Фансервис

      Субин улыбается фанатке, дружелюбно тянет ладонь для рукопожатия, а мысленно хочет наорать на сидящего рядом лидера, а еще лучше треснуть чем-нибудь. Потому что на нервы действует ужасно. И ладно бы только на них. Так нет! В животе от такого вида приятно-противно тянет, и голову повернуть хочется, чтобы не краем глаза смотреть, а нормально.       Пусть возьмёт у Сэджуна печенье, попросит стафф принести покки, конфету, чупа-чупс, фрукты. Да хоть рамён! Лишь бы не видеть как розовый язычок зажат меж напряженных губ, пока Сыну сосредоточенно выводит автограф на альбоме.       Субин мысленно просит вселенную прекратить эту недо-пытку, или хотя бы пусть старший выйдет ненадолго, оставив фанов. А с его привычкой Чон сам как-нибудь разберется, возможно, нагнав Хана у мужского туалета или в пустой во время фансайна раздевалке.       Сыну его мыслей не слышит, но взгляд на макнэ переводит и опять коротко скользит по верхней губе языком, демонстрируя острый кончик.       Да займи ты уже рот чем-нибудь!       Едва не кричит Субин. И в этот момент, видно, желая в конец добить донсена, лидер прикусывает подушечку большого пальца, позируя на камеру фанатке.       В рыжей голове тут же проносятся варианты того, чем именно хён может рот свой занять. А Сыну с удивлением наблюдает за тем, как милое лицо младшего стремительно краснеет и опускается на стол, прячась от непонимающего взгляда.       — Субин-а?       — Хён, кофе хочешь? — не поднимая головы от стола, Чон переставляет свой стаканчик с холодным напитком ближе к лидеру.       Но Хан Сыну не был бы собой, если бы не нашел применение и этому, терзая несчастную соломинку.