Mein Schatz

      В четверг первым уроком был русский язык. Главная тема – решение первых пятнадцати заданий из первой части ЕГЭ. Учительница подробно объясняла как именно нужно решать задания, говорила, что нужно быть очень внимательным при выборе ответа и «не записывайте вариант, пока не будете на все сто процентов уверены, что этот вариант правильный».       Антону такие тесты всегда давались легко, он был от природы грамотным и решал все задания так же быстро, как белка щёлкает орешки. — Шастун, уже всё сделал? — Спрашивает Мария Александровна, учительница по русскому языку. Антон ловит на себе несколько недовольных взглядов одноклассников, но всё же кивает в ответ. — Хорошо, подходи сюда, я проверю. — Женщина поправляет очки, достаёт бланк ответов и сверяет его с ответами Антона. — Очень хорошо, всё сделано без ошибок, молодец. — Женщина оставляет чётко выведенную «5» на листке парня и вручает ему работу. — Тут ведь даже не в грамотности дело, — произносит Антон, улыбаясь, — вы же сами сказали, что нужно просто быть внимательным. — Он берёт свою работу из рук учителя и возвращается на своё место. Улыбка тут же спадает с его губ, когда он замечает, что Егор Бонцер пристально смотрит на него, словно прожигая глазами. Антон нервничает, ладонь, точнее ожог на ладони начинает саднить и он несколько раз проводит пальцами по повязке, чтобы избавиться от этого чувства. Теперь он словно Гарри Поттер, шрам которого болит только от одного вида злобного Волан-де-Морта. Егор издаёт смешок и возвращается к своему бланку. Антону становится спокойнее и он с облегчением выдыхает. — Антон, раз уж ты уже написал, вот, возьми домашнее задание и можешь быть свободен. — Женщина кладёт несколько бумажных листков на край своего стола. — Ребята, до конца урока осталось десять минут, поторопитесь и будьте внимательными.       Парень складывает свои вещи, закидывает рюкзак на плечо и подходит к учительскому столу. Домашним заданием оказываются ещё два КИМа. Он берёт листы со стола и, попрощавшись с учителем, выходит из класса.       Немецкий начнётся только через пятнадцать минут, поэтому у Антона есть ещё немного времени, чтобы пробежаться по плану рассказа. Он подумал, что рассказ о себе – это довольно лёгкое задание для его уровня, и не стал делать его в письменном виде. Лишь набросал план ответа и прикинул, что можно сказать по поводу каждого из пунктов: имя, возраст, хобби, где родился, учился и так далее...       Парень поднимается на четвёртый этаж и, проходя мимо окна, вспоминает о девушке Виктории с которой его так нелепо свела судьба. Антон улыбается и продолжает свой путь до кабинета, который к его удивлению не заперт на ключ. Он открывает дверь, заходит в класс и кладёт свои вещи на первую парту. На учительском столе уже лежат вещи Арсения Сергеевича (телефон с наушниками ведь можно назвать вещами?), а также всевозможные листочки, классный журнал, пара ручек и идеально наточенных карандашей и книга Гофмана «Der goldne Topf» или же по-русски «Золотой горшок». В кабинете стоит стойкий запах мужского парфюма. «Мандариновый аромат с лёгкими нотками миндаля и мускуса», – думает Антон. Хотя парень понятия не имеет как вообще пахнет мускус, ему кажется, что именно так. И с каких пор он начал так разбирать запахи по составляющим?       Через пару минут звенит звонок с урока, дверь открывается и в класс заходит Арсений Сергеевич с кружкой кофе в руке. — Доброе утро, — вежливо здоровается он и проходит к своему месту, — уже звонок на урок? — Он делает глоток из кружки и вопросительно подняв брови ожидает ответа от ученика. — Нет, — отрицательно мотает головой Шастун. — Меня просто пораньше отпустили, а дверь была открыта, вот я и зашёл... — Пораньше отпустили? Самый умный что ли? — Смеётся учитель, всё так же попивая горячий напиток из кружки. — Нет, — смущается парень, — просто раньше всех справился с заданием. Это ведь не делает меня самым умным, верно? — Учитель только хмыкает в ответ. — А это Ваша книга? — Спрашивает Антон, указывая на томик Гофмана. — Ну, как сказать, — протягивает преподаватель, — вроде моя, а вроде не моя. Вообще я её из библиотеки взял почитать, интересно стало. Говорят, что Гофман вроде интересные вещи пишет. К тому же грех не прочитать произведение в оригинале. — Гофман наркоманию какую-то пишет, если честно. — произносит Антон, посмеиваясь и потирая затылок. И когда это он стал таким общительным и смелым? — Почему ты так думаешь? — Смеётся мужчина в ответ, взяв в руки книгу и быстро пролистывая её: страницы с сухим шелестом переворачивались под его большим пальцем одна за другой. — Позвольте продемонстрировать. — Произносит Антон, берёт книгу из рук преподавателя, тщательно её листает и, найдя нужную страницу, начинает читать по-немецки: «...Архивариус Линдгорст исчез, но тотчас же опять явился, держа в руке прекрасный золотой бокал, из которого высоко поднималось голубое потрескивающее пламя. — Вот вам, — сказал он, — любимый напиток вашего друга, капельмейстера Иоганнеса Крейслера. Это - зажженный арак, в который я бросил немножко сахару. Отведайте немного, а я сейчас скину мой шлафрок, и в то время как вы будете сидеть и смотреть и писать, я, для собственного удовольствия и вместе с тем чтобы пользоваться вашим дорогим обществом, буду опускаться и подниматься в бокале. — Как вам угодно, досточтимый господин архивариус, — возразил я, — но только, если вы хотите, чтобы я пил из этого бокала, пожалуйста, не... — Не беспокойтесь, любезнейший! — воскликнул архивариус, быстро сбросил свой шлафрок и, к моему немалому удивлению, вошел в бокал и исчез в пламени. Слегка отдувая пламя, я отведал напиток – он был превосходен!...» — Что он вообще употреблял когда это писал? Либо может я неправильно понял? Но он предложил ему попить горящего винишка и сам залез в бокал голенький? — Возмущается Антон, забавно вскидывая брови и выпучивая глаза, на что Арсений Сергеевич просто заливается от смеха. — А сам сюжет в общем? Студент гулял и вдруг увидел трёх змеек в кустах. И он просто взял и влюбился в одну из них. Не думаете, что попахивает зоофилией?       Прекрати, Шастун, он твой учитель, а не закадычный друг...Где твоё уважение?       Арсений Сергеевич заливисто смеётся, забавно морщась и прикрывая лицо рукой. — Ну... если не Гофман, то может посоветуешь кого-нибудь из немецких классиков? — Спрашивает учитель и снова возвращается к своему напитку, к сожалению порядочно остывшему. — Я даже не знаю... — Задумчиво произносит Антон, потупив взгляд в пол. — Немецких писателей я вообще мало читал, но слышал, что «Фауста» Гёте очень хвалят. Сам же недавно прочитал «Убить пересмешника» Харпер Ли, но она американская писательница. Очень хорошая книга, мне понравилась. — Хм, спасибо за рекомендации. Почитаю на досуге. — Отвечает мужчина, улыбаясь. — Кстати, если захочешь почитать кого-нибудь из немцев, начни с Ремарка и его «Трёх товарищей». — Хорошо, спасибо. — На этих словах дверь в кабинет открывается и в класс входят Митя и Миля.

***

      Миля уже подробно рассказала о своих хобби и о том, что побывала в нескольких десятках стран, и, когда Арсений Сергеевич спрашивает что же она собирается делать после школы, она отвечает: «Когда закончу школу, я хочу стать ветеринаром, ведь я очень люблю животных и думаю помогать им – это одно из приятнейших дел в мире». — На этой ноте девушка заканчивает рассказ о себе и садится обратно на место. — Это очень хорошая профессия, Камилла и очень ответственная. Уверен, что из тебя выйдет отличный специалист, — хвалит девушку учитель и ставит её оценку в журнал. — Кто хочет следующим отвечать? Митя? При упоминании его имени, Митя делает кислую мину и мямлит тягучее «Я не готов». — Не готов? Что же, это печально. Я вынужден поставить тебе двойку. — Преподаватель аккуратно выводит на бумаге ровную «2» и переводит взгляд на Антона. — Шастун, готов рассказать о себе?       Антон привстаёт с места, но Арсений Сергеевич жестом даёт ему понять, что вставать не нужно. — Ну...с чего бы начать... — Антон немного приостанавливается, чтобы ещё раз пробежаться по плану глазами. — Меня зовут Антон Шастун, мне семнадцать лет. Я родился в Воронеже, где прожил около одиннадцати лет. Потом вместе с семьёй я очень часто переезжал из одного города в другой и в этом году мы перебрались в Санкт-Петербург... — Что думаешь о Петербурге? — Спрашивает учитель, перед этим извинившись за то, что перебивает. — Ну... — Антон несколько задумывается и чешет голову. — Питер кажется большим и красивым... — Арсений Сергеевич по-доброму смеётся, услышав ответ, а затем просит продолжать рассказ. — Что касается моих хобби, я очень люблю рисовать и слушать музыку. Раньше любил кататься на скейтборде, но с годами любовь слегка приугасла... После школы мне бы хотелось поступить на факультет Германистики, а после либо стать писателем, либо переводчиком немецкой художественной литературы. — А не хотелось бы стать преподавателем немецкого языка? — Нет, не думаю. — Антон слегка морщится и кусает губы, не зная как подобрать подходящие слова. — Я не создан для преподавания. Не достаточно уверен в себе и думаю, что просто не смогу никого ничему научить... — Это, конечно же твоё дело кем быть, а кем не быть. Я вот тоже не хотел быть учителем, а вот смотри как всё сложилось. — Арсений Сергеевич на последних словах обводит рукой класс и себя и посмеивается. — Что же, Антон. Спасибо за познавательный рассказ, надеюсь в будущем у тебя всё получится. И также надеюсь, что когда-нибудь ты покажешь нам свои рисунки. — Учитель улыбается, а Антон кратко кивает, либо в знак благодарности, либо подтверждая то, что когда-нибудь покажет свои работы. — А расскажите нам что-нибудь о себе. — Обращается Миля к преподавателю. — О себе? Разве вам это интересно? — Миля кивает. Арсений Сергеевич переводит взгляд на Антона, который улыбается и тоже кивает в ответ. — Ну что же... о себе... Вообще я очень скучный человек и не знаю, что о себе рассказать... Моё имя вы уже знаете. Мне двадцать семь лет, я родился в Омске, там же окончил школу. Высшее образование же получил здесь, в Петербурге... Раньше я занимался спортом, танцами, теперь на это времени нет... Или может я просто уже слишком стар для этого? — Учитель смеётся и ученики смеются вместе с ним. — А что именно вы танцевали? —Миле, вероятно, очень интересно узнать побольше новой информации об учителе. — Да много всего мы тогда танцевали: хип-хоп, брейк, локинг... Вообще у меня получалось не очень круто, я не горжусь тем, как танцевал, но я во всю старался. Да и не долго продлились эти танцы... — А сможете что-нибудь нам показать? Я имею в виду станцевать? — Не унимается Миля, над чьей просьбой учитель только смеётся. — Вы уж меня извините, но этого я делать, конечно, не буду. Не хочу опозориться перед своими же учениками. Да и нет уж былого пороха в пороховницах и ягод в ягодицах... — На ответ преподавателя все ученики заливаются звонким смехом... Ещё несколько минут он отвечает на расспросы Мили о жизни и работе и, когда девушка уже собирается так интересующий её вопрос «А вы женаты?», звенит звонок, уведомляющий об окончании урока. — Ох, совсем уж с вами заговорился, — бурчит Арсений Сергеевич, — запишите быстренько домашнее задание на следующий урок: упражнения 1 и 3а на страницах 2-5.       Ученики делают пометки на полях своих тетрадей и уже собираются уходить, как учитель хлопает себя по лбу. — Ребят, совсем забыл вас спросить, кто-нибудь собирается сдавать немецкий в следующем году?       Ученики замирают... Медленно одна рука поднимается в воздух. —Хорошо, больше никто? — Остальные отрицательно мотают головами. — Тогда все свободны, а ты, Антон, задержись на пару минут, пожалуйста.       Миля с Митей покидают класс, предварительно попрощавшись с преподавателем, а Антон складывает оставшиеся вещи в рюкзак и с тяжёлым вздохом снова занимает своё место. — Экзамен будет только через два года, но готовиться к нему следует уже сейчас. — Начинает Арсений Сергеевич, глядя на Антона, на что тот кивает и выдаёт тихое «Вы правы». — Пока что ты единственный, кто сдаёт немецкий. И это хорошо, что сдаёшь именно ты, а не кто-то другой. — Почему это? — Антон с непониманием смотрит на преподавателя. — Ты очень хорошо знаешь язык, и я уверен, что за эти два года мы сможем подтянуть его до очень высокого уровня. Будешь лучшим среди других и, я уверен, напишешь на 100 баллов... Хотя ты и так лучший среди остальных учеников... — Антон улыбается и смущается, услышав похвалу в свой адрес. — Я думаю, что нам будет удобнее проводить дополнительные занятия во время элективов. Ведь будет намного удобнее отсидеть электив по немецкому, нежели отсидеть электив по психологии или ещё по какому-нибудь ненужному предмету и после этого, уставшему, сидеть ещё и на немецком? — Да, это было бы намного лучше. Но у нас ещё нет элективов. Расписание только временное. — Да, я знаю, ещё не одобрили конечное расписание. Но как только элективы введут, нужно будет начинать наши занятия. Давай обменяемся телефонами, чтобы быть на связи? Как только узнаю о новом расписании, я тебе сообщу заранее о занятии, хорошо? И сегодня ещё отправлю тебе список дополнительной литературы. Думал, что взял его с собой, а как оказалось – оставил дома.       Антон называет свой номер телефона и записывает телефон учителя. Затем прощается с мужчиной и покидает класс.       С таким преподавателем можно точно рассчитывать на 100 баллов.

***

      Антон стоит на остановке уже 20 минут, а автобус всё не приходит. Дождь льёт как из ведра и парень уже не чувствует рук от холода.       Бестолковый ты овощ, Шастун! Сам виноват в своей тупости. Посмотрел бы прогноз, надел шапку, шарф и перчатки, взял бы зонт и всё было бы прекрасно...       Парень растирает руки друг о друга, пытается согреть их своим дыханием, но ничего не помогает. Он трясётся и переминается с ноги на ногу, так как и ноги и тело уже порядком подмёрзли. Антон всё вглядывается в даль, в ожидании автобуса, но автобусом тут и не пахнет. Вместо него к остановке подъезжает чёрный автомобиль, вероятнее всего, чтобы забрать девушку, стоящую рядом с ним и тоже на порядок вымокшую. — Шастун? — Доносится мужской голос через приоткрытое окно автомобиля. — Ой, здравствуйте, Арсений Сергеевич. Не узнал Вас. — Парень делает несколько шагов ближе к машине, чтобы лучше слышать преподавателя, голос которого перебивает шум дождя и проезжающих мимо транспортных средств. — Ты что тут делаешь? — Автобус жду. — Куда нужно? — Проспект Королёва 39. — Ух ты, какое совпадение, я как раз туда еду. Садись, подвезу. — Преподаватель тянется к двери со стороны пассажирского сиденья и открывает её, приглашая парня сесть.       Шастун мнётся на месте, не решаясь залезть внутрь. Ведь очень неловко, когда твой же учитель предлагает подкинуть тебя до дома. Но с другой стороны в машине очень тепло, и Антон сможет хотя бы немного согреть уже онемевшие от холода руки и ноги.       А что если он какой-нибудь извращенец и повезёт тебя не домой, а куда-нибудь в лес?       Отобьёмся.       Отобьёшься? Ну-ну, ты посмотри на себя, швабра, тебя же легко разломить пополам, а ты ещё отбиваться собрался.       Но Арсений Сергеевич ведь не похож на извращенца, и глаза у него добрые, и улыбка светлая, и вообще он хороший, правда? Да и в машине тепло... — Спасибо, большое, — благодарит Антон и после продолжительного диалога с самим собой всё-таки садится в машину.       Преподаватель просит парня пристегнуться и трогается с места. — Долго стоял? — Ну около двадцати минут. — Отвечает Антон, растирая онемевшие пальцы и пытаясь согреть их своим дыханием. Увидев тщетные попытки ученика согреться, преподаватель включает подогрев сидения и печку. Антона сразу обдувает тёплым воздухом, тело согревается, а руки горят. Он подносит их ближе к источнику тепла. — Питер очень дождливый. Всегда нужно носить с собой зонт, — произносит мужчина, не отрывая взгляд от дороги. — Теперь буду знать, — тихо произносит Антон, шевеля пальцами на ногах, чтобы согреть их. — Не думал, что у Вас есть машина. Во вторник же Вы на автобусе ехали. — Да, пришлось на автобусе ехать тогда. Машину только сегодня из автосервиса забрал. Новая, но что-то барахлит. Оставшиеся 10 минут Антон молчал, да и его учитель не обронил и слова. К тому времени, как машина подъехала к его дому, парень согрелся. Он на несколько секунд задержался на месте, ему не хотелось покидать тёплую машину и выходить в суровый, холодный мир. — Это ведь твой дом? — Да. Мой... Спасибо, что подвезли. — Слова благодарности выходят довольно сухими, ведь он никогда не был особо красноречив. Антон выходит из машины и сразу же засовывает руки в карманы куртки, где он находит обрывок бумажки и, вытащив его, видит слабо выведенные «306450». — Ах, да, совсем забыл. Спасибо за... билет, он... мне очень помог. — Он был нужен тебе больше, чем мне. — Отвечает учитель. — Не за что.       Парень благодарит преподавателя ещё раз, захлопывает дверь машины и спешит домой, забавно хлюпая кедами. Арсений Сергеевич вздыхает, по-доброму улыбается и трогается с места.