Убивая надежду

Они стояли у ворот. Цунаде едва сдерживаясь, сцепив руки на груди. Ногти впились в кожу, пальцы сжали предплечья, будто это могло помочь держать себя в руках. Сакура — в зеркальной позиции. Но если Цунаде лишь прикусывала губу от бушующих эмоций, то чувства Сакуры легко читались на влажном от злости лице, выдающем ее сомнения. Джирайя предупредил их. Обеих. Ведь согласившись на союз, Наруто отчетливо дал понять, что не изменил мнения. Он по-прежнему считал, что Саске прав и все еще не доверял Конохе, не желая вновь разочаровываться. В свои семнадцать, четверть жизни Наруто провел как нукенин. Это может и недостаточно, если не брать в расчет первые двенадцать лет, когда он был изгоем. По факту, Наруто был полноправным членом деревни едва ли больше года. Целый год, в течение которого Сакура отмахивалась от него, либо игнорировала или и вовсе насмехалась над ним. Целый год, в течение которого Какаши сосредоточился на самом достойном из подопечных. Целый год, из которого Джирайя провел с крестником всего пару недель. Все те прошлые цели на самом деле чужды Наруто. Не больше, чем случайный порыв. Убежав, он сосредоточился на том, что деревня для него не сделала. Выходило, что в то время, пока Наруто был ценным для Конохи, Саске занимал девяносто процентов воспоминаний мальчишки — и это уже не изменить. Теперь же, установив хрупкую связь, им предстояло не переубеждать его, а подводить его к нужным решениям. Вот что им требовалось в первую очередь. Именно так и преподнес новость Джирайя, и те с неохотой согласились. Но для любого шиноби теория и практика — разные вещи. Поэтому, стоя у ворот Конохагакуре, Джирайя молился, чтобы две женщины держали себя в руках. — Идут, — сообщил он спокойным голосом. Его зрение было острее, чем у большинства, и он заметил колыхание тени на горизонте. Стоящие рядом Цунаде и Сакура напряглись еще сильней. Он даже мог слышать, как его Химе скрипит зубами. Они обе все еще застигнуты врасплох. И не удивительно: от обоих мальчишек совсем не веет чакрой, а их движения неспешны и плавны, как у заправских скитальцев. Парни использовали хенге, достаточно легкое и угасающее по мере приближения. — Химе, — спокойно предупредил Джирайя, потому что Хокаге не могла похвастаться самоконтролем. И это был момент, когда женщина была готова взорваться. — Знаю, — сквозь зубы прорычала она, а потом постаралась расслабиться. Ее волнение понятно. Сам он расстался с ними пару дней назад. Сакура видела их дважды в прошлом году. Цунаде же это предстояло впервые после того неожиданного исчезновения Наруто, недолго после того, как она смогла принять его вызов. Ей снова хотелось задушить Учиха. И Джирайя решил взять на себя ведущую роль, хотя и ненавидел это. — Рад, что вы все-таки пришли, — поприветствовал он. Немного наигранно, но со всей дипломатичностью постарался сделать упор на предстоящем задании. — Можете не распространяться на долгую речь, — ответил Наруто, когда они со своим спутником наконец остановились. Джирайя замер, не веря своим чувствам. Невообразимо. Их союз был абсолютным и всеобъемлющим. Это был как плевок в лицо — видеть Наруто в подобном качестве. Джирайя мог поклясться, что видел издевательскую усмешку бледных губ Учиха, но старался не терять самообладания. Он все еще должен был контролировать Цунаде и Сакуру. Ему не приходилось видеть Хокаге и ее ученицу в действии, но сейчас точно было не подходящее время. — Прежде чем мы приступим к делу, — опуская любезности, начал Наруто: всем своим поведением Узумаки подчеркивал, что это лишь общее дело, а не привязанность. — Есть ли место, где мы сможем поговорить? Конфиденциально. Значит, они заметили АНБУ. — Конечно, — как можно спокойней и сдержанней ответила Цунаде, а потом, словно проверяя дозволенное, добавила: — Сопляк. Не похоже, чтобы Наруто усмехнулся, но в глазах блеснул знакомый свет. — Я больше не сопляк, — ответил он. — Но ты так и осталась старой каргой. Цунаде сдержала смешок. — Не отрицаю, — будь на месте Наруто кто-то другой, он давно бы протаранил своей головой стену. Но Цунаде не собиралась устраивать выволочки Наруто. Особенно перед Учиха. — Идем, — наконец решила она и повернулась на каблуках. Наруто и Саске быстро переглянулись, а потом синхронно, бок о бок, последовали за ней. Поймав момент, Джирайя одарил Сакуру обнадеживающим кивком. Ее изумрудные глаза все еще приклеены к спинам мальчишек. За последние пять лет ничего не изменилось. Поймав взгляд Джирайи, она дернулась и нервно пошла вперед. Должно быть, это больно, знать, что никто из бывших товарищей по команде так и не признал тебя. Когда Орочимару был изгнан, Джирайя все еще чувствовал, что может всегда положиться на Цунаде и Хирузена-сенсея. Сакура же больше не поддерживала связи с Какаши. В какой-то степени она была четвертой сиротой в бывшей команде номер семь. Когда они вошли в деревню, Джирайя принялся за то, что умел лучше всего: стал наблюдать. Учиха безразлично обвел окрестность взглядом, но Наруто внимателен. И даже Джирайя едва мог прочитать истинные эмоции от вида знакомых мест. Самые большие повреждения были отремонтированы, мусор убран, но Коноха еще не вернула себе былого величия. Последний раз, когда Наруто и Саске были здесь, они прикончили Совет, не заботясь, а скорее используя то, что деревню атаковали Акацки. С технической точки зрения мальчишки посягнули на власть и не могли рассматриваться как союзники. Но Совет сам был виноват. И Данзо в том числе. Не было сомнений, что клан Учиха истреблялся ради шаринганов, что собирались в корыстных целях. Джирайя никогда не одобрял убийств из мести, тем более пресловутых «око за око», но в какой-то степени понимал мотив. Саске был не прав в своих поступках, но не больше, чем Данзо. И сейчас наспех сформированный союз был единственной надеждой для Конохи. Башню Хокаге укрепили. Цунаде дала отмашку чуунинам и джоунинам, напрягшимся от появления гостей. А вот АНБУ все еще шли по пятам. Никто не сказал ни слова, но вот взгляды прожигали спину: подозревающие, раздраженные. Многие еще больше невзлюбили наследника Шарингана и носителя Кьюби после их бегства. К счастью, путь до кабинета Цунаде достаточно близок, и Джирайя с удовольствием прикрыл и запечатал за ними дверь. Не было никаких следов того, что случилось с Советом в этом месте: никаких брызг крови на стенах или половицах. Но портреты предыдущих Хокаге смотрят укоризненно, напоминая о неудачах Джирайи. Особенно теперь, когда Наруто стал вылитым Минато. На столе Цунаде еще стояли фотографии родных и близких. На одной из них Наруто было тринадцать, он улыбался и был независимым, что совсем не сходилось с настоящей реальностью. «Меня окружают отголоски и тени прошлого, — невольно задумался Джирайя. — Значит, где-то должны быть эти самые источники звука и света?» — Сначала о главном, — начала Цунаде, ударив ладонями по крышке стола, а потом уселась за него. Сакура встала справа, туда, где еще недавно стояла Шизуне. — Полагаю, вы не собираетесь помогать по доброте душевной, — прямо заявила Пятая. — Так каковы ваши требования? — Уничтожение Акацки и в наших интересах, — ответил Саске, подтвердив те слухи, что дошли до Джирайи пару недель назад. А именно то, что Акацки почти заполучили Наруто, а с ним и Кьюби. Только из всей истории Узумаки вышел целым, а они потеряли троих своих членов. — Но мы хотим полного снятия обвинений, — без стыда и всякого смятения добавил Саске. — Если мы поможем, то шиноби Конохи никогда не последуют за нами и не нападут. — Снятие обвинений предусматривает возвращение в деревню, восстановление ранга и остальное вытекающее, — поджав губы процедила Цунаде. — Не стоит волноваться, — Саске почти ухмыльнулся. — Нам это не нужно. Наруто тоже фыркает, удивляя Джирайю. Учиха не одинок в своих мыслях. Саске лишь озвучивал их общие требования. Обсуждали ли они этот вопрос или Наруто действовал неосознанно? Действительно ли мальчишка желал этого? — Принято, — скрипя зубами, согласилась Цунаде. — Что-то еще? — Ничего, кроме того, что мы озвучивали ранее, — сообщил Саске. — Никто не ставит под сомнения наши решения, пока мы здесь. Никто не пытается разделить. Мы будем сражаться за вас, но если кто-то нападет на одного из нас, то и с ним будем сражаться тоже. — Как я и говорила, — неохотно кивнула головой Цунаде, — я предупрежу всех шиноби о нашем временном союзе, прикажу вести себя подобающе, особенно тем, с кем вам придется работать. Но я не могу ручаться за каждого. У всех кипят эмоции, и вывести кого-то из себя ничего не стоит. Поэтому просто попытайтесь никого не убить. — Мы привыкли быть чужаками, — напомнил Саске, и Наруто коротко кивнул в подтверждение. — Вот и хорошо, — подводя черту, заявила Цунаде. Наконец увидев Наруто после столь долгой разлуки, она старалась как можно быстрее закончить разговор. — Сакура покажет вам остальное. Джирайя немного напрягся. Не лучшая идея, выбрать бывшего члена команды для сопровождения парней. Может уравновешенный и эмоционально отстраненный Нара Шикамару и был занят, но вспыльчивая Сакура была взрывоопасна в подобной ситуации. — Я помогу, — небрежно почесав крылья носа, вызвался Джирайя. — Тоже пройдусь. До сих пор не видел линии фронта. Цунаде коротко кивнула девушке, а потом выпроводила из кабинета, чтобы утопить печаль в стакане сакэ, спрятанного в ящике стола. — За мной, — сильным и холодным голосом произнесла Сакура. Джирайя не хотел недооценивать ее, но она молода и впереди ее ждет еще много препятствий. Линии фронта практически отсутствовали, ведь полномасштабных боевых действий не велось. В то время, когда гражданские вернулись к жизни в пределах деревенских ворот, шиноби все еще располагались в палатках снаружи, готовясь к наихудшим сценариям. Люди останавливались, когда их маленькая группа проходила мимо. Некоторые не скрываясь смотрели на них, другие шептались за спинами. — Это правда они? — Значит, Пятая говорила правду. — Нам что, правда придется сражаться с ними? — Однажды они напали на моего двоюродного брата. — Я всегда говорила, что биджу опасны! — И чем думают там, «наверху»? Ни Наруто, ни Саске и ухом не повели в сторону чужих разговоров. Как говорил Учиха, у них было достаточно опыта, и они научились игнорировать чужое мнение. — Здесь размещены чуунины, — сообщила Сакура, кивая направо, в сторону нескольких бараков и палаток. — Джоунины занимаются руководством. За наше подразделение ответственен Шикамару. — Нара уже джоунин? — воскликнул Наруто. — Ничего себе! — Добе, — снисходительно произнес Саске. — Ранги ничего не значат. По их меркам мы были бы как минимум спец-джоунины. «Вы были бы АНБУ, но жестокими и недисциплинированными, — подумал Джирайя. — Непоколебимыми. Такими же, как и сейчас». — Хах! — усмехнулся Наруто. — Ты так говоришь, потому что завидуешь! Мы ведь провалили экзамены на чуунина, а Шикамару сдал! — Не завидую, — прошипел Саске и дал подзатыльник. Но Джирайя заметил и то, что удар был достаточно мягким. Только Сакура с ядовитым прищуром следила за их перепалкой. — Здесь столовая, — продолжила объяснять она. — Запасов мало, поэтому еда нормируется. — Там Чоуджи и Ино! — заметил Наруто, и в голосе слышалось что-то похожее на удовольствие. — Ничего себе, Чоуджи так вырос! В этот момент появился и Инузука в сопровождении огромного белого пса. Трое шиноби быстро переглянулись, а потом медленно подошли к их группе. — Привет, — беспечно произнесла Яманака Ино, откидывая волосы назад. Ее взгляд стал внимательным и изучающим, как у ее отца. Джирайя заметил, как Инузука осторожно принюхивался. Только сын Акимичи Чоуза выглядел смущенным и теребил край рукава. — Ино, — обратилась Сакура, — не знаешь, где Шикамару? Мы все еще не решили, где разместить… гостей. Джирайя не стал упрекать ее. Он и сам не знал, как называть сейчас мальчишек. С одной стороны, они союзники, но временно. Раньше они были друзьями, одноклассниками, но то время прошло, закончившись так внезапно, что никто не успел понять. — Только один вариант — присоединиться к нам в палатке, — ответила Ино, пожав безразлично плечами. — У нас свои палатки, — оборвал Саске. — Нам нужно уединение. Повисла тяжелая тишина. Характер отношений между Саске и Наруто больше не был секретом для тех, кто пытался разыскать и вернуть их обратно в течение нескольких лет. И Джирайя знал, что это вызвало всеобщее негодование. И хотя Ино, в отличие от Сакуры, оставалась членом своей команды, воспитанной под руководством Сарутоби Асумы, она также была ученицей Цунаде-химе. А еще Яманака. Она знала много о гендзюцу и контроле разума. А также о различных ранах и повреждениях. — Поговорите об этом с Шика… — подбирая слова как можно мягче, начала Ино, а потом усмехнулась. — Вспомнишь заразу… — Очень смешно, Ино, — вздохнул Нара, подходя ближе. — Я твой командир, помнишь? Хочешь вновь отправиться на уборку столовой? — Хочешь, чтобы никто не узнал о твоей супер-секретной встрече? — сладко протянула Ино, а потом, сохраняя честь и достоинство Шикамару, сделала неопределенный жест в сторону Наруто и Саске. — Так где им спать? — Хоть на деревьях, мне все равно до тех пор, пока они не доставляют проблем, — наверное, Нара бы закатил глаза, но то было слишком проблематично. — Разве что достаточно близко, чтобы я мог видеть вас. Вы официально приписаны к моему подразделению. Вы ведь в курсе, да? Последний вопрос был обращен к Наруто и Саске. — Теперь знаем, — кивнул Узумаки, а потом несколько мечтательно добавил: — Кто бы мог подумать, что я вновь попаду под твое начало? Но в последний момент, Наруто замолчал, понимая, что подобные воспоминания могут потянуть за собой другие, болезненные для собравшихся. Тогда Шикамару не справился с первой миссией в качестве чуунина. Чоуджи едва не умер, а Сакура потеряла товарищей по команде. А все потому, что Саске и Наруто решили покинуть Коноху. — Мне без разницы, — пожал плечами Шикамару, что делало его точно таким как раньше. Но Джирайя видел, как усердно трудился мальчишка все эти пять лет, поэтому его не обманешь. — Что ж, — продолжил Нара, — вы можете поискать место для лагеря. Хотя, вам лучше держаться подальше от выгребных ям. — Почему? — спросил Наруто, получив усталый взгляд Шикамару. — Потому что от них воняет. — Идиот, — фыркнул Саске и отвернулся, пряча смешок. А вот Наруто тут же высунул язык. Они так и ушли, продолжая грызться между собой. Шикамару в другую сторону, а Сакура — в третью, молчаливо и разбито. Джирайя хотел бы последовать за ними, но остался, желая услышать мнения остальных. — Очень странно, — пробубнил Инузука, как только его не могли бы услышать. Пальцы нервно чесали густую шерсть пса, словно ему не хватало ощущения реальности. — Странно что? — переспросил Джирайя, потому что желал составить полную картину. — Их запахи смешались, — ответил Инузука, потирая пальцем под носом, видимо, желая стереть чужой аромат. — И мне это не нравится. У них есть свои запахи, и я бы мог различить кто есть кто, но не когда они вместе. Такое только с ними. Мне… Мне не приходилось встречать ничего подобного. Ино с серьезным видом кивнула. — Что и следовало ожидать, — согласилась она. — Им удалось избегать контактов с другими людьми. С одной стороны, это помогало им передвигаться незаметно, с другой — ограничивало воздействие на Наруто кого-то еще. Примитивно, но эффективно. И спустя пять лет… — Не пять лет, — вставил свои наблюдения Акимичи. Судя по тону, ему было неловко делиться догадками под пристальным вниманием трех пар глаз. — Еще в Академии, — пояснил он. — Наруто иногда играл с нами. Но он всегда смотрел на Саске, хотя я никогда не видел, чтобы они говорили. — Точно, — согласился Киба. — И всегда говорил о нем. То называл Саске крутым, то раздражающим. Куда больше внимания, чем Сакуре. — Возможно, он хотел быть похожим на Саске. Так он бы привлек внимание Сакуры и стал бы куда привлекательней в ее глазах, — предположила Ино. — В каком-то смысле такой вариант возможен. К тому же, Наруто был слишком молод. И все же, в конце концов, именно Наруто и Саске остались вместе. Джирайя напомнил себе никогда больше не писать о любовных треугольниках. — И что теперь делать? — спросил Чоуджи. — То есть, я понимаю, что мы ждем нападения Акацки, может нам стоит готовиться к их вторжению? Или мы будем ждать как ни в чем не бывало? — Даже с Саске и Наруто на нашей стороне, Акацки до сих пор владеют семью биджу, — уточнил Джирайя. — И мы понятия не имеем, на что они способны. Когда-то я был наставником Наруто. Есть еще пару вещей, которым я мог бы научить его. — А что с Саске? — задала вопрос Ино. — Не поверю, что он останется в стороне. — Предложим ему то, что он всегда хотел, — невесело усмехнулся Джирайя. — Силу. Кажется, Ино поняла и кивнула. — Киба, тебе стоит пойти и предупредить Хинату-чан, — девушка повернулась к Инузуке. — Убедись, что она не столкнется случайно с уединившимися Наруто и Саске. — Хорошая мысль, — Киба натянул неуверенную гримасу, а потом запрыгнул на спину псу. — Идем, Акамару. Джирайя же тем временем планировал выяснить, где мог прятаться Какаши. — Вряд ли я чему-то смогу научить мальчика, — сказал Какаши. Его голос звучал серо, безэмоционально. Служба в АНБУ сделала свое дело. Некоторые не меняли привычки, снимая маски. Какаши тоже сейчас был без нее, но все еще прятался за темной тканью и одной из книжек Джирайи. — Ты разузнал о секретах шарингана, не ведомых Учиха, — напомнил Джирайя. — Готов поспорить, о некоторых он до сих пор не знает. — Не хочу приниматься за грязную работу: отвлекать Саске, чтобы ты мог тренировать Наруто вдалеке отсюда. — Не будь мелочным, — усмехнулся Джирайя и упер руки в бока. — Это прекрасный шанс. Потому что у него есть еще одна цель. Наконец выхватить Наруто из цепких лап Учиха. И конечно же, спасти Коноху и весь мир от полного уничтожения. И все же от Наруто и Саске будет больше толку, если они раскроют весь свой потенциал. В случае с Наруто, лучше иметь полный контроль над Кьюби. Какаши испустил усталый вздох. — Я предложу ему, — сдался он, опуская плечи. — Но не стану упрашивать. — Пожалуйста, просто подумай, — напряженно продолжил Какаши. — Нет, — в который раз отказался Саске, скрестив руки на груди. — Одно из условий было «не пытаться разделить». Прошло часа три, а вы уже отрываете нас друг от друга. — Мы не ставим условие, — спокойно заметил Джирайя, — просто просим подумать. — Вы собираетесь забрать Наруто в другой мир, — оскалился Саске. — Что вам мешает попросту схватить меня и связать, как только я останусь один? — Потому что ты нам нужен. Никто не ожидал, что в разговор вмешаются. Они все обернулись на Сакуру, но та не поднимала глаз с тарелки. — Поверь, — выдавила она. — Я была бы первой, кто бросил бы тебя в тюрьму. Но дело в том, что Коноха в шаге от уничтожения. Если твое присутствие склонит чашу весов в нашу пользу, то пусть так и будет. — Хм, — Саске окинул ее циничным взглядом с ног до головы, а потом переключился на Наруто. — Мне тоже не нравится, — казалось, что джинчуурики надулся. — Но, должен признаться, что заинтересован в изучении режима мудреца. — Тогда ладно, — ответил Саске, и Наруто усмехнулся. За окном молча переглянулись. Не важно, что они говорили, Учиха был непоколебим. Но одного слова Наруто оказалось достаточно, чтобы тот уступил. Никто из присутствующих не ожидал увидеть подобного влияния Узумаки. — Но, — добавил Саске, и все невольно напряглись. — Тогда я съем твои помидоры. — Что?! — жалобно взвыл Наруто, в спешке выхватывая свою миску и поднимая ее над головой. — Ни за что! Их и так мало! — Я позволил тебе съесть мое данго в гостинице, — напомнил Саске и, направив палочки как оружие, потянулся вперед. — Так нечестно! — вскрикнул Наруто, увиливая от атак. — Ты не любишь сладкое! — А ты не слишком-то любишь помидоры! — не отступал Саске, пока Наруто уворачивался, едва ли не разливая содержимое миски. Он фыркал, хрюкал и стонал, когда капли все же оказывались на столе и полу. Нехотя Джирайя вспомнил, как пару дней назад слышал что-то подобное, только теперь оно не было столь интимным. Теперь это были лишь мальчишки, делящие еду. И все же, он чувствовал себя лишним. Не удивительно, что Саске победил. Наруто фыркнул, но не казался действительно расстроенным. — Итадакимасу, — с сарказмом произнес Саске, опуская ломтик томата в рот, только раззадоривая Наруто. — Я буду в палатке, — не выдержала Сакура и с грохотом впечатала свою чашку в стол, а потом быстрым шагом покинула столовую. Джирайя едва удержался от того, чтобы поступить также. Следующее утро обещало быть ранним. У них не было времени на раскачку. Саске потребовал подождать хотя бы ночь. Никто не стал возражать, хотя бы потому, что не желал знать на что она будет потрачена. На рассвете лагерь уже жил своей жизнью. Подразделения из других деревень должны были вот-вот прибыть. Самые многочисленные под руководством Райкаге с целью защитить своего брата-джинчуурики и Казекаге — для мести за него. Ожидание внесло лишнюю суматоху и беспокойство. Дополнительные боевые единицы давали реальный шанс выстоять против Акацки. А также могли послужить причиной для новых конфликтов. Но в этот раз Джирайе придется оставить Цунаде решение дипломатических вопросов. Сейчас стоило сосредоточиться на обучении Наруто. Он уже уловил присутствие знакомой чакры, но это всего-то был Какаши, прибывший на удивление вовремя. — Почему они так долго? — пробормотал Хатаке спустя пару минут тишины. Проходящие мимо чуунины бросали на них любопытствующие взгляды. — Неужели ты и правда хочешь знать? — спросил Джирайя, и на секунду Какаши прикрыл глаза. — Не с таких мыслей я хотел начать день, — с легким расстройством пробормотал мужчина. — Будь осторожен при работе с Учихой, — напомнил Джирайя. — Не загоняй его в угол, не сомневайся в его силе. Есть шанс, что он станет провоцировать, но скорее всего его отношение будет сохранять лишь рабочий характер. — Его присутствие — уже провокация, — ответил Какаши, и в этот момент полы палатки шелохнулись. Когда мальчишки наконец появились, никто из них даже не попытался поприветствовать остальных. Но они хотя бы выглядели хорошо отдохнувшими. Наруто коротко кивнул мужчинам, сообщая о готовности. — Добе, — произнес Саске и тут же перетянул на себя внимание. Они стояли так близко друг к другу, словно имели собственное притяжение или гравитацию. Только Джирайя не мог сказать точно, кто вокруг чьей орбиты вращается. — Так странно, — произнес Наруто и неловко засмеялся. — Даже не думал, что мне когда-нибудь придется сказать тебе «до свидания». Эта мысль пришла в голову и Джирайе. В течении последних пяти лет они были неразлучны и вряд ли обходились друг без друга более нескольких часов. «Разделяй и властвуй», — напомнил себе Джирайя, и это придавало сил. — Я не прощаюсь, — тут же ответил Саске, не оставляя сомнений, что невзирая на бесцветный тон, вложил в слова странную привязанность. — Время на тренировках летит незаметно. Не успеешь и глазом моргнуть, как мы снова встретимся. И, возможно, услышав недавние стоны Какаши о нежелании замечать их отношения, они уже склонили свои лица. Какаши демонстративно отвернулся, но Джирайя только медленно выдохнул, стараясь контролировать себя и не проявлять открытой неприязни проявлению их любви. Потому что он должен был понять ее природу. Проходящие мимо останавливались, чтобы посмотреть, как Саске и Наруто обменивались нежностями, касались носами и впивались в волосы друг друга. Наконец, Джирайя прервал их. — После победы над Акацки у вас будет предостаточно времени, — напомнил он, откашлявшись. Но даже после этих слов, они соприкасались лбами. — Когда я вернусь, — с усмешкой поддразнил Наруто, — у меня будет какое-нибудь новое крутое дзюцу, и я надеру тебе задницу. — Когда ты вернешься… — и Саске понизил голос так, что его губы едва шевелились. Но многозначительный взгляд был куда красноречивей. Стоящий рядом с Джирайей Какаши снова подавил измученный стон. Он слишком брезгует разговорами о сексе для того, кто читает эротику. Наруто засмеялся в ответ. А потом они наконец разошлись. — Давайте не будем тянуть, — с готовностью вызвался мальчишка, как будто тренировка с Джирайей была ужасно муторной. Только саннин улыбнулся, чувствуя, как сжалось больное сердце. Жабий мудрец смотрел на Наруто. Смотрел и смотрел, а потом издал тяжелый протяжный вздох. — Он достоин, — наконец заключил он. — Возможно, наши знания позволят ему вернуться на путь истинный. Такие слова Наруто не понравились, и он до сих пор ходил надувшийся. — Жабы сказали мне, что ты никогда не пытался вновь призвать их, — как бы между прочим сказал Джирайя, надеясь сбавить градус напряжения, а также побольше разузнать о мальчишке. — Ну, может это покажется слишком самонадеянным, — потерев затылок, признался Наруто, — но я не хотел рисковать. Гамакичи всегда был таким болтуном. — Да, был когда-то, — пробормотал Джирайя, — но за это время он порядком вырос. — Что, Гамакичи? — переспросил Наруто, дабы убедиться, что они не говорили о разных существах. — Да, — кивнул Джирайя. — И он тоже. Но Наруто не стал расспрашивать дальше. Он просто затянул рукава и упер руки в бедра. — Итак! — воскликнул он, напоминая ребенка, которого когда-то знал Джирайя. — Что это за режим мудреца? Время на тренировке летит незаметно, как и говорил Саске. Джирайя ловил себя на мысли, что такой и была бы их жизнь, если бы он не допустил столько ошибок в прошлом. Мог бы стать опекуном официально и брать мальчика с собой в путешествия, где и научил бы всему, что знал. Они лишь вошли во вкус, когда отправились искать Цунаде-химе. Три чудесных недели костров, фруктового мороженного и ярмарок. «Минато, я так ошибался, — думал Джирайя. — Теперь я понял: это — моя судьба, мой долг, моё…» Но даже тогда Наруто уже был отравлен мыслями об Учиха. «Я сделаю все, чтобы спасти его», — раз за разом повторял Наруто, ни разу не сказав о том, что они все готовы на многое ради Саске. Тогда Джирайя ошибся, наивно приняв такое поведение за верность дружбе, потому что Наруто уже тогда был хорошим шиноби, пускай и все, чем он обладал, это собственная решимость. «Он мой лучший друг, — говорил Наруто ему, каждую ночь смотря на пламя. Тени лизали шрамы на щеках. — Не могу отказаться от него. Никогда не смогу». И Наруто сдержал свои слова. Учиха выдержал тяжелое испытание и добавил единственный недостающий кусочек головоломки, ставший началом безумия. Если бы Саске никогда не очнулся от комы, история была бы совершенно иной. Наруто бы так и остался в Конохе, опьяненный желанием защищать дорогих людей. Но сейчас все не имело смысла, и Джирайя фокусировался на том, как спасти деревню и вернуть Наруто домой. Мальчик быстро обучался, хотя Джирайя и знал, что учителя Академии вряд ли с этим согласились бы. Тем не менее режим Мудреца не имел отношения ни к силе, ни к умственным способностям. Это терпение, баланс и гармония с природой вокруг. Наруто был уже не столь вспыльчив и дерзок, как обычно, а значит легко входил в состояние медитации. Жаль, что им было отведено так мало времени. Две недели пролетели незаметно. — Концентрируйся, — учил Джирайя, — концентрируйся на всем вокруг, а не на чем-то одном. Почувствуй природу: ветер в волосах, воздух в легких, как проминается под пальцами земля и в ней ползут дождевые черви. Наруто больше не ворчал и не шикал раздраженно: «я понял», но выступивший на лбу пот говорил о том, что он слишком напряжен. Режим мудреца требует расслабления. Ты должен чувствовать. Джирайя видел, как зашевелились кусты, а через мгновение на камень прыгнул Гамакичи. — Время иссякло, — сказал он. Его большие глаза были навыкате, но жаб молчал. Джирайя посмотрел на Наруто, который уже отвлекся, смотря на внезапного гостя. — Иди, — сказал Узумаки. — Ты нужен им. — Твое обучение еще не окончено, — напомнил Джирайя. Ему не хотелось уходить и прерывать эту маленькую идиллию. Но Наруто лишь пожал плечами. — Ты сделал все возможное. Остальное — зависит от меня. Во всяком случае, я всегда могу спросить совета у жаб. — Ты прав, — с неохотой согласился Джирайя, а потом на мгновение задумался. Следующий вопрос был обращен к Гамакичи: — Насколько все плохо? — Зецу начал проникать за линию фронта, — юный жаб сообщил ему, — он вносит смятение в ряды шиноби. Видимо, Мадара не желает возиться с мелкой рыбой. — Подмога не прибыла? — Цунаде-сама ведет переговоры с Казекаге и Райкаге. Но численность Зецу все равно в разы превосходит объединенную армию. Отпуская проклятья себе под нос, Джирайя попытался что-то сообразить. Наруто был прав. Он научил его всему, чему мог. Остального Наруто должен был достичь сам. До этого момента Джирайя должен был присоединиться к борьбе и увеличить их шансы. — Согласен, — ответил он и кивнул. — А ты, паршивец, останешься тут и отточишь режим Мудреца до идеала, — наставлял Джирайя мальчишку, что не сводил с него глаз. — После того, как сможешь, возвращайся домой. А я должен подпалить парочку сорняков.