Дожить до весны.

      Помехи телевидения отвлекали. Маленький телевизор стоял на уровне моих глаз, поэтому отвести взгляд в сторону так, чтобы не навредить себе, было сложно. Так или иначе, пришлось смотреть и в телевизор, и на разделочную доску. Помехи, на удивление, стихли, давая возможность говорить ведущей — молодой девушке с чёрными, как смоль, волосами, аккуратно собранными на затылке в пучок. Она широко улыбнулась и начала вести утреннюю передачу, передавая свежие политические и экономические новости.       Абсурд.       До чего же абсурдны люди, которых заботят курсы валют в такие времена.       Окончив смешивать творожную массу, отвернулся к телевизору спиной, прячась от пустой болтовни ведущей. Я задумался о своей новой игрушке, о том, как скоро она проснётся. Заметил, как улыбка расползалась на моём лице, тут же убрал её, удивляясь её появлению.       И почему я улыбнулся?       Насвистывая под нос детскую песенку, я аккуратными, но ловкими движениями положил первые порции сырников на горячую сковородку. Отложив ложку, я косо посмотрел на экран, передача на котором сменилась программой о диких животных. Тощие, ободранные и озлобленные животные рыскали по свалке, созданной людьми, в поисках хоть какой-то пищи: прокормить себя охотой, как говорил голос ведущего, они не могли. «Диких животных становится всё меньше, — говорит мужчина, — давайте же поможем им!»       Защитники животных. Люди не могут о себе позаботиться, не говоря уже о животных, которые в благодарность своим спасителям, дарующим им пищу на первое время, впиваются клыками в человеческую плоть, разрывают человека на несколько частей. Так они насыщаются свежей кровью и плотью.       Я обернулся на шипящий звук, доносящийся со стороны сковороды. Переворачивая сырники, покрытые с одной стороны золотистой корочкой, я прислушался к словам ведущего. В словах не было чего-то интересного или нового, но они позволяли отвлечься от реальности.       Детёныш лисы, — подумал я, услышав что-то о лисах. — Он ведь похож на него? Такой же невинный с виду, но способен показать клыки при опасности. Да, Юки похож на кого-то такого, — выключив газ, опёрся о стол, прикрыл глаза. — Хватит вторгаться во все мои мысли.       Подумать об этом и сказать вслух — две разные вещи, потому что, хоть и не хотелось это признавать, но я не хотел того, чтобы эта игрушка сломалась раньше, чем другие. Хотя бы до тех пор, пока он не надоест.       Я открыл дверь в тёмную комнату. Плотные шторы скрывали комнату от утренних лучей солнца, поэтому приходилось пробираться к постели почти на ощупь. Я остановился, как только наткнулся на край постели, попытался увидеть, где лежал юноша.       — Юки? — позвал я, стараясь не испугать его, если он спит. Но ответа не было. Не было слышно даже дыхания.       Послышался запах металла.       Я бросил взгляд назад, после медленно перевёл его вперёд. Скрип, угрожающий моей жизни, послышался позади. Запах металла смешался с лёгким запахом какао, и эти запахи приближались сзади. Послышался вскрик.       Юки прыгнул на меня сзади — я, обернувшись, перехватил его тонкие руки и силой бросил на кровать, тут же нависая над ним. Откинув нож в сторону, я прижал руки юноши над его головой. Я посмотрел прямо в его глаза, эмоции в которых всё ещё не мог рассмотреть.       — Отпусти!.. — воскликнул Юки. Я сухо, но жадно поцеловал его искусанный мною губы, заставляя его замолчать. Юноша сопротивляется, пытается вырвать руки, от чего я лишь сильнее их сжимаю. Постепенно он обмяк и уже не сопротивляется.       Юки, прикрыв глаза, неумело отвечает на поцелуй, хотя я не в первый раз целую его в губы. Я отпускаю его руки, и юноша обнимает меня за шею, прижимаясь ко мне всем худым телом. Я чуть улыбаюсь, прижимая его к себе, но тут же отстраняюсь. Юки, громко вздохнув, опускает руки, отводит взгляд в сторону.       — Ангелочек, ты чем-то недоволен?       — Заткнись, — сквозь зубы отвечает он, нахмурившись.       — Не будь таким жестоким, Ангелочек, — прошептал ему на ушко, потёрся носом о его щеку, от чего юноша вздрогнул. Кажется, он даже покраснел. — Разве я сделал что-то плохое?       — Ты?! — Юки метнул на меня полный гнева взгляд. — Ты… ты сделал со мной… — он сглотнул и добавил шёпотом: — Сделал это.       — Это? — я выразил удивление в своём голосе, словно не понимаю, о чём он говорил, и Юки отвёл взгляд в сторону. Он хотел перевернуться, но я резким движением вернул его на место, смерил взглядом. Юноша напрягся, понимая, что ему грозит.       Отстранившись, рывком бросаю его на пол, медленно приближаюсь к нему. Юки, бросив в мою сторону взгляд, пытается отползти, но делал это слишком медленно, потому что я нагнал его достаточно быстро. Я наступил на его щиколотку, вдавливая её в пол. Юки пытался сдержать себя, но он вскрикнул, и крик этот был наполнен болью и отчаянием.       Я улыбнулся.       Я ударил его. Прямо в живот. Он съёжился, простонав от боли. Наступив на руку, ударил по лицу — он тотчас выпрямился, точнее, его голова отлетела назад. Я нанёс ещё один удар, затем ещё и ещё… Юки слишком быстро смолк, не издавая и тяжёлого вздоха при очередном ударе.       Сев на корточки, я провёл рукой по его голове, убирая пряди с его лица. Его взгляд, направленный вперёд, был пуст и безразличен. Юноша посмотрел на меня, но даже сейчас взгляд не изменился.       — Ангелочек, ты должен был быть более послушным, — вздохнув, я сел, притянул Юки к себе, аккуратно прижал его голову к себе и поцеловал в макушку. — Не заставляй меня снова делать тебе больно…       — Иди в задницу, мерзкий мудак! — прошипел он, отстраняясь. Схватив за волосы, прижимаю его к полу.       — Хочешь этого?       — Ч-чего? — он распахнул глаза.       Я развёл его ноги в стороны — Юки запротестовал, попытался остановить мои дальнейшие действия так, как могла позволить его маленькая сила. Я вошёл грубо, быстро, не позволяя юноше опомниться. Он вскрикнул, затем глубоко вздохнул, закусил нижнюю губу, тут же отпустил её: она была разбита, значит, причиняла боль. Улыбнувшись, я наклонился вперёд, прикоснулся губами тонкой бледной кожи шеи юноши, на которой красовался засос и синяк.       Его пальчики впились в мои плечи. Я начал быстро двигаться, не позволяя ему расслабиться, либо прийти в себя. Юки стонал, кусал губы, то впивался пальцами в плечи, то расслаблял хватку, при этом громко глотая. Он сжал бёдра, пытаясь остановить меня, но этого было недостаточно, поэтому я тут же продолжаю двигаться, всё более грубо насаживая на свой член.       Из зелёных глаз брызнули слёзы.       — Х-хватит, Клистофел, б-больно…       Юки сидел напротив меня. Он сжал край синей рубашки, опустив взгляд на сдвинутые и исцарапанные колени. Эта рубашка была ему слишком велика и было видно, как ему было неловко.       Улыбнувшись, я приподнял его лицо за подбородок. Даже сейчас он не смотрел на меня. Его зелёные глаза были отведены в сторону. Он смотрел на свои руки, которые сжимали край стола, на который я усадил его. Взяв в руки вату и флакон с перекисью водорода, я поднёс руки к его лицу, начал обрабатывать его разбитую губу, неотрывно глядя на его тонкие бледные губы, которые искривлялись от каждого прикосновения. Он прошипел, но тут же успокоился, отдавая себя во власть моих рук. Прилепив пластырь на рану, я улыбнулся, потрепал Юки по волосам, от чего он, на удивление, покраснел.       — Ангелочек, — позвал я, и Юки вздрогнул. Он посмотрел на меня. — Ты милый, правда, — я провёл по его волосам, — но… Ангелочек, не груби мне.       — Я не понимаю.       — Что именно?       — Я… я ведь парень. Так почему. почему именно я?       Вопрос вызвал во мне лишь удивление: я изогнул бровь. Улыбнувшись, я наклонился к нему, прикасаясь щекой к его мягкой щеке, на которой красовалась небольшая царапина, и прошептал:       — Разве пол имеет значения? — скользнув вниз, я уткнулся носом в его плечо, вдыхая аромат его тела, обнял юношу, слабо прижимая к себе. Юки не шевельнулся, казалось, он перестал дышать. Это встревожило меня, поэтому я отстранился, чтобы посмотреть, в чём проблема.       Юки, закусив губу, плакал.       Блестящие под светом лампы слёзы стекали по его щекам, оставляя влажные дорожки на коже. Он задержал дыхание, но тут же громко выдохнул, перевёл дыхание.       — Юки? — я взял его лицо в свои руки, поднимая его взгляд к себе. Юноша всхлипнул, опустил голову, закрывая лицо ладонями. Я наклонился к нему, заглядывая в его лицо. — Ну же, Ангелочек. Посмотри на меня, — вновь поднял его лицо, и на сей раз Юки, открыв глаза, посмотрел на меня. Я провёл по его волосам, кратко поцеловал в лоб и прижал к себе, поглаживая по голове.       Юки прижался ко мне, сжимая мою футболку. Он быстро смолк, но всё ещё прижимался ко мне. Я продолжал гладить его по голове, чтобы успокоить его. Я не ожидал чего-то подобного, потому что, как мне казалось, Юки всё ещё находился в стадии ненависти ко мне. Так почему?..       — Почему ты так ненавидишь меня, Клистофел? — спросил Юки, и этот вопрос заставил меня вздрогнуть. Холодок пробежался по спине.       «Я не ненавижу тебя, — хотел было ответить я, но почему-то язык отказался слушать меня. Я глубоко вздохнул, прижал его к себе покрепче. — Знаю, что приношу тебе боль, но не могу остановиться, как бы сильно я этого не хотел».       — Юки, я…       Звонок в дверь заставил меня замолчать. Отстранившись, я бросил короткий взгляд на Юки, который неуверенно протягивал ко мне руки, и, улыбнувшись, направился к входной двери.       Ясухиро.       Его лицо не выражало никаких эмоций, лишь в глазах бушевала ярость. Он смотрел куда-то внутрь моей квартиры, игнорируя моё присутствие. Вздохнув, он наконец посмотрел на меня.       — Где Юки? — спрашивает он, глядя прямо мне в глаза. Повернувшись боком, жестом приглашаю его внутрь. Парень, гордо держа голову, вошёл внутрь, тихо ступая по паркету. Я наблюдал за ним, за тем, как он осматривается, как останавливается напротив кухни, смотрит туда.       Внутри что-то сжалось, как только я представил их встречу. Эмоции во мне закипели, вызывая в моих мыслях лишь удивление. Я не понимал причины, по которой я не желал их встречи, будто чувствуя, что это закончится плохо.       Я быстро оказался рядом и, скользнув по нём взглядом, прошёл мимо парня.       — Ангелочек, — улыбнувшись, я приблизился к юноше, взял его за руку. Буря отрицательных эмоций вмиг исчезла, уступая место тёплым чувствам, которые быстро наполнили меня. — К нам недовольный зритель.       Юки выгнулся назад так, чтобы заглянуть за моё плечо. Он замер. Сглотнув, он вернулся на место, уткнулся носом в мою грудь, сжал тонкими пальчиками мою футболку.       — Юки-кун, с тобой всё в порядке? — послышался встревоженный голос незваного гостя позади меня. Юки оттолкнул меня.       Было видно, как юноша мучается, потому что боль отразилась на его лице. Он медленно поднял зелёные глаза на Ясухиро, попутно натягивая фальшивую улыбку, в которую мог поверить только последний идиот.       Обернувшись, я посмотрел на Ясухиро. Он замер у порога, протягивая руки к нему, тут же опуская их. Парень виновато опустил голову, вызывая на моём лице улыбку.       — Здравствуйте, Хиро-сан. Со мной всё в порядке. Я даже…       — Сайто, — протянул Ясухиро, сжимая руки в кулаки. Он был зол — и я усмехнулся, сдерживая себя, лишь бы не рассмеяться. Он фыркнул, понимая, что не сможет мне ничего сделать. — Юки-кун, мы уходим, — парень протянул руку к нему.       Улыбка сползла с моего лица.       Я посмотрел на Юки. Он уставился на протянутую к нему руку, затем, встряхнув головой, медленно сполз со стула. Он неуверенно встал на ноги, зажмурился, когда встал на больную ногу. Юноша сделал небольшой шаг навстречу Ясухиро, но остановился, посмотрел на меня. Он смотрел на меня с тоской и сожалением.       Не смотри на меня так, — мысленно просил я, опустив голову. Я оскалился, сжав зубы. Схватив Юки за руку, чуть притянул к себе, но тут же толкнул его к Ясухиро, и юноша, не удержав равновесия, упал, вытянув руки вперёд. Парень словил его, прижимая к себе.       — Смешно, Ясухиро. Мы уходим? Тогда почему ты бросил его? Бросил ради развлечений, ради большого города. А затем вспомнил, когда потребовалось возвращать долги.?       — Долг? — переспросил Юки, отшатнувшись от парня.       — Это ложь, Юки-кун, — протягивая руки, сказал Ясухиро, глядя на него. Юноша покачал головой. Я оттолкнулся от стола, подошёл к юноше, обнял его со спины, прижимая к себе.       — Ангелочек, — прошептал я, наклонившись к нему, — ты только мой и ничей больше. Ясно? — Юки кивнул, и, поцеловав его в щёку, я бережно усадил его на стул. — Плохой из тебя актёр, Ясухиро. Ты ведь не за ним пришёл, – я скрестил руки на груди.       Ясухиро, выдохнув, улыбнулся и прошёл мимо меня, сел напротив Юки, подперев голову ладонью. Лениво он смотрел на юношу, который, казалось, не знал, куда себя деть от такого напора со стороны гостя. Ясухиро усмехнулся, довольный собой.       — Ладно-ладно, признаюсь, — он поднял руки, будто сдаваясь, тут же опустил их. — Извини, но ты меня интнресовал лишь первое время, когда я нашёл тебя, Юки. Было забавно держать такую милую зверушку, которая была готова на всё ради меня. Ведь на большее ты не способен, мальчик с улицы, которого так же выбросили...       Юки, опустив голову, сжал руки в кулаки. Я видел, как он сдерживает свои слёзы, чтобы не показаться слабым на глазах этого парня. Схватив юношу за руку, поднял его и сел га его место, усадив его на колени.       — Ангелочек, самое время, чтобы покушать, — улыбнувшись, я придвинул к нему тарелку с ещё тёплыми сырниками. Он брезгливо посмотрел на предложенную пищу, поэтому пришлось взять всю инициативу на себя. Взяв сырник, я поднёс его к губам юноши. Тот удивлённо уставился на меня. — Скажи “а-а”. Ангелочек, от того, что ты отказываешься, ты делаешь хуже только себе.       И мне, — подумал я, но говорить это не стал.       Юноша покачал головой. Взяв его за подбородок, я нажал на его губы, открывая ротик, и положил сырник в ротовую полость, закрывая её.       — Не говори, что нужно ещё и пережёвывать.       Юки состроил недовольный вид, который сменился на выражение безысходности. Он тщательно переживал, глядя прямо в мои глаза, проглотил. Улыбнувшись, я погладил его по щеке, поцеловал в блестящие от масла губы, приобняв его за талию, притянул к себе.       — Юки не любит молочные продукты! — сказал Ясухиро, вскачив со своего места. Он сел, откашлился в кулак, предавая непринужлённый вид. Юки, бросив на парня короткий взгляд, взял тарелку в руки и принялся поедать всё, что там лежало. — Юки не делай это мне на зло...       — Очень вкусно, Сайто-сан. Спасибо.       — Кушай, кушай, не обляпайся, — ответил я, потрепав его по волосам. —Так чего ты хотел?       Ясухиро, скрестив руки на груди, строго глянул на юношу, отвёл взгляд от него, посмотрел на меня.       — Акамацу-сама при...       Поставив тарелку, Юки вырвался из моих объятий и бросился вон из кухни, прикрыв рот ладонью. Вскочил и Ясухиро.       — Юки! — воскликнул он, собираясь побежать за ним.       — Ясухиро, поздоровайся, это Кристофер-кун, — улыбнувшись, указал на меня высокий мужчина с добрым лицом — папин друг по работе. — Кристофер, — он посмотрел на меня, улыбнулся. Мне стало не по себе: я отвёл взгляд в сторону. — Его зовут Акихико, пожалуйста, позаботься о нём, ладно.       Я кивнул головой.       — Вот и отлично, — мужчина отстранился от сына, потрепал того по волосам, от чего мальчишка счастливо улыбнулся. — Чи-сан, приглядите за ними, ладно.       — Да, господин, — девушка поклонилась, когда мужчина молча ушёл.       Мальчишка спрятался за длинной юбкой милой девушки, которая криво улыбалась, пытаясь выразить радость, видя меня и другого мальчишку. Я с любопытством смотрел на нового для меня человека, о котором я много слышал от отца и матери. Я наклонился в сторону, когда он выглянул из-за юбки. Мальчик пугливо спрятался за юбкой. Я улыбнулся, протянув ему руку.       — Молодой господин, вам нужно поиграть, — всё также улыбаясь, сказала няня, пытаясь отодвинуть ребёнка от себя. Мальчишка посмотрел на няню, та кивнула, и мой новый знакомый неуверенно и медленно приблизился ко мне. Он положил ладонь в мою и несмело улыбнулся. Я несильно сжал его ладонь и потащил в сторону.       — Ты куда смотрела? — кричал мужчина, папин друг по работе, взмахнув рукой. — Акихико не переносит молоко. Так какого твоя маленькая головка не хочет это запомнить, а?       — Извините, Акамацу-сама! — со слезами на глазах, кланялася молодая особа. Она выпрямилась, но голову так и не подняла, её тело дрожало, словно лист на ветру. Казалось, она вот-вот рухнет на пол без чувств.       — Фуджи-кун, успокойся. Всё ведь в порядке, — закурив, вмешался мой отец, который молча наблюдал за всем этим.       Как и всегда.       — Успокоиться, когда эта, — мужчина смерил горе-няню взглядом зелёных глаз, — няня чуть не отравила моего ребёнка? — он схватился за голову. — Боги, Боги, как же...       Я не слышал его дальнейших слов, так как уже ускользнул в комнату, где находился мой новый друг, из-за которого поднялась вся эта шумиха. Закрыв за собой дверь, я осмотрелся.       — Акихико?       Мальчишка, улыбаясь, предстал передо мной. Он сцепил руки за спиной, наклонился вперёд, заглядывая в мои глаза.       — Как ты?       Он тихо рассмеялся в кулачок, затем вновь посмотрел на меня, на этот раз куда более серьёзно.       — Ты сделал это специально? — спросил я, и Акихико пожал плечами, затем опустил взгляд, надув щёчки. — Она противная, да? — он закивал головой. Усмехнувшись, я потрепал светлые волосы Акихико. Он удивлённо посмотрел на меня, затем, смутившись, опустил взгляд, положив руки на свою голову.       — Мне так только папа делает...       — Ты против?       Акихико покачал головой, и я, улыбнувшись, вновь коснулся его, как оказалось, мягких волос, погладил по голове, от чего мальчишка смутился ещё больше. Он отшатнулся назад. Я смотрел на свою руку, опустил её.       — Папа сильно ругается?       — Очень.       — Нужно извиниться? — зелёные глаза вопросительно смотрели на меня. Я пожал плечами.       — Лучше извиниться.       — Сядь, — сказал я, и Ясухиро сел. Он глянул на меня, потупил голову, сложив руки на коленях. Я молча закурил, наблюдая за тем, как собеседник начал заметно нервничать. Выпустив дым изо рта, внимательно осмотрел его. — Если ещё раз дотронешься до него, я разорву тебя на две части.       Юки держался подле меня. Он на мгновение взял мою руку, но отпустил её, словно ошпарившись. Юноша отошёл от меня на полшага, но я притянул его к себе, взяв его за руку. Он смутился, чуть сжал мою ладонь, глубоко вздохнул. Я посмотрел на него, на его аккуратный вид, который пришлось налаживать прямо перед выходом, потому что Ясухиро передал всю информацию слишком поздно, чтобы как следует подготовиться.       Юки поправил выбившуюся прядь за ухо, непроизвольно отряхнул свою рубашку белого цвета, на сей раз его размера. Ему шёл чёрный галстук. Я представил, как этот чёрный галстук смотрелся бы на его обнажённом теле. Пришлось сдерживать себя, чтобы не накинуться на него прямо здесь.       Ангелочек, ты слишком привлекателен, — подумал я, сдерживая улыбку. — Не думаю, что смогу слишком долго сдерживать себя...       — Сайто, нам пора, — оборвал мои размышления Ясухиро, пройдя мимо нас. Он бросил на нас взгляд, задержав глаза на Юки, затем вовсе отвернулся, резким движением поправил свой жилет.       — Зачем же так спешить? — спросил я, усмехнувшись, на что парень бросил на меня холодный взгляд, который заставил меня замолчать.       Ясухиро постучал в слабую на вид, но крепкую на деле дверь и отошёл на шаг назад. Спустя полминуты дверь со скрипом открылась, и на пороге показался мужчина в кимоно, с заметной лысиной. Он смотрел на нас сквозь толстые очки в чёрной оправе, подавшись вперёд. Он насупился, став похожим на крысу. Мужчина остановил свой взгляд на Ясухиро и, кивнув, пропустил нас. Мужчина шёл впереди, сложив руки позади.       — Господин устал после работы, поэтому прошу вас быть у него не слишком долго, — сказал он, когда мы остановились возле фусума, — не утомляйте его, — окинув нас взглядом, он отодвинул одну половину, впустил внутрь.       Мужчина, сидящий за катацу, поднял на нас взгляд зелёных глаз. Он улыбнулся так же, как это было и раньше. Нет, сейчас под его улыбкой была скрыта печаль и тоска. Рукой он указал на свободные места, приглашая за стол.       — Выпейте со мной чаю, молодые люди.       Ясухиро, поклонившись, вошёл первым, занял место напротив регента. Я вошёл внутрь, сухо поприветствовав его, мужчина кивнул в ответ, более оживившись. Я остановился посреди небольшой комнаты, потому что не заметил ладони Юки. Я обернулся назад.       Юки стоял на пороге, переминаясь с ноги на ногу, не решаясь войти.       — Ангелочек, не бойся, — сказал я. Юноша, вздрогнув, едва заметно кивнул головой, тихо, аккуратно, стараясь не нашуметь, прошёл вслед за мной, с любопытством осматривая комнату. Теперь спокойный я сел, поворачиваясь к мужчине.       Он пристально смотрел на юного гостя, который, стараясь не смотреть на столь важную персону, сел рядом со мной, почти касаясь меня своим плечом. Я слишком громко вздохнул, привлёк к себе внимание, которое тут же оставило меня.       Акамацу, смотревший всё это время на Юки, теперь смотрел на меня. Его внимательный взгляд заставлял меня тревожиться, ощущать себя неловко. Я улыбнулся.       — Ясухиро-кун, не представишь мне своих спутников?       — Д-да, — сказал он, кивнув головой. — Это...       — Меня зовут Такаги Сайто, — улыбнувшись, представился я и протянул руку навстречу руке мужчины. Крепкое рукопожатие, натянутые улыбки — это означало, что мужчина вспомнил меня. А раз вспомнил меня, значит, скорее всего, узнал и его. Да, должен был узнать.       — А вы, молодой человек? — спросил регент, обращаясь к юноше. Тот вздрогнул, явно не ожидая внимания со стороны столь значимой в политике фигуре.       — Моё имя Юки, Акамацу-сама, — сказал он, нервно теребя край свой рубашки.       — Кто твои родители?       — У меня нет родителей.       — Нет... — словно эхо, повторил мужчина, в его голосе слышалась обида, которую он тут же спрятал под очередной улыбкой. Он окинул всех взглядом. — Выпьем по чашечку чая? — спросил мужчина, не дожидаясь ответа, начал разливать тёмную жидкость по подготовленным чашкам.       ...Ясухиро покинул комнату, уводя за собой и Юки, который как никто иной спешил покинуть эту комнату, с этим странным для него человеком, вечно смотрящим на него, не позволяющий сделать и глотка чая. Юки слишком громко выдохнул, когда вышел за пределы маленькой комнаты, от чего я улыбнулся. Акамацу смотрел ему вслед, едва заметно улыбаясь.       Кажется, на этот раз его улыбка действительно выражала счастье и радость.       Акамацу наконец посмотрел на меня. Он сделал последний глоток остывшего чая, поставил чашку, на дне которой остался лишь осадок, на стол и улыбнулся.       — Давно я не встречал твоего отца. Он изменился за последние несколько лет, сменил круг общения, номера, стал таким занятым... Может, это и к лучшему, потому что нас уже ничего не связывает... — он вздохнул, делая паузу. — Милый мальчик этот Юки.       — Вы уверены, что это он?       — Разве я не узнаю своего сына? Даже если он забыл меня, забыл своё имя, я всё равно бы узнал его. Ты ведь понимаешь? — мужчина выдохнул, опустил голову. — Мой мальчик так вырос, — прошептал он. — Мой маленький Акихико стал таким красивым.       — Уже не ваш, — сказал я и достал сигарету и зажигалку. — Вы не против?       — Куришь? Как и твой отец... — Акамацу кивнул, давая добро. Я взял в рот сигарету и закурил, поднеся огонёк к сигарете. Закрыв зажигалку, спрятал её в карман брюк. — Акихико всё равно остаётся моим сыном. Я утратил его, поэтому, прошу, позаботься о нём.       — С чего бы мне это делать?       — Помнишь, — он улыбнулся, — вы когда-то были лучшими друзьями. Для Акихико ты был первым человеком, который сблизился с ним, принял к себе.       Всё было наоборот, Акамацу. Это Акихико принял меня, уделял мне своё внимание, хотя был куда популярнее у других детей, чем я. Поэтому, Акамацу, я не отдам его кому-либо ещё, даже вам.       — Акамацу-сан, вам нечего переживать. Акихико не помнит вас, не помнит меня, не помнит нашу дружбу. Если он ничего не помнит, тогда толку от него не будет, особенно для такого человека, как вы.       — Что ты имеешь ввиду?       — Что я имею ввиду? — переспросил я, выпуская дым. — Что вам не о чём волноваться, потому что Ангелочек уже под моей защитой.       Я медленно встал, потянулся, разминая своё тело.       — Пожалуйста, найди тех, кто выкрал моего любимого сына! Умоляю! — Акамацу, выйдя из-за стола, встал передо мной на колени.       — Акамацу-сан, боюсь, что вы не сможешь их когда-либо увидеть, потому что я убью их. Всех, кто был замешан, но промолчал. Не прощу.. никого из тех, кто забрал моего Акихико.       — О чём вы говорили? — спросил Ясухиро, разрядив обстановку. Юки, что сидел позади, тяжело выдохнул, явно ожидая ответа на этот вопрос. Я посмотрел на зеркало заднего вида, посмотрел на лицо Юки, отвёл взгляд в окно. Было непривычно ехать в чужой машине, при этом не управляя ею.       — Господин Акамацу давал мне советы по поводу того, как правильно пить чай.       — И только?       — Мы обсуждали индийский фильм, в котором было море сексуальных танцовщиц.       — Ясно, — парень повернул на очередном повороте.       Я достал свой мобильник, начал набирать нужный номер телефона, но остановился, посмотрел на Ясухиро, мысленно оценивая его способности. В голове быстро созрела идея, нет, отличная возможность, которая, скорее всего, намного бы упростила мою жизнь. Я улыбнулся, и эта улыбка не осталась без внимания парня. Он бросил на меня вопросительный взгляд, возвращаясь к дороге.       — Что-то не так?       — У меня есть к тебе предложение.       — Что? Предложение?       — Мой знакомый нашёл Гнездо, расположенное недалеко от границы. Не хочешь отправиться на прогулку вместе с нами? — Ясухиро заметно занервничал, отрицательно покачал головой. — Брось, туда даже Ангелочек пойдёт. Не хочешь же ты сказать, что ты слабее Ангелочка. Хотя Ангелочек не так слаб... Но да не столь важно.       — Ю-юки тоже идёт?       Я кивнул головой, широко улыбаясь. Пожалуй, эту улыбку пришлось перенять у того клиента. Ясухиро замялся, в конце концов, кивнул головой.       — Если Юки идёт...       — Вот и отлично, — оборвал я, набирая номер клиента. Он ответил не сразу, а когда ответил, был заторможенным и вялым. Видимо, до сих пор спал. — Твой заказ готов. Если хочешь собрать его, то жду тебя через час в своём доме.       — Подожди, подожди, что? — переспросил собеседник, не понимая того, что от него хотели. Но я уже убрал телефон от уха и отключился, не горя желанием что-либо объяснять.       — Ангелочек, у нас с тобой ещё целый час впереди прежде, чем появится красное торнадо и заберёт минуты нашего уединения.       — Что ты собираешься делать?       — Если я всё сейчас расскажу, тогда будет неинтересно.       Юки сидел ко мне спиной, прижав колени к груди. Он не смотрел на меня, но и я не трогал его. Лишь с улыбкой наблюдал за ним, за его фигурой. На глаза попадались синяки и кровоподтёки, который слишком уж выделялись на его бледной коже.       — Ангелочек, — наклонившись к нему, позвал я, от чего юноша вздрогнул. Он посмотрел на меня. — Если ты не можешь справиться, либо тебе тяжело, то я сам помою тебя.       — Нет! — замотал он головой. Юки сам потянулся ко флакону с шампунем, встав на колени. Я провёл по его позвоночнику рукой, заставляя изогнуться. Я притянул его к себе, принялся целовать его шею. Юки выдохнул, запрокинув голову мне на плечо. Я провёл по его телу ладонью, и юноша сладко промычал.       — Уверен, что сам справишься? — спросил я, и Юки покачал головой. Улыбнувшись, забрал из его рук флакон и отстранился. Юноша сел, отдав всю власть над его телом мне.       Я бережно мыл его, особенно нежно прикасаясь к тем местам, на которых были следы от побоев, чтобы не причинить боли. Интересно, что бы сделал Акамацу, узнай он об этом? — подумал я, тут же откинул эту мысль назад, не желая искать ответ на вопрос: сейчас со мной был Юки, мой прекрасный Ангелочек, и этого было достаточно.       Взяв большое синее полотенце так, чтобы можно было сразу укутать юношу, я протянул к нему руки, и Юки, держась за край ванны, припал ко мне. Я обнял его, тем самым укрывая полотенцем. Когда я посмотрел на него, Юки смотрел прямо на меня, но он опустил глаза, потому что было замечен.       Глупо.       — Ангелочек, ты можешь смотреть на меня, когда захочешь, — приподняв его лицо, я поцеловал его, нежно и аккуратно, стараясь не причинить боли.       Дверь в ванную распахнулся. — и Юки отстранился от меня. На пороге показался клиент. Он осмотрел всю комнату, остановив карие глаза на мне, а затем и на Юки, который покраснел от такой неожиданности.       — Дверь закрой.       — Извините, что помешал. Не отвлекайтесь, не отвлекайтесь, — подняв руки, он, широко улыбаясь, покинул ванну, закрыв дверь за собой.       — Всё в порядке? — спросил я, посмотрев на Юки. Он неуверенно кивнул. — Вот и чудно, — коснулся его мокрых волос, которые прилипли к его лицу. — Жаль, что нам выделили мало времени, — я взял его на руки и вынес из ванной, под пристальными взглядами двух пар глаз я усадил Юки на диван. Окинув всех собравшихся взглядом, закурил. — Все они со мной.       — О, чем больше народу, тем лучше, — клиент усмехнулся. — Джонатан Уайт, — представился он, протянув руку Юки. Я бросил испепеляющий взгляд на парня, но тот, казалось, не заметил этого. Он лишь шире улыбнулся, ожидая услышать имя нового для него человека.       — Ю-юки, — протянув руку, представился юноша. Джонатан крепко сжал его руку, активно начал трясти ею, чуть ли не отрывая руку.       — Ты и есть тот самый парень, который встал между двумя партнёрами? А они ведь неплохо общались, а тут ты — и нет партнёрства. Их будто подменили, говорят, что...       — Джонатан.       — ... этот холодный и жестокий на вид Сайто убил женщину, лишь бы тебя не отдавать. А ещё...       — Джонатан, заткнись! — сказал я, и в гостиной повисла тишина. Глубоко вздохнув, я уставился на него.       — Прости, прости, — он усмехнулся. — Сайто, принеси выпить.       — Я тебе не слуга, — фыркнув, ответил я. Джонатан улыбнулся, с мольбой в глазах посмотрел на меня. Вздохнув, я встал, протянул руку Юки, когда парень, вскочив, сел рядом с ним, обнял за плечи.       — Юки-кун останется со мной, — он хитро улыбнулся, хихикнув, потому что знал, что я не вмешаюсь. — Фудзивара-сан, будь так любезен, помоги Сайто.       Что ты задумал? — спрашивал я, доставая бутылку красного вина, пока Ясухиро переминался с ноги на ногу позади меня. Он хотел что-то сказать, но не мог собраться с мыслями, не мог взять себя в руки. Я повернулся к нему лицом и посмотрел на него.       — Говори, если есть что сказать.       — Я... я люблю его, — пролепетал он, опустив взгляд в пол. — Я заберу его, заберу...       — Хватит нести бред, — сказал я, оказавшись рядом с ним, заглянул в его глаза, от чего парень поник, задрожал. — Юки останется со мной.       Я вышел в гостиную и остановился: ни Юки, ни красной бестии в комнате не было. Звук разбивающегося стекла заглушил собой всё вокруг. Я ничего не слышал, только всё тот же звук стекла затмил мой слух. Ясухиро что-то говорил, тряс меня за плечо. Я посмотрел на парня, не узнавая его.       Ясухиро, махнув на меня рукой, куда-то пропал.       Боль медленно пронзила мою руку, и я опустил взгляд на руку. С неё капала кровь, много крови стекала по осколкам. Осколки от бокалов, которые я держал в руках до этого момента.       Я прошёл внутрь гостиной и, оставив окровавленные осколки на столике, сел на диван, закинул ногу на ногу. Я взял телефон, бегло осмотрел экран.       Звонок.       — Где он? — спросил я, тут же отвечая на телефон. Раздался смех. Собеседник, кашлянув, успокоился.       — Не думал, что ты так отреагируешь, Сайто, — сказал Джонатан. Он громко выдохнул. — Это не так делается.. Нет, бери полностью, а затем заглатывай...       — Где он?       — А? В общем, мы с Юки на точке сбора. Поторопись.       — О, Сайто, ты как раз вовремя, — приветливо улыбнувшись, Джонатан поприветствовал меня, махнув рукой. Я медленно, не торопясь, приблизился к нему, не дойдя всего лишь шаг. Осмотревшись, я нашёл взглядом Юки. Юноша, одетый в экипировку, вздрогнул, поторопился подойти ко мне, но я остановил его, покачав головой. — Мы думали, что придётся ждать дольше, поэтому собирались уезжать без...       Я ударил ему по лицу так, что парень свалился с ног. Взяв его за грудки, поднял его на ноги и, бросив на парня короткий взгляд, ударил его вновь. Собрался ударить ещё раз, но тонкие и слабые руки обняли меня со спины. Юки прижался ко мне. И мне стало легче, ярость, которая овладела мной медленно, но верно отступала.       — Прошу, Клистофел, — прошептал он, прижимаясь ко мне, — остановись...       Я опустил руки, повернул голову в сторону Юки. Его тело дрожало, но даже этого хватило для меня. Вздохнув, я оттолкнул его и отошёл от клиента. Юноша бросился к нему, сев на колени.       — Уайт-сан, вы в порядке?       Позаботился бы ты обо мне так же, как и о нём?