Никому не позволю

Из Малфой-мэнора Гарри и Северус каминной сетью отправились прямиком в директорский кабинет Хогвартса, теперь им было безразлично – следит кто-то за такими перемещениями или нет. Они устали от вытянувшего уйму сил ритуала, от напряжения, которое преследовало их много месяцев, к тому же они отлично понимали, что это все равно еще не конец мучений – Министерство вряд ли оставит их в покое. Дамблдор заботливо улыбался, явно предвкушая подробный отчет о том, как им удалось уничтожить Риддла (Кингсли передал четко: Поттер расправился с Темным Лордом на глазах у министра и еще нескольких свидетелей). Однако его ожидало разочарование, потому что Северус, стоило им с Гарри выйти из камина, категорично заявил, что они падают с ног. – Альбус – все завтра. Сейчас нам требуются пара флаконов укрепляющего и отдых. – Вы не ранены? Может, позвать Поппи? – Дамблдор слегка приуныл, но спорить не стал, увидев, в каком они настроении. – Мы обошлись без дуэли. Хочешь – вызови Кингсли, пускай он расскажет, что помнит. Но мы – пас до утра, – подталкивая перед собой Поттера, заторможенно улыбавшегося директору, Снейп уверенно направился на выход. – Судя по сообщению, у Кингсли теперь будет забот невпроворот – он необходим в Министерстве, – вполголоса бросил им в спины Альбус, усмиряя свое любопытство. – Поговорим утром. Только спустившись в школьный коридор, где они увидели вполне бодрых студентов, праздновавших Хэллоуин, Снейп и Поттер сообразили, что еще довольно рано и даже не прозвучал хогвартский сигнал отбоя. А им казалось, что уже поздняя ночь – до такой степени они чувствовали себя разбитыми с выжатыми до последней капли силами. Переглянувшись, они дружно вздохнули и продолжили свой путь. – Я не пойду в факультетскую спальню, – ультимативно заявил Гарри, когда Северус невербально, лишь приподняв вопросительно бровь, поинтересовался, почему он идет следом за ним, вместо того чтобы свернуть к гриффиндорской башне. – И вообще – ты еще меня не продиагностировал. – Ты сомневаешься в результате моих усилий? – все же подал голос Снейп. – Нет, но не прочь убедиться. – Хорошо, согласен, – Северус и сам хотел, чтобы Гарри побыл какое-то время под его присмотром – уж слишком он привык к его присутствию рядом, и резко все менять было как-то страшновато.

***

– Полагаю, нам следует поужинать, – сбросив мантию и направляясь в ванную, предложил Снейп. Он жаждал поскорее смыть с себя даже воспоминания о проведенном ритуале. Колдовство было запредельно сложным, красивым и, как ни странно, приятным. Однако оно рождало мысли, уже сгубившие многих волшебников, и Риддл – один из них. Могущество – вот о чем пели потоки магии, которыми Северус управлял, возвращая части души Темному Лорду. Сделать еще несколько шагов до заветной мечты любого колдуна и овладеть полной властью над магией – это желание грозило подчинить себе Северуса, особенно легко ему можно поддаться сейчас, когда тело еще помнило упоительное движение волшебной энергии. Так что присутствие Поттера отвлекало от губительных порывов и являлось более чем кстати. – Я закажу Добби, – согласился с идеей подкрепиться Гарри, хотя голода и не чувствовал, – и попрошу его принести мне чистую одежду, – он неосознанно проводил взглядом Снейпа, отправившегося принять душ. Спустя полчаса они, свежевымытые и переодетые, пытались впихнуть в себя хоть что-нибудь из того, что притащил им инициативный домовик – стол был тесно уставлен тарелками и блюдами с разными яствами, источавшими дивные запахи. Но происшествия этого вечера не способствовали появлению здорового аппетита ни у Гарри, ни у Северуса, и только понимание, что нужно пополнить запас сил, заставляло их не отворачиваться от еды. – А что там Риддл упоминал о твоем интересе ко мне? – Гарри, достаточно расслабившись и устав от молчания, захотел прояснить момент, касавшийся непосредственно его самого. Он постарался, чтобы слова прозвучали немного несерьезно, но в действительности ответ был для него важен. Чересчур часто в последнее время всплывали в разговорах и в его собственных мыслях странные намеки на их особенные отношения. – Ты это о чем? – Северус надеялся, что Поттера занимали совсем иные вопросы и он пропустил мимо ушей скабрезные замечания бывшего Темного Лорда. – Эмм… Как же он сказал? – Поттер на миг задумался и практически процитировал: – Северус заявил на тебя свои права. Он жаждет добраться до твоей задницы, – а затем спросил: – Так на что Риддл намекал? – Гарри, я действительно просил Темного Лорда сохранить тебе жизнь. Это было в наших с тобой планах, я так и сделал. Почему он вдруг решил, что я претендую на тебя как на партнера, не имею ни малейшего понятия. Не обращай внимания, – почему-то, произнеся последние слова, Северус четко почувствовал, что был не слишком честен и с Гарри, и с самим собой. Не то чтобы он прямо сейчас видел в Поттере потенциального любовника, но если рассудить, то не стоило полностью исключать и такой вариант. Северус привязался к Гарри, и тот ему нравился, даже очень. С ним было уютно и привычно проводить время – неважно, чем при этом заниматься: ужинать вдвоем или читать книги в тишине. Учитывая патологическую неуживчивость Северуса, подобное много значило. – Жаль, – Поттеру не удалось скрыть разочарования, словно он ожидал другого ответа. – Чего жаль? – уточнил Снейп. – Жаль, что не нужно обращать внимания. Такая сенсация была бы, – Гарри засмеялся, усиленно давая понять, что он дурачится. – Представляешь, как Скитер могла бы развернуться? Профессор Снейп ради… – Прекрати молоть чушь! – несмотря на окрик, Северус заулыбался. – Балбес! Не вздумай с кем-нибудь поделиться этими глупостями. Скитер раздует все до такого масштаба, что тебе мало не покажется. Я – твой учитель, и никто не вспомнит, что ты совершеннолетний и победил Темного Лорда. Найдутся снобы, которые испортят нам жизнь, невзирая на то, что все будет выдумкой чистой воды. – А вдруг не выдумкой? – Гарри, размышляя, возил в тарелке вилкой по подливке, рисуя змеек, и даже не заметил, что задал вопрос вслух. Он так привык к Северусу, что его абсолютно не удивило бы, если бы их отношения переросли в более личные. Гарри давно ловил себя на том, что ему интересно проводить время в обществе Северуса и не хотелось расставаться, когда приходилось возвращаться в факультетские покои. Ему нравилось с ним обниматься, пусть до этих пор такое случалось только тогда, когда требовалась поддержка. – Гарри, что ты имеешь в виду? – Что? – задумавшийся Поттер вскинулся. – Да нет, ничего. Мне показалось, что ты о чем-то спросил, – Снейп решил, что их разговор лучше свернуть. – Ты поел? Давай я тебя все-таки продиагностирую. Сразу после ритуала это было опасно. Твоя способность колдовать, как мы убедились, когда ты рефлекторно разобрался с Нагини, не пострадала. Но нужно подстраховаться. – Согласен, – Поттер прилег на диван, чтобы Северусу было удобнее читать магические диаграммы, зависавшие над телом того, кого проверяли специальными чарами. – Знаешь, я бы тебе посоветовал в ближайшие дни все же поменьше использовать магию. Нет-нет, не волнуйся. Все вполне поправимо, но есть некоторая нестабильность потоков. Скорее всего, это последствия отделения чужой сущности, – прокомментировал Снейп результаты осмотра. – Проверь меня все же и на человеческие сущности, – во взгляде Поттера вдруг мелькнул страх, и Северус поспешил его успокоить: – Да пожалуйста! – он сотворил заклинание. – Почему ты сомневаешься? Ты же во время ритуала был в сознании и все видел своими глазами. – Все равно я хочу удостовериться, – Гарри уставился на белое туманное облако, отделившееся от его тела и зависшее рядом. – Оно одно, – на его ресницах повисли слезы, – нет больше того жуткого серого комка. И я выжил. Ты сдержал обещание и спас меня. Спасибо тебе, – видимо, нагрузка на психику все же оказалась чрезмерной, и Поттер позорно разревелся. – Ты чего? Гарри… – Снейп даже растерялся. Поттер стойко все переносил, когда его сознание ежечасно атаковал осколок чужой души, он быстро пришел в себя после обряда и достойно держался, «добивая» Риддла, не раскисал, когда надежда на спасение держалась на тонкой ниточке. А теперь неожиданно расклеился. Конечно, Северус знал, что Гарри – порывистый молодой человек, но уже привык, что он в последние недели не жаловался и был спокоен и уравновешен. И тут Снейп мысленно обругал себя – зелье, блокировавшее эмоции, явно давно прекратило работать, практически выжженное во время ритуала, а умиротворяющий бальзам действует не так уж долго. – Иди ко мне, – поить очередной порцией снадобья не хотелось, и Северус решил воспользоваться испробованным способом, рассчитывая, что он поможет и сейчас, когда Гарри перестал быть хоркруксом. Обняв прильнувшего к нему парня, Снейп подумал, что сегодня второй раз кривит душой – он сам жаждал почувствовать тепло живого тела, чтобы убедиться, что у них все вышло. А еще ему нужен был контакт с якорем, который не позволит отвернуться от света и окунуться в кромешную тьму, сулившую невиданное могущество. Они просидели, обнимаясь, с полчаса. Гарри успокоился довольно скоро, ему было стыдно смотреть в глаза Северусу из-за своей слабости. Но тем не менее он не сомневался – тот ни словом его не смутит, чутко понимая, насколько Гарри было страшно. – Давай ложиться спать. Дамблдор однозначно пожелает нас выслушать еще до завтрака. – Ты прав. Я же останусь здесь? – Поттер вдруг сообразил, что, по сути, больше нет причины для его ночевок в апартаментах Снейпа, и его сердце сжалось от какого-то необъяснимого разочарования. – Конечно. Сейчас принесу подушку и одеяло, – не было смысла уточнять, что в комплекте с ними шла и пижама Гарри, прижившаяся в шкафу Северуса.

***

Тикнесс, вернувшись в Министерство магии и заняв уже ставшее за три месяца привычным кресло министра, красноречивым жестом руки предложил Фоули, Берку и Шеклболту, последовавшим за ним из Малфой-мэнора, присесть за столом для переговоров. Первым делом, даже не советуясь с остальными, он отправил сообщение дежурному колдомедику Аврората с просьбой немедленно прибыть к нему в кабинет. – Надеюсь, вы не против пройти диагностику у специалиста? К тому же нам могут понадобиться официальные заключения о состоянии нашего здоровья, – Тикнесс окинул всех пристальным взглядом и сделал вывод, что никто из присутствующих не успел еще задуматься о подобном. Забота о самочувствии коллег стала отличным ходом, значительно добавившим ему доверия. Пий мысленно похвалил себя за то, что выбрал правильную тактику. – Мистер Шеклболт, я попросил бы вас сразу после осмотра колдомедика, если не будет выявлено угроз вашей жизни, выяснить, кого из соратников бывшего Темного Лорда схватили люди Дамблдора и как им это удалось? Пожирателей необходимо срочно доставить для допросов и изолировать их от общества. – Я так понимаю, что операцию по устранению Темного Лорда разработал тоже Дамблдор? – вопрос Фоули адресовался Кингсли Шеклболту. – Если это и так, то я не в курсе деталей, – ответил тот с предельной честностью. – Но сегодня перед обедом я получил сообщение от профессора Дамблдора о том, что нужно быть начеку, так как к концу дня ожидается исполнение пророчества, – Кингсли в двух словах рассказал все, что ему было известно по этому поводу. – Мне рекомендовали… проследить за вами, министр, чтобы не допустить приказов, которые приведут к кровопролитию, или других опасных действий с вашей стороны. По воле случая мне выпала возможность находиться рядом с вами весь вечер. – Что значит – проследить? – Тикнессу не понравились формулировки Шеклболта, но он постарался не спешить с преждевременными выводами, хотя сделал зарубку на память – не слишком доверять дамблдоровским соратникам. – Для определенного круга волшебников не было секретом, что вас подвергли заклятию Империо… – Вы имеете в виду пресловутый «Орден Феникса»? – в тон Берка закралось пренебрежение. – Я имею в виду тех, кто непредвзято относится к людям и кто был мало-мальски знаком с мистером Тикнессом до того, как его утвердили на должность министра после переворота в августе. Всем известны признаки, по которым можно установить, когда воля человека подавлена колдовством, – парировал Шеклболт и обратился к министру: – В качестве примера: при всем моем уважении, если бы Волдеморт не снял с вас заклятие, то по завершении ритуала он мог бы вам приказать убить всех нас, – Кингсли указал на себя, Фоули и Берка. – И вы выполнили бы его волю, по крайней мере – попытались бы. Поэтому вас требовалось бы обездвижить или любым другим способом ограничить вашу дееспособность до тех пор, пока не удастся освободить вас от Империо. Не примите мою готовность действовать подобным образом как желание вам навредить. – Это верное решение, я не буду спорить с вами, – Тикнессу пришлось согласиться, хотя он и догадывался, что одними магическими путами едва ли обошлось бы, однако предположения к делу не пришьешь. Их беседу ненадолго прервал колдомедик, не замедливший явиться на зов министра. Ему не стали пояснять, чем вызвана необходимость, а попросили лишь провести диагностику присутствующих и оформить для каждого стандартное заключение о состоянии здоровья. Как и утверждал ранее Снейп – никто из участников ритуала существенно не пострадал. У всех обнаружился только небольшой упадок магических сил, как после серьезного колдовства, вполне активно восстанавливавшийся естественным путем и не нуждавшийся в дополнительном лечении. Шеклболт, убедившись, что его самочувствию ничего не угрожает, тут же, напутствуемый предупреждением о сохранении подробностей о случившемся в тайне, отправился выполнять распоряжение министра. Будучи достаточно умным политиком, он понимал, что при сложившихся обстоятельствах вряд ли удастся в ближайшее время снять Тикнесса с поста, к тому же тот проявлял рвение исправить все, что его вынудили сделать Пожиратели Смерти. Так что гораздо мудрее было выбрать путь сотрудничества, а не конфликта. Да и сам Кингсли горел желанием выяснить, кого на самом деле удалось задержать фениксовцам и где сейчас находятся эти соратники Волдеморта. – Фоули, вы упоминали об экспертизе, – поглядывая с намеком на тут же составлявшего затребованные справки целителя, напомнил Тикнесс. – Может, для начала хватит простого осмотра? Нам срочно нужны объективные данные. – Пожалуй, вы правы, министр. Заключения о смерти с указанием ее причины вполне хватит для официального заявления, – согласился председатель Визенгамота как лицо, представлявшее закон в их мире. Колдомедика заставили дать клятву о неразглашении, и Фоули тотчас поспешил с ним в Малфой-мэнор, где в закрытом слабенькими чарами бальном зале лежал труп Тома Риддла. – Мистер Берк, я попрошу вас лично разыскать редактора «Ежедневного Пророка» и толкового репортера, которого он посоветует, и привести их в зал заседаний. А я пока набросаю текст обращения к жителям магической Британии. Потом, когда снова соберемся вчетвером, откорректируем его, – пообещал Тикнесс, понимавший, что на данный момент он мог рассчитывать на одного себя, а следовательно, необходимо очень ответственно подойти к форме подачи сенсационной новости.