Огонь, мерцающий во льду

      Придя обратно домой, я взяла на себя ответственность за все процессы в доме. Как оказалось, готовить умел только Нэй и я, что и требовалось доказать, поэтому остальных мы запрягали как могли: заставляли разжечь костер, накрыть на стол, взбить белки и тому подобное.       — Ур, принеси еще сахарной пудры! — кричала я       — Есть, сэр, — слышался ответ откуда-то из подвала, куда я ее послала за минералкой.       — Не думал, что Урка кого-то, кроме себя слушает, — сказал Нэй       — В этом мы с ней похожи: только я умею готовить, а она не хочет голодать, -ответила я, излучая улыбку, — инстинкт самосохранения!       — Хах, это точно, — просиял мне в ответ парень. — Добавь щепотку корицы, чтобы блюдо стало теплее на вкус. На улице прохладно,  Идея хорошая. Почему-то неделя была до жути холодной для конца июля. Да и готовила я, хоть и не плохо, но не на рестораном уровне… Зато имела пару рецептов, которыми можно было покормить окружающих, а они за это не захотели бы меня убить.       Мы быстро расправились с готовкой и устроили обед с видом на Рим. Кажется, я не была в столице уже вечность. Наша семья заведует Флоренцией — красотой страны (которая является одним их пяти городов-старейшин, в список входят Милан — первооткрыватель, Рим — сила, Неаполь — плодородность и Турин — колыбель итальянской свободы). Центральная Южная ВАМС тоже на нашей территории, поэтому и ездить куда-либо не было нужды.       На данный момент наш клан составляют двенадцать семей. Только самые древние, влиятельные и богатые заведуют в совете. Тридцать четыре года назад Старейшины и Глава были вынуждены изгнать одну из семей и запретить деятельность в стране из-за того, что те пытались сместить старейшин. Тогда и родился клан Изумруда. Потеряв любую из пяти семей, весь клан пошатнется. Семья Фениче известна, как подпольные короли Флоренции, а клан Абердин Бастиаре — последние два столетия полностью управляет страной. Большинство решений, которые принимались президентом последние два столетия шли из совета старейшин клана. Мы даже отдали пространство для суда Драконам и вывезли оттуда людей, не заседая на высоких должностях, а действуя как Серый Кардинал. А я еще думала, что не патриот, а тут как-то понесло… М-да…       Посмотрев на маленькие пестрые улочки и крыши домов вокруг, я достала скетчбук из сумки и стала выводить линию за линией, отражая все, что цепляло взгляд. Люблю рисовать. Точнее любила, пока не случился срыв на нервной почве. Надо будет при встрече доходчиво объяснить брату его ошибку… А впрочем, даже сейчас мне нравится рисование, только цветом работать больше не выходит, но я наловчилась делать наброски ручкой.       Немного посидев на веранде, я дала команду к сборам Дину и Дэну, а потом начала убирать со стола, послав Урсулу и Нэя купить нам чего-нибудь в дорогу.       Они вернулись через час.       — Я взял сладостей, соленостей и воды, а эта, — Нэй указал на Уру, — какую-то ненужную дребедень.       — Вот и не дребедень, а необходимое, — завелась она. — Взяла пару одеял, зубные щетки, пасту, мармелад, аптечку, жердочки, клетку и тапочки, а то на своих пятнадцатисантиметровых я уже умираю. Нэй, мы едем на твоей машине? — спросила брюнетка, разворачиваясь к дому.       — Ты тоже едешь? — подключилась к разговору я.       — Ответ на оба вопроса — да, — не прекращая улыбаться, крикнул парень вслед Урсуле.       — Странно, я тебя раньше не видела на приемах, — неожиданно тихо пробормотала я.       Дело в том, что я действительно знала почти всех в лицо. Это было одним из правил отца, в копилку к довольно сносному знанию этикета, неловким танцам и корявой игре на пианино.       — Я нечасто бываю на таких праздниках. Меня не особо шпыняют, ведь я седьмой в наследовании у семьи Просен. так ты знаешь всех в лицо? — подколол он.       А-а-а… Так он из Просен. В нашем Клане существует пять сильнейших семей и это одна из них. Просен, Идид, Реант, Эклипсо и Финиче являются самыми могущественными и сильными в нашем клане. Насколько я помню, Просен как раз-таки и заведует Римом. В большинстве из семей насчитываются десятки близких родственников, так что нет нужды удерживать кого-либо в семье. В сравнении с семьей Идид, где, согласно традициям или судьбе, всегда всего один наследник и родители, а также нашей. У моего отца есть мать, которая вошла в семью, поэтому она не имеет права наследования, дед, покинувший нас и живущий на побережье, и моя мама с аналогичной ситуацией и тетя Нора с ее детьми — двоюродная сестра отца. После отца в наследовании на имя Старейшины были брат и я. Старейшин раньше называли Темными Королями, а Главу — Лунным Императором, что сейчас используется реже и только внутри клана.       — Ну, что-то вроде того. Я перестала на них ходить за месяц до конца весны, — честно ответила я, ментально подзывая мотающихся в небе фамильяров.       Во всех семьях наследников оберегают и обучают с максимальным усердием. Впрочем, мои родители никогда особо не поддерживали сию традицию, решив, что сначала наша безопасность, потом характер и только затем уже база и та, чтобы мы не ударили в грязь лицом. Наша семья маленькая, не сильно держится за традиции, заведует только надлежащими нам землями. Она также между первым и третьим местами по объему доходов и капиталу в банке и у нас чаще всего появляются Главы. Поэтому мы с основания клана находимся в пятерке семей. Семья Эклипсо вошла столетие назад благодаря своему растущему влиянию, тем самым сделав из четверки королей пятерку. Я была третья в списке, и не было нужды наседать надо мной с теорией управления. Основную базу и традиции родители мне передали, но не все, что необходимо знать наследнице. Впрочем, никогда не метила на это место… Тоже в меньшей степени касается и Нэя. Он наверняка знает основы, но не метит на титул. Таких, как мы, в «высококультурном обществе» называют «киндерами», потому что никто не знает, чего такие добьются.        — Из какой ты семьи? — отозвался Нэй, грузя вещи в машину, пока я устанавливала жердочки и клетку для фамильяров.       У Нэя есть странная привычка отвечать мне на вопрос через неопределенный отрезок времени. В этот промежуток времени я умудряюсь измучаться сомнениями в том, насколько бестактной и грубой была, раз он не отвечает. А еще могу забыть, что спросила…       — Я из Финиче, третья на очереди, — ответила я голосом, в котором проблескивал металл. Не привыкла я еще называться настоящим именем.       — У них же нет детей        — Если не считать меня с братом, которых ради защиты скрывали с трех лет, дав иную фамилию, то да, их нет. Кстати, нас на этом балу и представят, — сказала я, пытаясь предотвратить любые дальнейшие расспросы писателя.       — Выходит, мы оба дети старейшин, — просиял он, увидев во мне родную душу.       — У тебя пять старших братьев и сестер? — спросила я. Интересно, каково это, когда вас дома не двое, а целая толпа?       — Нет, я второй сын, просто не от официального брака, — на этот раз сухо бросил Нэй.       — Прости, я не знала…        Облажалась очень сильно облажалась! Надо было лучше изучать основные семьи. Повисло минутное молчание, каждый задумался, потом он продолжил:       — Не беспокойся, об этом многие не знают. Я и так неплохо себя чувствую вне семьи, да и какой из меня наследник? Только приходиться приезжать раз в год, чтобы доказать предку, что еще не умер. Хотя не думаю, что его парит, — неоднозначно проговорил Нэй.       — Дела, дела, дела, — произнесла фразу боконистов, которые говорят ее, когда сильно о чем-то задумываются.       — О, так ты у нас не только мои книги читала, но и классику, — оживился он, переводя темы. — Как тебе Олдос Хаксли?       — Ну, я года три назад его взахлеб читала. Он довольно необычный со своим гиперболизированным миром. Антиутопии — классная штука! — согласилась я переметнуться на более мирную тему и продолжила: — Люблю научную фантастику, не приключенческую, скорее абсурдную или драматическую, а ты?       — Я с детства читал все, что под руку попадалось, но да, пожалуй, ты нашла единомышленника, — сказал златовласый парень и слегка приобнял меня.       В этот момент вернулась Урсула и как-то недобро на нас посмотрела. Ревнует друзей к друзьям? Или…       — Урсул, иди к нам в групповые обнимашки, — крикнула я.       Урка переменилась в лице и обняла нас крепко-крепко; думала, что умру, но нет, где наша не выживала! Кажется теперь, я знаю, кто ей нравится и почему она сиганула с ним с крыши…       Сев в машину, я достала наушники и провалилась в сон. Когда проснулась, было четыре часа дня, а значит еще три часа езды. Ребята о чем-то бурно беседовали и хитро улыбались.       — О, спящая красавица проснулась, — пропел Нэй, поглядывая в зеркало заднего видения. Ладно, пусть живет, раз назвал красивой, хотя немного банально для писателя. — Ты подумала, что это банально, — утвердительно сказал он.       — Разве нет? — отрезала я, еще мне за мысли извиняться начать.       — Для начала, это сейчас актуально из-за новой интерпретации в фильме, который скоро выходит. А во-вторых, мы же все любим и ждем слов любви от наших фаворитов, даже не смотря на их банальность? — Нэй с легкостью парировал мой выпад.       — Но твои слова не слова любви, да и не хочу я их слышать ни от кого в ближайшее десятилетие.       — Но это эмоции, которые ты вызываешь у других, когда спишь, — сказала Ура.       — В смысле? — опешила я. От Уры добра ждать нельзя.       — Проверь свой инстаграмм, — сказала подруга и протянула мне телефон. Мой телефон.       Я не совсем осведомлена о виртуальных реалиях нашего общества, а уж тем более не бегу выкладывать сто фотографий каждую минуту. У меня их всего три: лягушка на ветви дерева, я на фоне стены поместья и закат из окна комнаты академии. Открыв свой аккаунт, я была… шокирована. Там появилось три новых фото, при этом у каждого были сотни комментариев.       Первое фото: Эклипс, Грация и Синки летят над развалинами, внизу — подпись: «Миг размаха крыльев». Допустим, мне не хотелось, чтобы все знали о способностях Эклипса, но это легко скрыть, ведь Синки тоже в кадре. Едем дальше. На второй фотографии дело обстояло несколько хуже. Там были довольные лица ребят, указывающих на меня, с хэштегом #слипинг_бьюти, и вот тут было более тысячи комментариев, скорее всего из-за скорого релиза одноименного фильма и имен этой парочки в описании. Третьим было короткое видео на повторе, где я спросонья терла глаза, с хэштегом #спящая_красавица_проснулась. И такой же шквал комментариев.       — Это что? — прохрипела я осипшим ото сна голосом, чем-то напоминающий старческий.       — Добро пожаловать в семью, — копируя то ли мой голос, то ли голос крестного отца, сказал Нэй.       — Я вас ненавижу, — с наигранной злостью буркнула я, хотя меня даже порадовали фотографии: не такие уж они и разоблачительные.       — Зато с нами весело, — хором сказали ребята. И не поспоришь. Действительно не соскучишься. Оставлю фото: в целом, там все красиво и мило, пусть и странно.       — Никто не спорил, — сказала я, подняв руки.       Потом Ура начала читать самые дикие комментарии, среди которых был детально описан план нашего похищения: «Пока она спит, можно забрать себе красавчика или его сердце», «Девушка с переднего сиденья, я подумываю о Вашем похищении, несправедливо, что Вы украли у меня сердце», «А я не против спящую украсть и разбудить поцелуем», «Мне кажется, они в Риме», «По-любому в пригороде» и так далее. Это было забавно, пока все шутили, ведь мы реально очень хорошо получились на фото, а ура и ней, как оказалось довольно скандальные светские персоны. Но один комментарий из закрытого профиля меня припугнул. В нем были те же слова, что и на дискотеке: «Я тебя нашел» и все. Я напряглась, подала заявку для добавления в друзья, чтобы покончить с этим сумасшествием. Кто-то за мной следит. Может какой-нибудь ведьмак-ботаник из университета с огромной магической силой? Может я или мой брат, что более вероятно, ему что-то сделали? На всякий случай я отправила этому пользователю сообщение «Извини, мне жаль». Ответа не последовало.       Попросилась за руль, чтобы хоть как-то отвлечься от удручающих мыслей. Скорость — идеальный отвлекающий фактор! По крайней мере для меня. Раньше меня не раз ловили и отчитывали за это, поэтому я каталась только рано утром, пока никто не проснулся, да и то мне было страшно ездить до того, как я познакомилась с Балентайном, но об этом позже. Тут все бессмертные, так что гнать можно не опасаясь за жизни присутствующих.       Включив музыку погромче, вдавила педаль газа. Ребята затихли. Через пару часов я стала уставать от вождения, поэтому передала бразды правления БМВ Уре, которая, как оказалось, раз пять просила меня не гнать с заднего сиденья.       — Прости, — безэмоционально сказала я.       — Это же месть за те фотки, да? — поинтересовался Нэй.       — Нет же, мне просто взгрустнулось, — соврала я, обнимая подругу. Страх и грусть словно боль. Только если грусть — тупая, то страх — острая.       — Ладно, прощена, но только на этот раз, — насупилась Урсула.       — Как пожелаете, ваше каменное величество, — сказала и сразу же получила подзатыльник от подруги, а Нэй начал смеяться.

***

      — Ну что не так на этот раз, Ур? — простонала я после часового бойкота от подруги.       Нэй взялся объяснить мне ее поведение.       — Понимаешь ли, для нашей принцессы, — Ура отвлеклась от вождения, чтобы смерить нас злобным взглядом, от чего резко вильнула на дороге, а Нэй продолжал: — Ура звереет от двух вещей: от скорости и от своего статуса, особенно, если его используют друзья.       — Оу, прости меня пожалуйста, — включив режим «Мне очень жаль», с щенячьими глазками сказала я.       Не думала, что у нее есть такие закосы, надо будет спросить потом, ведь я ее так довольно часто называла последнее время. Тут оба попутчика стали давиться смехом. Черт, повелась.       — Я вас ненавижу, — рявкнула на них.       — Зато с нами весело! — пропели Ура с Нэем       — Сама виновата, что депрессовала на заднем сиденье, а потом гнала, будто на распродажу! — все еще смеясь, ответила подруга.       Не знаю, специально ли, но они своими глупыми, но милыми выходками заставили расслабиться и просто плыть по течению своих целей и задач. Больше не вспоминала о том сообщении.