По дороге в Вашингтон

      Эта ночь далась мне с трудом. Подложив ладони под голову, я таращилась в потолок, слушая тишину и изредка улавливая активность людей снаружи. Иногда за окном проезжали машины, оставляя на моём потолке красивые световые следы. Команда готовилась к раннему отъезду завтра утром.       Мне показалось, что я прикрыла глаза лишь на мгновение, поскольку стоило мне провалиться в сон, по моим ощущениям, уже через секунду в мою дверь агрессивно застучали кулаками, грубый мужской голос приказал мне подниматься и «тащить свою тощую задницу на улицу». Затем в моё сонное сознание ворвался второй грубый голос, в котором я узнала личность Саймона. Он наорал на грубившего мне через дверь мужика, а затем велел ему свалить с глаз долой.       Так как я спала в одежде, торопиться и собираться впопыхах, не было нужды. Пока за моей дверью происходили эти разборки, я медленно моргала глазами, стремясь избавиться от налипшей на веки свинцовой сонливости.       Сегодня будет сложный день…день выбора, день манипуляций…чего угодно, только явно хорошо будет мало.       – Джули? – по ту сторону двери тихо говорил Саймон.       Я замычала, давая знак о своём присутствии.       – Моя жопа чует, сегодня будет важный день, – всё так же тихо говорил мужчина, я даже еле различала его слова.       – Ты что…боишься? – я усмехнулась, дабы подбодрить и себя, и его.       – Ещё чего! – Саймон засмеялся. – Береги себя.       Тишина. Шорохи только какие-то.       Я помотала головой, прогоняя остатки сна, поднялась с кровати, наспех умылась и вышла на улицу, где уже готовился к отъезду небольшой отряд Спасителей. На повестке дня пикап и небольшой автомобиль, Саймон, Дуайт, Дэрил (чтобы я не натворила глупостей?), пара наших героев, Колин – приспешник Нигана, его дружок Дейл, ну и, собственно, сам Ниган в центре всего этого великолепия. Не жирно ли для одного похода, целью которого является поиск истины? Меня даже слегка передёрнуло от серьёзности всей операции. Благо, рядом есть свои люди…       Ежедневный ритуал…мы встречаемся взглядами, и хитрая ухмылка совершенно синхронно и интуитивно всплывает на наших губах.       – Готова быть молотом правосудия? – продолжая широко улыбаться, говорил Ниган самоуверенно.       Он так был убежден в своей правоте, что, честно признаюсь, даже я уже начала сомневаться в том, что правильно поставила на невинность этих двух Спасителей. Лидер общины знал не просто своих людей как облупленных, он вообще, в целом, хорошо знал людей, поэтому… Мне пришлось ещё раз оглядеть трусливые выражения двух сегодняшних героев. В мозгу начало селиться разочарование, тоска, а поджилки немного затряслись. Блять, неужели он всё-таки прав? И с неверными разберётся, и меня поломает…       Дэрил, кажется, поймал моё сомнение. Осуществив какое-то микродвижение поддержки, выражающееся в едва заметном кивке, он хоть как-то привёл меня в чувство. Мои губы дрогнули в нервном выражении, мало похожим на улыбку, кулаки интуитивно сжались.       – Это мы ещё посмотрим, – пробурчала я, избегая очередного зрительного контакта, потому что показать, что я стушевалась, было бы серьёзным ходом назад: я отвернулась, запрыгивая в кузов пикапа.       Дэрила посадили в машину с Дуайтом, намеренно разделяя нас, как назло, со мной, в кузове, уселись мальчишки на побегушках у Нигана. Я уже привыкла, что рядом со мной поддержкой не богаты, но сегодня это ставило мне дополнительную подножку. Колин с Дэйлом сидели прямо напротив меня, сначала сохраняя на лице выражение кирпича, а затем начали по очереди ухмыляться, соревнуясь друг с другом в неприличности своих ухмылок. Затем они попытались заговорить со мной, точнее, поиздеваться, возможно. Но я находилась в прострации, постоянно думала о том, как буду поступать, если двое виноватых действительно окажутся виноватыми, даже не сразу поняла, что до меня докапываются. Подняв взгляд на приспешников Нигана, я лишь тихо пробурчала:       – Со мной, вроде как, никому нельзя говорить. Я не думаю, что вы – святое исключение, – хотела ещё что-то добавить о том, не боятся ли они перечить приказу их лидера, но прикрываться этим самовлюблённым ублюдком было бы довольно низким событием.       Мы ехали около часа. Не быстро, ловя все кочки по пути. Я чуть не уснула, податливо раскачиваясь из стороны в сторону на неровностях дороги.       А вот и фургон. Белый, пыльный, к нему прикреплён довольно большой прицеп, под завязку гружёный медицинским барахлом. Дверь трейлера распахнута настежь.       Ниган выскочил из пикапа бодро, размахивал битой, шагал, чуть ли не в припрыжку. Постучал своей Люсиль по металлической обшивке фургона и дождался радостно несущихся к нему мёртвых гостей. Я спокойно наблюдала за тем, как лидер Спасителей ловко укладывает бывших подчинённых своим несменным оружием.       – Ну…что там у нас? – пробурчал себе под нос Ниган, запрыгивая в освобождённый от мертвецов автомобиль.       Я тут же бросила свой взгляд на потенциально провинившихся. Готова была поклясться, что они напряглись. Мужчины переглянулись между собой, а затем, ведомые явно появившейся паникой, стали оглядываться на остальных, в том числе и на меня. Вот так и остались мы посередине, словно курицы на обезглавливание: я, да двое этих бедняг. Я сделала попытку отправиться в фургон вслед за Ниганом, но стоящий позади меня Колин грубо схватил меня за плечо, останавливая. Пришлось вырвать руку из его хватки и с нетерпением наблюдать. Дэрил обеспокоенно поддался вперёд, заметив, что ко мне проявили толику резкости, но Дуайт реактивно предотвратил его стремления. Всё происходящее сопровождала лишь тишина и наши кроткие переглядывания.       – Ого себе, находочка! – вдруг раздалось из недр фургона, наши герои синхронно вздрогнули.       Раздался какой-то звон, затем шаги. Ниган появился в дверном проёме трейлера спустя пару секунд.       – Вот так новости! Вы бухали! – в руках у Нигана было несколько пустых бутылок и одна наполовину полная. – Ёбаные ублюдки! – он что есть силы кинул бутылки в виноватых, ни разу не промахнувшись.       Мужчины лишь сжались в комочек, втянув шеи, и смиренно принимали на себя удар. Ниган кричал, но он не был разгневан. Потому что он заранее знал, что всё так и сложится. Он успел перебеситься, когда машина запаздывала несколькими днями. Сейчас он лишь пугал тех, кому должно воздаться по заслугам.       – Вам было дано задание. Невъебически простое: найти и привезти. Что, блять, может быть элементарнее? И даже с этой поебенью вы справиться не смогли! Что там я от вас слышал? Сломался фургон? – он вёл возмущённый монолог. – Зачем чинить? Можно просто побухать! – после этих слов Ниган подошёл к рулю трейлера и повернул ключ, который находился в зажигании.       Потарахтев немного, мотор завёлся.       – Чудеса! – театрально воскликнул Ниган. – Или это эффект присутствия?       Молчание. Кажется, я начинаю слышать, как бешено бьются их сердца. А может…это моё?       – Я блять, у вас спрашиваю! – рявкнул мужчина, я вздрогнула синхронно с провинившимися. – Чудеса ли это?!       – Нет… – заикаясь и дрожа, отвечал один из них, медленно опускаясь на колени.       Второй сделал то же самое, его тоже пробивала дрожь, лицо вмиг стало мокрым от пота и слёз.       Я моментально узнала в этой картине то, что произошло несколько недель назад с нами. Мы выглядели точно так же: уничтоженные морально, не в силах промямлить и слово, пронизанные страхом. Страхом всего лишь перед одним человеком.       – Он не ломался… – договорил виновник, опустив голову. – Мы соврали.       – И на что, вы, блять, надеялись? Что я плюну и забуду? Так, ладно, – Ниган вдруг отвёл своё внимание от виновников. – Дуайт, заводи фургон, через пять минут выдвигаемся обратно. Чего зря время терять?       Кажется, сейчас начнётся. Ниган переводит взгляд на меня. Он снова играет и снова мысленно про себя ставит ставки. Взгляд не отводит, выжидает. Затем протягивает мне Люсиль. Улыбается. Я не тяну руки вперёд, мои ладони потеют, я лишь неловко потираю их друг о друга, не прерывая зрительный контакт.       – Ну же, – он кивнул в сторону своего бессменного оружия.       Ещё секунду я выжидаю, думая, как долго я смогу так сопротивляться.       – Взяла, быстро, – холодно процедил он, резко испарив улыбку со своих губ.       Подчиняюсь. Делаю неуверенный шаг, беру биту в руки. Совершенно случайно ловлю взгляд Дэрила, что стоит у Нигана за спиной. А вот этот взгляд я уже не выдерживаю, прячусь. Я знаю, пусть он в любом случае поддерживает меня, но сейчас от этого мне только больнее. То, что он находится здесь и сейчас и станет свидетелем того, что мне придётся сделать…от этой мысли у меня душа по швам начинала расходиться.       – У нас всего пять минут, – начал Ниган. – Уж извините, больше нету. Расклад такой. Либо ты убиваешь одного, либо я убиваю двоих, и смерть их обоих будет на твоей совести. А ещё обещаю, что она будет намного мучительнее.       Во рту пересохло, а вот бита, наоборот, начала выскальзывать из рук, потому что они стали слишком влажными. Одного или двоих. С одной стороны – расклад очевиден, если я убью одного, то смогу спасти жизнь второму. Но с другой стороны…разве не это ли худшее наказание? Когда ты оставляешь в живых кого-то, тем самым, заставляя его всю оставшуюся жизнь нести эту ношу и скорбь за второго.       Может, просто отказаться с каменной рожей? Они ведь сами виноваты, умышленно накосячили и не менее умышленно наврали. Какая сторона во мне возликует, если я сделаю так? Чего он ждёт от меня?       Не знаю…думала ли я долго. Но, что точно помню, озарение ко мне пришло очень яркой вспышкой в мозгу.       Выбор – это не развилка из двух дорог, в которой тебе нужно выбрать одну из них. Выбор, это когда ты разворачиваешься, и идёшь по третьей – неизведанной дороге, которой нет ни на одной карте. Ты сама будешь вытаптывать тропу и идти по ней, никто до тебя этого не делал.       Поэтому я сжимаю Люсиль крепче в руках…и совершаю очень сильный и резкий замах. ***       Стрельба начинается почти сразу, но я успеваю нанести ещё один удар, на сей раз победный…смертельный. Череп Колина, стоявшего прямо за мной, был проломлен мною со второй попытки. Это действие было спусковым крючком. Дуайт, находящийся в трейлере на тот момент, быстро подоспел на помощь. Он моментально среагировал, поняв, что вот оно…перепутье…сейчас или никогда. Он убивает находящегося в прострации и забрызганного кровью товарища Дейла, тем самым, прикрывая меня.       В тот момент, когда и Саймон открыл огонь, Ниган понял, что остался совершенно один. Громко крича, он стрелял по нам из автомата, будто в агонии, и отступал назад. У меня не было никакого оружия, кроме злосчастной биты, поэтому я отползала, сквозь огонь, к трейлеру, пытаясь пробраться и к Дэрилу тоже. Он ведь был совсем безоружен.       Я почти не видела, что происходит вокруг. Я не знала, что происходит сейчас с Дэрилом. Больше всего на свете я боялась увидеть его мёртвым.       Выстрелы утихли, завизжали колёса пикапа, Ниган скрылся, уезжая в сторону Святилища. Сначала я приподняла голову, а затем резко поднялась с земли и бросилась осматривать поле битвы.       Колин с раскроённой башкой, Дейл с пулей промеж глаз, один из виновных убит в перестрелке, другой дрожит, лежа на земле и прикрывая голову руками, Дуайт, так же как и я, несколько растерянно оглядывает всё вокруг, Саймон…мёртв…лежит на земле, с широко распахнутыми глазами. Дэрил…я увидела много крови. Настолько много крови, что моя голова закружилась, ноги зашатались, что-то во мне упало. Я грохнулась на землю, совсем не думая о коленях. Он прерывисто дышал, смотря на небо и сжимая руками траву под собой. Ему было очень больно.       Паника завладела мной…я не знала, что делать. Огромное кровавое пятно расплылось в области живота, ещё одно – на ноге, видимо, было прострелено колено. Я металась туда-сюда, не зная, что делать и как мне ему помочь.       – Надо повязку наложить, – Дуайт выглядел довольно спокойным, в отличие от меня.       Я закивала глупым болванчиком. Мужчина принёс из фургона какие-то бинты, но их было очень мало, хватило только на то, чтобы перевязать колено. С раной на животе дела обстояли многим хуже. Я даже боялась смотреть, что там. Ранение было серьёзным, мало того, пуля застряла где-то глубоко внутри, кровь не останавливалась.       – Тихо-тихо, – уже почти воя от отчаяния, я пыталась его успокоить, наверное, это выглядело жутко неискренне, так как успокаивать нужно было в первую очередь меня. – Постарайся не шевелиться, хорошо? – причитала я, чувствуя, как Дэрил слабо сжимает мою руку.       Пальцы его оказались очень холодными, что было ему совсем не свойственно. И это пугало меня. Пугало меня до усрачки, все клеточки меня дружно тряслись. Если я потеряю его, это будет конец…       Бинты закончились, а с раной на животе надо было что-то делать. Недолго думая, я сняла с себя толстовку, затем футболку, разорвала её, совершенно не думая о своём внешнем виде, и постаралась перевязать ей ранение. Благо, Дуайт помог, чуть приподняв Дэрила.       – Надо ехать в Хилтоп, срочно! – закричала я, накидывая толстовку поверх нижнего белья.       Я сделала попытку поднять Дэрила, чтобы как-то транспортировать его в машину. В принципе, мне это почти удалось, невесть откуда взявшиеся силы забурлили в моём кипящем от паники теле. Дуайт рявкнул в сторону выжившего виновника, чтобы тот подсобил мне. Сам же надзиратель Дэрила подогнал машину поближе.       Диксон еле заметно морщился от той невероятной боли, что доводилось ему терпеть. Но он не проронил и звука. Мы затащили его в машину, уложив на заднее сиденье так, что его голова была у меня на коленях.       – Подбери трофей, – небрежно кинул Дуайт нашему помощнику и кивнул в сторону Люсиль.       Бита была окровавлена, с ошмётками плоти, запутавшимися между колючек проволоки. Мужчина поднял её не без отвращения и не без страха. Почти на вытянутой руке он донёс её до машины и шмыгнул на пассажирское сиденье рядом с Дуайтом. Автомобиль тут же сорвался с места и на приличной скорости помчался в сторону Хилтопа. Я не могла не обращать внимания на прерывистое и очень частое дыхание Дэрила. Он смотрел в потолок, изредка переводил взгляд на меня, но, как мне кажется, он перед собой ничего не видел. Его взор был словно затуманен.       – Ты…молодец, – прохрипел он.       – Тише…молчи, – я непрерывно гладила его по голове. – И не вздумай вырубаться!       Дуайт тем временем нашарил в бардачке рацию и принялся менять на ней частоту:       – Арат, приём!       Рация зашипела в ответ. Через несколько секунд послышался ответ:       – Дуайт. Принимаю хорошо.       – Началось, Арат, – теперь и Дуайт предался какой-то растерянности, он выговорил это очень задумчиво, зачарованно глядя на дорогу. – Мы начали бунт. Он приедет один.       – Что? – ошарашено ответила женщина.       – Ты всё верно услышала. Он приедет, вы начнёте всё, как и задумывалось.       – Я поняла тебя, – ответила Арат, выдержав небольшую паузу раздумий.       – И…Арат, – произнёс мужчина с обожжённым лицом. – Присмотри за Шерри. Я скоро буду.       – Всё будет хорошо…– шептала я, вылавливая взгляд моего мужчины. – Это не самое серьёзное твоё ранение, – я старалась как-то приободрить его.       – Ощущается иначе, – говорить ему было очень тяжело, я тут же зашикала, призывая его сохранять молчание.       – Я не знаю никого сильнее тебя, ты точно переживёшь всё это, – паническое оцепенение сходило на «нет», но на смену ему пришли слёзы, которые неконтролируемо полились из глаз.       – Брось реветь, – он упрямо отказывался игнорировать мои уговоры о том, что говорить ему сейчас не стоит.       – Сейчас, мы приедем в Хилтоп, и тебя вылечат, – слеза скатилась по моей щеке и упала прямо на лицо Дэрила, я тут же кинулась её вытирать, попутно целуя его.       – Вспомни…что-нибудь…хорошее…       – Наш дом…в Александрии, – я не могла избавиться от назойливых слёз. – Как мы переехали в него: ты, я и папа. Как убирались там, чинили…это было так здорово…так семейно.       – А мне…помнится…первая охота с тобой, – говорить ему было тяжело, но он всё равно шевелил губами, озвучивая свои воспоминания. – Мне впервые…было так комфортно не в одиночку.       Я невольно улыбнулась, слёзы совсем перекрыли мне взор своей непроницаемой пеленой. Для меня это было откровение…я не слышала, чтобы он говорил такое раньше. Было безумно приятно это слышать. Он ведь был одиноким волком, особенно на ферме…А потом мы пошли охотиться вместе, и с тех пор это вошло в обыденность для нас обоих. Мы стали напарниками, потому что нам действительно было удобно друг с другом, но я и не предполагала, что это было для него даже удобнее, нежели быть одному.       Дэрил был необычайно бледен, словно лист бумаги, спустя какое-то время моей глупой болтовни, которая была нацелена на то, чтобы отвлечь его, он стал моргать намного чаще и при этом закрывать глаза на более продолжительное время.       – Я чувствую, ты тут всхрапнуть решил, – я забеспокоилась, но старалась спрятать это беспокойство за шутливой интонацией.       – Нет, – еле выговорил он, совсем неубедительно, и звучало вроде бы как вопрос.       – Если ты сейчас отрубишься, то я очень обижусь, – я нахмурила брови. – Мы почти приехали, потерпи немного.       Но он закрыл глаза и далее их не открывал. Как бы громко я не кричала, не трясла его. Поглощённая вновь нахлынувшей паникой, я принялась прощупывать пульс.       Есть. Я с облегчением выдохнула, ощутив слабую пульсацию на сонной артерии. Только сейчас перевела взгляд на переднее сиденье, сразу же поймав обескураженный взор спасённого мной Спасителя, как бы бредово это не звучало.       – Жив? – с очевидной дрожью в голосе спросил он, кивая на Дэрила.       Я утвердительно покачала головой.       – Спасибо, – пробормотал он. – Что спасла меня…       – Я сделала это далеко не ради тебя, – отрезала я.       Спаситель поджал губы, опустив голову. Он знал, что был виноват, не мог найти себе место. Но мне было на него глубоко плевать. Он был всего лишь поводом вырваться из этих стен. Дуайт тоже вёл себя беспокойно, то и дело смотря на нас через зеркало заднего вида. Он хотел поскорее выгрузить нас и рвануть в Святилище, потому что опасался за жизни Шерри.       Я даже представить не могла, что сейчас творится там. Там, должно быть, дикая бойня, настоящая революция, и в Александрии ничего не знают об этом. Но самое время им об этом узнать. Если сейчас и общины восстанут против Нигана – ему конец. И это произойдёт в считанные дни.       Дорога была ужасной. Асфальт хрустел под колёсами, многочисленные ямки заставляли машину подпрыгивать и проваливаться. Я тряслась, словно лист на ветру, постоянно думая о том, что эти неровности дорожного покрытия причиняют Дэрилу неудобства. Я проверяла его пульс несколько раз в минуту. Я молилась, чтобы поскорее мы уже приехали.       Когда я увидела заветные ворота, я уже не могла сидеть на месте спокойно. Нам немедленно открыли проезд, и пока мы заезжали на территорию Хилтопа, я увидела Мэгги: статную, серьёзную, с рукой у пистолета. Увидев машину Спасителей, она напряглась и была готова к действию, но затем…скорее всего она увидела моё лицо, и что-то в ней изменилось.       – Мэг! – почти заверещала я, открывая дверь машины ещё до её остановки. – Помощь! Нужна помощь!       Грин подорвалась с места, бросившись ко мне. Она притормозила и погрузилась в некоторый ступор сразу же, как увидела голову Дэрила на моих коленях и салон машины, залитый кровью.       – О, Господи, – пробормотала она полушёпотом. – Врача, живо! – скомандовала она кому-то.       Дуайт и Спаситель, имя которого мне было до сих пор не известно, да и, в общем-то плевать, помогли мне вытащить бессознательного Диксона из автомобиля. Как бы мужчины не отгоняли меня, я лишь отмахивалась, принимаясь тащить Дэрила, вскидывая на себя львиную долю его веса. Мне было не тяжело, всё равно, в тот момент. Лишь бы только он не умер.       Население Хилтопа как по взмаху волшебной палочки принялось помогать нам. Это были зачаровывающее слаженные действия людей, которые не могли не заставить вновь поверить в человечество. Дэрила переложили на носилки, меня буквально насильно от него отлепил Дуайт, железной хваткой удерживая меня от попыток ворваться в больничное крыло.       – Ты сейчас только мешать будешь, ему помогут! – говорил он мне.       Не видя перед собой практически ничего, я ощутила присутствие Мэгги рядом. Я лишь коснулась её рукой, а затем повисла на ней, очень сильно прижимая к себе и утыкаясь носом в её шею. Девушка так же крепко держала меня, гладя меня по волосам точно так же, как я гладила в машине Дэрила, боясь потерять его. У меня не было слёз, но я прерывисто дышала, будто не могла найти воздух. Мои руки всё ещё тряслись и ходили ходуном так, словно я была заядлым алкашом.       – Джули…ты жива, – бормотала она тихо.       – Я должен ехать, – Дуайт едва коснулся моего плеча.       Я отцепилась от Мэгги и осознала, что ноги меня почти не держат. Я чуть пошатывалась. Дуайт кивнул Спасителю, что ехал с нами, призывая его вновь сесть в машину. Тот повиновался, послушно опустив голову. Человек с обожженным лицом заглянул в автомобиль, а затем вновь направился ко мне. В руках у него была Люсиль, жутко выпачканная кровью.       – Теперь это твоё, – он бросил биту к моим ногам, едва заметно улыбнувшись, а затем сел в машину и, поднимая столб пыли, умчался в сторону Святилища.       – Ты…убила его? – неуверенно, но изумлённо спросила Мэг, косясь на лежащее на траве оружие Нигана.       Все жители Хилтопа, что столпились вокруг, теперь глядели на биту, не веря своим глазам.       – Смешно, – я громко засмеялась, совершенно не контролируя эту истеричную эмоцию. – Ниган жив. Но его царство продлится недолго.       Это всё, что я смогла из себя вытянуть. Не знала, что сказать. Схватила злосчастную биту и уселась на траву у стен медблока, рассматривая свой трофей. Когда все разбрелись по своим делам, Мэгги опустилась рядом, вытянув ноги.       – Пошли людей в Александрию, – сказала я ей. – В Святилище сейчас начнётся буря. Самое то, чтобы Рик воспользовался этим.       – Хорошо, – девушка крепко сжала мою руку.       – Ты тут всем заправляешь, так ведь? – я слегка улыбнулась, глядя на Грин.       Она лишь пожала плечами:       – Выходит, что так.       – Умница.       Она слабо улыбнулась мне в ответ. Её глаза сияли силой, что в них было почти не видно той боли, что она испытывала. Мэгги была невероятно сильна, и это радовало меня. Хоть какая-то вещь сейчас действительно приносила мне радость! Потеряв любимого, Мэг сумела принять лидерство и теперь ведёт за собой людей. Я могла лишь радоваться и тихонько завидовать…       И…я была счастлива, что она не задавала вопросов. Не спрашивала, что случилось, почему Дэрил ранен, почему нас привёз Дуайт, почему у меня оружие Нигана, и вся прочая лабуда, которую она могла бы у меня спросить. Она лишь держала меня за руку, и я чувствовала себя хорошо.       – Как в Александрии? Держатся?       Она утвердительно кивнула.       – Ладно, я пойду, пошлю человека туда, – вдруг решительно сказала она, поднявшись с земли. – Не сиди тут, простынешь ещё.       Грин удалилась, как мне показалось, весьма поспешно. И это произошло после того, как я спросила про Александрию. Может, так что-то произошло? От этой мысли моё тело снова стала пронизывать дрожь.       Я бы и не стала слушаться её совета, совершенно не трудясь подняться с холодной земли, если бы ко мне не подошёл человек и не пригласил пойти поесть. Кусок в горло не лез, но я согласилась. Нужно было как-то скоротать время до тех пор, пока Дэрила латает доктор. Всё это время я зависала в каких-то тонких мирах, постоянно проваливаясь в глубокие раздумья, непонятно о чём. И мне не хотелось говорить…совершенно ни о чём. Хотя здесь была и Саша, и Энид. Они подсаживались ко мне, спрашивали как я, но не получая ничего кроме глупых кивков, удалялись, говоря мне о том, что Дэрил обязательно поправится. Чёрт, я знаю это и без вас. Он просто не имеет права не поправиться.       Спустя лишь несколько часов меня позвали. Я подорвалась так, словно внутри меня заработал реактивный двигатель.       Он был без сознания. По-прежнему невероятно бледен, только сейчас я заметила, насколько сильно он похудел за это время, каким острым стало его лицо.       – Пулю я достал, зашил, – говорил мне доктор. – Он выкарабкается.       Последнее предложение прозвучало не очень уверенно.       – Спасибо, док.       – Как там…мой брат…доктор Карсон? – вдруг спросил врач.       – Он трус, – только и смогла произнести я.       Доктор больше не задавал вопросов. Оставил меня наедине со своим мужчиной. Я слегка коснулась расслабленной руки Дэрила, пальцы его были очень холодными, я пыталась их согреть, что есть сил. Для меня было безумно непривычно, что он выглядел настолько спокойным. Он всегда был в напряжении и всегда был к чему-то готов, что, казалось, будь он в коме, он всё равно будет настороже. Но это было совсем не так. Он не был роботом, он был человеком, как мы все. И сейчас он по-прежнему ходил по тонкой грани между жизнью и смертью.       – Только выживи…не смей умирать, слышишь? Не смей! – шептала я.       Я сидела на полу рядом с его кроватью, сложив руки на матрасе, прямо рядом с ним. Я не знаю, сколько времени прошло, но я ждала и постоянно на что-то надеялась. Мэгги появилась уже затемно, позвала меня идти спать.       – Я ещё немного посижу, – отозвалась я.       – Тебе нужно отдохнуть. Как только он очнётся, тебя сразу же позовут, – сказала она мне.       – Что произошло в Александрии? – задала я вопрос в лоб, подняв на неё взгляд.       Мэгги замешкалась:       – Почему ты спрашиваешь?       – Ты очень быстро слиняла, стоило мне завести о ней разговор.       Она слегка прищурилась, и я заметила, как зрачки её едва уловимо забегали. Она что-то боялась сказать, ещё и покосилась на Дэрила так, как будто боялась, что он услышит.       – Говори, – возможно, я даже произнесла это несколько жёстко.       Девушка глубоко вздохнула, потерев переносицу:       – Твой отец…он…умер.       – Как? – еле проговорила я, стараясь победить сильно задрожавший подбородок.       – Ниган…отрубил ему руку…ты…знаешь наверное. Но лекарства…Спасители забрали все лекарства. У него началось заражение…сепсис…       – Он обратился? – говорить было всё сложнее, я теперь уже и не видела ничего перед собой, всё застилала слёзная пелена. – Нет. Рик не дал ему.       Я глубоко дышала, стараясь прогнать наваждение, которое вот-вот захлестнёт меня и поглотит своей гигантской волной.       – Я приду попозже…спать…посижу…я ещё посижу, – бормотала я.       Мэгги поняла, что я хочу побыть одной. Я хотела плакать, но не хотела, чтобы она видела это. Ей своих слёз достаточно, она потеряла не меньше моего. Девушка удалилась, тихо прикрыв дверь, кажется, даже говорила с кем-то снаружи, чтобы не заходили сюда.       Как только снаружи стало тихо, я зарыдала. Не громко, сдавленно, давилась слезами, уткнувшись лицом в холодный металлический каркас кровати и до остервенения сжимая руку Дэрила. Отец давно был мёртв…а Ниган припоминал его, ещё и продолжал вертеть мной, грозясь отрубить ему что-нибудь ещё. Да как он посмел???       Я ревела до тех пор, пока голова не начала разрываться изнутри от сильной боли. Слёзы закончились, и в мозгу появилось какое-то холодное спокойствие. Смысла реветь больше нет, всё это уже прошло, и вернуть ничего нельзя; время не имеет функции поворота вспять. У меня есть здесь и сейчас, и человек, которого я до одури люблю, должен выжить. Империя Нигана должна пасть, и это и моя забота тоже.       Той ночью я так и не вернулась в трейлер, где мне выделили матрас. Заснула, сидя на полу, в позе больного лебедя.       На следующее утро в Хилтоп приехал Рик. Он молча обнял меня, посидел с Дэрилом. Диксон так и не пришёл в себя. И это не случилось ни через день, и не через два.       Я знала, что должна была идти. Александрия, Хилтоп, Королевство…все общины собрались нанести ответный удар. И я знала, я должна быть там.       – Ты боишься, что я не вернусь? – тихо спросила я Мэгги, мы сидели рядом, около кровати Дэрила, опустив головы в пол.       Она кивнула:       – Ты отобрала у него честь, он не будет долго ждать, он убьёт тебя, – говорила она, имея в виду Нигана.       – У меня есть сто причин вернуться сюда, – я слабо улыбнулась. – Я не могу тихо сидеть и прятаться. Я там всё начала, мне и завершать… – А что если… – неуверенно, спотыкаясь на полуслове, бормотала Мэг. – Он проснётся, а тебя не будет?       – Что если он проснётся, а меня вообще не будет?       Грин закивала.       – Никаких «если». Я вернусь.       Я наклонилась над своим мужчиной, поцеловав его в лоб. Он дышал очень медленно, еле заметно. Я слегка пригладила его волосы и поднялась со стула.       – Я вернусь, – повторила я тихо. ***       И я вернулась. Это не было каким-то чёртовым чудом, или судьбой. Честно, я чуть не погибла там. В Святилище развернулся полный апокалипсис, похуже того, что происходил снаружи, в нашем бренном мире, полном мертвецов и всяких других неприятностей. Но я знала, что меня здесь ждут. Он ждёт. Мэгги ждёт.       Я вернулась на его мотоцикле, несясь на бешенной скорости. Моё сердце скакало, как ненормальное, я будто чувствовала, что что-то изменилось…изменилось в лучшую сторону.       Чертыхаясь, я соскочила с железного коня, а секундой позже увидела Дэрила, сидящего на ступеньках медблока.       – Засранец, зачем с постели встал? – вырвалось у меня, ворчливым, недовольным голосом.       Он лишь улыбнулся, ехидно так, играючи. А потом фак показал.       Я накинулась на него, словно он был чудом, сошедшим с небес.       – Тихо, швы разойдутся, – посмеиваясь, сказал он.       – Я тебе твой байк привезла, – похвасталась я.       – Главное, что себя привезла, – он погладил меня по голове, прижавшись своим лбом к моему. – Что там произошло?       – Ниган за решёткой, – лишь ответила я.       – За решёткой?       – Рик так поступил. И я бы тоже так же сделала…но, я бы сделала это затем, чтобы он валялся в наших ногах, наблюдая за тем, как его детище рушится у него же на глазах, а Рик…он…молодец. Он сказал «мёртвый ничего не усвоит», и посадил его в клетку. Я не знаю, он думает, к Нигану придёт осознание или ещё что…но он поступил, как настоящий человек.       Дэрил крепко сжал мою руку, теперь его ладонь была привычно тёплой, как и всегда.       – Когда очнулся?       – Позавчера.       – И уже скачешь? – я посмотрела на него не без укора. – Прости, что меня не было рядом.       – Я знал, что ты будешь там. Не обижаюсь, – кратко и лаконично ответил мужчина.       – Сейчас всё будет хорошо. Я люблю тебя.       Он обнял меня одной рукой, притянул ближе и едва ощутимо поцеловал в самый кончик носа, тем самым заставив меня расплыться в улыбке. Как всегда, ничего не ответил на фразу «я тебя люблю», ещё раз доказав, что любит что-то делать нежели трепаться. Этот милый поцелуй был красноречивее любых слов. Он долго смотрел на меня, его глаза сияли, он улыбался несколько даже придурковатой улыбкой, которую я вообще никогда у него не видела. И поэтому я чувствовала необычайный поток счастья внутри себя. Мы живы. Мы вместе. ***       А потом было много всего. Сначала Дэрил узнал, что отец мёртв. Дулся на меня почти неделю, что не сказала сразу, не разговаривал со мной, отводил взгляд. Но всё наладилось. Перебесился, успокоился. А потом Юджин вышел на связь с Вашингтоном. И тогда всё снова закрутилось. Мы организовали группу тех, кто готов ехать прямо сейчас. Нас было немного, меньше десятка, даже Рик остался в Александрии. В течение года почти вся наша группа перебралась в Вашингтон, лишь некоторые остались на насиженном месте.       Я думала, моя жизнь перевернётся, что приезд в Вашингтон и моя «святая миссия» всё повернут вспять. Так я думала, когда ещё жила в тюрьме. Но всё прошедшее время убедило меня в обратном, успокоило, опустило с небес на землю. Чудес не произойдёт, и мир не вернуть. Однако там я поняла, что возвращать его и не надо. У нас будет новый мир, построенный возможностями выживших, сильных людей, у нас у всех будет завтра, наступления которого мы не боимся.