Какие на вкус журналисты?

Мой прилёт в Москву был довольно поздним. Время, когда самые жгучие гулёны Москвы, развозились по домам. Я неспешно ступил с трапа на землю и побрёл ко входу в Шеременьтево. Огни города мерцали где-то далеко за линией горизонта, несмотря на ночь, территория аэропорта была хорошо освещена. Под ярким светом фонаря стоял полицейский, который явно был не рад ночному дежурству. Диспетчер объявляла посадку пассажиров на ночные рейсы и нерасторопные пассажиры побрели к стойкам регистрации. По середине зала ожидания сидела она. Вопреки моим наставлениям, она отправилась встречать меня. Подойдя ближе, я понял, что моя малышка крепко спит. Не дождалась. От этих мыслей я пустил едва слышный смешок, однако, Настя проснулась. После сна она не сразу приходит в себя. Так происходит каждое утро. Я привык к её вопросам : " Что я здесь делаю?", а она к моим ответам: "Живёшь". После чего мы дружно смеёмся в объятиях друг друга. -Где я? Я вновь рассмеялся. Настолько громко, что пассажиры с угрюмыми лицами внезапно обернулись на нас. -Горе ты моё, горе. Ты забыла, что приехала в аэропорт встречать своего единственного и любимого парня? Она смутилась, что меня безусловно насторожило. Но не придав этому значения, через пару минут я почувствовал её мягкие ладони в своих волосах. -Ты приехал, - устало выдохнула она и потянулась за желанным поцелуем, - я была здесь ещё в 11. Боялась упустить твой рейс и заснула. Извини. Она шептала эти слова мне на ухо, будто бы боясь, что нас кто-то услышит. А я лишь обнял её и вновь поцеловал желанные губы. Она быстро вцепилась коготками в мою спину и похоже, была готова заняться этим прямо здесь, но я привстал, поднимая её на руки, как куклу. -Потерпи до дома. Я знаю, что ты скучала.

***

Войти нормально в дом не удалось,поскольку Настя сразу запрыгнула на меня. Вот же чертовка. Я придержал её за бёдра, чтобы она не свалилась и снял с неё обувь. Она прикрыла глаза, томно дыша в мою кожу. Невольно вздрогнул. Она, такая милая и беззащитная, сводила с ума лишь своим дыханием. Жёсткими, прерывистыми стонами и я невольно охнула. Моя малышка. Любовь к этой девушке разливалась во мне, будто парное молоко. -Иди ко мне, - я сильнее вдавил кроху в свой пояс и зло рыкнул, - Булаткина, точно Булаткина. Настя прикрыла глаза намекая на продолжение, а я двинулся в нашу совместную спальную комнату. У окна горел светильник, видимо, она забыла выключить перед уходом, сквозь ночной полумрак, пробивалась лунная дорожка света. Она лежала подо мной и смотрела в мои глаза пытаясь увидеть в них какой-то ответ. Только лишь я не мог понять, какой ответ ей нужен от меня. Эти мысли довольно быстро откинулись на вторую полку, а на первой осталась лишь Настя и её божественное тело. Я оттянул резинку её джинс и стал плавно расстёгивать их, попутно целуя вишнёвые губы. Было ли мне хорошо? Однозначно да. Она издала громкий стон, который выводил меня из своих мыслей. Джинсы слетели на пол, а её красный топ оказался где-то на моём рабочем столе. Сейчас это было не важно. Анастасия перекатилась на меня и заняла позицию сверху, тем самым давая понять, что она не собирается отставать от моих своих действий. К чёрту мою майку, джинсы. Они отлетели в неизвестном направлении. Лицо было мифически прекрасно. Луна давала свои чарующие плоды, которые придавали ей безмерной сексуальности. Оставшиеся детали гардероба были сорваны. Я сделал последний поцелуй перед анестезией и вошёл в неё. Грубо и жёстко, как я любил. Глаза резко расширились и вновь послышались сладостные тоны, а я не сбавляя темпа доводил её до экстаза. Как можно быть настолько божественной? Как можно иметь такие грациозные изгибы? Такое чарующее и пленяющее тело? Я вздохнул. Рядом с ней не хватало элементарного кислорода. Настолько сладка и пьяна, что будь я её пленником - сдался бы с потрохами.

***

Следующий, ни чем не примечательный день обернулся приездом моих родителей и пьяной Настей. Такого не мог ожидать никто. Когда мама увидела мою девушку, я точно чувствовал, что сейчас надо будет вызывать скорую. При чём лучше две. По непонятной причине она оказалась в пьяном виде на пороге нашей квартиры в 11 вечера. Я думал, что она засиделась за очередной статьёй на работе, однако, всё оказалось куда хуже.