Глухая любовь

— Калеб, задержись, пожалуйста. Остальные свободны, — завершил урок мистер Грейденс. Парень, не спеша подошёл к первой парте, куда все сдавали свои тетради. Дождавшись, когда все ребята сдадут тетрадь и выйдут из класса, он положил свою тетрадь сверху и, взяв стопку, подошёл к учительскому столу. Он протянул увесистую стопку учителю, который кивнув, принял из его рук тетради, коснувшись тыльной стороны ладони парни. Калеб чуть дёрнулся, едва удержав себя от резких действий, чтобы не выронить тетради. Рука учителя была очень горячей, а это прикосновение… Оно словно вернуло его в тот день, в тот инцидент с его отцом. «Вы что-то хотели?», — спросил Калеб, когда мужчина обратил свой взор на него. — Да, я всё по поводу консультации, Калеб, — вздохнул учитель, убрав стопку в другой конец стола. — Я долго думал, как нам поступить и сейчас могу предложить тебе два варианта. Он сделал паузу, выжидая чего-то. Парень внимательно смотрел на него, показывая всю готовность слушать и обсуждать дальше. — Первый — это я могу тебе просто давать задания, а ты будешь их делать и если что-то непонятно спрашивать. Второй — это мы будем встречаться раз или два в неделю, буду объяснять все темы и также давать задания. Как тебе будет удобно? Калеб закусил нижнюю губу, задумываясь, какой бы из вариантов принёс ему большую пользу. Мужчина заинтересовано смотрел на то, как лицо ученика менялось. На нём можно прочитать все эмоции и даже, наверное, чувства паренька. Только сейчас Эван отметил про себя, как повезло Калебу с внешностью. Ещё достаточно не высокий среди своих одноклассников, да и мужчине едва доставал до носа. Чёрные густые волосы, которые полностью покрывали его лоб и чуть были взлохмачены. Выделяющийся подбородок, пухлые губы, а также большие серые глаза. Довольно широкие плечи, которые сейчас чуть поникли и хорошо сложенный парень. С такой внешностью у него не должно быть отбоя от девушек. Однако сколько его Эван уже здесь работает, ни разу не видел, чтобы парень ходил с кем-то или общался, кроме соседа по парте. Хотя один раз случайно стал свидетелем, как некоторые учителя беспокоились о нём, что Калеб нелюдимый и не с кем близко не общается. За всё время, что находится в интернате, у него не сложились ни с кем дружеских отношений. Для мужчины это стало своего рода загадкой. Почему у него нет друзей? Он не похож на хулигана, да и учителя о нём отзываются лестно. Что не нравится в нём ребятам? Что отталкивает? «Я бы хотел встречаться раз в неделю», — наконец дал ответ парень. Мистер Грейденс едва заметно встряхнул головой, чтобы отогнать все лишние мысли и смотреть на ученика, а не сквозь него. — Хорошо. Не против, если сегодня начнём? — поинтересовался он. Калеб лишь охотно кивнул. — Давай после обеда в этом кабинете встретимся? И снова кивок. Мужчина слабо улыбнулся, а ученик удостоверившись, что всю информацию получил, вышел из класса. Во время обеда, да и в свободное время на переменах пытался подтянуть свои знания в литературе. Ему очень не хотелось в первое занятие с мистером Грейденсом опозориться. Даже хотелось показать, что он знает намного больше и что не безнадёжен. Хотя с каких пор стал безнадёжным? Наверное, с последнего разговора с отцом. Увидев вновь отношение родного человека к себе, он внушил себе, что безнадёжен, что к нему так относится отец именно из-за этого. На самом деле Калеб не был безнадёжен. По крайней мере в том плане, котором считал его отец. Ему вполне можно было сделать операцию и вставить кохлеарный имплантат*. Точнее можно было бы пройти обследования и узнать, возможно, ли при его показателях это. Но у отца не хватало желания, да и денег. Ведь такая операция, да и само обследование стоило немалых средств. К сожалению, таких денег мужчина ещё не зарабатывал. После обеда Калеб сразу же направился к кабинету мистера Грейденса. Дверь была приоткрыта, и он зашёл, замечая, что мужчина стоит около своего стола и разговаривает по телефону. Не открывая взгляда от преподавателя, парень смотрел на его губы, пытаясь разобрать о чём говорит мужчина: — Да… Прости… Сегодня не получится. У меня ученик и документация… Парень не знал, что говорил собеседник на другом конце трубке, но это заставило улыбнуться учителя и даже рассмеяться, судя по напряжению шеи и вен на ней. — Да… Всё, мне пора идти, — мужчина кинул беглый взгляд на ученика. — Я тоже тебя люблю… Пока. Мистер Грейденс убрал телефон от уха, нахмуренно глядя на его экран, что-то щёлкал. — Прости, — извинился он, поворачиваясь лицом к ученику, убрав телефон в карман брюк. «Вы говорили со своей девушкой?», — спросил Калеб прежде, чем успел подумать. Учитель чуть смутился от бестактности вопроса, но тут же взяв себя в руки, ответил: — Да. Парень уже хотел извиниться за свой вопрос, но мужчина отвернулся от него, что-то разыскивая на своём столе. — А как ты понял? — нахмурился мистер Грейденс, медленно повернувшись к нему. Ведь Калеб не мог слышать, чей голос отвечал ему в трубке, а говорить такие слова как «я тоже тебя люблю» он мог любому своему родственнику. «Просто предположил», — пожал плечами он, садясь на первую парту первого ряда, она как раз находилась ближе к учительскому столу. Мужчина нахмуренно смотрел на него, выявляя одну из своих догадок, но вслух её озвучивать, не собирался. А вот Калеб уже осознал всю глупость своего вопроса. Он мигом вспомнил тот вечер, когда видел преподавателя с девушкой и как тот смотрел в его сторону. Если сейчас учитель всё сопоставить в голове, то наказания ему не избежать, а отец только уехал… Он будет очень злиться, что его вырвали с поездки. «Просто у такого мужчины как вы не может не быть никого. А поскольку у вас нет кольца, я предположил, что может, вы говорили с девушкой», — попытался выкрутиться парень. Ему нужно выставить всё так, чтобы это казалось лишь совпадением или хорошей интуицией парня. — Такого как я? — улыбнулся мистер Грейденс, вскинув брови. Интересно, что юноша воспринимал под выражением «такого мужчины»? Впрочем, лучше ему даже не знать. У таких людей, как Калеб свои представления о мире, да и людях, не говоря уже об отношениях. В душе мужчина считал их всех запертыми и беспомощными зверьками. Многие из них проводят долгие годы в интернатах и не знают жизни за его пределами. Они приспособлены жить лишь по правилам интерната. Не знают элементарных вещей. Как взаимодействуют люди, как строят какие-либо отношения и т.д. И некоторым из них никогда этого не знать. Особенно глухим людям будет всегда сложно в каких-либо отношениях с людьми. Они не могут слышать и им сложнее что-то понимать. Если здоровые люди могут понять по тому, как меняется голос человека его эмоции и прочее, то у глухих такой возможности нет. Единственный их помощник — это лицо. Но внешность обманчива. Голос самый главный враг каждого человека и одновременно оружие другого. «Простите… Это было неприлично с моей стороны», — опустил голову юноша. Эван говорил, что все учителя хорошо отзывались о Калебе? Так, вот теперь мужчина в полной мере осознал почему. Парень был самым тихим на уроках, никогда не поднимал руку, а если спрашивали, то отвечал без ошибок. Отлично учился, помогал, если его просили. В драках был уличен лишь несколько раз и то чаще всего был жертвой, а не зачинщиком. Никогда не жаловался ни на кого, как и на него. Да ещё был донельзя вежливым, но до жути любопытным и порой бестактным. — Я подготовил тебе тест. Хочу иметь представление о твоих знаниях, — перевёл тему мужчина. — Сделаешь, я тут же проверю, и разберём ошибки. Дальше будет понятно, где больше нужно акцентировать внимание, а какие темы лишь бегло повторить. Калеб кивнул, ощущая, прилив уверенности. Он не подведёт никого. Весь день, как узнал о консультации, готовился и повторял всё. По крайней мере ему казалось, что повторил всё. Эван положил ему на парту листы с тестом, а сам сел за свой стол, пару минут наблюдая, как напряжённо смотрел на задания парня, а затем принялся заниматься своими делами. Юноша справился довольно быстро. Как только закончил и перепроверил несколько раз все ответы, то встал со своего места и подошёл к учительскому столу, протягивая работу. Мистер Грейденс оторвался от своих дел и, кивнув, стал её проверять под настойчивый взгляд парня. — Очень неплохо, Калеб, я бы даже сказал, что хорошо, — посмотрел на него учитель, поднимаясь со своего места. Парень сделал шаг назад, чтобы освободить место, куда встал мужчина, но обо что-то споткнулся. Эван чисто рефлекторно ухватил ученика за руку, дёрнув на себя. Калеб подался вперёд, практически упав на учителя. Упершись руками в мускулистую грудь мужчины, парень пытался собрать свои ноги, чтобы не опираться на него. Сам же мистер Грейденс уверенно и крепко стоял на ногах, несмотря на опирающегося на него ученика. Юноша буквально чувствовал, как билось сердце мужчины под одной из его рук. Чувствовал тот жар, что от него шёл. От этого уши вспыхнули огнём, а остальные чувства заменила неловкость. «Извините», — бегло отступив назад, зашевелил дрожащими руками парень. На этот раз он уже смотрел под ноги, чтобы вновь не свалиться. — Ничего страшно. Будь осторожен, — улыбнулся мистер Грейденс. — Тут линолеум повсюду торчит, сам несколько раз чуть не навернулся. Калеб закивал, растирая дрожащие руки, которые похолодели друг о дружку. Дыхание его было неровным, то ли от испуга, то ли от неловкости, но сам он этого не замечал. Это заметил мужчина. — Ты в порядке? — чуть склонил голову учитель, обеспокоенно смотря на подростка. Юноша побледнел, да и руки у него дрожали, не говоря уже о дыхании. Вроде бы ничего такого не произошло, а реакция такая, словно увидел что-то ужасное. Парень лишь кивнул в ответ, спрятав руки в карманы, вяло улыбнулся, отходя к парте. Эван нахмуренно смотрел на него. Калеб был сейчас похож на самого настоящего зверька, который шугался от… От прикосновений.