космос

      -Ре, мой моторчик уже глохнет. Нужна еда.       Женщины так и сидели на одном стуле лицом друг к другу, обнявшись, будто связавшись в узел. Пальцы ног Литвиновой едва касались холодного от сквозняка пола. Руки искали губы, пальцы гладили веки. Странная нежность, нежная странность.       -Хоть какие-то стратегические запасы в этом доме имеются, аналитик? – спросила Рената, мягко целуя лицо Рамазановой, гладя ее волосы и уши.       -Нужно залезть посмотреть в холодильник, - промурлыкала женщина, запрокидывая голову, для того, чтоб Ренате легче было целовать её.       Земфира уже знала заранее, что почти ничего съестного в ее квартире не найдется – несколько дней подряд, еще до появления Ренаты, женщина ела единожды в сутки, и то, удон (из китайского ресторанчика внизу соседнего дома), который становился холодным еще до того, как женщина успела подняться в свою квартиру. А в холодильнике было, наверняка, одно сырое яйцо и закрытая банка маминых солений. Возможно, какой-то повидавший виды майонезик там тоже имелся.       Литвинова уже было попыталась встать, но Земфира притянула ее обратно:       -Неет, это очень далеко.       Рената засмеялась:       -Зе, можно же рукой дотянуться..       Рамазанова вновь нашла губы Ренаты.       - Ты просто слишком голая, - безапелляцио заявила она.       Подхватив женщину под ягодицы, Земфира усадила ее на стол. Они вновь притянулись друг к другу максимально близко, Литвинова обхватила Земфиру ногами и руками. Медленный поцелуй становился все более и более глубоким, пальцы спешили по телу Литвиновой, останавливаясь то на груди, то на бедрах, содрогающихся в острой необходимости обладать этой великолепной женщиной. Земфира чувствовала, как подкашиваются ноги, как ее футболка на животе становится мокрой от желания Ренаты, как раскачиваются качели. Для блондинки внезапно подступившие ощущения были столь сильными, что она с трудом пыталась быть сдержанной, но все же не смогла, и нетерпеливо укусила Рамазанову за губу.       На секунду отстранившись, Земфира будто пьяными глазами посмотрела на лицо Литвиновой. Этой доли секунды хватило, чтоб понять, как в комнате сделалось темно и как потянуло прохладой. В Москве начиналась гроза, последняя в этом сезоне, судя по всему.       Оказавшись на коленях перед Ренатой, женщина с небывалой жадностью примкнула губами, языком к самому центру желания Литвиновой. Блондинка ахнула и вцепилась в волосы Земфиры, притягивая ее лицо еще ближе к себе, а ноги закинула женщине за спину.       Рамазанова помнила тело возлюбленной как свои пять, знала все реакции этого тела на себя и на свой язык, поэтому действовала особо изощренно. Женщина была неумолима и раз за разом приводила Ренату к состоянию шага до оргазма, а после отступала на пару секунд, наблюдая, как судорога сводит ее тело.       -Пожалуйста, Зе, пожалуйста, - почти умоляла Рената.       Первые капли застучали по подоконнику, очень быстро превращаясь в ливень, длинными волнами проходящий по верхушкам деревьев.       Поднявшись, Рамазанова вновь подхватила Ренату на руки. Быстро оказавшись у первой попавшейся стены, женщина всем телом прижала к ней Литвинову, а губами уткнулась в белокурый затылок. Зашла резко двумя пальцами сзади, отчего женщина вскрикнула. С каждым толчком стон становился все громче, перекрывая первые раскаты грома, доносящиеся с улицы.       'Это ж надо было выйти за бухлом, рискнув жизнью, а поесть ничего не взять' - ругалась про себя Земфира, не произнося вслух даже намеков на свои случайно вернувшиеся в реальность тревожные предположения.       - Может погуляем в магазин? - голая Рената как сладкий кот каталась по кровати.       - А давай лучше что-нибудь закажем? - быстро перебила её предложение Рамазанова, пытаясь скрыть нарастающее беспокойство. Если уж Литвинова вобьет себе в голову что-то, то ее потом и сто дятлов не переубедит.       - Давай пиццу?       - О господи, - облегченно засмеялась Земфира, - я настолько вымотала тебя?       Это удивление было вполне обоснованным, потому что Рената всегда ела как птичка, даже после долгих мероприятий и перелетов. Все больше пила вино и дымила.       - Мне хочется есть с тобой вредную еду и валяться в постели весь день.       - Очаровательно, - улыбнулась Рамазанова, и на её щеках показались ямочки.       В естественным путем созданной темноте засветилось белое яблоко.       -Хочешь выбрать что-нибудь сама? – Земфира открыла браузер и вопрошающе уставилась на Литвинову, развернув ноутбук к ней и сев по-турецки напротив.       Блондинка хитро сощурилась:       -Сыграем в рулетку? И ты доверишь мне свою судьбу?       И тут же, не выдержав драматичной паузы, рассмеялась.       -Там есть опция «подсыпать стрихнин»? Проверь.       -Если бы я решила тебя убить, то уж точно не таким способом.       -Уже есть какой-то план?       -Плана нет, но в порыве ярости всадить нож в бедро – куда более вероятно, чем подсыпать яд в еду голодному гению, который только что тааааак меня любил, - ответила Литвинова, растягивая слово «так» на несколько оргазмов, пережитых десятком минут назад.       Земфира ухмыльнулась и поднялась на ноги:       -Пойду добуду кофе, а ты пока развлекайся.       Оставшись одна, Земфира спрятала улыбку. Неприятное внутренне беспокойство подсказывало какие-то надвигающиеся неприятности. На кухне женщина в первую очередь подошла к окну, чтоб убедиться в том, что "Васечки" по-прежнему на месте. Дождь закончился, и один мужчина топтался у самых дверей подъезда на мокром асфальте, другой, засучив рукава рубашки, поднимал капот автомобиля.       «Ну что, Рамазанова, снова на седативные пора?» - Земфира разозлилась на себя за настойчивые параноидальные мысли. Все просто: та машина на парковке была случайностью. Мало идиотов на дорогах, а особенно на московских? В иной ситуации она не задумалась бы об этом дольше, чем на пару минут.       Договорившись наконец с собой, женщина смолола ароматные зерна и поставила турку на плиту, закуривая.       В спальне зазвонил телефон, а спустя раздался голос Литвиновой – судя по всему, она общалась оператором доставки.       -Зе, курьер будет через час, крепись! – прокричала Рената.       Сигнал телефона разбудил девушку, задремавшую в неудобной позе прямо за рулем. Она откинула темно-каштановые вьющиеся пряди с лица и открыла уведомление. Среди набора букв и символов, а именно так шифровала программа по перехвату телефонных звонков и сообщений, просматривалось 18 цифр – телефонный номер с кодом, время вызова и время разговора – всего 17 секунд. «Странно, куда это Эр могла так ненадолго позвонить?», - задалась вопросом девушка и тут же вбила номер в поисковую строку гугла. Доставка пиццы. Девушка ухмыльнулась: задача решилась необычайно просто, а она столько времени зря ломала голову, как же попасть в квартиру, где заперлась ее любимая Эр.       Откинув голову на спинку сидения, она на несколько секунд блаженно закрыла глаза. Ждать оставалось минут сорок.       -Я не пойду открывать дверь.       -Еще никто не приехал, Литвинова, перестань.       -Нет, я тебя заранее предупреждаю.       -Значит, остаемся голодать?       -Не пойду, не пойду, не пойду.       -У меня истощение, я встану с кровати и упаду.       В подобной придурковатой манере (с перерывами на смех после протяжных завываний в животе) женщины могли бы продолжить общаться еще долго, но звонок в дверь все же прервал их диалог. Литвинова тут же вскочила на ноги и выбежала из комнаты. Земфира залюбовалась ее ногами и голой попой, а спохватилась в тот момент, когда щелкнул замок в ванной комнате.       -Литвинова! Я тебе ничего не оставлю! – грозно прокричала женщина, второпях одеваясь, чтоб открыть дверь курьеру.