Огонь, мерцающий во льду

      Платье весило где-то пять килограмм за счет россыпи кристаллов на спине, на ногах красовались черные туфли на двенадцатисантиметровой шпильке. Радовало в этом наряде только то, что он не мялся, а поэтому я все еще могла сесть (там почти лежишь, но не важно) за руль спорткара.       Закинув каблуки на пассажирское сиденье, я впрыгнула в удобные кроссовки и помчалась к месту проведения бала. По сравнению с другими принимающими, локация нашей семьи никогда не изменялась. Обильно украшенная свежими полевыми цветами вилла восемнадцатого века с тремя залами для проведения праздника на берегу моря, тремя бильярдными комнатами и двумя комнатами с камином и разнообразными сиденьям. В обычное время это здание служило городским домом отдыха, но не сегодня.        Всего на праздник было созвано около тысячи приглашенных. Это считалось маленьким числом по сравнению с Миланским семейством, на чье мероприятие в прошлом году пригласили около десяти тысяч. Наша семья официально поддерживала название «бал тысячи», отсылая ровно столько приглашений. Однако невесты, женихи и дети приглашенных тоже имели право прийти, поэтому в среднем мы набирали полторы-две тысячи людей.       Бал делился на три части. Первая — официальная, где все присутствующие слушали речь Старейшины принимающего клана, затем первый танец, который он же и открывал. Обычно затем следовало около пяти-десяти композиций, во время которых исполнялись бальные танцы молодыми парами, после присоединялись и другие гости, а бал медленно перетекал в неформальный, давая возможность пообщаться с гостями, в полночь наставала часть огня ста семей. Драконы, вампиры, фениксы, тролли, оборотни, духи и так далее по списку должны были зажечь сотню фонарей и отпустить их в небо, чем объявлялось единство скрытых наций. До этой части я и планировала остаться, а потом на трек, потому как после нее все продолжают общение, танцы, некоторые уходят на второй этаж, где находятся бильярдные и гостиные. В целом, много светских бесед и мало смысла.       Подъехала за десять минут до начала первой части, к этому времени уже должна была стоять у балкона, на котором отец будет читать речь., но я хронически непунктуальна, даже на огромной скорости обгоняя всех и вся умудрилась опоздать. Урсула и Пероней писали, что будут через пол часа, так что я еще быстро прилетела, но теперь предстояло самое трудное. Вы когда-нибудь бегали на высоких шпильках по гравию? Я тоже нет. Поэтому пришлось оставить Нэро (так я назвала новую машину в честь ее нереального черного цвета) на паковочном месте наследной принцессы принимающей семьи Фениче между отцовским порше и машиной брата той же марки. Я в кроссовках, не дожидаясь помощи дворецкого, буквально выпорхнула из машины к заднему восточному входу. Туфли я по глупости оставила в машине. Прибежав к двери балкона, нарвалась на неодобрительные взгляды родителей и подавленный смешок брата.       — Солисия, я боялся, что ты решила сбежать, —прокомментировал мое появление отец       — Я бы не посмела, папочка, — натянула на себя самую милую улыбку. — Я бы поспорил, — шепнул Мэтью, но был прерван разгневанной матерью. Если я никогда не приходила вовремя, то моя мама… Ну, она была более, чем пунктуальна и ненавидела опоздания. Жалко только у нее нету времени высказать свое мнение. — Дочь, надень диадему, она у Кэтрин, твоего секретаря, — жестко прошептала родительница. Я вопросительно оглянулась, ища глазами теску своей матери.        Найдя рыжеволосую девушку в строгом бежевом коктейльном платье, протягивающей мне корону из белого золота с черными бриллиантами, я наклонила голову: Катрина водрузила диадему мне на голову, тихо прошептав: «Удачи вам», я улыбнулась.       — И вам. Я бы не хотела доставлять хлопоты, но это у меня плохо выходит,  — прошептала под сдавленные смешки брата и отца. Отвыкла я от общения с фениксами и их чувствительным слухом… Поэтому уже тише, почти неуловимо, продолжила: — Нам нужно поговорить, после открытия.       Не дожидаясь ответа. вышла на балкон за братом и Сией. На нас смотрели сотни глаз. Я же могла разглядеть только ближайших к нам гостей. Большинство присутствующих носили короны, что свидетельствовало об их положении вожаков, глав и тому подобного.       Сначала отец поблагодарил всех гостей, сделал пару ремарок касательно истории праздника, что было традицией, затем объявил о нашем существовании. По залу прокатилась волна взволнованного шепота. Он также представил невесту брата и сообщил о том, что я стала следующей старейшиной семьи Фениче. Я искренне надеялась, что после нашего разговора в кабинете он сохранит это в тайне, но нет… Вот тут стало действительно шумно, ведь редко объявляют наследников до смены старейшин. Отец наконец сообщил об открытии бала и направился к выходу с балкона; мы последовали его примеру.       Я попросила Катрину пойти со мной за туфлями по двум причинам. Во-первых, чтобы поговорить с ней об отъезде, а во-вторых, постоять на шухере и дать мне забрать туфли из машины. Подойдя к паковочному месту, я заметила, что напротив Нэро стоит черно-красный Koenigsegg CCXR, тот самый, что чуть не сбил меня ночью ранее. Я быстро переобулась и достала помаду, которой хотела написать на лобовом стекле много приятностей, но что-то мне стало жалко машину… Вместо этого я позвала парковщика и оставила ему записку для владельца-идиота. В ней была всего одна строка: «Еще раз попробуешь так вломиться на трассу Стива — ты труп. Всего хорошего, водитель Оста. Соля». Я чмокнула записку, чтобы остался след от помады: надо же было его позлить чуток, мол «я баба, но смогла взять контроль над неуправляемым остом раньше, чем ты на своем навороченном агрегате». Катрина все это время пыталась меня отговорить от этой затеи. А потом, когда я ей рассказала все подробности, ее предложения стали пугать меня сильнее моих. Мы сошлись на том, что если еще раз такое случится, то дело переходит к ней, а пока ограничимся запиской. Еще раз убедившись в мудрости, что в этом мире правду надо говорить только трем людям: врачу, адвокату и личному секретарю.       Пока мы шли в бальный зал, я успела неплохо познакомиться со своей секретаршей. Катрина оказалась на редкость прямолинейной личностью, которая рассказала мне все о своей жизни вплоть до этого момента. Она была племянницей текущего секретаря, отца Тристана, с которым я с утра подписала бумаги. Их семья уже восемь поколений является нашими секретарями. Однако девушки до нее не допускались к крон-персонам. Она сдала все тесты на десять процентов лучше своего кузена и сына Тристана, за что и смогла устроиться ко мне. Ей около двухсот лет и она пережила три обряда пепла. Милая девушка, совсем не выглядящая на свой возраст.       Оставив ее перед огромным бальным залом, я пошла к родителям, вежливо, но холодно отказывая всем, кто предлагал мне танцевать или познакомиться. Никто не узнавал во мне ни Солиссию Ван Ален, ни тем более Финиче. Увидев, наконец, отца и мать почему-то без брата и Сии, направилась к ним. Отец был очень оживлен, смеялся с неизвестным, подойдя к ним, я услышала вопрос от миниатюрной темноволосой женщины, стоявшей рядом с матерью:       — Это и есть та самая красавица Сия? Мне очень приятно с тобой познакомиться, я Элиза, можешь звать меня Лиз, — чуть ли не прокричала голубоглазая женщина, подавая мне руку.       — Приятно, только я Солисия, дочь Питера и Катрины, — сказала я, указывая на родителей.       — Ох, я думала, что ты не придешь! Все равно очень приятно, последний раз я видела тебя, когда тебе был годик, ты тогда так плакала. Только РЕй мог тебя успокоить,  — не умолкала общительная брюнетка. — О, кстати о детях, наши тоже в этом году приехали, ты обязана с ними познакомиться, думаю, Эмма примерно твоего возраста…        — Да, дорогая, но может сначала нам нужно представится должным образом? — спросил, смотря на Лиз, обаятельный мужчина, чьи глаза были цвета зимнего неба. Затем он оторвался от жены и перевел взгляд на меня: — Мы — Эрик и Элиза Раздел — наследники трона Северных Драконов, прямые наследники.       Я протянула руку для рукопожатия, а он ее поцеловал, что у Драконов знак уважения и равенства с говорящим. В ответ я улыбнулась и сказала:       — Я Солисия Финиче, с недавних пор крон-принцесса своей семьи, очень рада знакомству с семейством Разелов.       Тут Эрик не выдержал и засмеялся. Я опять сделала что-то не так…       — Нет, ваша дочь это нечто! Просто копия Питера, даже фраза такая же при знакомстве, вот бы мой сын у тебя кроткости поучился!       — Эрик, тебе бы тоже не помешало, — улыбнулся отец.       Все рассмеялись. Давно не видела отца таким радостным. Я оглядела танцующую толпу вокруг у входа и увидела направляющегося ко мне Сэма. Вот только встреч с бывшим и публичного выяснения отношений мне не хватало! Я спешно откланялась, поймав еще одну шутку Эрика про вечно спешащую молодежь; что же, тут его правда. Я быстро завернула на центральный балкон, от места соединения которого шли две лестницы вниз, к небольшому фонтану, туда-то я и направилась. Удобно, когда знаешь каждый уголок здания. Спрятавшись у фонтана, я призвала к себе фамильяров, которые уже сидели где-то над центральной крышей. Послышались шаги, я вжалась в стену у фонтана, пока человек не ушел, потом послышались новые шаги и чей-то силуэт навис над бассейном. И разговор по телефону. Какой-то знакомый голос.       — Нет, я ее не нашел, что с фамилиями, нити ведут сюда?.. Меня уже начинают раздражать эти игры в прятки, когда она попадется, ей будет некуда бежать… Ладно, Эмм, иди к родителям… Да, держи меня в курсе, до скорого, сестренка, — громко раздалось сверху.       Если его сестра Эмма, то, возможно, он сын тех людей, с которыми меня только что познакомили. Может ему кто-то денег должен или он глава мафии? Слышала, что многие семьи драконов имеют криминальные синдикаты под собой. В любом случае лучше не лезть. Вдруг что-то полетело вниз, и я на рефлексах успела подхватить это до падения в воду. Это был телефон, черный, аккуратный, той же марки, что и мой, с гравировкой кристалла айсберга, скрытого под водой так, что только верхушка видна. Так как нас было всего двое, то не трудно было догадаться, чей это телефон. Почему у меня такие хорошие рефлексы и удача?       — Ты телефон обронил, сейчас подброшу обратно, лови — крикнула я снизу, парень молчал, возможно думая о том, что кто-то слышал его разговор. — Мне бросать?        — Да, спасибо, давай, — прозвучал знакомый хрипловатый голос, может потому, что был похож на голос Эрика, а может и просто потому, что приятно звучал. Я подкинула телефон. Он его с легкостью поймал.       — Кстати, а как тебя зовут? — спросил вдруг парень.       — Странные у тебя методы знакомства, а если бы телефон утонул или ударил меня? — изобразила возмущение я, хотя ситуация с этим «гангстером», сыном друзей моих родителей, меня забавляла.       — Нет, ты первая, обычно это девушки ищут встреч со мной, — отшутился парень, а потом продолжил: — Так как тебя зовут?       — Соля Фениче, я дочь друзей твоего отца, ты ведь Ди Разел?       — Да. Так что, ты, Соля, делаешь тут? Почему не веселишься или не прячешься в гостиной? Там же теплее, — поинтересовался он.       — Я прячусь от своего бывшего, который меня бросил и решил жениться на другой, а теперь его грызет совесть, он пытается извиниться, — неожиданно для себя призналась я, подняв голову вверх.       И почему я ему об этом говорю, эффект случайного попутчика? *       — Так ты тоже из королевских? — проигнорировал мои слова парень.       — Да, единственная и неповторимая дочь Питера Фениче и будущая Старейшина клана Aberdeen Bestiary. А ты наследник Северных, не так ли? — предположила я.       — Что-то вроде того.       — Так скажи же мне, не уж-то ты, гордый и сильный дракон, пытаешься загнать кого-то в угол? — наиграно выдала я, а потом пояснила, — Это не мое дело, но раз уж услышала… Обещай не причинять ей вред, а я сделаю вид, что ничего не было.       — Я и не собирался причинить ей вред, — он замолчал, я с облегчением выдохнула и отлипла от стены, и направилась в сторону лабиринта, когда услышала последнюю брошенную им фразу: — До скорого, Соля, — громко сказал он. — До скорого, холодный дракон, — крикнула я.