Никому не позволю

Пока Снейп «воевал» с подопечными с факультета, которым руководил, у Гарри появилось время, чтобы спокойно обдумать его слова. Первая вспышка возмущения манипуляциями некоторых чиновников, явно планировавших обелить Малфоя, уже прошла, и теперь можно было проанализировать доводы Северуса. – Короче говоря, ты считаешь, что нам выгодно, чтобы этот заносчивый тип вышел из Азкабана? – окинув возвратившегося из слизеринских апартаментов Снейпа придирчивым взглядом и не найдя видимых признаков расстройства ситуацией, поинтересовался Гарри. – Полагаю, нам наверняка это не повредит. К тому же у Нарциссы Малфой передо мной признанный долг, так что Люциус будет вынужден прислушиваться к нашему мнению, – Северус с облегчением отметил, что до Поттера наконец дошло, к чему он вел. Так что перерыв в их беседе однозначно пошел на пользу ее продуктивности. – Ты помог сбежать Драко Малфою и его матери, да? – Снейп кивнул в ответ на прямо заданный вопрос Гарри, не желая ничего уточнять по этому поводу. – То есть все Малфои отныне будут обязаны тебе? – И тебе. Не забывай, чьи действия подтолкнули меня заняться судьбой Нарциссы и Драко, – Северус улыбнулся, по озадаченному виду Гарри сообразив, что тот, обладая великодушной натурой, никогда не рассматривал бы эту ситуацию с такой позиции. – Герою не помешает в сложившейся обстановке иметь на своей стороне того, кто сможет примирить с ним недовольных чистокровных. Поверь, многие поддерживали идеи Темного Лорда, даже если и не поощряли жестокости его методов. Так что не устраивай завтра битву за справедливость. К тому же лучше не упоминать хоркруксы, разумеется, пока о них не начнут спрашивать открыто. – А если я пойду посоветоваться с Дамблдором, он тоже скажет мне, что обман в корыстных целях – это в порядке вещей? – Гарри посмеивался, он уже понял, что стоит прислушаться к словам Северуса. – Тебя никто не заставлял врать Темному Лорду «в корыстных целях», – процитировал его Северус, слегка ерничая, – а теперь ты пожинаешь плоды своего необдуманного поступка. У меня в конце семестра хватает работы, – он указал на заваленный эссе студентов стол. – Воспользуйся случайно полученным преимуществом. И еще – сегодня больше можешь не приходить. Мне достаточно этого нашего общения, чтобы чувствовать себя нормально. – Хорошо. Тогда я позанимаюсь с Роном по трансфигурации – МакГонагалл обещала на следующей неделе устроить контрольную, – Гарри обязательно и с удовольствием еще заглянул бы к Северусу перед отбоем, как делал это почти каждый вечер, за исключением тех дней, когда они вдвоем отправлялись на очередное мероприятие в Министерство. Но раз тот особо предупредил, то навязываться Гарри, конечно же, не собирался.

***

На заседании суда Поттер уже бывал. Ему сразу бросилось в глаза, что дело Малфоя рассматривали не полным составом Визенгамота – в зале находилось всего человек двадцать. «Вероятно, здесь собрали тех, кто примет нужное министру решение», – подумал Гарри, занимая место свидетеля. Сам председатель, мистер Фоули, улучил минутку перед началом процесса и еще раз напомнил Поттеру и Снейпу, что тема хоркруксов не должна всплыть ни при каких обстоятельствах. – Мистер Поттер, это правда, что мистер Малфой оказал вам добровольную помощь, поспособствовавшую свержению Темного Лорда? – первый вопрос тут же подтвердил догадки Поттера, что именно это его свидетельство станет главным аргументом в пользу освобождения Люциуса. – Да, – уверенно ответил Гарри, радуясь, что накануне посоветовался со Снейпом и теперь не сомневался в том, какой позиции придерживаться. Он отметил, как удовлетворенно улыбнулся Тикнесс, присутствовавший на заседании, а сам подсудимый посмотрел на него долгим задумчивым взглядом. – Мистер Поттер, в чем заключалась помощь мистера Малфоя? – второй вопрос оказался не очень удобным – он вынуждал выкручиваться, чтобы не упоминать хоркруксов. – Он предоставил светлой стороне противостояния важный документ, суть которого я не имею права разглашать, – на этот раз Гарри удостоился похвального наклона головы Фоули. Чувство было не из приятных – будто участвуешь в каком-то заговоре или спектакле, обманывавшем публику. – И это помогло вам одолеть Темного Лорда? – Да, – вот тут все соответствовало истине, уничтоженный дневник действительно являлся весьма значимым фактором, который привел к победе. На этом роль Поттера в качестве свидетеля была исчерпана. Через полчаса, после опроса Снейпа и еще двоих сотрудников Министерства, судьи почти единогласно (при одном-единственном воздержавшемся) проголосовали за снятие всех обвинений и освобождение мистера Люциуса Малфоя из Азкабана.

***

Тикнесс задержался на работе допоздна – Фоули и Берк предупредили его о необходимости срочного секретного совещания. После событий тридцать первого октября они из-за связавшей их общей тайны о том, как в действительности все обстояло с уничтожением Темного Лорда, взяли на себя роль советников, довольно основательно вмешиваясь в дела министра. Иногда к ним присоединялся и Кингсли Шеклболт, но обычно такое происходило, когда решались вопросы, которые не имело смысла скрывать от Дамблдора. Тикнессу не очень нравилась подобная ситуация, но он чрезвычайно дорожил своей должностью, чтобы попытаться что-либо кардинально изменить по этому поводу. Так что пока приходилось сдерживаться и не слишком противиться инициативам Берка и Фоули, занимавшим ответственные посты. Именно у него, у Тикнесса, в настоящий момент было самое шаткое положение. Он подгонял следователей, требуя, чтобы к праздникам осудили хотя бы главных союзников Темного Лорда, аргументируя эту спешку тем, что волшебники заслужили получить такой подарок к Рождеству. Но на самом деле Тикнесс желал показать всем, что способен плодотворно руководить магической Британией. Он прекрасно понимал: если простые люди не будут видеть результатов его усилий, то начнут задумываться, не стоит ли им сменить министра, ведь как ни крути – Волдеморт скомпрометировал его, заставив принимать непопулярные решения. Одно успокаивало – подходящей кандидатуры на его замену пока на горизонте не наблюдалось. Серьезную конкуренцию при нынешних обстоятельствах мог составить Дамблдор, но тот в последнее время жаловался на здоровье и даже пару раз не явился на запланированные встречи с волшебниками, организованные в рамках диалога народа с героями, победившими Темного Лорда. Размышления Тикнесса о складывающейся ситуации прервал короткий тихий стук в дверь, после которого, не дожидаясь позволения, в кабинет вошли Фоули и Берк. – О чем вы хотели поговорить? – жестом предложив прибывшим занять места за столом совещаний, поинтересовался Тикнесс. – О Дамблдоре, – Берк взял слово. Именно он чаще всего выступал инициатором различных идей, взять хотя бы возвращение Малфоя на работу в Министерство буквально на следующий день после освобождения того из Азкабана. – Что конкретно вас беспокоит? – Тикнесс еще не представлял, о чем пойдет речь, но ему уже не понравилось начало – слишком резкий тон Берка не предвещал ничего приятного. – Дамблдор тяжело болен. По нашим сведениям, он даже к обеду не всегда выходит. Это свидетельствует о том, что скоро ему понадобится преемник. Поэтому мы должны заранее быть готовы к подобному повороту событий, – Берк выглядел так, словно знал какой-то секрет и ждал, что у него сейчас захотят его выведать. – Не вижу проблемы. Отделом образования давно собраны документы кандидата на место директора Хогвартса, мной они уже подписаны. Так что волноваться не о чем, школа не останется без руководства, – заверил Тикнесс, но по выражениям лиц своих собеседников понял, что им такой вариант почему-то не подходит. – Пий, ты имеешь в виду Снейпа? Ты действительно собираешься отдать Хогвартс в его руки? Подумай хорошенько перед тем, как ответить, – Берк говорил напористо и дерзко. – Но документы уже оформлены на Снейпа. Отдел образования все устраивает. Для того чтобы отменить это решение, нужна очень веская причина. – Мы – не Отдел образования, и нас такой выбор не устраивает! – Берк не скрывал своих эмоций: презрение и необоснованная агрессия так и захлестывали его. – А причины… Прежде всего – Снейп провел наитемнейший ритуал и чуть нас не угробил. Только не уверяй, что ты поверил в его сказочки, будто все было предусмотрено. При том потенциале, что был задействован, никто не мог ничего гарантировать для нас, как для проводников магии. Поттер пошел на это добровольно – это его решение! А нами никто не давал Снейпу права рисковать, – Тикнесс знал, что Берк еще со дня проведения обряда затаил злобу на Снейпа и искал способ отплатить тому, совершенно упуская, что его претензии не по адресу – это Темный Лорд привел их на ритуал, как жертвенных козлов. Видимо, Берку было проще считать врагом того, кто, по его мнению, являлся ему ровней и кому он в состоянии отомстить. – Мы засекретили все связанное с настоящим ритуалом, так что теперь не можем ставить Снейпу в вину его проведение. К тому же тогда придется и нас под суд отдать за лжесвидетельствование перед народом, – Тикнессу не нравился ход развития событий. Он сомневался, что у них что-то получится – тот, кто сумел обмануть Темного Лорда, вряд ли окажется им по зубам, а следовательно, лучше с ним не тягаться. – Значит, надо найти, за что его арестовать. Он не должен занять место директора Хогвартса, – стоял на своем Берк. – Я согласен, что Снейп – неподходящая кандидатура, – Фоули заметил, что Тикнесс готов отстаивать собственную позицию, и решил подключиться. У него были свои резоны отстранить Снейпа от важной должности. Личные амбиции не позволяли ему содействовать возвышению столь могущественного мага – а вдруг тот пожелает вмешаться в политику и оттеснит тех, кто сейчас находится у власти? – Как уже и было сказано – мы видели, как он творит очень сильное темное колдовство. Разве можно такого волшебника подпускать к детям? Чему он их научит? Как воздействует на их нежные сознания? А он ведь – ученик Дамблдора, так что обучен манипулировать людьми, иначе не добился бы успеха в операции по устранению Темного Лорда. Пий, нельзя Снейпу давать в руки даже малейшую власть, уже не говоря о том, чтобы назначать его директором школы, в которой учатся почти все юные маги Британии. Нам не нужен второй Темный Лорд. Его следует обезвредить. Идеальный способ для этого – отправить в Азкабан. Если не выйдет, то постараться дискредитировать в глазах окружающих настолько, чтобы он никогда не смог занять ответственный пост. – Но что мы можем сделать? – Тикнесс не хотел связываться со Снейпом. – Он на данный момент – герой, за него заступятся… Да тот же Поттер… – Поттер – мальчишка! Он поступит так, как мы ему скажем. Немного повозмущается и успокоится, если пригрозить и ему Азкабаном, – Берк разошелся не на шутку, даже Фоули на его вызывающую реплику покачал головой, но все же отметил: – Значит, необходимо организовать процесс так, чтобы Поттер не смел и пикнуть, опасаясь ухудшить положение. – Ладно, допустим, уберем мы Снейпа, а на кого школу оставим? – Тикнесс видел, что его мнение просто игнорируют. Безусловно, можно было бы выставить этих двоих за дверь, запретив им вмешиваться в дела министра и отделов, к которым они не имели непосредственного отношения. Но где гарантия, что уже завтра они не поднимут вопрос о срочном проведении выборов нового министра? И их послушают, так как сейчас стоит лишь намекнуть – и все тут же вспомнят, кто подписывал преступные указы. Рассказы про Империо никого во второй раз не разжалобят. – МакГонагалл справится. Она, конечно, всегда поддерживала Дамблдора, но только в том, что касалось учебного процесса, в политику никогда не лезла. Так что она – наилучший вариант на ближайшее время, – предложил Фоули. Он на несколько секунд задумался, а затем попросил: – А ну-ка, кто скажет, что именно говорил Темный Лорд сразу после ритуала? Снейп тогда возился с Поттером. – Что-то вроде… – Берк заулыбался – неприятно и мстительно. – Он потребовал что-то вроде, чтобы Снейп бросил своего мальчишку, мол, еще успеет с ним наиграться. Полагаешь, он имел в виду, что эти двое – парочка? – его глаза маслено заблестели. – Не представляю, но нужно проверить. Слишком уж рьяно Поттер указывал на Снейпа как на равного себе по части геройства, – Фоули чуть слышно хмыкнул. – Если это подтвердится, то мы с легкостью добьемся своей цели. – Поттер – совершеннолетний, – напомнил Тикнесс, не понимавший, почему эти двое так усиленно пытаются избавиться от Снейпа. Несомненно, тот – сильный маг, но с его стороны не было ни малейших намеков на то, что он планирует вмешиваться в работу Министерства. Зато неизвестно, как он себя поведет после подобных нападок. – Ты прав, но Поттер – его студент. Так что здесь во всей красе встает вопрос этики и морали. К тому же мы не знаем, как долго длится их связь. Сумеем доказать, что все началось до совершеннолетия, тогда Азкабан гостеприимно распахнет двери, не докажем – все равно никто из волшебников не захочет, чтобы такой тип учил их детей, – Берк удовлетворенно откинулся на спинку стула. Можно было подумать, что он получил подарок – настолько радостным он выглядел. – А если между ними ничего нет, то нас обвинят в клевете на Гарри Поттера. Не забывайте, что вы намереваетесь и его вывалять в грязи, – Тикнесс был недоволен тем, куда свернул их разговор. – Вот и великолепно – еще одной головной болью меньше, – отмахнулся Берк. – Пий, мы и не собираемся знакомить общественность с нашим следствием, пока не выясним всю правду. Дамблдор и Поттер будут молчать, потому что это как раз тот случай, когда им тоже невыгодно поднимать шум, – Фоули открыто не проявлял никаких эмоций, в отличие от Берка, но выказывал заинтересованность гипотезой об интимных отношениях Снейпа и Поттера. – Разбирательство нужно осуществлять сразу по нескольким направлениям. Раз столь мощный ритуал подчинился Снейпу, то не исключено, что он и другие подобные проводил. Мы выведем его на чистую воду. Может, и найдем зацепку, чтобы упечь его по закону. Тогда вдобавок накажем его за пособничество Пожирателям и за то, что он нас чуть не убил темным колдовством. Главное – правильно разыграть карты и найти причину для ареста за что-то, не связанное с уничтожением Темного Лорда. – Точно, – поддакнул ему Берк таким тоном, словно это он был министром, а не Тикнесс, и именно от его слов зависело – начинать ли дело против Снейпа. – И необходимо узнать наверняка, что с Дамблдором, чтобы представлять, насколько серьезно его заболевание. Может, он завтра выздоровеет, а мы тут переживаем, – Берк ухмыльнулся. – Думаю, нужно заставить его пройти обследование. – Каждый вправе самостоятельно решать, когда ему обращаться к целителям, – Тикнесс уже и не надеялся, что его слова что-то значат для этих двоих. – Он работает с детьми, поэтому будет обязан подчиниться, чтобы доказать, что он не опасен для них, – Фоули снова поддержал идею Берка. Со стороны казалось, что он специально дает тому возможность высказаться первым, чтобы потом, вдруг обстоятельства сложатся не лучшим образом, иметь шанс сдать позиции, указав, что предложение было не его, а Берка, чему даже есть свидетель – Тикнесс. – Хорошо. Подождем неделю, и если состояние Дамблдора не изменится, пошлем к нему колдомедиков, – Пий прикинул, что в этом можно без проблем согласиться, ведь, по сути, забота о здоровье директора – похвальная инициатива. – А что со Снейпом? Кому поручим расследование? – Берк не скрывал злорадства. – У меня нет оснований для его обвинений. Если у председателя Визенгамота они есть, – министр уставился на Фоули, – пусть он и инициирует расследование. К тому же комиссия подчиняется ему, моей задачей было лишь дать команду для ее создания, – Тикнесс не первый день варился в котле интриг, так что ответственность с себя тоже умел перекладывать на другие плечи. Фоули, услышав его слова, только скрипнул зубами, но отступать не стал. – Мистер Аддерли подает неплохие надежды, к тому же он под клятвой и уже в курсе реальных обстоятельств, так что не вижу необходимости привлекать нового человека – отдадим ему это щекотливое дело, – предложил Фоули. – Как посчитаешь нужным, – Тикнесс пожал плечами. – Этот Аддерли жаловался, что Снейп его в школе гонял по зельям до седьмого пота, – бросил Берк, поднимаясь из-за стола и направляясь к двери – больше обсуждать было нечего, а дома его ожидала семья. – Так что у него в этом отыщется и личный интерес. – Я завтра же отдам распоряжение, чтобы начинали потихоньку допрашивать, – Фоули также не задержался и покинул кабинет следом за Берком. Тикнесс посидел еще какое-то время, раздумывая – не стоит ли предупредить Снейпа, но все же решил сперва понаблюдать, до чего докопаются следователи, а потом уже выбрать, к кому примкнуть.