И целого мира мало. Временно фарфоровая.

С момента Полиного возвращения прошло всего пару дней, за которые я готов был продать душу, а в частности, за ту атмосферу, что царила у нас дома, плотно закрепившись здесь не на несколько часов, а надолго. Ссоры по пустякам в одночасье прекратили свое существование, во что я сам не сразу поверил, всё время ожидая какого-то подвоха. Казалось, что так не бывает, что суровая реальность до последнего не уступит место этой сказке с хорошим концом, где мы счастливы и даже не умерли поубивали друг друга в один день. За эти пять дней её как будто бы подменили, и если бы я не был уверен, что других таких не существует, то непременно поверил бы в это. Но она по-прежнему оставалась той Полей, которую я любил до потери сознания, а иногда и до потери самого себя. Мы волшебным образом умудрялись находить компромиссы, тем самым избегая ссоры, которые раньше случались по несколько раз в день. И больше всего я боялся, что всё это так же быстро исчезнет, что разругавшись раз, мы уже не сумеем вернуться в эту колею тишины и покоя, в которой лично я крайне нуждался. - А ещё нужно заехать за продуктами... - вкратце расписав мне свои планы на сегодня, добавила Пелагея и тем не менее продолжила лежать на соседней подушке, с блаженной улыбкой глядя в потолок, на котором были чётко видны солнечные лучи. - А ты не хочешь съездить к моим родителям? - предложил я, подыскав самый подходящий момент из всех, что были. - Они в курсе последних событий? - как бы невзначай уточнила она. - Про ребёнка я ничего не говорил, а в гости они нас ждут ещё с Нового года, когда, между прочим, ты и пообещала моей маме, что мы обязательно скоро приедем... - проговорил я, припоминая тот новогодний разговор, когда под раздачу маминых поздравлений с наступившим Новым годом попала даже она, всего лишь проходя мимо. О Полином положении на тот момент ещё не знала даже Светлана Геннадьевна, которой мы и хотели преподнести эту новость в качестве новогоднего сюрприза. Своим родителям сообщать такую новость по телефону я точно не собирался, к тому же, Поля пообещала, что мы в скором времени приедем к ним, а значит, расскажем всё лично. С того разговора успело пройти чуть меньше месяца прежде, чем новость стала неактуальна, а нашего ребёнка больше не было. И разумеется, я думал о здоровье родителей и помнил о мамином давлении, которое сразу подскочило бы, стоило мне только сказать, что её ещё неродившегося внука или внучки больше нет. Именно поэтому наш визит к моим родителям был отложен до лучших времён, которые, как по мне, настали только сейчас, и дело оставалось за малым... На то, что мне в считанные минуты удастся уговорить свою благоверную поехать к ним, я и не надеялся, особенно сегодня, когда она уже что-то запланировала и не искала, чем бы себя занять. Эта идея пришла мне совершенно спонтанно, учитывая два выходных дня подряд, появившиеся у нас обоих. И так как нам ничего не стоило собраться и поехать, предупредив их о своём приезде по пути, я решил, что идея достаточно хороша для скорейшего воплощения её в жизнь. Стоит отметить, что я не учёл лишь один маленький нюанс в виде Полиного неумения быстро собираться куда-либо, потому как если обычно это затягивается на несколько часов, то здесь можно просидеть и до самого вечера. Конечно перед моими родителями она хотела выглядеть максимально красиво, ведь это же играло огромную роль, и практически влияло на их отношение к ней, по её мнению. Тот факт, что они уже не раз виделись за всё то время, что мы сходились и расходились, никого не смущал, и требования к самой себе у Пелагеи оставались прежними. Поэтому я успел приготовить завтрак, поесть, помыть посуду, одеться, зарядить телефон и уже даже отчаяться прежде, чем она сообщила мне, что «почти готова». И в её понимании, как и в понимании многих девушек, стадия «почти готова» - это совсем не та, на которой красят губы перед выходом. Это где-то между «Я уже высушила голову» и «Дим, мне нечего надеть». И надеть ей было нечего вовсе не потому, что основная часть вещей до сих пор находилась у неё дома, куда мы так и не успели доехать с момента её возвращения. Проблема заключалась в том, что все имеющиеся вещи резко перестали подходить для визита к моим родителям, а если начать предлагать очевидные варианты, доставая из шкафа всё по порядку, то может случиться психическое расстройство, причём у меня, а не у неё. Я всё также продолжал наблюдать за её размышлениями вслух на тему того, как сложно жить, когда из всего гардероба не можешь найти то, в чем просто выйдешь из дома. Наблюдал и даже не пытался вклиниться со своей «помощью», потому что это бы только замедлило весь процесс. Зато я позвонил маме и предупредил, что если кто-то Свыше сжалится, то мы, может быть, даже доедем до них ближе к вечеру. И вот здесь она могла не переживать, что не успеет накрыть на стол, раз я не позвонил заранее, потому что в случае с Полей времени у мамы было более, чем достаточно. - Ну, блин, мы так никогда из дома не выйдем, - простонала блондинка, озвучив мои мысли вслух, чему я неподдельно удивился. - А это тебе чем не нравится? - поинтересовался я, рассматривая её платье, что вполне подходило для встречи с родителями. - Всем, - моментально пояснила она, обиженно надув губы и уставившись в зеркало. - Я тебя сейчас в одеяло закатаю и отнесу в машину, чтоб долго выбирать не пришлось, - отозвался я, усевшись обратно на кровать, так как ситуация не прояснилась. - Давай ко мне заедем? Я вот прям быстренько переоденусь, - развернувшись ко мне с милой улыбкой на лице, уточнила Пелагея. - Это ещё как минимум часа два, - недоверчиво хмыкнул я, лучше зная, что такое «быстренько» в её исполнении. - Тогда я сдаюсь, - тяжело вздохнула она, развернувшись ко мне спиной и намекнув на молнию на спине. - Не-не-не! - возразил я, замахав руками и уложив руки ей на талию, - Если ты его сейчас снимешь, то мы точно никуда не выйдем сегодня... - Десять минут, - клятвенно пообещала Поля, накрыв мои руки своими, - Ты можешь даже из машины не выходить: я только переоденусь, и сразу поедем! - Горе ты моё луковое! - засмеялся я, на несколько секунд прижавшись к её шее губами, - Ладно, поехали... Только потому, что она так быстро и без особых усилий согласилась на мое предложение, мне уже стоило пойти ей навстречу и доехать до её дома, где среди всего своего гардероба она наверняка сумеет отыскать подходящую одежду. Вопрос только: как быстро это произойдёт? С виду мы напоминали самую настоящую семью, а моя мама обязательно сказала бы (или в скором времени скажет), что для полноты картины нам не хватает только ребёнка. Время от времени я всё равно невольно представлял, как бы сложилась наша жизнь, если бы малыш остался жив, и сейчас бы относительно был с нами. Я представлял, каким большим у Поли мог бы быть живот, и как бы я с ним продолжал разговаривать, что и делал все эти несколько месяцев, пока в моей голове жила мысль о появлении нового члена семьи. Тогда ещё никакого живота не было в помине, и понять, что она в положении, было просто невозможно, но меня это нисколько не останавливало. За неделю до произошедшего мы заметили, что её живот только-только начал округляться, и даже успели сделать фотографию на мой телефон, что, наверное, до сих пор хранилась где-то в его памяти среди многочисленных снимков, которые я принципиально не удалял. И наверное, так больно, когда я увидел её живот спустя какое-то время, мне не было никогда. Никаких округлений и уплотнений, никакого намёка на то, что там кто-то был, и огромная дыра вместо осознания и принятия того, что «Так часто бывает на ранних сроках». Да, время от времени я всё-таки возвращался к этим мыслями о нашем неродившемся ребёнке и вопреки всем своим душевным состояниям, представлял, как могло бы быть сейчас, не случись этого страшного «тогда». - Я быстро, - вновь пообещала Пелагея и, чмокнув меня в щёку, вышла из машины, попутно доставая из сумки ключи. Посмотрев на часы, я решил засечь время ради интереса, дабы понять, насколько сильно её «быстро» отличается от обычного. Первые пять минут пролетели незаметно, а дальше я всё же решил найти ту самую фотографию в своей фотоплёнке, о которой совсем недавно подумал. Перед глазами мелькали различные кадры, как буквально недельной давности, когда я прилетел к ней в Казань, так и наши совместные фотографии с Греции, которых было достаточно, чтобы полностью воскресить в памяти те относительно хорошие дни. В какой-то момент мне показалось, что её в моем телефоне настолько много, что хватило бы открыть целую галерею, состоящую исключительно из Полиных фотографий, сделанных на мой телефон. Воспоминаний, связанных с ней, было бесконечно много. Так много, что даже при огромном желании, мне не удалось бы стереть её из своей памяти раз и навсегда. Кадры сменялись один за другим, и почти на каждом мне доводилось вновь и вновь видеть её улыбку, от которой сводило скулы, а по телу разливалось необъяснимое тепло. Все эти сложные два месяца однозначно пошли нам на пользу, несмотря на все те трудности, что пришлось пережить. В какой-то степени меня даже радовало, что таким образом нас кто-то проверил на прочность ещё до свадьбы и до того, как мы официально станем полноценной ячейкой общества. Мол, раз им и это под силу, тогда сомнений больше нет. Наконец, добравшись до той самой фотографии, где действительно уже заметен её округлившийся животик, я невольно вздрогнул, когда дверь неожиданно распахнулась, и на соседнее сидение приземлилась Поля, почти с той же самой улыбкой глядя на меня. - Успела, однако, - тихо проговорил я, переведя взгляд на часы и в ту же секунду заблокировав свой телефон от неё и от греха подальше. Оптимистичный настрой сейчас был крайне необходим. - Можем ехать, - улыбнулась она, пристегнувшись и отложив свою сумку на заднее сидение. - Всё хорошо? - Да-да, просто задумался, - отмахнулся я, стараясь не показывать того, как нехило меня встряхнул просмотр всех этих фотографий и действительно заставил задуматься, как всё в этой жизни относительно. - О чём? - уточнила блондинка, явно пытаясь развить эту тему. - О том, что до ужаса тебя люблю, - в принципе, не исказив свою основную мысль, ответил я. - «До ужаса» - звучит так себе, - усмехнулась она, внимательно посмотрев на меня. - Значит, как ты там говорила?.. До неба и обратно... - отыскав самый подходящий вариант, выдал я, снова заставив её чему-то рассмеяться.