Нереальная реальность

      В тот день я легла спать пораньше, ибо на заре мы собирались отправиться на сушу. Мой сон охранял, если так можно выразиться, Веселый Роджер, внезапно поменявший обо мне мнение. Было уже далеко за полночь, когда раздался частый требовательный стук.       — Ди! Диана! Ди! Просыпайся! Ди! — Томас, что есть силы, барабанил в дверь.       Спросонья я ничего не могла сообразить. Попугай недовольно махал крыльями. Пришлось встать.       — Томас! Что случилось? — Парень буквально влетел в открытую дверь.       — Пошли! Пошли! — Он пытался меня куда-то тащить. — Они вернулись! Пошли скорее!       — Джек?! — воскликнула я.       — Да! Да! Пошли!       Я понеслась на палубу вслед за Томми. И действительно, приближалась шлюпка — горело два фонаря. Я с трудом удержалась от радостного крика. Почти вся команда встречала капитана. И вот шлюпка подошла к борту. На палубе появились матросы, офицеры — Гамильтон и Лечестер, мистер Гиббс и, наконец-то… Нет. Джека не было. Не было. Я кинулась к Гиббсу. Он выглядел уставшим, а одежда была сильно перепачкана. Я не успела ничего спросить, как он сам сказал:       — Мисс Диана, Джек… Его схватили.       — Что? Это шутка? Джек! — позвала я, надеясь, что он взойдет на палубу.       — Это правда. Я не знаю, кто. И не знаю, где он сейчас.       — Когда? — Мне показалось, что я сойду с ума.       — Три дня назад.       — Три дня?! — вскрикнула я, выпучив глаза. — Гиббс, где вы были?!       — Они перекрыли все выходы и входы. Нам сейчас едва удалось уйти. Скорее всего, Джек в местной тюрьме, но у него нет шансов.       — Я не понимаю. Как Джек мог попасться?! Это… Это невозможно!       — По слухам, он напился вдрызг с какой-то портовой девкой, вот и попался. Я точно не могу сказать. Но, боюсь, ему недолго осталось жить. Тамошний губернатор — Слэттери — очень скор на руку.       Я была как громом пораженная. Какая это была чушь! Неужели капитан Джек Воробей не смог выпутаться?! Я чувствовала, что сейчас зарыдаю и начнется истерика, но потом включился холодный рассудок. Какой будет толк от слез? Никакого. А Джеку нужно помочь. И очень срочно. Пусть я не знаю как. Но надо что-то делать. Но что? Надо идти к Исла-Сантос. А там будем смотреть по обстоятельствам.       За время моих раздумий никто не проронил ни слова. Не то чтобы от меня ждали решения, скорее, просто не знали, что делать. А я знала. Знала, что должна плыть туда.       — Значит, так, — холодно, но громко сказала я. В моем голосе возникли стальные нотки. — Поднять все паруса и держать курс на Исла-Сантос.       — Что? — удивился Гиббс так же, как и другие. — На Исла-Сантос! Вы с ума сошли! Как мы туда попадем?!       — Это безумие!       — Нас всех перебьют!       — Да и ничего не сделаем!       — Да?! — крикнула я. — Ах, вот вы как! Вы забыли, где находитесь? Во-первых, это «Черная Жемчужина», и на ней мы зайдем в любой порт незамеченными! Во-вторых, мне плевать, что вы думаете, но я знаю, что сейчас нам надо туда плыть, и точка! В-третьих, если у вас есть хоть капля благодарности и уважения к капитану, вы сейчас же поднимите паруса!       — И что мы будем делать?       — Черт возьми, не знаю! Но я положу все силы на то, чтобы вытащить его из тюрьмы. Ясно вам? И мне всё равно, что меня там ждет! Если надо, то я доберусь туда вплавь!       Я не знала, что ещё сказать. Глаза моряков поблескивали в свете фонарей. И вдруг по палубе пронеслось то самое «Да!». Они все решились. Быстро снялись с якоря и подняли все паруса.       — Потушить огни! — скомандовала я.       Сама не знаю, откуда во мне взялась смелость и решимость. В этот миг мне казалось, что быстроходная «Жемчужина» плетется, как черепаха. Когда показалась гавань Исла-Сантос, у меня был примерный план действий.       — Что будем делать? — спросил Гиббс, когда якорь был брошен и положен трап на пристань.       — Сначала наведаемся к той мерзкой девке, — процедила я, пряча пистолет за пояс.       — Стрелять умеете? — покосился на меня старпом.       — Нет, но меня это не волнует. Если понадобится, курок спустить сумею.       — Кого ещё возьмем с собой?       — Никого, сейчас пойдем вдвоем. — Я обратилась к команде. — Я не имею права командовать вами, но если послушали раньше, слушайте и теперь. Мы с Гиббсом навестим эту дамочку. Всем оставаться на корабле. Надеюсь, к рассвету что-то прояснится. Паруса не убирать. Если начнет светать, а нас не будет, покинуть гавань, а к ночи вернуться. Ясно?       — Да, — раздалось в ответ.       Ко мне подошел Мартин.       — Дочка, ты всё делаешь правильно. Не отступай, а мы не подведем.       — Я знаю, спасибо, — кивнула я, и мы пошли в порт.       Во мне словно стальной стержень стояли решимость и хладнокровие. Мне повезло, что я не поддалась панике. Через четверть часа мы отыскали тот кабак, где схватили Джекки, а потом и предательницу. Гиббс выманил её на улицу, благо она его не знала, и привел ко мне. Я ждала у уличных столов, за углом, в хорошем месте для подобных бесед. Слегка опьяневшая, эта дурочка, смеясь, села рядом и попыталась что-то сказать.       — Привет, — пролепетала она, улыбаясь мне. — Чем могу помочь?       — Говорят, ты помогла поймать опасного разбойника. Верно? — с трудом сдерживая себя, также слащаво-мило спросила я.       — Ну, да, — неохотно ответила она.       — И что же ты сделала?       — Мы что, здесь затем, чтобы говорить о мерзких пиратах? Это грех и его надо искоренять… Ик!.. любыми способами. А за любую информацию нужно платить.       Я достала мешочек с жестянками и подбросила пару раз на ладони.       — Получишь всё, — она протянула руку, — если ответишь на мои вопросы.       — Ладно, чего ты хочешь, парнишка? — Деваха повела плечами.       — За что его схватили? — быстро спросила я.       — Кого? Ик! Того разбойника? Ааа… понятия не имею. Ну, схватили и ладно.       — Где он?       — Ну почем я знаю! Нужно мне это больно! Мне дали денег — вот результат, на одного гада меньше.       Мое терпение лопнуло. Я резко выдернула шпагу из ножен и воткнула в нескольких сантиметрах от её ноги, честно говоря, промазала. Она вскрикнула.       — Ты чего!       — Ты меня достала! А ну, живо говори, где он! — вскипела я.       — Да ты девушка! — воскликнула она и сбросила с моей головы треуголку.       — Нет! Сейчас я твой самый страшный кошмар! Живо отвечай, а не то я накинусь на тебя и разорву в клочья! На одну гадину станет меньше! — Я поставила ногу на скамейку рядом с ней, а шпагу положила на колено, направив на пьянчужку острие.       Похоже, она испугалась, потому что начала таки говорить по существу.       — Пришли ко мне солдаты, дали денег, сказали, чтоб заманила его и напоила так, чтоб он держаться на ногах не мог. Я ему снотворного подсыпала.       — Ох, же ж гадина! — воскликнул Гиббс.       — Ну и что! — невозмутимо отозвалась она. — Пять шиллингов на дороге не валяются!       — Пять шиллингов?! — поразилась я. — Ты отправила на смерть за пять шиллингов неизвестного тебе человека. Где он сейчас? Говори!       — Увезли его. На бриге. Сразу, как поймали. В Сантьяго-де-Авила. — И тут я вспомнила тот бриг, который шел быстрее всех. — Да и знала я его имя. Джек Воробей какой-то.       — Капитан Джек Воробей! — в ярости закричала я и дала ей звонкую пощечину.       — Пойдемте, мисс. У нас мало времени. Скоро рассвет, - сказал Гиббс, беря меня за локоть.       Мы собрались уходить, однако эта дамочка сквозь рев крикнула: «А деньги!».       Я кинула ей мешочек, стараясь куда-нибудь попасть, но промазала.       — Подавись! — зло бросила я, представляя её лицо, когда она обнаружит там жестяные жетоны.       Мы поспешили вернуться на корабль. «Жемчужина» ушла из гавани незамеченной, когда до рассвета оставалось не более четверти часа. Мы отправились в погоню за бригом, от которого отстали на три дня. А это было очень много. При том, что никто не мог дать гарантий, что казнь не свершится в каком-нибудь порту по пути. Гиббс удивлялся моей стойкости и решимости, а порой и жестокости, особенно при разговоре с той девушкой.       — Не ожидал, что вы на такое способны.       — Я сама не ожидала.       И началась бесконечная стрельба, ибо стреляла я ужасно, а учиться нужно было. Порой удивляюсь, насколько быстро нужда увеличивает твои способности и качества.       «Черная Жемчужина» шла на всех парусах, но мы понимали, что можем не успеть. Пока нас радовало, что от Исла-Сантос до Сантьяго-де-Авила больше девяти дней пути. А значит, у нас был шанс догнать бриг. Казалось, сама природа хотела, чтобы мы шли быстрее — ветер был попутный, а погода самая подходящая для скоростного плавания. Ещё одним благоприятным фактом было то, что на пути злосчастного брига находилось совсем мало портов. Гиббс сказал, что раз они решились везти Джека аж в Сантьяго-де-Авила — большой, хорошо укрепленный город, в котором бывает очень много судов, — то хотят, чтобы казнь собрала как можно больше народу, чтобы все знали об этом. Понять причину этой беды я так и не смогла.       После того как острова-соседи скрылись из виду, я спросила у мистера Гиббса:       — Кто тот человек, с которым встретился Джек?       — Не знаю, — пожал плечами моряк. — На встречу с ним он отправился один. Но, я так думаю, это кто-то из Братства.       — Братства? — удивилась я. — Оно ещё существует? Я думала, что оно кануло в Лету.       — Существует, хоть и утратило влияние.       — Не думала, что Джек согласился бы на такую встречу. Мне казалось, он не очень ратует за Братство, — заметила я.       — Это, как видно, исключение.       — Я не понимаю, из-за чего весь сыр-бор. Джек мне ничего не объяснил.       — Вы ведь слышали, о чем они говорили с Барбоссой? — поинтересовался старший помощник.       — Нет. Только в конце. Барбосса назначил встречу в Пуэрто-Бельо. Но когда и для чего… — Я пожала плечами.       — В Пуэрто-Бэльо… — задумчиво проговорил Гиббс. — Интересно, что могло понадобиться двум неглупым пиратам в порту, защищенном тремя фортами?       — Тремя?! — поперхнулась я. Это был уже явный перебор.       — В 1668 году его захватил Генри Морган и практически уничтожил город. Однако он вновь набрал силу и всё так же слывет крупнейшим серебряным рынком Америки.       — Неужели Джек и Барбосса решили его захватить? — поразилась я.       — Это вряд ли.       При хороших погодных условиях мы могли нагнать бриг уже на четвертый день. «Черная Жемчужина» шла около тринадцати узлов — превосходно против семи у брига. В начале погони нас разделяло чуть меньше пятисот восьмидесяти миль. Когда на нашем пути возникал порт, мы проходили достаточно близко, чтобы можно было разглядеть искомое судно. На наше счастье, мы его ни в одном порту так и не увидели. Была надежда дать бой в море.       Меня приводила в ужас мысль о том, что девчонка могла наврать, или бриг просто сменил курс. Но на второй день мы убедились, что идем верным курсом. Нам встретилась шхуна, капитан которой и сказал, что видел бриг как раз по пути в Сантьяго-де-Авила. Значит, не всё было потеряно.       Я сидела на лесенке капитанского мостика и с надеждой всматривалась в горизонт. Я не обращала никакого внимания ни на красоты моря — в час рассвета или заката, ни на веселую игру дельфинов, ни на бескрайность звездного неба. Всё случившееся угнетало меня. Мысли зациклились на одном — на продумывании всех вариантов действий. Вся моя храбрость и решимость растаяли, едва мы покинули ненавистный остров. Я залетела в каюту и разрыдалась. Знаю, что долго плакала и что добрый Томми очень старался меня успокоить. Но потом, придя в себя, я вернула себе эти качества и старалась ни на секунду их не отпускать. Это ужасно — сидеть на корабле, не в силах что-либо сделать. Джекки вряд ли предпринял попытку сбежать. Кругом море — бесполезно. Я не допускала даже и мысли о том, что с Джеком может случиться… плохое. Твердая уверенность в том, что мы его выручим. Депрессию в стиле паники я отгоняла, упражняясь в стрельбе. Но вскоре весь запас холостых патронов был израсходован, и мне пришлось сменить метод стрельбы на метод самоконтроля.       Горизонт чист. Тот редкий случай, когда это плохая новость. Подходил к концу уже третий день, а горизонт был чист. От этого меня бросало в дрожь. Куда ни посмотри — всё напоминало о недавнем присутствии Джека. А он в плену. Я опять почувствовала, что к горлу подкатили слезы. С нижней палубы показался Томас. Никогда ещё я не была рада его появлению так, как сейчас.       Он подошел и сел рядом.       — Не грусти. Мы спасем капитана Джека! Не сомневайся! — Парень приобнял меня за плечи.       — Я знаю, Томас, — ответила я, немного улыбнувшись, и снова с тоской посмотрела на горизонт.       Томас смотрел по сторонам. Либо не знал, что сказать, либо не решался.       — А я вот, когда стану боцманом, опытным и сильным, уйду с «Черной Жемчужины», куплю себе какое-нибудь судно, наберу команду и стану одним из самых знаменитых пиратов современности! — Он поднялся и стал сопровождать рассказ активными жестами. — Нас будут бояться и уважать все — англичане, французы, испанцы. И обо мне узнают даже в Индии и Китае!       Я заулыбалась — юноша знал, как поднять настроение!       — Чтобы приобрести судно, нужно много денег, — заметила я.       — Они будут! Капитан Джек поможет мне их собрать!       В глазах Томаса было столько восторга! Он ещё продолжал и продолжал говорить о том, как он будет захватывать огромные корабли без единого выстрела, как сделает свое судно самым прочным и неуязвимым, как поставит на него большое количество пушек. А между тем вдалеке на северо-востоке показалась земля. Я спросила у Гиббса, стоявшего у штурвала:       — Что это? — Гиббс внимательно вгляделся в горизонт, а Томас, словно обезьяна, взлетел на самый верх мачты.       — Это остров Исла-де-Лагримас, если мне не изменяет память. Там и ближайший порт так же называется.       — Мы к нему подойдем?       — Да, думаю, стоит, — кивнул старпом. — Там тоже есть форт, правда, небольшой. Солдат наберется не больше полутора сотен.       — Ну что ж, надеюсь, заход будет напрасным, — сказала я. — Правда, я боюсь и сражения на море.       — Не бойтесь, мисс Диана, — одобряюще сказал Гиббс. — Доверьте это дело мужчинам, мы справимся.       — Да, я знаю, — ответила я, улыбнувшись.       — Кстати, — сказал Томас, спустившийся с мачты, — мы их разнесем пушечными залпами, а уже потом пойдем на абордаж.       Я с опаской посмотрела на Гиббса.       — Пустозвон, — прикрикнул Гиббс на Томаса,— какие пушки! Не мели чепуху! Это он так пошутил, — успокоил меня старпом.       Я в шутку попыталась дать Томми затрещину, он вывернулся и дал деру.