Нереальная реальность

      Что же делать, когда не хочется спать? Либо гулять, либо читать, либо разговоры разговаривать. Гулять — где? По палубе прохладно и скучно. Читать — я не в настроении. Остается разговаривать — но с кем? Словоохотливых собеседников кит начхал. Хотя... У нас же есть попугай! Чем не «Русское Радио»? И это радио где-то там, в кают-компании. Просто удивительно, как быстро эта птица научилась говорить! Томас сказал, что, похоже, болтать синекрылый уже умел, просто его забыли на том островке. И в какие-то моменты я даже понимала, почему.       В кают-компании пернатого не было. Я поднялась на палубу и осмотрела нижние реи. Вдруг я заметила, как некто весьма ловко перебирается по канату с «Жемчужины» на «Трепетную Лань». Я подошла поближе и с удивлением опознала Джека Воробья. Что ему понадобилось на чужом судне так поздно? Да, несомненно, это его корабль, но почему тайком?       Я осталась ждать. Ох, это женское любопытство! Но через час Джек не вернулся, а я ушла в каюту. Долгое время я ещё прислушивалась к звукам с палубы: стояла полная тишина. Я не заметила, как уснула. Проснулась я резко, от звука чего-то упавшего. Сообразив, что это из каюты Джека, я отправилась туда. Джек сидел на кресле в углу, положив ноги на стол; в одной руке ром, в другой — пистолет; кругом валяются бутылки, какие-то невесть откуда взявшиеся книги. У Джека было одновременно весело-охмелевшее, обреченное и злое выражение лица. Я едва успела увернуться от летевшей в мою сторону бутылки. Она грохнула со звоном об открытую дверь.       — Джек! — в испуге воскликнула я.       — Аааааа…— всё, что он сказал, махнув на меня рукой.       — Что с тобой? — Я несмело подошла к нему, переступая через валявшиеся предметы и озираясь по сторонам. — Что случилось? Ты так пьян.       — Да! Представляешь, я пьян! — заплетающимся языком ответил кэп, откупоривая новую бутылку.       — Что случилось? — вновь спросила я.       — Да, вот и ничего, а вроде как бы надо, но ведь должно, хоть и не хочется.       Я ничего не поняла из вышесказанного, а присела на колени рядом с ним и аккуратно забрала пистолет.       — Что тебя расстроило?       Кэп нахмурился.       — Не что, а отсутствие чего-либо.       — Чего? Ты что-то не нашел? На том корабле? — зачастила я.       — А ты видела? А, ты видела! Ну да, не нашел, а так надеялся.       — Я смогу помочь? — спросила я, взяв его за руку.       — Ну, как тебе сказать, может быть, но рано или поздно нет. Вот это-то и печально.       — Я ничего не понимаю, Джекки, — тряхнула я головой. — Расскажи.       Он отхлебнул ещё рома, улыбнулся более или менее трезвой улыбкой, провел рукой по моим волосам и серьёзным тоном охмелевшего голоса спросил:       — Дорогуша, что тебе известно про черную метку?       — Черную метку? — переспросила я. — Это, вроде, знак, который передают пиратам за какое–то нарушение. Как-то так.       — В общем-то, в общих чертах — да. А что тебе известно про метку Дэйви Джонса?       Меня насторожил такой поворот событий.       — Ничего, — смутно проговорила я.       — Во-о-от, и мне известно не было. А оказалось, что человек, умирающий с его меткой — проклят навеки. Беды и неудачи — вот его проклятье.       — Проклят? Умер? Я …       — Ну, я же умер! — крикнул Джек, и в другую стену полетела новая бутылка. — Теперь смекаешь?       — Проклятье…— дрогнувшим голосом сказала я. — И его надо снять? Да?       — Да. И для этого нужна колдунья и какая-то чертова книга. Колдунья есть, а книги — тьфу! — нет. Вот парадокс, не правда ли? Я несколько месяцев гонялся за этим чертовым кораблем, чтобы взять всего лишь книгу. А её-то и нет. Забавно, не правда ли?       — Она должна была тут быть, а её нет? Но, может, ты её просто не нашел? Тайник? — быстро заговорила я.       — Может, только его не найти. Ибо тот, кто строил этот корабль и знал его тайны, умер. Уже как полтора века. И у него не спросишь.       — Джек, ты отчаялся? Ты же никогда не отчаивался!       — Нет, я не отчаялся, просто напился с горя... Наверное.       — Мы найдем её, — подняв голову заявила я, — я тебе обещаю, Джек.       — Ах, ты моя маленькая милая пташка! Столько мужества и уверенности, хоть и понятия не имеешь, что делать. Ведь зачем-то мы встретились. Может, ты и вправду спасешь меня? — Его глаза просветлели и наполнились мягкостью и лучезарным огоньком.       — Спасу? Ты же меня спас. И я тебя спасу, — словно ребенок сказала я.       — Дерзай, — мягко сказал он.       Джек улыбнулся, посмотрел мне в глаза и, не отводя взгляда, стал наклоняться ко мне. Я почувствовала его хмельное дыхание, а он… просто уткнулся головой мне в плечо и сладко засопел, выронив из руки бутылку. Я вздохнула. Я осторожно встала, откинув Джека на спинку кресла, а затем подставила под ноги стул. Мне не хотелось уходить от него, так мирно спящего. Я тихонько уселась в уголке и заснула, подавив все мысли.       Меня разбудил шорох. Чуть приоткрыв глаза, я увидела, как Джек пробирается сквозь капканы бутылок к двери.       — Привет, — сонным голосом сказала я.       Джек круто обернулся и застыл с поднятой ногой.       — Привет, — сказал он, чуть дернув усом и в ожидании уставившись на меня. — Как спалось?       — Неплохо. — Я смотрела Джеку прямо в глаза. — Всё, что ты сказал вчера — правда?       — А что я вчера сказал? — спросил Джек, виновато улыбнувшись.       — Про проклятие. Это правда?       — Честно… Я не помню, что тебе сказал.       — А-а-а, черная метка от Дэйви Джонса.       Джек дернул усом и нахмурил брови, выдвинув вперед указательный палец, и сказал:       — Только никому.       — Ни слова.       Мы молча глядели друг на друга. Я в ожидании, Джек же старался разгадать или вспомнить, как много он мне сказал.       — Ты не это ищешь? — спросила я, извлекая бутылку рома из-под мешка, которым укрывалась. — Ты вчера уснул с ней. А потом и я.       — А! Спасибо! — Джек просветлел. Он живенько подошел ко мне, взяв бутылку, отхлебнул рома, из груди вырвалось наслажденное «А-а-ах!». — Итак, столько дел!       Джек собрался уходить, но я его остановила.       — Ага, точно! С чего начнем? Где будем искать? — быстро завалила я его вопросами.       — Где искать? Что искать? — Джек непонятливо сверкнул глазами. Ох же ж котяра!       — Как что? Книгу! Ты же сам вчера сказал.       — Да? — спросил Джек. — Так много сказал? Зря.       — Почему это зря? — обиделась я. — Ты мне не доверяешь? А я за тебя переживаю. Сильно. Очень. Не нравятся мне все эти твои проклятия и черные метки! Разве можно не сказать своему… другу о… об… о необходимости. Крайней! — с каждым словом я подступала к Джеку, а он, отступая назад, уже влип в стену. — Если я сказала, что найдем книгу — значит найдем!       — Ох, да успокойся ты. — И он шутливо приложил ладонь мне ко лбу. — Горячий.       — Горячий. Голова уже кипит от переживаний. Вот как.       Внезапно Джек посерьезнел. Он внимательно посмотрел мне в глаза, словно проверяя твердость моего решения. Я, наверное, только сейчас заметила всю красоту его глаз. Они были прекрасны, без сомнения. Но их выражение. Да. У глаз есть выражение. И сейчас глаза Джека были настолько живыми, настолько яркими, глубокими. Где-то в них читалось радостное лукавство с маленькими вкраплениями наслаждения. Но в основном они были погружены в раздумье, вместе с тем выворачивая мою душу наизнанку. Я чувствовала, что сейчас рядом с ним, я как маленький ребенок, ошибочно полагающий, что сможет помочь взрослому с его взрослой проблемой. От Джека веяло добром. Уверенностью и безопасностью. Да, я была уверена в непостоянном Джеке Воробье, хоть и не знала, чего от него ждать.       Не отводя взгляда, я спросила:       — А какой у нас план?       — Понятия не имею, — медленно сказал Джек. Затем он отвернулся и пошел к своему столу, пытаясь что-то там найти.       — Что ищем? — Джек не ответил, а всё также продолжал искать.       Наконец он достал из-под стола обрывок какого-то холста и протянул мне.       — Это то, что мне очень нужно найти, — сказал Джек, выжидательно наблюдая за мной.       На этом холсте вырисовывалась книга. Толстая, с широким кожаным переплетом. На обложке что-то было написано, похоже, по-испански, а ниже изображен череп и две сабли, но не под ним, а на нём. Они словно перечеркивали его.       — И что тут написано?       — «Смерть против смерти», — лаконично прозвучало в ответ.       — Это искомая книга, я так понимаю. Она довольно-таки большая. Её трудно спрятать.       — Она не просто большая, а, примерно, как пиратский кодекс, — уточнил кэп. — Ты видела пиратский кодекс?       — Нет. В смысле, да. Ого, ну, такую спрятать ещё тяжелей.       Джек кивнул головой и посмотрел на меня с хитренькой усмешкой. Я рассматривала кусок тряпицы, но чувствовала, что капитанские глаза следят за мной. Возможно, Джек ждал моих ответных слов, теряющихся в догадках и предположениях, возможно, просто любовался моей возможной растерянностью, а, может, просто старался понять, о чем я думаю. Кстати, о чем же я думала? Мне казалось, будто во мне что-то стало не так. Я так просто ко всему этому отнеслась, что это даже пугало. Я мысленно бродила по «Трепетной Лани», стараясь представить, куда можно было спрятать древний фолиант. Некоторое время назад я бы дрожала от переживаний после того, как Джек поведал об этом проклятье. Но сейчас всё было не так. «Что же это? Практически никаких эмоций! Я что, окаменела? — испуганно думала я. — А, может, это деловой подход? Тогда всё в порядке. Да, и это ведь к лучшему! Что толку, если в мозгах будет вертеться: «А-а-а! Проклятье от проклятого Дэйви Джонса!» И я буду, как сумасшедшая носиться по кораблям, а толку от меня будет, как от швабры». Невидящий взгляд снова стал видеть, и я перестала с видом отрешенности глядеть на несчастный кусок у меня в руках. Я вздохнула, но не потеряно и грустно, а весело, как в предвкушении чего-то нового, нового начинания или дела.       — Ты ждешь от меня каких-то слов? — прямо спросила я у Джека, глядя ему в глаза, и вдоволь любуясь их ловким прищуром.       — Нет, наверное. Но если хочешь сказать — скажи.       — Нет, кажется, мне нечего сказать, кроме того, что нам нужно приниматься за дело. — Я улыбнулась.       Джек неожиданно приложил палец к губам и глазами показал: «Обернись». Я смотрела на него, вначале не понимая, чего он хочет. Затем обернулась, а Джек взял меня сзади за плечи, словно отгородился. Да было б от кого! На шкафу с любопытством внимая нашим рассуждениям и косясь одним глазом восседал Весёлый Роджер.       Я заулыбалась и сказала с усмешкой:       — Джек, у тебя явные проблемы с безопасностью.       Воробей ступил вперед, доставая из-за пояса пистолет, и сказал, обратившись к попугаю:       — Сожалею, мой друг, но мне придется тебя пристрелить.       Попугай не отреагировал, а лишь поглубже зарылся головой в перья.       Почему-то этот попугай напомнил мне сына губернатора, Джеймса Уитлокка.       — Джек, — со смехом сказала я, — если застрелишь его, позови меня на бульон, а сейчас пошли искать книгу.       Капитан Джек медленно опустил пистолет и, чуть склонив голову, ответил мне:       — Ты надеешься её найти? — вопрос звучал как проверка.       — А почему бы и нет? Вчера ты был один — сегодня нас двое!       Джек немного помолчал, сделав вид, что размышляет, хотя на самом деле он только и ждал моей решимости и уверенности в успехе, а потом резко, твердо и задорно провозгласил: «Пошли»!       Мы отправились на «Трепетную Лань» и целый день провели в поисках, которые, к сожалению, оказались бессмысленными. Мы перерыли всё, где можно было спрятать этот толстенный том: капитанскую каюту, кают-компанию, комнаты отдыха, трюм, остальные каюты — тщетно. Никаких признаков, что книга могла тут быть. Корабельная библиотека так же ничем нас не порадовала. Находящаяся между двух кают, она не могла иметь стенные тайники, в полу бы мы их нашли. Видимо, действительно, тот, кто построил это судно, унес в могилу все его тайны, а раскрыть мы их могли бы, только разобрав «Лань» по щепочкам. А толку-то?       Удрученные и уставшие, злые на захваченный корабль, на себя и друг на друга, мы вернулись на «Черную Жемчужину» и разошлись по своим каютам. Едва я закрыла дверь и упала на койку, как в голову воткнулась мысль — компас Джека. Он должен сработать! С трудом я встала, но более или менее твердой походкой пошла к Джеку.       — Джек! — позвала я, стукнув в дверь. — Джек, мы совсем забыли про твой компас! Промучились столько, а решение загадки под боком!       Джек Воробей внимательно выслушал меня, не меняя своей уставшей позы в кресле. Его лицо не отразило никаких эмоций.       — К сожалению, дорогуша, компас в этом мне помочь не хочет.       — То есть? Ведь избавиться от проклятия — твоё самое страстное желание! Ведь так?       — Видимо, нет. Посмотри сама.       Джек снял с пояса и протянул мне волшебную вещицу. Я бережно взяла прибор и немного помедлила, прежде чем открыть. Потом бросила короткий взгляд на Джека и посмотрела на магическую стрелку. Сначала она повернула влево, потом вправо, немного подрожала там и указала точно прямо — там сидел кэп. Что?! О чем мне говорит эта стрелка? Я встряхнула прибор и мысленно сконцентрировалась на книге заклинаний. Стрелка не шелохнулась. Я подняла глаза на Джека и увидела его улыбку, говорящую: «Я так и думал».       — Не работает? — спросил он, по сути, констатируя факт.       — Не хочет, — обиженно сказала я и надулась, как маленький ребенок. Я надеялась, что Джек не поймет, куда, а, вернее, на кого, указал компас. — Куда показал у тебя?       — Не знаю, куда-то в море, — вполне серьезно и правдиво ответил Джек. Я от чего-то почувствовала легкое разочарование. Быть может, я ждала, что он скажет: «На тебя».       — Можно я возьму его к себе в каюту? Может, он передумает?       Джек встал и подошел ко мне, глядя прямо в глаза. Он бережно закрыл мою ладонь, держащую компас.       — Отчего бы не взять. Бери.       Я вдруг почувствовала себя жутко неловко. Отрывисто бросила «Спасибо большое» и быстренько удалилась к себе. Зайдя и прижавшись спиной к двери, я вновь раскрыла компас. Он показал северо-запад.       — Черт, там каюта Джека!       Я со злости хотела швырнуть его об стену, но передумала. Положила на стол, а сама легла на кровать и отвернулась к стене, пальцем выводя на ней непонятные даже мне символы. Я терялась над тем, о чем мне думать. Компас, книга, Джек. Нет-нет. Книга, Джек, компас. Или же Джек, книга, а потом компас. Но как не крути и книга, и компас — это, иными словами, Джек Воробей.       — Что же делать? — почти прошипела я. — Первым делом надо найти книгу. Но как её найти? Компас ещё этот. Зачем только пользовалась им, ведь и без него всё знаю. — Так, наверно, странно было быть обиженной на предмет, да ещё за то, что он подтвердил твои мысли.       Не помню, сколько времени я вот так пролежала, но среди моих размышлений мне попалась одна незаурядная мыслишка: спросить Уитлокка или капитана Мартиса о тайниках их судна. Но Мартис, скорее всего, не ответит, а вот Джеймс… Что ж, попытка не пытка! Я сладко потянулась, отгоняя собравшиеся сонные облачка, встала и отправилась в трюм. По времени было около десяти вечера, поэтому большинство обитателей корабля ещё не спали. Спускаясь в трюм, я поймала несколько удивленных взглядов, а ещё поругала себя за то, что до сих пор не переодела платья — чуть не полетела вниз головой, считая ступеньки.       Перед тем, как войти в карцер, я на секунду помедлила. Собралась с мыслями, так сказать. Но как бы я ни старалась собрать мысли и подобрать слова, ничего ровным счетом не получилось. Я набрала побольше воздуха и смелости и вошла. Трюм здесь был освещен слабо, всего шестью фонарями: три на свободной стене и три в камерах, в каждой по одному. Когда я вошла, двое матросов, охранявшие пленников, весьма сильно удивились. Я же вежливо попросила их не лезть в мой разговор, а они, казалось, только и ждали, чтобы хоть не надолго удрать из карцера. Я подошла к «вип-камере» и посмотрела на всех троих заключенных. Только Джеймс Уитлокк ответил мне взглядом.       — Мне нужно с вами поговорить, — как можно более уверенно сказала я, но получилось едва ли громче блеяния испуганной овечки.       — О чем нам разговаривать?       Я бросила сомневающиеся взгляды на капитана и старпома, давая понять, что хочу сделать разговор, насколько это возможно, конфиденциальным. Уитлокк понял и подошел к решетке.       — Чего вы хотите? — сухо спросил он, не осмеливаясь почему-то смотреть мне в глаза.       — Мне нужна ваша помощь.       — Помощь? — Уитлокк поневоле посмотрел на меня. — Чем Я могу ВАМ помочь?! — воскликнул он, но не очень громко.       — Мне нужно найти одну вещь, которая спрятана на «Трепетной Лани».       — Хм, а разве есть что-то, что осталось спрятанным, вы… пираты ведь там всё перерыли, — саркастично отозвался мужчина.       — Мы не занимались мародерством. А эта вещь спрятана там в тайнике.       — В тайнике? А разве он там есть? — Уитлокк это спросил таким голосом, что моя надежда на него упала почти до нуля.       — Должен быть, — тем не менее твердо заявила я. — В нём спрятана одна очень важная для меня книга.       — Я ни о чем не знаю, — ответил пленник. Но тут у него вышел маленький прокольчик. Он, возможно, даже неосознанно посмотрел на меня, которая по его взгляду поняла, что он что-то знает.       — Это должна быть очень большая книга, — ни на что не реагируя, продолжила я. — Она точно на этом судне.       — Вы надеетесь, что я вам помогу? — спросил Уитлокк.       — А разве нет? — моментально и прямо ответствовала я. Он усмехнулся.       — С чего бы? Я не смогу вам помочь. И не только потому, что не хочу, но и потому, что не могу. — Его глаза стопроцентно подтвердили, если не его незнание, то его нежелание — точно.       Это будет трудная схватка, но отступать я не намерена. Я растеряно и огорченно наклонила голову и уперлась в решетку. Молчу и тяну время. По меняющемуся дыханию Джеймса Уитлокка я поняла, что он в сомнениях, и его только нужно подтолкнуть.       — Мне нужна эта книга. Жизненно необходима, Джеймс. — Я говорила мягко, тихо, с легкой дрожью в голосе, которая нисколько не была наигранной.       — Зачем, мисс Диана?       «Та-а-а-к, он назвал меня «мисс Диана», значит, что-то сдвинулось. Но как сказать, что книга — спасет Джека от проклятья? Тогда не видать мне помощи. Но если солгать, то может случиться и что-то похуже».       — Она… спасет… Джека…— четко, по словам, с многоточиями, если так можно выразиться, ответила я. В ответ молчание. Я подняла голову и посмотрела собеседнику прямо в глаза.       — Вы надеетесь, что я помогу вам? — вновь спросил Уитлокк, но в этот раз с досадой в голосе.       — Да, — уверенно произнесла я. Я видела, что не безразлична ему, что бы он ни говорил.       — Нет, — не так уверенно, как я, ответил Джеймс. — Я вам не помощник.       — И всё-таки, я вас прошу. Я должна помочь Джеку. Я не могу этого не сделать.       — Почему? — Он пронзил меня пытливым взглядом. Я сглотнула, но не ответила. В моих глазах отразился испуг. — Потому, что он вам не безразличен. Даже дорог. Вот почему! — воскликнул тихо Уитлокк, и ведь был прав. Я опять промолчала. Иногда это так полезно. — Нет, Диана, я не буду вам помогать. И не просите.       — Да, он дорог мне. Дороже всех на этой земле. Да, вы правы. И я не могу так стоять и смотреть, как погибает человек, и не сметь помочь ему. Поможете вы мне или нет, а я найду этот чертов фолиант. Пусть даже мне придется разобрать «Трепетную Лань» по досточкам! — При словах «Трепетная Лань», которые я невольно произнесла немного громче, встрепенулся капитан Мартис. Но он бы мне точно не помог. — Джеймс, я всего лишь прошу помощи, потому что не знаю, сколько у нас времени. А может так статься, что проклятье погубит всех и в один момент. — Конечно, было бессмысленно взывать к чувству самосохранения сэра Уитлокка. О себе он заботился явно не в первую очередь. — И если уж на то пошло, если вам будет приятно это осознать, я слаба и беспомощна сейчас на самом деле. И так уж вышло, что вы можете мне помочь. Так помогите!       Уитлокк думал недолго, а я уже понимала, что победа за мной. Вот только будет ли от неё толк?       — Хорошо, я помогу вам. Но вам, а не ему. Запомните это, пожалуйста. — Я хотела сказать спасибо, открыла рот, но Джеймс перебил меня: — Не надо. Не благодарите. Я не хочу слышать слов благодарности. И… давайте поскорее покончим с этим делом.       — Хорошо, минутку.       Я разыскала дежуривших пиратов и попросила отпереть камеру и выпустить одного лишь только Уитлокка, но мне было наотрез отказано. Я фыркнула и отправилась к Джеку, за приказом.       — Джек, капитан Джек! — Я негромко звала его, пытаясь разбудить. Он резко проснулся и возмущенно посмотрел на меня.       — Что тебе надо? — Спросонья его голосом был таким фантастично-чудным.       — Джеки, Уитлокк поможет нам найти книгу. Он согласился помочь.       — Да? — спросил Джек, нахмурив брови. — И что я должен сделать?       — Пока ничего, только выпустить, чтоб мы отправились на «Лань».       Джек почесал лоб, хмуро посмотрел на меня и сказал:       — Ну что, пошли!