По дороге в Вашингтон

      Байк Дэрила нёс нас обоих куда-то в неизвестность. Я крепко прижалась к нему и даже не смотрела на пустынную дорогу впереди, которая всегда завораживала меня своей пустотой. В чём-то этот мир был мне даже привлекателен: в нём были киношные элементы заброшенности, относительная тишина и загадочность. Но кипящая жизнь Александрии была по душе больше, и не отпускала мои мысли ни на секунду. Благодаря тому спокойствию и беззаботности, которые создавались там, порой даже не хотелось переться ни в какой грёбанный Вашингтон.       Сначала мы наткнулись на одного чувака, знающего толк в выживании. Следили за ним довольно долго, уже не терпелось с ним познакомиться. Наверное, он был неплох, пока был жив…но его мёртвое тело вызвало во мне леденящий ужас и дикий вопрос в голове – если уж он не выжил, то как мне удалось до сегодняшнего дня дотянуть?       Ребята увидели несколько грузовиков, так живописно стоявших на стоянке, хотели их проверить.       - Вам не кажется это подозрительным? – прищурилась я, с неуверенностью косясь на машины. – Они тут стоят уже не один год, а так и не вскрыты, не разворованы. Вы на что-то надеетесь?       - Там могут быть консервы, - предположил Аарон.       - Оно того стоит?       - Если мы вернёмся с кучей припасов, то да, - уверенно кивнул он. – У нас слишком плохо обстоят дела с едой в группе.       - Что думаешь? – покосилась я на Дэрила.       - Можно проверить, - сказал он.       Колокольчик беспокойства всё равно гудел во мне, но авторитетное мнение Диксона сумело его подавить. Между прочим, очень зря, но я с ним согласилась. Уверенно последовала за своим мужчиной, большую часть времени пялясь на его спину, довольно редко оглядываясь по сторонам. Всеми клеточками моего тела я готовилась к какому-то идиотизму, которой вот-вот произойдёт…и этот идиотизм произошёл ровно в ту секунду, когда Дэрил вскрыл дверь грузовика.       Чик! И я иду по дороге.       Не могу ничего понять, в голове какой-то плотный туман, полностью окутавший мозг, всё тело ноет, ноги еле плетутся, руки что-то стягивает, какая-то неприятная плёнка. Продолжая шевелить ватными ногами, я подношу ладони ближе к лицу, а руки полностью стянуты засохшей кровью плотным слоем, причём чуть ли не по локоть. Мимолётно в голове проносится мысль, а не зомби ли я? Может иммунитет кончился, али ещё какая неприятность? Или это и вовсе сон какой…ибо я вообще ничего не могу понять, как будто целый кусок жизни из головы выпал.       Я медленно подняла голову, оглядывая спутников. Десять отличий не было, но было одно – рядом с нами шёл какой-то лишний человек, темнокожий, с длинной палкой. По телу побежала крупная дрожь, мозг ещё больше потерялся в этой реальности. В действительности я ни хрена не ощущала в тот момент, кроме страха. Что, чёрт возьми, произошло? Я замедлила шаг и слегка подёргала Дэрила за рукав, привлекая его внимание.       Он посмотрел на меня сверху вниз, кивнув, тем самым показывая, что внимательно слушает меня. Я слегка приподнялась на носочки, приблизившись к его уху, и прошептала:       - Это кто? – я кивнула в сторону мужика с палкой.       - Ты блять так шутишь что ли? – громко ответил мне Дэрил, привлекая внимание наших спутников. – Чего-то как-то не смешно вообще.       Я с обидой покосилась на мужчину и глубоко вздохнула. Аарон, кажется, заподозрил, что дело неладно и остановился, с ним и наш новый незнакомый дядька.       - Что-то не так, Джулиетт? – спросил меня Аарон.       - Ребят, вы только постарайтесь это серьёзно воспринять…что произошло тогда, когда мы открыли грузовик? Я не помню ничего…совсем…абсолютно…       Мужики растерялись. Такого поворота событий, видимо, вообще никто не ожидал.       - Ну, в том грузовике были ходячие, - пояснил мне Аарон.       - Это вообще была ловушка, нас там закрыли, вместе с этими тварями, - сказал Дэрил, по его виду мне до сих пор казалось, что он всё еще подозревает, что это у меня шутки такие неудачные.       - О, святые макароны, - я покачала головой. – Знала же, что что-то пойдёт не так. А это я так защищалась значит? – я показала свои руки.       - Ага, - пожал плечами Аарон.       - А то, что у меня катана за спиной, у меня, видимо, тоже из памяти улетучилось, - я в недоумении покачала головой. - Простите конечно, но вас я тоже не помню, - я перевела взгляд на новичка в нашей компании.       - Это Морган, он помог нам унести оттуда ноги.       - Спасибо, Морган, - неуверенно пролепетала я.       Я отмывала руки очень долго. Всё это дерьмо забилось под ногти, в мельчайшие морщинки кожи. Я оттирала это щёткой и лихорадочно думала, что же я такого делала своими руками, что они настолько испачканы кровью, что чтобы их отмыть мне понадобилось около получаса. И почему у меня память отрубилась? Настолько ли это было состояние аффекта, что моё сознание унесло в какие-то небесные ебеня?       - Честно, такой я тебя ещё никогда не видел, - я услышала голос Дэрила за своей спиной: свойственно ему, крайне тихо он зашёл ко мне в ванную и остановился в дверном проёме, он говорил почти шёпотом, наверное, чтобы отец ненароком не услышал то, о чём бы ему лучше не знать.       - В смысле? – я посмотрела на него через зеркало над раковиной.       - Ты не вела себя как раньше на вылазках, никакой свойственной тебе расчётливости…ты даже забыла, что у тебя есть оружие, просто отрывала им головы руками… У тебя в глазах был такой дикий испуг… блин, зря я тебя с собой вытащил, ты сильно перепугалась.       - Кто же знал, что так произойдёт? – я переваривала слова Дэрила и всё больше удивлялась…действительно, почему это произошло, почему я вела себя так??? – Я жива, всё нормально. Ну, побыла сумасшедшим зверем немного, с кем не бывает…Мне больше интересно, кто те люди, чуть не убившие нас…и, наверное, того парня, за которым мы шли.       - Я не знаю…но, наверное, те ещё ублюдки…       В этот момент к нам заглянул отец. Мы ничего не сказали ему, как появились в доме, кроме того, что всё нормально. Но видно было невооружённым глазом, что он серьёзно обеспокоен, судорожно ищет ответы в наших глазах. Не знаю, что он для себя понял тогда конкретно, но суть ему была ясна, он тяжело вздохнул и обратился к Дэрилу:       - Не бери её больше с собой. Это ты, как в клетке, а ей хорошо дома. Я считаю, она достаточно уже убивала, не нужны ей новые рекорды, - на последней фразе он бросил краткий взгляд на уже негодную щётку в моих руках.       Интонация отца была более чем агрессивна, пусть даже он не повышал голос. Дэрил виновато опустил голову.       - Папа, я сама выразила своё желание поехать, - твёрдо заявила я.       - Действительно, - передразнил меня старик и удалился.       Встретившись с Диксоном взглядами, я лишь пожала плечами. Это была моя универсальная реакция на гнев отца – я никогда не воспринимала его агрессию всерьёз, потому что всегда знала, что это признак гиперзаботы. При мне отец всегда был божьим одуванчиком, и мне до сих пор почти нереально представить, каким он был, пока добирался сюда из Анкориджа, что он пережил и как действовал, как сумел сохранить себя точно таким же, каким я знала его до всего этого…       Мы поднялись с Диксоном наверх, в свою комнату. Я постаралась сделать это помещение наиболее атмосферным, таскала туда кучу классных вещиц, которые удавалось найти. Знала, же, что всё равно рано или поздно придётся покинуть это место, и всё это добро будет нестерпимо жалко, но пусть…оно всё-таки будет, чем нет.       Дэрил молчал, думал что-то про себя, выглядел напряжённым, взглядом со мной не встречался.       - Чего молчишь? – я постаралась произнести это как можно более ненавязчиво.       - Отец прав, - Диксон опустил взгляд в пол. – Я тебя просто вынудил поехать с нами.       - Он этого не говорил.       - Он это очень чётко дал понять. Я поступил дерьмово.       Я зависла в некотором ступоре на минуту, задумалась над тем, что он говорит. Наверное, так оно и было, но я, сломя голову, неслась напролом, чтобы снова быть к нему ближе.       - Я очень хотела вернуть всё, как было, - тихо сказала я. – И если уж провинились, то оба.       - Я не послушал тебя тогда, не попытался тебя понять, и всё обернулось так, - виновато произнес мужчина, отводя от меня взгляд.       - Спасибо, что понял сейчас, - я поднялась с кровати, на которой сидела по-турецки, изредка покачиваясь вперёд-назад, держась за собственные ступни, словно неваляшка, подошла к нему, обхватив его шею руками.       Хотелось что-то добавить, словами вознаградить его за это понимание, но этого не потребовалось. Ему не нужно было слов. И мне стало намного легче на душе, что данный вопрос закрыт. С одной стороны и я добилась своего, и Дэрилу стало намного легче.       Я смахнула волосы с его лица, которые закрывали и без того, плохо заметные прищуренные глаза, цвет которых благодаря этому очень сложно было различить. Его взгляд скользил по моему лицу, будто стараясь запомнить каждую его чёрточку. В этот момент я практически на коже ощущала насколько этот взгляд был мягким. Я задержала свои ладони на его лице. Люблю прикасаться к нему, особенно тогда, когда эти прикосновения не являются для него чем-то запретным и неприятным.       Теперь, когда он привык и знает, каково ощущать кончики моих пальцев у себя на коже, наверняка он ждёт этих прикосновений снова. Он расслабленно прикрыл глаза и спокойно позволил мне крепко обнять его, уткнуться носом в его шею, глубоким вдохом впитывая в себя его запах. ***       Гладкие дни подошли к концу. Запнулись об шероховатую, полную причиняющих боль заноз, поверхность. У Александрии появились проблемы в виде огромного числа ходячих, которые вот-вот наткнутся на наш дом. Это снова и снова было чертово дежавю, которое, словно тупой клинок, резало мой мозг, тем самым причиняя ему массу страданий. Снова всё повторялось, снова всё хотело пасть в грёбанную бездну. Я не видела сколько их было, потому что за стену и в этот раз не вышла, но перенимая впечатления Дэрила от увиденного, я могу примерно представить, что происходящее описывает только слово «пиздец».       - Крайне стрёмно отпускать тебя куда-то, особенно после той неудачной вылазки, - протянула я, медленно следуя за охотником по покрытому трещинами асфальту улиц Александрии в сторону ворот.       Легкий теплый ветерок дул в лицо, ласково прикасаясь к коже. С нами шёл отец. Мы провожали Диксона на операцию по удалению хуевой тучи ходячих с ближайшего радиуса вокруг нашего милого дома.       - Я твоему отцу пообещал, что ты останешься здесь, - бросив краткий взгляд на папу, сказал мне Дэрил.       - Шушукаетесь там без меня, - усмехнувшись, сказала я. – Я не против. Просто буду волноваться…как всегда, в принципе. Буду защищать это место.       - Тебе можно это доверить, - твёрдо сказал Диксон, крепко обнял меня и поцеловал в лоб – это был его излюбленный вид поцелуя.       Эти слова пробудили во мне взрыв гордости. Я довольно улыбнулась. Его выражение лица было по-прежнему серьёзным и напряжённым, поэтому я взъерошила ему волосы на голове и потрепала за щёки, к слову, Дэрил такого беспардонства терпеть не мог, его всегда это раздражало – я пыталась добиться от него улыбки, а он смотрел на меня, как на идиотку. Но в этот раз всё чудесным образом сложилось иначе – мужчина мягко улыбнулся, что заставило меня зацвести аленьким цветочком.       - Береги себя, - сказала ему я. – Эй, ребят, вы там тоже осторожнее! – я помахала рукой садящимся в машину Саше и Абрахаму.       Саша в ответ показала мне большой палец знак того, что всё будет зашибись.       Ворота за ними закрылись.       - Эх, надеюсь, всё будет хорошо, - обратилась я к папе, тяжело вздохнув.       - Есть какие-то предчувствия? - отец насторожился.       - Я не знаю, - я пожала плечами. – Может быть…просто эта миссия несколько опаснее, чем простая вылазка. Тут речь идёт не о десятках и даже не о сотнях ходячих. Их там тысячи, и эти тысячи ложатся на плечи всего лишь троих человек.       - Сколько нужно полицейских, чтобы остановить Халка?       Этот вопрос поверг меня в ступор. Я прищурилась, поглядывая на отца. К чему этот вопрос?       - Много… - неуверенно произнесла я.       - Ну вот. Эти три человека – супергерои. Нужны целые армии, чтобы их одолеть.       Вот оно что! Чёрт возьми, вот что делают родители для своих детей. Они дают им силы для какого угодно испытания! Видя, что я волнуюсь, отец сотворил настоящее чудо…хотя он сам обеспокоен не меньше моего. В каком-то роде, у него появился сын, которого до этого у него никогда не было, и теперь этот сын там снаружи, спасает наши задницы.       В поле моего зрения попала Мэгги, которая сидела на скамейке у одного из домов и так же, напряжённо смотрела на ворота, ожидая чего-то. Она сидела там часами, утром и вечером, постоянно поднимаясь на вышку. Ведь Гленн ещё не вернулся…Я проводила с ней время каждый день, я наблюдала за ней, старалась поднимать ей настроение, а она – мне.       Ещё со времен нашего проживания в тюрьме она стала мне близким человеком, на то время – чуть ли не единственным, кроме Дэрила, кто поддерживал меня и мои глупости открыто.       - Иди домой, я посижу с Мэгги, - сказала я отцу и направилась к подруге.       Девушка бросила на меня краткий взгляд и снова стала смотреть на ворота.       - Он вернётся, он просто собирает цветы для тебя. Не может, наверное, найти.       Мэгги посмеялась:       - У тебя очень…специфический юмор, Джули. И ты…изменилась здесь, за стеной.       - Я просто вернулась к настройкам по умолчанию, - пояснила я. – Да хватит про меня…зачем это обсуждать, я как раскрытая книга, всё со мной ясно. А вот ты меня заботишь, довольно сильно…Расскажи мне всё, пожалуйста.       Мэгги несколько секунд молчала, должно быть, собираясь с мыслями. Я примерно догадывалась, что она мне скажет, и честно, я предполагала, что когда-нибудь это настанет, но я не знала, что же ей сказать, особенно сейчас…       - Я беременна… - она не ломалась, не ходила вокруг да около, знала меня и знала, что я такого не приму, она всегда говорила со мной на самом высоком уровне честности, и я безмерно ценила это.       Я молча обняла девушку, крепко прижав её к себе.       - Буду честной, я не знаю, хорошо это или плохо, - пробормотала я ей в волосы. – Но я желаю тебе только счастья, я хочу, чтобы всё было хорошо.       - Спасибо, Джули…       Я погладила Мэгги по спине, продолжая обнимать её. Стоило мне поймать её взгляд, я обнаружила, что в глазах девушки стоят слёзы, но это не мешало Мэг выглядеть мужественно и решительно.       - Нет, ребёнок – это однозначно круто, - дурачась, пробормотала я. – Ты только представь! У нас будет детский сад, практически. А прикинь, какими сильными и крутыми они будут! Джудит и твой малышка.       Мэгги улыбнулась, хотя в её глазах по-прежнему читалась сильная грусть.       Не знаю, чему тут можно было завидовать, но всё-таки укол этого чувства мне на душу пришёлся. Наверное, ко мне незаметно подкралась какая-то женская зрелось, или же это была дикая тоска по Мартину, которую невозможно было задушить, и она преследовала меня практически каждую минуту. Но, чёрт возьми, мне хотелось иметь ребёнка.       - Сохрани его всеми силами, - наказала я девушке. – Я тоже хочу его потискать, - на последнее фразе мой голос стал мягким, а на губах появилась лёгкая улыбка.       - Ты, наверное, тоже хочешь малышку, - раскусила, как нефиг делать.       - Когда-нибудь, - отмахнулась я. – Точно не сегодня.       Нападение волков застало меня с метлой в руке. Единственная, более-менее опасная вещь при мне – нож, сидящий в ножнах, обхватывающих моё бедро под юбкой черного платья длиной чуть выше колена. Услышав дикий шум от резко начавшихся выстрелов и не понятно, откуда взявшегося невыносимо громкого гула, я резко дёрнулась, прислонившись к ближайшей стене, и крепко прижала метлу к груди, будто бы надеясь, что она сможет меня защитить. Сердце бешено заколотилось в первые же секунды осознания, что что-то пошло не так. Не прекращающиеся шумы не давали мне сосредоточиться и осознать, что происходит. Мне хотелось сжаться как можно компактнее, чтобы меня никто не заметил. Мне казалось, что я будто бы нахожусь на открытом поле, за мной следят и меня гоняют, словно жертву, изучая, как я поведу себя.       Время пошло медленнее, как всегда в такие моменты. Я осознала, что до сих пор крепко сжимаю в руках эту чертову метлу, причём так сильно, что костяшки пальцев приобрели мертвенно синеватый оттенок. Я злостно откинула её в сторону, в груди забурлила ненависть…к этому предмету уборки. Почему я его держала? Зачем? Он так важен для меня?       Дальше мысли рванули в сторону паники. Я думала о папе: где он, что с ним? Продолжая прижиматься к стене спиной, я направилась в сторону нашего дома тихой поступью, слегка приседая, что амортизировало шаг. Рука потянулась к ножу, без дрожи, плавным, уверенным движением. Зная себя, я понимала, что наступает тот момент, когда мой страх бесповоротно превращается в ярость: контролировать который можно, но все думы и мысли направлены на оправдание собственных поступков, которые вполне вероятно могут быть не совсем верными.       Я приближалась к нашему дому, выставив нож перед собой. С опаской выглянув из-за угла дома, я обнаружила множество чужих людей, быстро передвигающихся по нашей территории; что-то позади горело, на траве уже лежали трупы жителей Александрии. Внезапно, неожиданно…непонятно…Люди в чёрных одеяниях, бесцеремонно расстреливающие безоружных жертв, хаотично носящиеся по улицам, раскидывая коктейли Молотова по окнам и убегающие прочь под мелодичный звон битых стёкол, мгновенно приобрели в моём воображении ужасающие и мрачные образы мистических ублюдков. Я всё крепче сжимала в ладони своё единственное оружие, даже не думая о том, что оно мало чем мне может помочь, и тяжело дышала, не сводя глаз с происходящего.       Расстояние между мной и одним из них быстро сокращалось по мере его стремительного приближения, я понимала, что прятаться мне негде…хотя нет, я вообще не думала о том, что мне нужно прятаться. Датчик «бей или беги» в моей крови направил стрелку ровно на «бей». Уже заметивший меня человек нёсся ко мне с автоматом наперевес, и я кинулась навстречу, почти не понимая, что делаю. Я петляла из стороны в сторону, сердце прыгало, когда по мне открыли огонь, но я всё равно бежала навстречу потоку пуль. С бешенным криком я вцепилась в автомат, который был направлен на меня секунду назад, огонь открылся по воздуху быстрой очередью. Ладонями я ощущала жёсткую вибрацию, чувствовала каждую пулю, осуществляющую своё путешествие из недр оружия в небо. Автомат держала женщина, это я поняла сразу, но лицо её было закрыто, всё, кроме глаз и лба, на котором красовалась буква «W».       Где-то я это уже видела…       Так как в одной руке до сих пор был нож, зажатый между металлом оружия и моей ладонью, я решила отпустить одну руку, собрав все силы в другую, чтобы продолжить препятствовать адской вибрации, до сих пор не прекратившихся выстрелов над моей головой, от которых уши уже начали болеть – так сильно долбило по перепонкам. Кажется, она не ожидала, что я сама нападу на неё, думала, буду убегать…       - Не дождёшься, мразь, - неожиданно для себя, я озвучила свои мысли тихим шипением, которое даже мне толком слышно не было из-за оглушающей очереди.       Тело будто само совершило резкий выпад вперёд, нож встретил препятствие, а затем, ведомый моим усилием вошёл в тело по самую рукоятку.       «Уже и считать смысла нет», - подумала я, наблюдая за тем, как женщина, умирая, опускается на землю.       Автомат оказался уже пустым и бесполезным, в безнадёге, я пнула его ногой.       Пришлось снова припрятаться за стену того же дома, из-за которого я вышла ранее, ибо огонь выстрелов не на шутку разошёлся, грозясь превратить меня в тёрку для овощей. Приглядевшись, я заметила, что одна фигура в таких же одеяниях, серьёзно крошит нападающих, как настоящий асассин. Стоило глазам фигуры встретиться с офигевшими моими, и моя рука сама потянулась показать жест с выставленным большим пальцем в знак одобрения. До меня дошло, что это Кэрол.       «Ну, офигеть», - подумала я, покачав головой. – «Она – чёртов терминатор».       Женщина кратко кивнула в ответ на мой жест.       Её действие вдохновило меня. Смотря на неё, я сделала сначала один шаг вперёд, затем другой, затем ускорилась до быстрого бега, навстречу полной неразберихе у забора. Мои отношения с Кэрол…были никакими…мы не общались больше, после нашего разговора в тюрьме, не были близки. И ничего не изменилось: она смотрела на меня, как на глупое дитя, а я смотрела на неё, как на нечто серьёзное, массивное, не выносящее жалости, но не могла понять её. Однако то, как она проявляла себя последнее время, вызывало во мне мощное восхищение и даже ощущение неожиданно появившейся близости, ведь теперь её действия столь же резки и радикальны, её рука тяжела и жестока, возможно, в некотором роде, как и моя.       Эти твари нападали со спины, нападали на безоружных. Поэтому я не чувствовала никаких угрызений совести, когда прокручивала нож меж позвоночных дисков одного из них.       Темно.       Почему темно?       Сердце снова забилось, долбясь о грудную клетку с огромным желанием обрести свободу. Секунду назад у меня в руке был нож – сейчас его нет, секунду назад я стояла – сейчас сижу, обхватив колени руками, секунду назад БЫЛ ДЕНЬ! А сейчас ночь! Правая скула гудела, отдаваясь болью, платье было порвано.       Отдышавшись, я поняла, что случилось то, что со мной уже приключалось. Очередной обрыв плёнки, на которую ничего не записалось…       Я пялилась в одну точку, усердно вслушиваясь в окружение. Было довольно тихо, лишь изредка какие-то голоса. Я сидела на земле, прислоняясь спиной к стене склада. В ногах что-то неприятно хлюпало и стягивало, в темноте я смогла разглядеть лишь нечто тёмное покрывающее мои балетки и всю область до голеностопа. Пальцы рук запачканы кровью, неприятное ощущение из-за большого количества неизвестной субстанции под ногтями, предположительно тоже являющейся засохшей кровью.       - Эй, ты в норме? – я вздрогнула, подняв голову и возведя взгляд на говорящего: это Кэрол, слегка наклонившись, она с тревогой смотрит на меня.       Я покачала головой, безмолвно выдавая положительный ответ:       - Мы всех перебили? Всё нормально? Кто погиб? – закидала я её вопросами после небольшой паузы.       - Только местные, - она дала ответ только на последний из вопросов. – Пойдём, нужно навести здесь порядок, нужна твоя помощь, - она помогла мне подняться на ноги, подав мне руку.       Не очень уверенно я держалась на своих двоих, слегка согнутых. Я следовала за женщиной, словно хвостик, постепенно приближаясь к скоплению голосов и небольшому источнику света.       - Как там папа? – обратилась я к Кэрол.       - Жив, - не оборачиваясь, произнесла она. – Всё в порядке.       Я с облегчением выдохнула. Все наши живы, но это не избавляет от беспокойства. Кто, чёрт возьми, эти люди? Я уже видела этот знак на мертвецах во время нашей вылазки…это будет большим моим проколом, если мы виноваты в том, что эти люди нашли наш дом…       Мы проходили мимо моего любимого ангара, напоминающего мне колоритные ковбойские фермы – красный, с перекладинами из светлого дерева. В нём ничего не хранилось, он был пуст и дико выбивался из архитектуры Александрии, намного более современной на вид, чем этот сарайчик. Проходя мимо, я всегда обводила его взглядом, и в этот раз подняла на него глаза…       - Чёрт возьми, - вырвалось у меня вместе с резкой дрожью, волной прошедшей по моему телу.       На толстой балке, выступающей из корпуса ангара на высоте около трёх метров, висели два тела, с накинутой на шее петлёй из толстой цепи, карабином прикреплённой к воротам сооружения. Смотреть на это долго было просто невозможно – картина въедалась в мозг, как ядрёная кислота и занимала всё сознание, отказываясь его покидать. Одно тело барахталось, раскачиваясь из стороны в сторону и задевая второе тело. Заметно было, что этот персонаж уже давно не человек – некогда живая женщина хрипела по всем стандартам ходячего. У неё не было глаз. К слову, совсем. Вместо них лишь кровавые глазницы. Как она умерла – большая загадка, но с неё вниз натекла целая лужа крови, как и со второго тела, которое, в контраст к первому, было абсолютно неподвижно. У него почти не было лица. Зверски раздробленные лицевые кости черепа с виднеющейся кашицей мозга внутри, часть которого уже тоже слилась на землю.       «Что за зверь это сотворил», - подумала я, хотя уже начала догадываться, кем был этот зверь, переводя взгляд на свои ноги, которые были запачканы мешаниной из крови и мозгов.       - Лучше не смотри, - обратилась ко мне Кэрол. – Не думаю, что ты хорошо собой владела, когда делала это.       Я нервно сглотнула и кивнула ей, вложив в это действие максимальное количество благодарности. Мерзкий холод ужаса овладел моим телом. Потеря контроля над собственными действиями чревата полной анархией. Так ведь я могла сотворить всё что угодно!       - Как такое можно было сделать в такой лёгкой обуви… - вслух прошептала я. – Я что…прыгала на его лице?       - Думаю, я бы не хотела за этим наблюдать, - проговорила Кэрол. – Пойдём, - она постаралась быстрее увести меня от этого места, или же уйти самой, чтобы не смотреть – выглядело это поистине ужасающе и поражало своей жестокостью.       «Как только я смогла поднять их на такую высоту…»       Мы шагали ещё не дольше полминуты, но за это время ненависть к самой себе уже разъела мне всю душу. Я боялась себя, я не могла себя терпеть, мне хотелось убежать, спрятаться, спрятаться от себя самой. Чтобы отец, Дэрил, никогда меня больше не видели, не видели меня такой: безумной, жестокой, не похожей на человека. Я защищала это место…нет, я защищала себя. Страшнее подумать, если бы под руку попался кто-то свой.       - Милая, - я почувствовала тёплые объятия папы, но не смогла обнять его тоже, держала руки на расстоянии, боясь запачкать его.       Он был таким чистым…таким добрым. Всё бы отдала, чтобы наверняка знать, что он не видел меня в момент моих отвратительных убийств. Я не могла контролировать воспроизведение этой ужасной картинки, оно само проигрывалось у меня в голове, провоцируя рвотные позывы и жутко неприятную тошноту.       Меня хватило всего на пол секунды взгляда в глаза отца. Он провёл рукой по моей щеке, той, которая сильно болела, поцокал языком, видимо, заметив синяк или ссадину, не знаю, что там было. Словно я впервые в жизни получаю увечья, будто бы это так неестественно для этого мира, для этого дня…       Я сделала глубокий вдох, непрерывно мысленно твердя себе: «Эти люди – враги. Эти люди – варвары. Убивать их – не стыдно и не страшно. Это – защита».       Кажется, пора забыть о том, что есть плохо и хорошо. Здесь есть только опасно и безопасно.       Я перевела взгляд на Рика. Он был растерян и невероятно зол. Я уловила в его глазах сожаление за жертвы, которые были обретены на этом поле сражения. Он чувствовал колоссальную ответственность за каждого человека в этом поселении, даже за тех, к кому не был близок.       - Главное, всех перебили, - ободрительно обратилась я к нему, кратко кивнув.       За забором стоял рёв снующих туда-сюда ходячих. Их были сотни, и их бессвязные голоса сливались в один большой гул, который, словно ураган, дул по направлению к воротам и угрожал нам. Башня, некогда погоревшая, держится на соплях. Я не чувствую себя в безопасности. Дэрил так и не вернулся. Это заставляет дико нервничать…каждого из нас.