Горе преподаватели

      Настроение у Дина было, мягко говоря, паршивым. На душе скребли кошки. Сэм продолжал молчать, большинство учителей игнорировали факт его существования, а ученики на уроках вели себя отвратительно, пользуясь апатичным настроением преподавателя.       Погода тоже удручала: за окном сыро, мерзко, на дорогах грязь, дождь стучит по крыше, ветер холодный и пронизывающий, да и дождь этот нельзя дождем назвать — он то льет, то моросит, а бывает и туман нагоняет.       И настроение у Дина окончательно испортилось, когда он узнал, что в школе ни капли алкоголя, а до ближайшего бара идти и идти. Светлым пятном оказался директор, прозрачно намекнувший, что дорога до небольшой деревни не столь дальняя и дойти до ближайших магазинов можно до того, как начнется сильный дождь.       Дин, охваченный радостным известием, не заметил тускло блестящих от предвкушения глаз Дамблдора, но поспешил поблагодарить начальника и попросить карту местности. Школу Винчестер-старший покинул незамедлительно, так и не заметив полуулыбки Альбуса, который уже шел по направлению к кабинету трансфигурации.

POV Гермиона

      С утра за окном пасмурно. Темно-серые, почти черные тучи нависли над самой Астрономической Башней. Надеюсь, что дождь будет. Я жду его с нетерпением. Холодный, но все же такой нежный и приятный, как летний, — для меня это милость, сошедшая с небес.       Сегодня все профессора были удивлены моим молчанием. Да, я — заучка и зубрила, сегодня ни разу не ответила на уроках, да и после я не была особо разговорчивой. Друзья понимали мое состояние и не донимали.       Было около шести часов вечера, когда дождь все-таки пошел. Нет, он шел весь день, но так, мелкой моросью, а сейчас за окном настоящий ливень. Хватаю с кровати мантию-невидимку и покидаю спальню.       Гостиная ярко освещена и согрета теплом от камина, а в дальнем углу, лениво листая страницы учебника, сидит Малфой. Взгляд слизеринца рассеянно скользит по строчкам, что свидетельствует о том, что домашнее задание он выполнять не очень-то и хочет, но и в своей комнате ему заняться нечем. — Куда-то собралась? — Драко перевел скучающий взгляд на меня. — Я в библиотеку, — пожимаю плечами, стараясь не выдать себя. — Вернусь к отбою. Не хочешь составить компанию? — Тебе в библиотеке? — Малфой театрально закатил глаза, ведь весь Хогвартс знал, что я становлюсь крайне раздражительной, когда кто-то мешает мне читать. Неожиданно взгляд серых глаз ожесточился, сквозь зубы блондин произнес: — Вислый заходил.       Я уже была возле выхода, но услышав про Рона резко развернулась. Мозг понимал, что Уизли — предатель, что он не любит меня, но сердце было не согласно. — Я его не пустил, — протянул Драко в своей излюбленной манере, которая меня от чего-то уже больше забавляла, чем раздражала. — Кинь в него пару «Круцио» и все.       Разве запрещенные заклинания изменят то, что произошло? Даже причинив боль Рону я не сделаю лучше себе, ведь все еще продолжаю любить его. — Не хочется вылететь из школы в выпускном классе, — я изображаю на лице самую презрительную из малфоевских ухмылок и выхожу в полутемный коридор.       Получить разрешение на посещение Хогсмида у меня получилось, почти… — Гермиона? — передо мной возникла фигура нового учителя. Глаза Сэма блестели весельем, будто он только что узнал что-то крайне интересное. — Куда это ты направляешься?       Вполне справедливое любопытство, ведь я была близка к одному из тайных проходов, но поблизости не было никаких других мест, куда часто заходят ученики. Честно говоря, этот коридор вообще заканчивался тупиком и все об этом знают, поэтому не заходят сюда. И как объяснить то, что я ошиваюсь у огромной статуи одноглазой ведьмы? — Я хотела немного погулять по замку, только и всего, — улыбка вышла немного нервной, но сейчас это меня не заботило, ведь Винчестер все равно не поверил. — А почему мне кажется, что вы собрались в Хогсмид? — очень тихо спросил Сэм, а его рука опустилась на горб статуи. — И то, что вы оказались возле этой статуи подсказывает мне, что разрешения у вас нет…       Это провал. А ведь близнецы и Гарри клялись, что про этот ход невозможно узнать случайно… Как же хорошо, что у новых преподавателей прекрасные характеры. — Как вы узнали? — я облокачиваюсь о статую и скрещиваю руки на груди. — Отправите меня к директору?       Сэм на секунду замер, даже дыхание задержал, а потом рассмеялся, убирая руки со статуи и делая несколько шагов в сторону. С каждой минутой становилось все интереснее. — У меня имеются некие способности, позволяющие знать больше, чем положено, — мужчина усмехается и отворачивается, бросая через плечо: — Иди, Грейнджер, иначе Снейп поймает тебя.       Словно только и ожидая заветных слов, издалека послышались тяжелые шаги профессора зельеварения. — Вперед, — Сэм кивнул на палочку в моих руках и направился навстречу Снейпу. — Спасибо, — я еще раз улыбнулась и скрылась под статуей, стараясь осторожно спуститься к тоннелю.       На улице льет сильный дождь, звук слышен даже под землей. Резким движением я накидываю мантию и быстро бегу как можно дальше от замка по узкому земляному коридору.       С каждым новым шагом я чувствую себя свободней от давящей грусти и чувств к Рону. Еще больно, но все от мысли, что я становлюсь дальше от Уизли, становится немного легче. Я же сильная — я справлюсь. Мы с Роном еще посмеемся над этой ситуацией через несколько лет.

*** (от третьего лица. Несколько часов спустя)

      В баре было малолюдно, светло и тепло. Хозяйка мило беседовала о чем-то с двумя седовласыми мужчинами, а завсегдатаи заведения играли в настольные игры и тихо ругались поблизости. В самом дальнем углу сидело два человека. Конечно, это были Дин и Гермиона. Учитель и ученица сидели вместе и пили огневиски. Если бы кто-то спросил их о том, как они оказались вместе, то никто бы не смог ответить. — А ты что здесь делаешь? — Дин был пьян, но пока держался на ногах и имел более-менее ясный рассудок. — Пью, — усмехнулась Гермиона, вот она уже была основательно пьяна, хотя выпила всего лишь один стакан.       Когда эта пара оказалась за одним столом, то они были слишком трезвы для разговора по душам, а сейчас как раз наступил момент, когда диалог плавно приближался к этому событию. — Ты напиваешься, — допивая свой третий бокал огневиски, провозгласил Винчестер. Грейнджер налила себе еще половину стакана темно-янтарной жидкости, хоть и понимала, что это не помогает отвлечься. — Мне можно, — девушка опрокинула в себя спиртное и закашлялась. — И все же, это не то, — вздохнул Дин, допивая содержимое своего стакана. — Мне больше нравится нормальный алкоголь.       Два нетрезвых взгляда встретились. Они оба понимали, что это единственный их шанс выговориться. — А ты когда-нибудь любил? — неожиданно спросила Грейнджер, совершенно не замечая, что нарушила очередное правило Хогвартса, наверное уже сотое за вечер. — Да, — на губах Дина появилась улыбка, но глаза оставались безразличны. — Но нормальная жизнь не для меня. Я не могу долго пытаться жить как все. Эта охота, демоны, вампиры — все это не подходит под понятие «счастливая семейная жизнь».       Нет, Винчестер не грустил из-за упущенных возможностей или неспособности завести семью. С самого детства Дин знал, что пока мир кишит паранормальными тварями — никто не будет в безопасности, а значит и его мифическая семья тоже. — Почему ты сегодня здесь? — Гермиона невесомо дотронулась до руки преподавателя, вырывая его из собственных мыслей. — Из-за Сэма, — после этих слов глаза мужчины погрустнели. — Мы с ним через многое прошли, а он обиделся из-за простой шутки и теперь не разговаривает со мной. — А меня никто не понимает, — Гермиона оперлась локтями о стол и положила голову на сплетенные пальцы, позволяя себе жаловаться на жизнь. — Все говорят, что время лечит, но я думаю, что за время лечения и умереть можно. Сколько понадобится этого времени? Месяц, год, десять лет?       Дин усмехнулся. Винчестер знал, что «время» не лечит. Сколько бы лет не прошло — ты все так же замираешь при одном единственном воспоминании, особенно, если твоя жизнь не висит на волоске почти каждый день. Дин так и не смог забыть смерть матери, несколько ужасных случаев с его своеобразной «работы». Помогает лишь забытье, но не время. — Время просто идёт мимо, не обращая на тебя никакого внимания, Грейнджер, — мужчина откинулся на мягкую спинку и прикрыл глаза. — Поэтому посылай всех, кто тебе говорит подобное в… — Все это очень мило, — раздался неприятный голос позади Дина, не давая договорить, — но что, черт подери, здесь происходит?!       Дин и Гермиона ошарашено смотрели на Минерву МакГонагалл, стоящую прямо перед ними, но это явно не отрезвило их достаточно для того, чтобы они могли молчать. — Знаете, здесь лечение больных душ. Но вот валерьянки, к сожалению, нет. — Грейнджер не задумывалась о последствиях сейчас, ведь паршивое состояние вернулось вместе с деканом факультета. — Завтра я обоих жду в своем кабинете, — голос профессора трансфигурации звучал, словно сталь. Жесткие костлявые пальцы мертвой хваткой вцепились в предплечья пьяной парочки. — А сейчас я аппарирую вас на территорию рядом с замком. — Но, Стерва Магдак… — проканючил Винчестер, а Гермиона не сдержала пьяного смешка. — Дин Винчестер, — сквозь стиснутые зубы прошипела женщина. — Вы хоть осознаете, сколько правил нарушили? — А что я? — Дин пожал плечами и огляделся вокруг. — Я ничего…       Так и закончился этот день. А может и карьера Дина в роли преподавателя? Кто знает, какие сюрпризы еще преподнесет нам грядущий день…       Наши юные алкоголики были доставлены по кроватям, что явило собой крайне забавное зрелище, ведь Гермиона уснула на плече преподавателя по ЗОТИ, а тот этого даже не заметил, в итоге Сэму пришлось отводить ученицу в ее спальню. Сонному, но от чего-то крайне довольному Сэму.       В гостиной старост все также ярко горел свет, а Драко сидел в кресле и следил за проемом. Блондин уже хотел вскочить с места и начать читать нотации, но застыл от представшей перед ним картины: Винчестер-младший в полураспахнутом халате занес слабо сопротивляющуюся гриффиндорку в помещение и повел к двери спальни. Грейнджер сильно пошатывалась и тихо ругалась, но слова распознать было невозможно. — Минерва попросила оставить это на утро, — справившись со своей миссией, Сэм оставил шокированному слизеринцу флакончик с антипохмельным зельем и ушел спать.       Поздним утром шумная парочка в лице Дина и Гермионы была отправлена в кабинет трансфигурации. Предварительно обоим дали выпить антипохмельного зелья и покормили. Дин успел отметить положительный момент всего произошедшего: Сэм снова с ним разговаривает. Ну, а Гермионе было стыдно. Очень стыдно. Она была удивлена, что слух о вчерашнем еще не начал ходить по замку, ведь такое событие не могло быть проигнорировано. — Сейчас будет мочалить, — состроил гримасу Дин, он не хотел заходить в кабинет МакГонагалл. — Радует, что сегодня суббота и я не пропущу никаких уроков, — после этих слов девушка толкнула дверь и вошла в полутемный кабинет первой. — Проходите и садитесь сюда, — Минерва кивнула на первую парту, стоящую прямо перед ее столом.       Где-то на задворках сознания Дина была мысль о побеге, но испуганный взгляд карих глаз Гермионы остановил мужчину, он медленно прошелся между партами и сел за парту. Гриффиндорка нервно теребила в руках край кофты и вот-вот бы прокусила нижнюю губу от волнения. Винчестер не понимал причину такого бурного нервного волнения, ведь никто, кроме Минервы и Дамблдора, не знал об их пьяном приключении. — Что вчера творилось в баре? — профессор трансфигурации была возмущена, об этом говорило абсолютно все: блестящие глаза, сжатые в кулаки руки, подергивающиеся крылья носа. — Мы немного выпили, но пришли вы и… — начал было вспоминать вчерашнее Дин, но поймал возмущенный взгляд женщины и замолк.       В общем-то, Винчестеру-старшему не так уж и была нужна эта работа с детьми, но Сэму здесь нравилось, потому Дин пообещал себе сделать все для того, чтобы его не выгнали из школы. — Дин, пора бы вспомнить, что молчать хорошо, безопасно и красиво, — холодно заметила МакГонагалл, потом ее взгляд немного смягчился, но женщина все еще злилась. — Гермиона, ты меня разочаровала.       Гермиона вздрогнула, услышав свое имя, но не подняла взгляд на декана. Грейнджер не сожалела о произошедшем, лишь о том, что оказалась застигнута в таком состоянии профессором МакГонагалл. — Извините, профессор, — тихо сказала девушка.       Минерва вышла из-за кафедры и медленно прошлась перед первыми партами. — И что мне с вами делать? — задала риторический вопрос женщина, ведь она уже все продумала. — Понять и простить? — Дин использовал фирменный щенячий взгляд. — Даже не надейтесь, Винчестер, — взгляд МакГонагалл смягчился: она уже не злилась, но справедливость должна была восторжествовать. — Выговор и исправительные работы на месяц. — тут Дин был готов выдохнуть, ведь такие санкции применяются только к ученикам, но подавился воздухом и закашлялся, услышав: — Обоим. — Что?! — глаза Винчестера походили на блюдца. — Как на это отреагируют ученики, узнав, что преподаватель получил наказание от сослуживицы?       Профессор трансфигурации пожала плечами, показывая, что ее вовсе не заботят такие пустяки, как школьные слухи. — Я понимаю, что такое времяпрепровождение вы оба выбрали из-за чего-то серьезного, — МакГонагалл обвела парочку внимательным взглядом, а потом улыбнулась. — А самое дешевое лекарство от скуки и прочих проблем — и одно из самых эффективных, прошу заметить, — это труд.       Женщина положила перед Винчестером свиток пергамента и чернильницу с пером. Не все обиды были забыты. МакГонагалл не была злопамятной или чересчур серьезной женщиной, но не могла спустить на тормозах некоторые проколы. — Зачем мне это? — Дин и так писал не очень разборчиво, а пером вообще ужасно. — Вам здесь ровно сто раз нужно прописать: Минерва МакГонагалл, — строго сказала женщина. Темные глаза так и лучились усмешкой. — Чтобы лучше запомнилось.       Дин не посмел возражать, видимо понимая, что Минерва находится на пределе, и если он произнесет еще одно слово наперекор, то его точно выгонят из школы. Гермиона молча смотрела на парту, профессор трансфигурации что-то искала в стопках бумаг, а Дин писал. Перо не скрипело привычно о бумагу, а скорее скрежетало о стол, словно Винчестер писал прямо на парте. — Все! — мужчина с громким хрустом размял руку, передавая пергамент МакГонагалл. — Оставьте себе, — махнула рукой профессор, заставляя лицо Винчестера возмущенно вытянуться. — А теперь вы оба пойдете на второй этаж и приведете туалет в надлежащее состояние, — МакГонагалл подняла взгляд на двух молодых людей. — Там, знаете ли, остались засохшие остатки оборотного зелья, следы грязных ботинок и заляпанные краны. Все необходимое туда уже доставил Аргус. Свободны!       Все в школе были наслышаны о выходке Гарри, Гермионы и Рона на втором курсе: они украли ингредиенты у профессора Снейпа и сварили оборотное зелье, а потом отправились на бой с василиском. Достойное занятие для двенадцатилетних детей.       Гермиона и Дин оказались за дверью раньше, чем слова МакГонагалл эхом прошлись по кабинету. — Это полная за… — хотел было выругаться Дин, но его грубо перебили. — Дин, ты снова нашел приключений на свою филейную часть? — перед парочкой появился Сэм, на его губах играла улыбка. — Ты знал! — воскликнул старший Винчестер.       Дин просто не мог поверить, что брат мог позволить ему вляпаться в такую передрягу, особенно зная его отношение к Минерве МакГонагалл. Эта женщина не то чтобы пугала Винчестера, но внушала уважение. — Это была маленькая месть, — ухмыльнулся Сэм, совершенно не чувствуя себя виноватым. — И да, Дин, в туалете живет одна особа с крайне расшатанной психикой… постарайся вести себя корректно. — Чего? — Дин посмотрел на брата, как на больного.       Слабо верилось в то, что кто-то может жить в заброшенном туалете. Директор этой школы, конечно, отличался оригинальностью и нестандартными подходами, но вряд ли бы разрешил кому-нибудь жить в столь необычном месте. — Заткни свой рот и убирайся молча, — более доступно объяснил Сэм.       Гермиона с удивлением наблюдала за небольшой перепалкой братьев, отмечая, что Сэм откуда-то знал о Миртл. — Нам пора, — неуверенно вклинилась в разговор мужчин Гермиона и быстро зашагалa по коридору.       Находиться рядом с Винчестерами было неловко, ведь они оба видели ее в нетрезвом виде, а Сэм еще и помог до комнаты добраться. — Иди, — кивнул на убегающую девушку Винчестер-младший, — иначе ты потеряешься и получишь еще один выговор.       Дин скорчил рожицу брату и, кинув напоследок: «Сэмми — ботаник», поспешил за гриффиндоркой. Получить еще одно наказание не хочется, особенно, если ты единственный из всех учителей Хогвартса умудрился довести заместителя директора и теперь приходится отрабатывать. — Как ребенок, — усмехнулся Сэм, покачав головой.

*** (Суббота Сэма)

      Распрощавшись с братом, младший Винчестер пошел к Минерве. Отношения между Сэмом и преподавателем трансфигурации были почти дружескими: молодой человек вызывал у МакГонагалл симпатию. — Сэмюэль, — улыбнулась Минерва, откладывая какие-то свитки в сторону, — я рада, что вы согласились помочь. — Ну что вы, Минерва, — улыбнулся в ответ Сэм. — Мне это только в радость. — Приятно слышать, — МакГонагалл протянула парню небольшой лист пергамента и мешочек, которые тот с готовностью принял и убрал в карман брюк. — Это список и деньги.       Раздался короткий стук в дверь и в кабинет вошла Полумна Лавгуд. Девушка поздоровалась с преподавателями и стала ждать указаний МакГонагалл. — Вот и ваша спутница. Луна согласилась помочь вам во всем, — проговорила Минерва, возвращаясь к изучению пергаментов. — Вам нужно будет вернуться до отбоя. — Тогда мы поспешим. Хорошего дня, Минерва. — И вам, Сэмюэль.       Луна и Сэм достаточно скоро оказались у ворот школы, где ненадолго задержались из-за завхоза, который не хотел их выпускать. Когда все формальности были улажены — МакГонагалл прислала патронуса с разрешением — пара смогла покинуть территорию Хогвартса. — Сэм, может все же расскажешь что-нибудь о себе? — Лавгуд улыбнулась, стараясь сгладить резкий тон. — Пожалуйста. Я же тебе рассказала о себе.       Вчера где-то часов в пять вечера, эти двое пересеклись в библиотеке и разговорились. Луна была приставлена к младшему Винчестеру в качестве учителя, она должна была помочь ему освоить азы владения магией, после чего с мужчиной начнут заниматься преподаватели. Сэм так бы и не заметил, что прошло несколько часов, если бы библиотекарь не сказала, что скоро отбой и поэтому ученице пора в башню своего факультета. — Я помню, — Сэм недолго вглядывался в землю под ногами, пытаясь составить в голове хоть какой-то связный рассказ. — Моя семья когда-то была нормальной, но однажды в доме случился пожар. Горела моя детская, но это было не случайностью. Демон пришел в наш дом и убил мать… Меня спас Дин, он успел вынести меня из огня. Отец не смог спасти маму…       Повисло тяжелое молчание, но Луна не лезла со словами соболезнования или утешениями. Когтевранка понимала, что Сэму нужно время, чтобы продолжить рассказ. Винчестер-младший только в очередной раз удивился проницательности блондинки. — Отец поставил себе цель в жизни: отомстить. Он воспитывал нас с Дином как охотников, но это оказалось слишком для меня. Я взбунтовался, разругался с отцом в пух и прах и поступил в институт, — Винчестер вздохнул, вспоминая, что наговорил тогда отцу в порыве злости. — Учился, жил студенческой жизнью, завел девушку, но в один вечер на пороге появился Дин и сказал, что отец пропал. Тогда мне пришлось вернуться.       Сэм продолжил рассказывать обо всем, что происходило в его жизни: смерти любимой, охоте, смерти брата. Рядом с Луной ему было легко: не было нужды врать или недоговаривать что-то. Лавгуд слушала молча, но Винчестер видел, что ей на самом деле интересно, и он был уверен, что Полумна никому не расскажет. — Ты многое пережил, — девушка заговорила впервые за последние полчаса. — Жизнь охотника на нечисть очень опасна, но она полна приключений, — Луна мягко улыбнулась, обдумывая свои следующие слова. — Вы с братом совершенно разные… — Он совершенно несерьезный, фактически ребенок в теле взрослого, — отозвался Сэм. — А вот я — серьезный взрослый. Хотя иногда в этом сомневаюсь… — Это все из-за мозгошмыгов, — уверенно заявила Полумна. — Кого? — Сэм насторожился, инстинкты охотника дают о себе знать. — Мозгошмыги невидимы, — воодушевленно начала рассказывать Лавгуд. — Они летают в воздухе, забираются через ухо в голову и вызывают размягчение мозга. — Ну, теперь все предельно ясно, — рассмеялся Сэм.       Винчестер смеялся, но Полумна видела, что он вполне серьезно отнесся к ее заявлению. Луне нравился этот мужчина, который так старался выглядеть «серьезным взрослым», но на деле был большим ребенком, чем Дин. — Ты выполнил задание по заклинаниям? — спросила блондинка и сразу же отвлеклась на домики вдали. — Вот и Хогсмид. Через пять минут будем там. — Я не делал пока заклинания, — протянул Сэм, недовольно поморщившись. Они давались ему хуже всего. — Но я вечером примусь за работу. — Не примешься, — весело отозвалась Лавгуд. — Мозгошмыги стали размягчать твой мозг. — Тогда нам нужно поскорее заняться покупками, а то я стану овощем и тебе придется нести все сумки одной. — Поспешим! — Луна схватила преподавателя за руку и они побежали ко входу в волшебную деревушку.       Остаток дня прошел за покупками необходимых вещей и походом в кафе, где Сэм по незнанию заказал себе отвратительное тыквенно-клубничное мороженое.

*** (выходной день Дина)

— Это женский туалет! — Дин указывает на табличку. — Он не работает, — устало вздохнула Гермиона, повторяя эту фразу в сотый раз.       Камнем преткновения стал тот факт, что туалет на втором этаже был женским и профессор по ЗОТИ категорически отказывался туда входить. — А вдруг там плавают прокладки или тампоны? — Дина даже передернуло от нарисованной им картины. — Я туда не пойду. — От средств женской гигиены я вас спасу, профессор, — не могла не ухмыльнуться Гермиона, пытаясь оттеснить мужчину к приоткрытой двери. — Вперед!       Дин нехотя сдался. Он понимал, что Минерва вряд ли примет его слова о том, что туалет женский, а значит он не может туда войти, как оправдание за невыполненную работу. — Мы же договорились… — кисло протянул Винчестер, открывая дверь туалета. — Ладно, — на губах девушки появилась полуулыбка — Раз мы договорились, что во внеурочное время мы общаемся как обычные знакомые… Тогда, Дин, тащи свою пятую точку к ведру с водой — будешь оттирать краны. — Слушаюсь, капитан, — Дин по-военному отдал честь и направился к средствам для уборки, которые были оставлены здесь завхозом. — А ты чего там стоишь, как в гостях? Бери тряпку и помогай!       Гермиона не стала возражать и быстро принялась помогать отмывать раковины от вековых разводов. Первые пару минут они оба молчали, но потом случилось кое-что непредвиденное. — Парень в моем туалете?! — заверещало это «непредвиденное», подлетая к Дину. — О, черт! — Винчестер отшатнулся в сторону, пытаясь нащупать пистолет, который он оставил в комнате. — Гермиона, немедленно покинь туалет! — Она безопасна, — тихо проговорила Гермиона, а потом чуть повысила голос, чтобы призрак ее услышала. — Ее зовут Миртл. Она здесь живет.       Винчестер все больше поражался беспечности Дамблдора: разве могут призраки жить в замке, где учатся дети? — От призраков нужно избавляться. — нахмурился Дин, разглядывая бледные черты умершей много лет назад школьницы. — Они не должны находиться здесь. Это неправильно. — Это от тебя нужно избавиться! — взвизгнула Миртл и нырнула в свою кабинку. Винчестер сразу понял, почему этот туалет заброшен и постоянно в воде. Остался один вопрос: почему призрак все еще здесь, раз доставляет столько неудобств? — Она очень ранимая, — покачала головой Гермиона. — Она призрак, — Дин произнес это так, словно объяснял ребенку, что дважды два — четыре. — Неужели учителя не знают о ней? — Она не единственный призрак в школе, — пожала плечами девушка, уже представляя реакцию профессора на Кровавого Барона или Почти Безголового Ника. — Убирайся давай!       Дин не стал препираться, хотя встреча с призраком подпортила ему настроение. — Никогда не пойму этот долбанутый волшебный мир, — бурчал себе под нос мужчина, энергично оттирая краны до блеска.       Следующие полчаса вновь прошли в молчании: Гермиона старалась продумать как продуктивнее провести завтрашний день, а Дин все еще приходил в себя. Протирая очередной вентиль, Винчестер крутанул его и из крана хлынула вода. Чистая прозрачная вода, на удивление.       Винчестер сложил руки наподобие чаши, и, наполнив их водой, подошел к гриффиндорке, которая увлеченно что-то высматривала в плитке у своей раковины. Окликнув девушку по имени, Дин дождался, когда она повернется и выплеснул воду на ее мантию. Воды было мало, чтобы одежда девушки пострадала, но достаточно для того, чтобы разозлить Грейнджер. — Идиот! — с этими словами Гермиона кинула в Винчестера грязной тряпкой, которая оставила влажный след на светло-серой футболке мужчины. — Ты мне мантию намочил!       Грейнджер не улыбалась перспектива ходить в мокром, поэтому она быстро расстегнула мантию и повесила на ближайшую дверку туалетной кабинки. Будь у нее сейчас палочка, то она бы просто высушила свою одежду, но надо же было ее забыть в спальне именно сегодня! Белая блузка, оказавшаяся под мантией, неплохо подчеркивала фигуру Гермионы, что и отметил Дин. За что и получил пустым ведром по голове.       Завязалась нешуточная драка с грязными тряпками и ведром, практически достигшая отметки: «водная битва», но резко открывшаяся дверь так и не дала Гермионе вылить на преподавателя несколько литров воды. Картина для вошедших Рона и Драко открылась незабываемая: Гермиона в полупрозрачной рубашке гонится за Дином, который то и дело поскальзывается на мокром мыльном полу, но удерживается на ногах благодаря швабре, которой он периодически тыкает гриффиндорку. — Мне кажется, что я перепутал двери и зашел не в ту реальность, — подал голос Уизли, он первым отошел от шока.       Гермиона и Дин кинули взгляд в сторону двери и рассмеялись. Грейнджер перевернула ведро с водой и промочила себе ноги, а Винчестер все же рухнул на пол, но ржать они не перестали. — Глупо же мы выглядели, наверное, — сквозь смех выдавил Дин, но гриффиндорка была неспособна сейчас ответить из-за душившего ее смеха.       Драко плохо понимал, что здесь происходит. Гермиона второй день ведет себя совершенно нетипично и это вызывало некоторые опасения. — Гермиона, я хотел с тобой поговорить… — начал было Уизли, но был тут же перебит. — Герм, ты хочешь с ним говорить? — тут же спросил блондин, стоявший до этого момента молча.       Смех Гермионы перешел в икоту, поэтому она только покачала головой. Драко начал было прогонять Рона, но был грубо прерван преподавателем по ЗОТИ. — Я здесь профессор и у привилегий есть я. Точнее у меня есть они, — мужчина махнул рукой, не пытаясь перестроить предложения правильно. — Короче, мы есть друг у друга и нам хорошо. А вам пора уходить, потому что нам с Грейнджер еще отмывать мыльный пол и несколько унитазов. Но вы, если хотите, можете присоединиться.       Обоих как ветром сдуло из дверного проема. Гермиона лишь хмыкнула и стала вымывать пол. Дин продолжил отмывать раковины и прилегающие к ним участки. — Грейнджер, а чего ты боишься? — неожиданно спросил Винчестер, переключаясь на мытье стен. — У меня есть этот глупый страх, что в один прекрасный день я стану старой, так и не побыв толком молодой, — честно призналась Гермиона о том, что периодически толкало ее на безумные поступки, будь то помощь опасному преступнику или распитие алкоголя в пабе. — Молодость дается один раз, глупо её тратить на одну лишь учёбу, — Дин не стал смеяться над гриффиндоркой или подшучивать над таким необычным страхом. — Из-за чего ты решила вчера так напиться?       Девушка задумалась на несколько минут, пытаясь решиться на признание. Несмотря на то, что уже почти все знали причину их расставания, Гермионе было сложно произносить нечто подобное вслух. Да, вести себя высокомерно с Роном было тоже тяжело, но признаться в том, что все рухнуло было еще сложнее. — Из-за Рона, — Грейнджер запнулась, выпалив эту фразу. — Что случилось-то? — Винчестер вчера уже слышал о том, что рыжий парень — редкостный козел и все такое, но причины таких заявлений до сих пор не знал. — Давай прервемся на обед?       Гриффиндорка была растеряна. До ее мозга информация почему-то доходила очень медленно: ей не было больно видеть Рона, было неприятно вспоминать об их расставании, но не более. Так может то и не было любовью? Может они приняли дружеские чувства за нее? — Гермиона… — протянул Дин жалостливым голосом, стоило девушке вновь войти в комнату. — Чего? — гриффиндорка попалась на одну и туже уловку во второй раз, за что была вновь окачена водой, но уже из ведра. — Я тебя точно убью! — девушка побежала к кранам, подхватив пустое ведро.       Вот теперь завязалась настоящая водная битва. Они, словно дети, носились по всему туалету, обливая друг друга водой и кидаясь грязными губками. В один момент Дин опрокинул бутылку с моющим средством, и пол залило скользкой зеленоватой жидкостью. — Ой! — нелепо взмахнув руками, Гермиона проскользила до умывальников. — Прикольно! — Да? — Винчестер разбежался и тоже проехал до умывальников.       Только вот он не рассчитал скорость и сильно ударился об умывальник. Ладно, если бы он просто ударился, но ведь ему, как всегда, повезло. Винчестер вполне мог остаться без наследников после такого маневра. — Ой, ой, ой! — Дин начал судорожно приседать, делая глубокие вдохи.       Гермиона начала громко смеяться. Все происходящее сегодня было нелепым и вот он — апофеоз этого дня. Для полноты картины не хватало только… — Вас нельзя оставлять одних, — донесся злой возглас Минервы с порога.       Картина, открывшаяся профессору трансфигурации, была немного двусмысленной: учитель и ученица, насквозь мокрые, стоят практически вплотную друг к другу и таинственно переглядываются. Верхняя одежда обоих была почти прозрачной и прилипла к телу. После катания, чистящее средство, провзаимодействовав с водой, превратилось в кучу пены с запахом хлорки. Произнеся пару заклинаний, Минерва убрала весь бардак и высушила в очередной раз провинившуюся парочку. — Завтра. Оба. Утром. У меня, — сквозь стиснутые зубы процедила Минерва, прогоняя обоих из туалета. — Марш на ужин!