их изучать и ничего подозрительного в бумагах не увидел. Отец просто хотел переписать все свое имущество на два этих фонда. - Я не понимаю, зачем ему это, - слегка растерянно произнес Святослав и вернул документы адвокату. - Вот и я не понимаю. Сегодня я должен был завершить процесс изменения завещания, но как видишь, обстоятельства изменились. Я тоже был на опознании буквально после тебя, еле узнал в трупе Михаила, - Ренат принялся за свой обед, зная, что ему сегодня предстоит еще много работы, а работать на голодный желудок – наделать глупостей, потому что голова будет забита совсем другим. - То есть, я все еще законный наследник? – удивленно посмотрел на адвоката Святослав. - Да, потому что измененное завещание не вступит в силу без подписи его владельца, то есть твоего отца, - закинув в рот кусок мяса, и тщательно прожевав его, Ренат принялся за поедание гарнира. - Я в шоке от всего этого, - честно признался Громов, - то, как убили отца… - Да, такой жестокости даже я не припомню на своей практике, - адвокат взял салфетку и приложил к губам, убирая лишние крошки. - Надеюсь, убийцу найдут. - Найдут, такое безнаказанным нельзя оставлять, - после обеда, чашка, уже порядком остывшего, кофе была в самый раз для Своенравова. – Тебе же советую сильно не высовываться. По закону ты сможешь вступить в права наследства по истечении полугода, до этого используй то, что есть на твоем счете. Возможно, тебя вызовут в участок для дачи показаний. Отвечай четко и лаконично, без уклонов. Полиция это не любит. И, если почувствуешь, что что-то не так, сразу вызывай меня. - А что может пойти не так? – Святослав встал с дивана, готовый уже покинуть помещение. - Полиция будет проверять все варианты, поэтому вполне логично, что и тебя могу каким-то боком к этому делу приписать, - допив кофе, Ренат откинулся на спинку кожаного кресла. - Бред какой-то… - Бред, не бред, а такое вполне возможно. Следователю может показаться странным то, что Михаил хотел так резко изменить завещание, а потом вдруг внезапно умер, так его и не подписав. Чем тебе не мотив? - Ты хочешь сказать, что меня могут подозревать? – от злости Святослав сжал кулаки. Как вообще можно подумать, что он убийца? Конечно, за ним водились немалые грешки, которые Своенравов умело подчищал, но, чтобы пойти на убийство собственного отца, да еще таким жестоким способом, это же надо совсем с головой не дружить! - Могут. Поэтому и говорю, сильно не дергайся. Вызовут на допрос, отвечай спокойно, если что, сразу вызывай меня, - уверенно сказал Своенравов, скрестив руки на груди. - Хорошо. Не прощаясь, Святослав покинул кабинет адвоката. Мысли были хреновые. Святослав не мог поверить в то, что его могут подозревать в смерти отца. Да, они не всегда ладили, они часто ругались, но, чтобы убить? Потерев лицо, Громов спустился на лифте в холл и вышел на улицу, где начался мелкий и противный дождь. Небо затянуло тучами, делая послеобеденное время темным и пасмурным. Только Святослав подумал о том, что нужно еще список возможных недругов отца составить и передать следователю, как на его телефон раздался звонок. Приложив трубку к уху, Громов закурил. - Громов Святослав Михайлович? – послышался незнакомый голос в трубке. - А кто спрашивает? – выдохнув сигаретный дым, Святослав еще раз глянул на экран дисплея. Номер незнакомый. - Следователь Моргацкий Максим Леонидович, - представился говорящий. - По факту убийства вашего отца возбуждено уголовное дело. Прошу Вас явиться в отдел полиции на Моховой, 28 для дачи показаний, - голос в трубке был довольно скучным. - Меня в чем-то обвиняют? – напрягся Святослав. - Вас приглашают для дачи показаний по делу. Прошу прибыть сегодня в шестнадцать часов. Всего хорошего. Следователь отключился. Святослав с немым вопросом уставился на экран потухшего смартфона, докуривая сигарету. И что это только что было? Его вызывают на допрос. Вернее, даже не на допрос, а на дачу показаний. Стоит ли волноваться и уже звонить Ренату? Хотя, стоп, он же отца не убивал, чего нервничать что? **** Душное, прокуренное помещение давило на нервы. Лампа в светильнике на потолке периодически мигала, от чего атмосфера здесь нагнеталась еще больше. Сама комната допросов была небольшой, не более десяти квадратных метров, серой, с облупившейся некогда голубой краской на стенах, прокуренной и скудно обставленной: стол посередине, пара расшатанных стульев и желтое мусорное ведро в углу, ярким пятном бросающееся в глаза. Громов младший периодически поглядывал на мигающую лампу, раздражавшись от ожидания еще больше. Уже больше двадцати минут он сидел в этом помещении, а следователь так и не явился. Когда Святослав уже собрался уходить, дверь неожиданно открылась и в комнату вошел мужчина чуть старше тридцати лет, с короткой стрижкой и голубыми глазами. Вполне можно было назвать этого человека красивым, если конечно, засматриваться на мужчин. - Вы долго собираетесь меня здесь держать? – возмутился Громов. - И Вам добрый вечер, - мужчина присел за стол и положил небольшую серую папку перед собой. – Мое имя Моргацкий Максим Леонидович, я с Вами сегодня беседовал по телефону. Прошу Вас отвечать на вопросы без уклонений, и мы здесь с Вами надолго не задержимся. Святослав вернулся на место, присев на стул и скрестил руки на груди, с непониманием и злостью смотря на следователя. Все же ожидание в этой серой комнате настроения не прибавило. - Итак, начнем, - Моргацкий открыл папку, в которой лежало несколько листов исписанной бумаги и фотографии. - А почему Вы со мной разговариваете? На опознании другой следователь был. Самойленко, кажется. - Мне передали это дело в связи с тем, что следователь Самойленко неожиданно попал в больницу. Так что, теперь это дело буду вести я, - лаконично отозвался следователь и взяв один из исписанных листов, быстро изучил его, а затем вновь посмотрел на Святослава. – У вас была с ним какая-то договоренность? - Нет, я просто должен был ему передать список возможных подозреваемых. - Ясно. Список Вы можете передать мне для детального изучения. Святослав посмотрел на этого мужчину и ему показалось, что тот здесь находиться для галочки. Словно работа следователя для Моргацкого была скучной и неинтересной, и он выполнял ее наотмашь. Именно то, как разговаривал следователь, скучные нотки в его голосе, медленные действия, даже взгляд, натолкнули Громова на эту мысль. Ну что же, по крайней мере не он один хочет скорее от всего этого избавиться. - Я его еще не составил. Времени не было, но я думал над тем, кто мог ненавидеть отца. А врагов у него было много. Так что, я могу перечислять их до завтрашнего утра. - Хорошо, я никуда не спешу. Но для начала, я хотел бы спросить Вас о другом. Вам знакома Лебедева Светлана Игоревна, уроженка города Ростов-на-Дону, тысяча девятьсот восемьдесят девятого года рождения? - Лебедева? – Святослав стал прокручивать в голове знакомую фамилию. Вроде как среди его знакомых никаких Лебедевых точно нет, тогда откуда он может знать эту девушку? - Она работает в вашем доме горничной, - уточнил Моргацкий, видя легкое замешательство на лице Громова. - Да? – искренне удивился Святослав. – Видимо, она работает совсем недавно, потому что я знаю всех, кто работает больше двух лет в особняке. - Все верно, Лебедева работает только полгода, - Моргацкий выбрал среди фотографий нужную и показал ее Святославу. – Эта девушка Вам знакома? Громов стал всматриваться в лицо девушки, которая судя по всему никогда красотой не блистала. Вытянутое худощавое лицо, большие зеленые глаза, кривоватый нос и тонкие губы, уголки которых опущены вниз. Похоже, эта Светлана Лебедева была не очень рада своей жизни. Как бы Святослав не всматривался в лицо девушки, он ее не помнил. Возможно, всему виной то, что обычно Громов засматривался только на симпатичных горничных, поэтому страшненькую Светлану он просто не заметил. - Не припомню, чтобы видел ее у нас. - По словам вашего домоуправляющего - Романова Игоря Анатольевича, Светлана Лебедева действительно работает в вашем доме уже более полугода, - Моргацкий для уточнения еще раз прошелся глазами по исписанной синими чернилами бумаге. - Допустим, - Святослав сжал губы от непонимания, зачем следователь спрашивает его о какой-то горничной. – Зачем Вы меня о ней спрашиваете? Думаете, она могла убить моего отца? Сама мысль о том, что простая горничная могла убить Михаила Громова была настолько абсурдной, что Святослав посчитал следователя дураком. Неужели в следственном отделе уже разучились думать? - Ответьте на поставленный вопрос, - голос следователя стал более напористый. - Я не видел ее, потому что на таких уродин не засматриваюсь. Так что, не знаю я, работает она у нас или нет. Если Романов говорит, что работает, ему виднее, - выпалил на одном дыхании Святослав. Ему совсем не нравилось то, что этот следователь задает такие тупые вопросы, вместо того, чтобы искать убийцу отца. - Гражданка Лебедева утверждает, что слышала, как Вы ругались со своим отцом накануне его смерти. - И что? Мы часто ругались, в этом нет ничего нового! - По ее словам, - следователь взял другой лист с показаниями, - цитирую: «Святослав Громов прокричал отцу, чтобы тот сгнил в канаве, а далее после того, как Михаил Громов ответил сыну тем же, Святослав Громов сказал, что убьет отца, если он все же перепишет завещание не в его пользу» - дочитав, Моргацкий отложил документ и чуть прищурив глаза, добавил: - это Ваши слова? - Что за херня? Я не говорил такого! - казалось, Святослав провалился в какую-то яму и слова следователя до него доходили слишком тихо и невнятно. Что только что он услышал? Какая-то баба оклеветала его и теперь следователь предполагает, что Громов младший мог быть убийцей. - Я смею предположить, что вечером, 25 октября 2016 года у Вас с отцом произошел неприятный разговор, по поводу Вашего наследства, в следствии чего, вы стали угрожать отцу, а когда тот отказался выполнять Ваши условия, Вы вполне могли осуществить свои угрозы. - Это же бред какой-то! Я бы не смог, да еще таким ужасным способом! - кулаки Громова сжались, а желваки заходили на щеках, так сильно он сжал челюсть от негодования. Сделав глубокий вдох, Святослав продолжил: - Как вы вообще смеете мне такое предъявлять, основываясь только на словах какой-то девки, которую я даже не видел? - Все очень даже логично, по моим данным погибший собирался переписать завещание не в вашу пользу, чем не повод? - ответил спокойно Моргацкий, проигнорировав нервный выпад сидящего перед ним молодого мужчины. Конечно, уверенности в виновности Святослава у Максима не было, но уж очень соблазнительным и подходящим был мотив. К тому же, следовало отработать все варианты. Похоже, именно об этом сегодня и упоминал Ренат, когда говорил, что, если запахнет жареным, надо его срочно вызывать. Святослав сидел напротив следователя и не понимал, как все так повернулось. Почему этот Моргацкий вообще смеет предполагать, что Громов так легко смог убить отца. Причем, это же не просто убийство, а жестокое убийство. По логике, это должен был сделать больной на голову человек. А Святослава больным на голову уж точно не назовешь. Да, дурость и вседозволенность в нем присутствуют, но не более того. - Я не убивал своего отца! - точка кипения у Святослава уже подходила к концу, еще немного, и он пошлет всех к чертям собачьим, не забыв врезать этому наглому следователю. - Умерь свой пыл парень, - устало потерев переносицу, произнес Моргацкий. – я всего лишь пытаюсь найти убийцу. И ты, возможно, один из подозреваемых. - Так, бля, ищи получше! – продолжил возмущаться Громов тяжело опустив ладонь на металлический стол. – Вместо того, чтобы мне херню всякую нести, лучше бы поднял свой зад и пошел искать! И я требую, чтобы мне дали связаться с моим адвокатом! - Не забыл, с кем разговариваешь? – похоже, что гневный выпад, да еще с обращением на «ты», немного разозлил следователя. Максим сжал челюсть, сверля глазами Громова. - Нет! - Ну, хорошо, звони своему адвокату, - следователь вытащил из кармана пиджака мобильный телефон старой модели и передал его Громову. – Свой телефон получишь на выходе. Святослав с презрением взял телефон следователя. Маленькая старая модель легко легла в руку. Громов даже и не помнил, когда последний раз держал такое старье. Набрав номер Своенравова, благо он знал его наизусть, приложил трубку к уху, отведя взгляд в сторону, почему-то зацепившись за старое мусорное ведро яркого цвета. - Это Свят, ты говорил звонить, если что. Сможешь приехать? - без долгих разъяснений начал Громов. - Ты в участке? – сразу догадался адвокат. - Да, на Моховой, 28. - Хорошо, буду через полчаса. Держи рот на замке! - Жду, - отключив звонок, Святослав откинул телефон на стол. - Я так понимаю, Ваш адвокат советовал Вам ничего не говорить больше? - снова перейдя на деловой тон, констатировал Моргацкий. После того, как Святослав кивнул в ответ, следователь добавил: - Правильно сделал. Ну, что же, посидим тогда, подождем. Громов сидел напротив, облокотившись о столешницу, пальцы его были сплетены в тугой замок, словно в попытке унять нервную дрожь. Моргацкий откинулся на спинку старого стула, скрестил руки на груди и молча принялся изучать молодого человека взглядом. Громов-младший не был похож на наивного юнца, которого можно было бы взять "на слабо" или вызвать на конфликт, поэтому Максим избрал иную, не менее эффективную тактику - тягостное молчаливое ожидание. В большинстве случаев, подозреваемые долгого молчания не выдерживали. Уж не понятно, что на них так действовало: атмосфера комнаты для допроса или же сам угрюмый следователь. Максим не любил долго возиться с делами, поэтому обычно сразу склонял подозреваемых к явке с повинной, мол так проще и за сотрудничество скосят срок. А тут парень, который не поддается так просто, не признает очевидного, сопротивляется. Интересно. Ренат Своенравов добрался до участка довольно быстро. Увидев его, Святослав с облегчением вздохнул. Не нравилось ему тут находиться, и его сильно стал раздражать этот глупый следователь, который решил поиграть с ним в молчанку, словно показывая у кого здесь стальные яйца. Адвокат кинул взгляд в сторону сидевшего на стуле Святослава, и только после этого повернулся к следователю. С деловым выражением лица Ренат подошел к столу и положил на него кейс. - Ренат Своенравов, - представился он, - я адвокат Святослава Громова. По какой причине моего клиента задержали в отделении? Стали известны новые факты по делу? - Следователь Моргацкий Максим Леонидович, - в ответ представился следователь. – Святослав Громов вызван в отделение для дачи показаний по вновь открывшимся нюансам в деле, относительно завещания погибшего. - Вы выдвигаете обвинения? Мой клиент в чем-то подозревается? - Мы предполагаем... - Без официального уведомления вы не имеете права выдвигать обвинения моему клиенту, - перебил Ренат, - и он так же имеет право не отвечать на ваши вопросы без присутствия своего адвоката. Это все? Святослав может идти? - Так точно, - отозвался угрюмо Максим и покосился на согнувшегося на стуле Святослава, - вы свободны, гражданин Громов. Вас вызовут. - Вот и хорошо. Прошу вернуть моему клиенту его телефон, - напоследок потребовал адвокат, когда Моргацкий закрыл папку и собрался вставать со своего места. - На выходе, у дежурного. Не смею Вас больше задерживать, - поднявшись и забрав папку с документами, Максим на секунду задержался у двери, глянув на Святослава и затем покинул помещение. - Что ты успел ляпнуть? – Ренат уперся ладонями в стол, нависая над Громовым. - Ничего! - поднялся Святослав. – Этот тупой следак выдвинул предположение, что я мог убить отца. Какая-то там служанка слышала, что я ругался с отцом, - потерев затекшую, от долгого и напряженного сидения, шею, Громов глянул на адвоката. - Какая служанка? – насторожился Ренат. - Страшная, - решил немного пошутить Громов. Но заметив недовольный взгляд Рената, стушевался. Похоже, адвокат шутку не оценил. - Работает у нас полгода. Она дала ложные показания. - Вот как. Мне нужные ее данные. За ложные показания ее могут арестовать. Нужно узнать, зачем она это сделала. Я разберусь. Поговорив еще немного, Святослав со своим адвокатом покинули полицейский участок. Когда он вышел из комнаты допроса, все кто находился в холле и большом зале участка смотрели на него так, словно он уже заключенный и его вели в тюрьму. Эти взгляды ужасно не понравились Громову. - Твоих друзей тоже могут вызвать на дачу показаний. Советую предупредить их, - уже садясь в машину, напомнил Своенравов. – А теперь езжай домой. С этой Лебедевой я поговорю. Святослав пожал руку адвокату и двинулся к своей машине, что была припаркована на другой стороне дороге. Мысли в голове были угрюмые и хотелось вновь напиться. Но сейчас нельзя. Пальцы слегка подрагивали от раздражения, когда Громов доставал сигарету из пачки, чтобы закурить. Остановившись возле своего синего «БМВ», Святослав обернулся, почувствовав на себе чей-то взгляд, но сзади никого не оказалось. Тогда он машинально поднял голову вверх и увидел голубые глаза Моргацкого, который наблюдал за ним из окна второго этажа. Хмыкнув, Святослав показательно выкинул окурок мимо урны и сел в машину. Достав из заднего кармана джинс свой смартфон, Громов быстро набрал сообщение и нажал на кнопку «Отправить». #Привет. На всякий случай, свяжись со своим адвокатом. Тебя могут вызвать в участок. Марк, не наговори лишнего.#