Тропинки

— Не сын, а сплошное недоразумение, — сокрушенно вздохнули сзади. — Фто опять? — Алекс, до этого мирно чистивший зубы, замер и настороженно посмотрел на мать через зеркало. — Кормишь тебя, кормишь, а ты как был задохликом, так и остался. Вальтаар резко вдохнул от неожиданности и подавился мятной пеной. Пришлось спешно откашливаться, отплёвываться и полоскать рот. — Ну, знаешь, — фыркнул Алекс, снова взглянув на отражение матери в зеркале. — Это называется быть в форме! — Это называется — быть тощим! Как не взглянешь, тебя будто голодом морили. — Кто меня морил?! Ем, как не в себя. Даже потолстел! — Где? — насмешливо спросила Мэган. — В моих надеждах? Вальтаар насупился и опустил голову вниз, надеясь углядеть — а ещё лучше уцепить — несуществующую жировую складку. Уразумев, что ничего хорошего из этой затем не выйдет, Алекс надул и выпятил живот и повернулся к матери. — Вот! — Древние Боги, Алекс, убери это безобразие! — расхохоталась женщина. — Ты похож на беременного суриката-дистрофика. Вальтаар надул щёки и, сделав страшные глаза, вразвалочку направился к матери, изображая толстяка. Меган с материнским умилением посмотрела на своего дурачащегося великовозрастного сына. — Говорю же — недоразумение. Пошли есть уже. Там отец на радостях, что ты к нам заглянул, поистине королевский завтрак приготовил.