Схема 3. Ловушка для разума
17 января 2017 г., 11:23
«Со Страхом можно договориться, Но не со Смертью» Говорящие Пески, том 1.
Ответ на вопрос - что делать? когда оказываешься между молотом и наковальней приходит лишь в том момент, когда рассудок осознает всю безысходность и безвыходность ситуации. Напряжено всё естество. Нервы на пределе. Именно тогда, как известно, человек принимает самые острые и необдуманные решения. Внутри происходит голосование за смерть или за попытку выжить (но при этом пройти через некое испытание, перепрыгнуть выше головы). Смерть устанавливает порог, и, как видно, те, кто его не осилят - станут материалом для сотканного Памятью мира. Эти, как зовутся людьми "души" - есть уникальные, ни с чем несравнимые вместилища, сосуды, чаши, в которых покоится знание памяти, что люди ошибочно норовят назвать силой. Эта «память», имеет основу оседать на предмете материального мира. Процесс взаимодействия между действующим, живым сознанием и сознанием ушедшим, точнее перешедшим в иное состояние, вызывает непредсказуемый эффект, много преумножая обычное состояние человека. Не один созданный ныне прибор или машина не в состоянии сказать, а тем более показать, что видит человек, способный после Дня Памяти контактировать с предметами, на которых имелся мемо-след. Люди, проявлявшие способности к восприятию мемо-следа стали именовать себя Детьми Мемории, новопришедшей с недавних пор Богини Памяти и Всепрошлого. Образовав некую группу, Меморийские Дети в невероятно короткий промежуток времени устоялись на незатронутой местности, впоследствии образовав огромный город - Меморию. На житье здесь имели право лишь те, кто способен на контакт с мемо-предметами. Остальным отводилось находиться в городе не больше недели. В противном случае их просто выпроваживали силой. Со Дня Памяти прошло достаточно времени. За это время культ богини Памяти, вместе с ее последователями занял практически доминирующее положение в мире. Учения о Памяти вытеснили любые другие всемирно известные религии. Однако, как оказалось, все не так просто. Не все те боги, которым поклонялись люди прошлого - были выдуманными. Точнее сказать, считавшиеся скептиками бесполезными многие святые реликвии теперь находились в руках меморианской правящей элиты. По общим поверьям, те сокровища наделяли их обладателей знанием, не поддающимся измерению. Только вот парень, успевший почти бесшумно проскользнуть в одну из ближайших комнат, с досадой не находил в себе даже и края таких талантов. - Тебе они не нужны, глупая ты баклашка. - в который раз уже за сегодня послышался скрипучий голос Бродяги. На этот раз парень дал ответ воображаемому спутнику, мол: «Пригодилось бы всё равно! Лучше ж есть, чем нет». И жизнь бы могла иначе сложиться. Там, за стенами центральной меморианской обители. Там все было бы по-другому - пища, кров на ночь, безопасность. Никаких изысков. Хотя, на сей день, парню изыском казалась лишь сама жизнь. Во всяком случае, покуда идет она и ты не сидишь на месте - будет тебе все. Пусть и не так, как раньше, до того момента как посыпались основы прежние и стали люди рабами чужих воспоминаний. Из комнаты, ничуть не хуже, чем с коридора, было слышно как скрипят не стесняясь половицы лестничного пролета. По ощущениям так этажа со второго на третий. В комнате на первый взгляд, лишь по счастливой случайности, храни ее Память, не оказалось ничего такого, что могло бы выдать присутствия нежданного гостя. Парень стянул душный мотоциклетный шлем, откинув со лба грязную черную челку, и внимательно осмотрелся: кровать, комод, угловой стол, окно. Окно! Не теряя времени, парень одним легким прыжком оказался рядом. В голове сразу развернулась тщательно отрисованная местность, и он прикинул, где и как можно уйти. Ребята снизу определенно пришли за ним, спору не было. Но в драку такую он ввязываться не планировал никак. Единственным верным решением сейчас оставался поход через разбитое окно. Он осторожно, стараясь не создавать лишнего шума, попытался выдернуть шпингалет, но тот уже окончательно проржавев, слипся с креплением. Значит, придется разбивать. Бегство не лучший выбор, но пока парень не видел противника, не было смысла помышлять о том, чтобы махать клинком. Однако от мыслей о хорошей заварушке, всё больше подкатывал дерзкий азарт. Размышления о неприятеле, как пробку выбили тот момент, что в дальней комнате на третьем этаже осталось явно нечто более неприятное, чем те, кто пришел за ним. И в этот момент он осознал свою глупость. Рванувшись к двери, парень упал и ухом стал прислушиваться к скрипам. Время есть, пусть это и жалкие его секундные подачки. Он сорвал с плеч сумку и вынул оттуда пластмассовый слегка помятый шарик. Рука в быстром темпе стала резко поворачивать скрипучий бегунок, уже не обращая внимания на «Правило пяти». Нельзя было ошибиться сейчас в количестве оборотов, иначе - гори все огнем! Парень приоткрыл дверь и низом пустил шарик катиться, по силе так, на середину коридора, между тем, не дожидаясь пока тот остановится, он аккуратно закрыл дверь, сразу же метнувшись к окну. Пыльное покрывало, сорванное с кровати, мгновенно оказалось намотано на кулак. После чего, парень стал ждать. Каждый кирпичик, каждую щепу, всю «броню» дома пронизывала сейчас тяжесть ступающих по ступеням ног. Нутро дома было плотно устлано тишиной. Нахождение в этой тишине было сродни подводному плаванию, где можно было плыть, разводя руками густые клубы беззвучия. Парень одернул себя моментально. Сосредоточение, вот что сейчас важно. Дыхание тяжело отдавалось в груди. Мысли в очередной раз пытались пролезть в голову, расталкивая состояние полного контроля. Но парень стоял, держался, на лбу выступили капельки пота. С момента как был прокручен последний оборот шарика, в голове не прекращался отсчет, и сейчас он уже сходил на нет... «Уже сейчас, вот сейчас, девять...восемь...» - в висках застучало. Понемногу, привыкнув к обстановке, парень стал слышать это все как музыку, на фоне которой не утихал счет: «Два...один!» Он уже замахнулся, чтобы разбить стекло, однако успел одернуть себя. Потому...что ничего не произошло. А шаги были слышны уже отчетливее. Судя по всему, человек уже вступил на третий этаж. Но ничего не происходило. «Неужели провернул лишнего? Нет, быть не может» - подумал парень. Уже не первый раз он это проделывал и ошибки быть не могло. Секундное затишье отозвалось скрипом полов. Незнакомец за дверью пришел в движение. А рука парня всё также согнутая в локте была готова пробить стекло. Во второй руке уже грелся от ладони машинально вынутый пистолет. Сейчас ход противника, а по сему – остается только ждать. Но противник и сам не спешил бросаться очертя голову. Значит, это не просто головорезы. Значит, их навели. Значит, ублюдок Гурби, выберись парень отсюда, будет хлебать свою же кровь. Между тем, ручка начала медленно поворачивать. На лбу вступил пот, и парень начинал испытывать страх, который, уже не дожидаясь сопротивления, пошел спокойно растекаться по телу, сея панику в рядах невообразимого количества рецепторов. Волнами накатывала дрожь, унять которую с каждым мгновением становилось невозможно. Разум начал выстреливать визуалами – вспышками, в которых проскальзывали зачастую непонятные, искаженные образы. Она появлялись, кричали, а потом исчезали. И каждая секунда в таком состоянии приравнивалась к минутам, а может и десятками минут. Глаз пополз под веко, ноги уже не держали парня и он упал на колени и повалился, сжимаясь калачиком. Дрожь била отбойником по телу, гася последние остатки вменяемости. Где-то внутри, остатки сознания еще боролись с припадками, но и те, прогибались под безумством нападающего Страха. Страх этот был резок, как плеть. Но самое ужасное, что был об бесконечен и беспощаден. В односекундье парень превратился из хладнокровного создания, готового волком вгрызться в глотку своему недругу, в беспомощного младенца, корчащегося в конвульсиях на ковре посреди заброшенного дома. Пока сознание вытекало из парня, стараниями наведенного воздействия, ручка в двери уже была свернута до упора. Но дверь, как и должно было произойти, не открылась. Вместо этого в коридоре раздался истошный дребезжащий визг.
