Always. It is our Choice

Открыв глаза, Гарри не сразу смог понять: где находится. Он ощущал, что его тело будто бы ему не принадлежит, но никак не мог разобраться: почему? Проморгавшись, огляделся по сторонам. Прислушался. И неожиданно, леденящий кровь, ужас сковал его по рукам и ногам. ЭТО случилось…снова. Он снова оказался в Сознании Волан-де-Морта! Парализующий страх, разрядом тока прошил вены, в которых от неожиданности застыла кровь. Но, помня о том, чем и кем он рискует, Гарри смог взять себя в руки. Чтобы ненароком не выказать своего присутствия, постарался как можно скорее подавить, подступающую к горлу, панику, и стал прислушиваться к происходящему, чтобы позже уже спокойно проанализировать случившееся. Он затаился в своём странном «укрытии» и, подавив собственные эмоции, сосредоточился на эмоциях Волан-де-Морта. Отвращение, раздражение и скопившаяся смертельная злоба Тёмного Лорда, липкой паутиной обволакивали всё вокруг и явственно ощущались даже в спёртом, тяжёлом воздухе помещения, делая его практически удушающим. Неизвестная Поттеру комната, в которой, в старинном кресле, восседал Волан-де-Морт, была довольно небольшой и мрачной. Даже, несмотря на яркое пламя в массивном камине, она казалась слишком тёмной и отталкивающе холодной. В ней не было и толики того величия и роскоши, к которым всю жизнь стремился Тёмный маг. И Гарри отчётливо ощущал, как это вынужденное пристанище угнетает Волан-де-Морта, навевая на него какие-то неприятные воспоминания о грязной лачужке из глубокого детства, и лишь скапливает в нём всё больше и больше раздражения и гнева, готовые вот-вот вырваться наружу. Где-то позади скрипнула дверь, и Поттер вдруг ощутил, как на змеиноподобном лице Волан-де-Морта проступила довольная улыбка. - Нагайна… Моя дорогая, - удивительно ласково прохрипел он, медленно откидываясь на высокую спинку кресла. Огромная, сверкающая толстой чешуёй, змея, обвившись вокруг его ног, опустила свою гладкую, узкую, треугольную голову на колени Хозяина и прикрыла глаза, ластясь к его руке. - Только ты радуешь меня среди всего этого сборища тупиц и никчёмных магов. Гарри поморщился от отвращения. Ему было не под силу спокойно и бесстрастно выносить вид этих слишком тонких и мертвенно бледных, почти отдающих трупной синевой, пальцев с длинными, желтовато-грязного цвета, ногтями, которыми Волан-де-Морт скользил вдоль чешуйчатого туловища, неторопливо поглаживая Нагайну. - М…мой Лорд, - послышался со стороны входа нерешительный, трусливо дрожащий голос. Мгновенно подняв голову и ощетинившись, змея угрожающе зашипела и начала медленно раскручивать свои толстые кольца. - Чего тебе, Хвост? – холодно спросил Волан-де-Морт, даже не сдвинувшись с места. Хвост упал на колени у порога и, причитая, на четвереньках пополз к его креслу. Поттер в своём «укрытии» сжал кулаки. Питер Петтигрю! Предатель, лизоблюд, который, по мнению Гарри, не меньше самого Волан-де-Морта, был причастен к гибели его родителей! Как могли Лили и Джеймс довериться этой мерзкой, гнусной крысе!? К своему удивлению и удовольствию, Гарри отметил, что и Тёмный маг также не питал особых симпатий к своему слуге, а даже наоборот - испытывал глубочайшее отвращение. Волан-де-Морта приводил в чистейшее бешенство один только вид этого трусливого, трясущегося за свою дрянную шкуру, существа, которое сейчас ползало у его ног, страшась даже взглянуть на своего Хозяина. Ему было противно, что этот бездарный крысёныш кичится тем, что принадлежит к числу грозных служителей Тёмного Лорда, хотя каждый раз шарахается и прячется в свой убогий, тёмный угол, когда за дело берутся настоящие Пожиратели Смерти. Да ещё и смеет думать своим ничтожным умишком, что ЕМУ, самому Волан-де-Морту, – одному из Величайших Тёмных магов в Истории – не станет известно об этом! Поттер ощутил, как едва притупившийся гнев Волан-де-Морта, с новой силой начал овладевать им. Но он выжидал и Гарри стал выжидать вместе с ним. Поручив Хвосту одно, хотя и заранее проигрышное, дело, он «великодушно» предоставил ему шанс доказать, что тот может сгодиться ещё на что-то, кроме как топтаться под ногами, присосавшись, словно скользкая пиявка, к чужой Славе. Правда, о том, что этот шанс станет для него последним, Хвост, естественно, не догадывался, а лишь наивно предполагал, что за своё новое «тело» Тёмный Лорд будет терпеть своего «ценного и преданного слугу» вечно. И, насколько успел понять Гарри, Волан-де-Морту просто нужен был один-единственный маломальский повод, чтобы покарать и навсегда избавиться от этого грязного, «блохастого» и невозможно жалкого падальщика. - Мой… Мой Лорд, я… - заикаясь от первородного страха и подползая ближе, пролепетал Петтигрю. - Ты придумал способ, как решить то важное дело, что я тебе поручил? – бесцветно поинтересовался Волан-де-Морт, водя длинным ногтем по подлокотнику кресла. - Мы… Я…пытался… Но… - Что «НО»?! - Волан-де-Морт неожиданно вскочил со своего насиженного места и свирепо впился в его, скрюченную на полу у своих ног, тушу, горящими, гранатового цвета, глазами. – Отвечай! Решил?! – напористо прохрипел он, «выворачивая наизнанку» все дрожащие внутренности Хвоста одним лишь своим притворно спокойным тоном. - Простите меня…Мой Лорд! Повелитель… Я не… - запищал Петтигрю, трусливо прикрывая голову грязными ручонками с почерневшими ногтями, - не смог…пока что…но… - Хватит! – рявкнул Волан-де-Морт, брезгливо отшвыривая его ногой. – Мне надоело ждать! Я давал тебе шанс проявить себя, Хвост, но ты им не воспользовался. Гарри начинало катастрофически не хватать воздуха. Находясь внутри Сознания Волан-де-Морта, он сам будто раскалялся от его нарастающей ярости и неудовлетворённой жажды мести. Ему с первых минут уже было ясно, что Хвост обречён, а Волан-де-Морту просто нужно было на ком-то спустить пар и дать выход эмоциям, пока его Силы медленно, но верно крепнут, набирая былую мощь. - Умоляю Вас, мой Лорд! Пощадите!– взмолился Петтигрю, снова подползая к его ногам и размазывая по толстым щекам брызнувшие из глаз слёзы. – Я же Ваш самый верный слуга! Это же я помог Вам возродиться… Неужели же… - ТЫ?! – преувеличенно изумился Волан-де-Морт. – Ты - ничтожество, Хвост! Пустое место! Ни на что не способная, старая крыса! Круцио! Петтигрю корчился на полу в муках, а Тёмный маг, довольно усмехаясь, только усиливал и усиливал воздействие Непростительного заклятия, подпитывая его своим гневом. Хвост извивался и оглушительно визжал, моля о прощении, но его крики лишь раззадоривали мучителя. И хотя Поттер в глубине души был рад его страданиям, но всё равно крепко жмурился, сожалея, что не может заодно заткнуть и уши, чтобы не слышать этот мерзкий голос. Неожиданно всё прекратилось, и Петтигрю свернулся клубком, тихо охая, скуля и подвывая от боли. Резко развернувшись к двери, Волан-де-Морт опустил палочку и уже без прежней озлобленности посмотрел на только что вошедших. - Северус! Люциус! – радушно поприветствовал он их. – Вы подоспели как раз к самому интересному! – и был чрезвычайно доволен тем, что у его маленького представления, наконец, появилась достойная публика. Казавшиеся спокойными и сдержанными, мужчины учтиво склонили головы в знак ответного приветствия и признательности, за оказанную им честь, и одновременно перевели взгляды на Петтигрю. На их лицах синхронно отразилось презрение, и оба едва заметно, брезгливо искривили уголки губ. По всей видимости, в отношении Хвоста, у всей троицы преобладало абсолютно идентичное мнение. И только их глаза таили на самом своём дне весьма различные эмоциональные оттенки… Алые, со змеиным прищуром, и вынужденно ставшие для Поттера его собственными, пылали неподдельной злобой и искрились азартным блеском предвкушения скорой расправы. Чёрные, как смоль, глаза Северуса взирали почти отстранённо, лишь холодно поблёскивая в полумраке помещения и умело скрывая всё своё истинное омерзение и ненависть к этой жалкой, недостойно корчащейся у их ног, твари, участь которой, очевидно, уже давно была предрешена Тёмным Лордом. А вот серые… Гарри почему-то показалось странным неожиданное оцепенение Люциуса. Он осторожно постарался отгородиться от эмоций и мыслей Волан-де-Морта и присмотрелся повнимательнее к Люциусу. Серые, практически прозрачные, как стекло, глаза Люциуса, доставшиеся в наследство Его Драко, но, в то же время, так разительно не похожие на сыновние, были непривычно широко распахнуты. Наряду с неприязнью и презрением, в них то и дело угадывалась тень страха и неуверенности в чём-то, что Люциус тщательно старался скрыть от своего Повелителя. И если Волан-де-Морт в этот момент был всецело поглощён упоением своего превосходства и власти над Судьбой Хвоста, не замечая реакции остальных, то вот от Поттера не ускользнуло ни одно мимолётное изменение во взгляде, обычно отчуждённых и гордо сверкающих холодным величием, серых глаз Люциуса Малфоя. - Я как раз спрашивал нашего общего друга, - чересчур мягко пропел Волан-де-Морт, плавно, будто проплывая по воздуху, огибая Петтигрю и шурша складками тёмно-серой мантии, - справился ли он с тем важным заданием, которое я ему поручил? – он выдержал паузу, наполняемую только тихим поскуливанием Хвоста, и прелюбезно улыбнулся. – И как вы думаете, друзья мои, что он мне ответил? – его змеиное лицо вытянулось, словно он и впрямь не знал ответа, а Снегг с Малфоем, впрочем, как и Гарри, мгновенно напряглись, уже догадываясь о том, что последует далее. - М…Мой Лорд… - слабо пискнул Петтигрю, видимо, тоже сообразив, что времени для оправданий у него осталось мало. - МОЛЧАТЬ! – взревел Волан-де-Морт, мгновенно растеряв весь свой миролюбивый тон. – Я не давал тебе слово! Круцио! – и Петтигрю вновь пронзительно закричал, катаясь в муках по полу. Немного успокоившись, Тёмный маг глубоко вдохнул, изящно взмахнул волшебной палочкой и продолжил вести диалог с самим собой: - Где же твои манеры, Хвост?! Ах, даа… - спохватился Волан-де-Морт так искренне, что едва не хлопнул себя по лбу. Но уже в следующую секунду взгляд его алых глаз стал жёстким и беспощадным. – У тебя же их никогда и не было! – гневно раздувая змеиные щёлки ноздрей, ожесточённо прорычал он, сквозь озлобленный оскал. Но неожиданно снисходительно вздохнул, резко выпрямился и обратился уже к своим гостям: - Итак. Может быть тогда ВЫ порадуете меня хорошими известиями? Как насчёт тебя, Люциус? По спине Малфоя прошёлся холодок, но голос его не дрогнул: - Мой Лорд, - он учтиво склонил голову с длинными, чуть ниже плеч, прямыми белоснежными волосами, и Гарри уловил в мыслях Волан-де-Морта резкий укол зависти и раздражения за то, что ему самому уже никогда не похвастаться подобной роскошной и ухоженной шевелюрой, как в былые времена. - Мы с Северусом только что вернулись из окрестностей Лондона, - тем временем продолжал свою речь Малфой, - чтобы доложить о последних успехах. Нам удалось завербовать несколько новых и весьма влиятельных в Англии родов, которые выразили желание присоединиться к Вашим последователям. - Великолепно! – широко улыбнулся Волан-де-Морт, обнажая верхний ряд мелких, заострённых, как у акулы, зубов. – От Беллы тоже есть вести? – словно и не сомневаясь в том, что ответ обязательно будет положительным, как бы невзначай проронил он и направился к своему креслу, куда тут же поползла Нагайна. - Да, Мой Лорд, - кивнул Малфой, настороженно следя за скользящей по полу змеёй. – Мы как раз встретили Беллатрису и остальных сегодня утром. Им удалось найти почти всех неверных на юге Англии. Сейчас они с отрядом Ваших верных слуг передвигаются на юго-восток, зачищая территорию и налаживая старые связи. Думаю, что как только Вы закончите свои дела здесь, они уже успеют вернуться, и Вы в полной мере сможете распорядиться ими на своё усмотрение. - Чудесно! Это действительно приятные новости, - прохрипел Волан-де-Морт, поглаживая свою любимицу. – А как твои личные успехи на политическом поприще, Люциус? Малфой слегка приподнял подбородок... Зная, что за определённые успехи тебе не грозит в любой момент получить порцию Круцио, говорить с Тёмным Лордом становилось менее волнительно. - Совет выказал своё согласие практически по поводу всех, внесённых мною, предложений, - с гордостью и лёгкостью рапортовал он. - И, я уверен, что, благодаря некоторым моим действиям и хорошим связям, нам будет оказана всяческая поддержка в их скорейшем узаконивании. - Браво, Люциус, - напрягая связки, сипло похвалил его Тёмный Лорд, хотя Гарри при этом не почувствовал в мыслях Волан-де-Морта особого восторга. У него, напротив, сложилось стойкое ощущение разочарования, будто тот на самом деле не отказался бы сегодня выместить своё дурное настроение не только на таком малоинтересном экземпляре, как Хвост, но и на ком-нибудь ещё. А кандидатура Люциуса Малфоя, с его благополучной семейкой, так быстро смирившейся со смертью Своего Повелителя и припеваючи жившей все эти годы в роскоши и спокойствии, вполне годилась на эту роль... Но, к глубочайшему сожалению Волан-де-Морта, Малфой не подал ему для преждевременной расправы должного повода. Пока его устраивало то, что Люциус был чрезвычайно полезен ему в делах политических (по крайней мере, до тех пор, пока они не сломят сопротивление Министерства и Аврората). А то, что тот слишком сильно дорожит благополучием своей семьи и пойдёт ради них на что угодно, Волан-де-Морт со злорадным удовольствием видел даже невооружённым глазом. Поэтому он пока тешил себя уверенностью в том, что в лице Люциуса он одновременно приобрёл исполнительного и, как ни крути, умного пса. - Всё-таки ты оказался достойным помощником. В делах политики и дипломатии тебе нет равных! - в конце концов, весьма миролюбиво заключил Волан-де-Морт. Люциус свободнее расправил плечи, но уже в следующее мгновение вновь напрягся – было ещё кое-что, о чём он не сообщил своему Повелителю... - Благодарю Вас, Мой Лорд, - слегка склонил голову Малфой и внутренне приготовился к любой реакции. – Я рад, что сумел угодить Вам. Но дело продвигалось бы ещё скорее, если бы нам по-прежнему не мешал Альбус Дамблдор. Даже несмотря на то, что моими усилиями его сняли с поста Президента Международной Конфедерации магов, Дамблдор, к моему глубочайшему сожалению, по прежнему остаётся довольно значимой фигурой для магического сообщества и… - Люциус не успел закончить фразу, как Волан-де-Морт прервал его и, вполне ожидаемо, взорвался от негодования: - Опять Дамблдор! Он стоит на моём пути уже слишком давно и только попусту оттягивает время со своими жалкими попытками нарушить мои планы! К тому же, у меня есть весьма серьёзные подозрения, что этот дряхлый старикашка, возомнивший себя Великим Светлым волшебником, что-то сделал с нашим драгоценным Гарри Поттером… - часто дыша, Тёмный Лорд обвёл всех присутствующих злым, прищуренным взглядом, а Гарри в его Сознании почти перестал «дышать», испугавшись, что Волан-де-Морт каким-то образом сможет «почуять» его присутствие. Никто в комнате не смел издать и звука. Даже Хвост, сжавшись на полу в ничтожный комок, прекратил скулить и неразборчиво вымаливать для себя пощады. Наконец, взгляд Волан-де-Морта немного смягчился, и он задумчиво проговорил, будто, озвученные вслух мысли, могли привести его к долгожданной разгадке: - В последнее время, мне отчего-то никак не удаётся пробиться в его мысли… Хотя сегодня днём я что-то такое почувствовал… как будто какой-то слабый всплеск агрессии… В прошлый раз он был намного ярче, но тогда Дамблдор, видимо, предусмотрительно накачал мальчишку зельем «для сна без сновидений»… А жаль…было бы любопытно поиграть с его наивными юношескими эмоциями. Наш Гарри такой ранимый мальчуган, - саркастично прохрипел Тёмный маг, словно и впрямь проникся сочувствием, но уже в следующее мгновение враждебно и желчно рассмеялся. Его противный, сипловатый смех, эхом отрикошетил от стен помещения, дроблёными осколками впиваясь в Сознание Гарри так явственно, что тому ещё больше захотелось поскорее «уйти» отсюда и смыть с себя всевозможными способами это мерзкое ощущение. Но, ради своего же блага, он остался неподвижен и постарался абстрагироваться от ситуации, переключив всё своё внимание на остальных присутствующих, чтобы не выдать собственного волнения. По глазам Люциуса Малфоя было явно заметно, как он обрадовался тому обстоятельству, что планы Тёмного Лорда никоим образом не касались ни его семьи, ни его лично. И всем своим высокомерно-ехидным видом он охотно выражал поддержку словам своего Повелителя, правда, вместо откровенной улыбки, предусмотрительно обезопасил себя, лишь коротко приподняв уголки губ. А вот реакция Снегга Поттера очень удивила, если даже не сказать, поразила… Будучи абсолютно уверенным в том, что декан Слизерина ненавидит его всеми фибрами своей крохотной, тёмной душонки, Гарри было невдомёк: отчего, после слов Волан-де-Морта, ресницы Снегга так внезапно и нервно взметнулись к дрогнувшим бровям, меж которых сразу же залегла глубокая, неспокойная складка, выдавая его необъяснимо странную реакцию. Но Гарри не успел додумать эту мысль, как Тёмный Лорд неожиданно сам оборвал свой противный смех и со всей серьёзностью вперил подозрительный, алый взгляд в напряжённую и настороженную фигуру Снегга. - Северус, - почти любовно обратился к нему он, продолжая улыбаться одними губами, - может у тебя есть какие-нибудь мысли по этому поводу? Забывшись, Поттер негодующе сжал кулаки. «Только попробуйте ему рассказать!» - вертелось у него на языке, но, мгновенно ощутив взволнованный отклик на проявление подобных эмоций в мыслях Волан-де-Морта, Гарри снова вынужденно и обречённо притих. - Я думаю, Дамблдор начал изучать с мальчишкой Окклюменцию, - после некоторой паузы, спокойно заговорил Снегг, с достоинством выдерживая пристальный и испытывающий взгляд Тёмного Лорда. При этом он звучал настолько бархатно и размеренно, что Поттер тут же параллельно ощутил, как каждый звук его голоса, будто мистическим образом, убаюкивая остальные эмоции, успокаивающе и умиротворяюще воздействует не только на него самого, вынуждая забыть о досаде за длинный язык его обладателя, но и, странным образом, на Волан-де-Морта. С энтузиазмом подростка, Тёмный Лорд подался вперёд в своём кресле и, заинтересованно приподняв безволосые надбровные дуги, стал заинтересованно водить и постукивать пальцами по подлокотнику кресла. - Так-так, - задумчиво просипел он. – Это уже любопытно. Продолжай, Северус. - Даже, если Дамблдор задумал чему-то обучить мальчишку, то я глубоко сомневаюсь, что Поттеру под силу будет освоить и толику тех знаний, которыми обладает Альбус Дамблдор! После появления Поттера в Хогвартсе, очень скоро мне стало ясно, как день, что у мальчишки нет ровным счётом никаких необыкновенных талантов, - Снегг на секунду прервался, пренебрежительно растягивая губы в полуулыбке и подмечая довольный блеск в глазах Тёмного Лорда. – Несколько раз ему удавалось выкрутиться из крайне сложных ситуаций, благодаря удачному сочетанию необъяснимого везения и помощи талантливых друзей. Сам он – полнейшая посредственность! Хотя заносчив и самодоволен, как и его покойный отец, - последнее предложение Снегг произнёс довольно пылко и несдержанно, и, опомнившись, сменил тон только, когда услышал, как рядом с ним тихо хмыкнул Люциус. - Я просто хочу сказать, Мой Лорд, что Гарри Поттер не такой уж и способный ученик, чтобы осилить, а тем более, освоить подобные навыки. Всё, чего у него в избытке, так это горячности и тщеславного героизма! – Снегг вновь скрежетнул зубами, но эта заминка получилась настолько короткой, что её практически никто не заметил. – А в остальном – он полнейшее «НИЧТО». Уверяю Вас, Мой Лорд, в скором времени Вам не о чем будет беспокоиться! Вы ведь уже сумели придумать отличный способ, чтобы преодолеть его кровную защиту, и теперь можете спокойно прикасаться к нему… - Волан-де-Морт слегка склонил голову к плечу, словно сомневаясь в неожиданном красноречии Снегга, но прерывать его не стал. – Дамблдор доверяет мне, - с нажимом произнёс Снегг, с достоинством выдерживая испытывающий взгляд алых глаз. - Поэтому я, с Вашего позволения, намерен сегодня же вернуться в Хогвартс, чтобы выведать для Вас всю необходимую информацию и доложить о сложившейся ситуации. При последней фразе Гарри вдруг расслабился и уже посмотрел на Снегга с удивлением: Снеггу ли не знать «о намерениях Дамблдора», когда он сам лично занимался с ним Окклюменцией и помогал в поисках крестражей!? И ему вдруг стало понятно, что за «игру» так умело вёл изворотливый и хитрый декан Слизерина. Теперь уже Поттер и сам с неподдельным интересом стал ожидать дальнейших слов Снегга, хотя всё ещё чувствовал обиду и негодование за его резкие высказывания в адрес своего отца. - И к тому же… - продолжая свою речь, Снегг опять запнулся и с затаённой, смертельной злобой в глубине чёрных глаз, уничижительно покосился на притихшего Петтигрю. – Мне кажется, я уже знаю, как решить то дело, которое не смог выполнить для Вас Хвост. С завтрашнего дня, если Вам будет угодно, то я почту за честь выполнить и это Ваше поручение! Петтигрю испуганно прижал к груди свои крысиные «лапки», одна из которых уже была и вовсе не его, больше напоминая стальную перчатку, и протестующе замотал головой, с ненавистью поглядывая на Снегга, но не смея без разрешения своего Повелителя открыто ему перечить. - Хорошо! – неожиданно для всех, Волан-де-Морт вскочил со своего места и пошёл в направлении камина. – Я верно всегда думал, что ты, мой дорогой Северус, не зря до сих пор водишь тесную дружбу с нашим дорогим Альбусом Дамблдором и прозябаешь в неприступных, - он резко обернулся и, вскинув вверх указательный палец, с дьявольски довольной улыбкой поправил сам себя: - пока неприступных стенах Хогвартса! Значит, с завтрашнего утра и приступай! - Но, М…Мой Повелитель… - в отчаянии пробормотал Петтигрю, подползая ближе к его ногам. И, судя по тому, как медленно начала сползать с лица Волан-де-Морта звериная улыбка, а его торжествующий и одновременно переполненный ненавистью взгляд, стал стремительно наливаться насыщенным, кроваво-красным цветом, это было последним, роковым промахом услужливого Питера Петтигрю… - Ты слышал, Хвост? – с напускным спокойствием спросил его Волан-де-Морт.- Вот так нужно относиться ко всем заданиям, которые Я поручаю выполнить! - Молю Вас, Мой Лорд… - унижаясь, и задыхаясь от страха, Петтигрю встал перед ним на колени и, прямо как домовой эльф, принялся биться головой о грязный пол, беспрестанно причитая: - Пощадите, Повелитель! Я сделаю всё! Всё, чтобы Вы не пожелали! Молю Вас… - Ты так жалок, Хвост, что мне даже мерзко смотреть на тебя, не то, чтобы и дальше терпеть твоё враньё и твою вонь! – Волан-де-Морт ожесточённо раздул свои змеиные ноздри и с презрением отступил от Петтигрю на пару шагов назад, брезгливо выдёргивая из его скрюченных пальцев по́лы своей мантии. – Даже для доносчика, ты настолько отвратителен и ничтожен, что только оскверняешь своим присутствием даже эту нищенскую комнату! Я более не нуждаюсь ни в каких твоих услугах! – с чувством проговорил Тёмный Лорд и, набрав в лёгкие воздуха, с удовольствием выкрикнул: - Авада Кедавра! Яркий зелёный луч Непростительного заклинания вырвался с конца палочки Волан-де-Морта, осветив безучастное лицо Люциуса Малфоя и обманчиво бесстрастное - Северуса Снегга. Будто под завязку набитый отходами мешок, Хвост бездыханно рухнул на спину и уже навсегда закатил свои маленькие, водянистые глазки. В тот же миг, онемевшего от всего увиденного и услышанного, Поттера оглушил, раздирающий барабанные перепонки и переворачивающий всё внутри, раскатистый и ужасный смех Волан-де-Морта… *\\*\\* - Гарри! ГАРРИ! Да чтоб тебя… ПОТТЕР!!! Проснись же ты, наконец! ГАРРИ! Шумно хватанув ртом воздуха, Поттер распахнул, зеленющие с расширенными зрачками, глаза и, мученически застонав, прижал дрожащие пальцы к своему шраму на лбу – голова его просто раскалывалась, на несколько гудящих частей, от острой, так скоро напомнившей о себе, боли. После того, как в его жизни прочно обосновались глубокие чувства к Драко, а Дамблдор начал усиленно заниматься с ним лично, ему каким-то образом удавалось изолировать свои мысли от вторжения Волан-де-Морта и собственных "путешествий" по глубинам сознания Тёмного Лорда. Он почти успел отвыкнуть от этого ужасного ощущения, будто его мозг выскребают тупой, ржавой ложкой прямо из черепной коробки. И до вчерашнего дня Гарри вполне успешно удавалось обуздывать и сдерживать всплески своей Стихийной Магии и чрезмерные проявления эмоции. Так что, в последнее время, Поттер забывался спокойным, глубоким сном, где ему грезились прекрасные серые глаза Драко, его прохладные, изящные руки и пылкие, отзывчивые губы. Но, видимо, вчера он всё-таки допустил непростительную ошибку… Гарри всё никак не мог придти в себя, пытаясь усмирить взбеленившийся пульс, и уже обеими руками неистово тёр свой лоб, всё ещё покрытый испариной. Помогая ему сесть, не на шутку перепуганный Малфой пытался добиться от него хоть каких-то внятных объяснений: - Гарри, да что случилось?! Что это было? – одной рукой обнимая его за спину, другой Драко без устали поглаживал его напряжённую руку, но тот лишь тяжело дышал и, похоже, ещё не до конца осознавал: где в итоге оказался. - Поттер! - теряя терпение, прикрикнул на него Малфой. – Скажи хоть слово! Орёшь, как ненормальный, с утра пораньше, а я даже разбудить тебя толком не могу! Гарри! Да посмотри же ты на меня! – он привстал и встряхнул его за плечи. Поттер оторвал от лица руки и растерянно заглянул в, преисполненные тревоги, родные глаза Драко. - Гарри, - сглатывая, уже мягче попросил его Малфой, нежно прикасаясь к щеке, - объясни мне: что всё это значит? - Волан-де-Морт… - только и смог в итоге выдавить из себя Поттер и с силой провёл ладонью по своему побледневшему лицу. - Ч…что? Ты сказал..? – неверяще переспросил Малфой, и его руки, будто в оцепенении, застыли, перестав гладить и дарить, такое необходимое сейчас Гарри, ощущение реальности и успокоения. - Ты слышал, что я сказал, - повернувшись к Драко лицом, утвердительно заявил Поттер и тряхнул взлохмаченной головой. – Я снова был в Сознании Волан-де-Морта, - Малфой был так ошарашен, что уже даже не реагировал на то, как Гарри называл Тёмного Лорда. - Мои кошмары…вновь вернулись. Только теперь я – вынужденный пленник в его мыслях! - он удручённо уронил голову на грудь. – Значит, всё началось по новой… - Погоди, - голос Малфоя едва ощутимо задрожал, как и он сам, но Гарри этого не заметил. – То есть раньше…было как-то иначе? - Раньше я что-то видел, но все мои чувства и действия на самом деле принадлежали исключительно Волан-де-Морту. А теперь… - Поттер вцепился в свои всклокоченные волосы и стал несильно покачиваться взад-вперёд. – В этот раз я всё осознавал и даже каким-то образом научился реагировать на происходящее, но всё равно ничего не мог изменить, кроме как…выдать себя. - Значит, Тё… - Малфой запнулся и, нервно облизав губы, перефразировал вопрос: - Значит, он тебя не заметил? Не понял, что ты тоже был…там? - Похоже, нет… - вымученно мотнул головой Гарри. - Но…ты же, вроде говорил, что старик учит тебя Окклюменции? - пытаясь сохранять хладнокровие и не поддаваться панике, Малфой сел поудобнее, прикидывая в голове все возможные варианты развития событий. - Так и есть! Но уже не только Окклюменции! И до сих пор это работало! – неожиданно с чувством подтвердил Поттер, но в глазах его плескалось столько боли, что Драко так и застыл с приоткрытым ртом. – Видимо, Волан-де-Морт что-то почувствовал вчера, когда я сорвался на Рона, - продолжил он уже тише, словно рассуждая сам с собой. – И, скорее всего…это было чем-то…вроде, катализатора для возобновления этой…связи, - Поттер сгрёб в кулаках свои взъерошенные волосы и тихо застонал от бессилия. - Ты говорил вчера… - Драко поднял на него свои большие встревоженные глаза, - …что плохо контролировал себя из-за…злости на Уизли? - Да. Но ведь дело-то было вовсе не в нём, Драко! – Гарри вскинул голову, встречаясь с ним взглядом, и слова застряли у него в горле. Удушающий и леденящий кровь, страх за Драко захлестнул все его остальные мысли и чувства, крупными мурашками разбегаясь по коже. И, судя по тому, как Малфой тут же нахмурился, он безошибочно прочёл всё это в его взгляде и без лишних слов. - Даже слышать ничего об этом не хочу, Поттер! – упрямо прошипел слизеринец, ощетиниваясь и выпрямляя сгорбленную спину. – Не смей даже думать о том, что я отступлюсь! Я, вообще-то… - Драко! – почти сурово прервал его Поттер, резко развернувшись к нему всем корпусом и грубовато перехватывая в воздухе его узкое запястье. – Ты не хуже меня понимаешь, из-за чего, а точнее… - он сглотнул, делая маленькую паузу, и легонько приподнял правый уголок губ, - из-за КОГО это вообще стало возможным… Не хуже меня знаешь, что именно такого рода эмоции - ВПЕРВЫЕ за последние несколько недель! - заставили меня напрочь забыть о необходимости контролировать собственные чувства и оберегать все возведённые мысленные барьеры! И из-за этой чёртовой связи я опять, сам того не желая, очутился в его Сознании в момент, когда сам Волан-де-Морт уже не чаял её восстановить! Так что не надо доказывать мне, что ТЫ… - Ну, может и понимаю!? - Малфой возмущённо вырвал свою кисть из захвата и всплеснул руками. – И что из этого? - Не «может», а, я уверен: понимаешь… - Гарри примирительно погладил его щёку, пылающую протестующим румянцем. Вот таким растрёпанным и рассерженным, Малфой всегда казался ему не похожим на того засранца, каким виделся ему все предыдущие годы, а удивительно милым и даже трогательным, поэтому Поттер не смог сдержать мягкой улыбки. Хотя взгляд его всё равно неконтролируемо и неумолимо наполнялся искренним сожалением. Потому как его терзало и грызло изнутри глубочайшее раскаяние и чувство вины перед Драко за то, что из-за него мог снова пострадать очень дорогой ему человек. Отрывисто и шумно выдыхая через приоткрытые, дрожащие губы, Драко сидел слишком прямо и неподвижно. Медленно прикрыв веки, он молча пытался унять своё внутреннее раздражение на упрямого, вечно пытающегося кому-то что-то доказать, гриффиндурка! Но, как бы не протестовал Разум Драко против справедливо подмеченных аргументов, вызывая в нём жгучее желание оттолкнуть и послать Поттера куда подальше, он всё равно не смог заставить себя отстраниться от него и лишиться ласковых прикосновений его надёжных рук. - Это ты, Драко. Это был ты… - истерзав зубами нижнюю губу, задушено подтвердил Поттер все его самые худшие опасения. Худшие, потому что Малфой уже достаточно знал Поттера, чтобы понять: если тот упрётся «рогом», то этому идиоту может хватить ума «ради его же блага» отказаться от их отношений… И перспектива подобного разрыва отчего-то виделась Драко самым худшим из всего, что ему когда-либо приходилось переживать! Светло-русые ресницы Малфоя затрепетали, и он распахнул свои большие, охваченные искренним отчаянием, глаза: «Гарри смог бы от него отказаться? После всего..?» В горле неожиданно пересохло от ужаса, что следующая фраза Поттера будет именно об этом, и, лишившись из-за волнения дара речи, он невпопад попятился назад, скользя по простыни пятками и протестующе замотал головой. Гарри резко дёрнул Драко на себя. Видя его перепуганный взгляд, он плотно обхватил горячими ладонями его бледное лицо и зашептал сбивчиво и горячо в самые губы: - С Тобой ведь "чуть-чуть" не получается, Драко. Все чувства "на максимум"! - он слабо усмехнулся, но продолжил уже всерьёз: - Но если бы я вовремя не смог остановиться, то Волан-де-Морту вчера, наверняка, удалось бы до конца раскрыть подлинную причину такого неожиданного и сильнейшего всплеска моей Стихийной Магии. И тогда… - Гарри запнулся, уже в который раз сглатывая горький комок в горле. – С гиппогрифом - хвала Мерлину! – всё закончилось благополучно… Но вот из-за меня ТЫ мог пострадать ещё больше! А я… Я не могу этого допустить! Я просто никогда не прощу себе этого и не смогу жить, если… - Что за бред ты несёшь, Поттер!? – взъерепенился Малфой, вцепляясь в его руку тонкими пальцами с такой силой, что те мгновенно побелели. - Ничего же такого страшного не случилось! Никто никого не потерял. Плечо отлично зажило, а Тём… - он осёкся, быстро исправляясь: - А ОН ничего не смог разобрать в твоих мыслях. Я ведь правильно понял? Так что выключи эту свою самобичевальную, слезливую гриффиндорскую нудятину и прекрати киснуть! Надо думать, что даль… - Я не должен был… - слушая его только вполуха, Гарри обречённо мотал головой из стороны в сторону и крепко жмурил глаза. – ИЗНАЧАЛЬНО не должен был так рисковать Тобой! Если бы я тогда смог устоять…ты бы просто забыл… И всё могло бы… Со свистом втянув воздух, Малфой резко развернул его к себе лицом и, не терпящим возражений тоном, сказал: - Послушай меня очень внимательно, Поттер! Ты слышишь? Посмотри на меня! – настойчиво потребовал он. И только дождавшись, пока тот откроет глаза, уверенно продолжил: - Гарри, мы уже сотни раз обсуждали эту тему. И ты сам не раз говорил мне о том, что ровным счётом ничего бы не изменилось, если бы ТЫ и дальше продолжал маяться и игнорировать это дикое влечение между нами. Более того! Не думаю, что ты настолько близорук, Поттер, - Малфой даже позволил себе шутливо хмыкнуть при этом, - чтобы не заметить, что всё это, - он неопределённо взмахнул изящной кистью перед его лицом, - вообще-то…взаимно! Поттер робко улыбнулся его словам, и, почувствовав, как напряжение между ними начало медленно таять, Драко заговорил уже спокойнее, мягче и даже с толикой лёгкого флирта: - В конце концов, у меня тоже есть своё личное мнение! Чёрт побери, Поттер! Да я уже и сам поверил во всю ту ересь про Судьбу, нас с тобой и прочее, что ты нёс всё это время. Иначе, я бы не стал во время Хэллоуина подниматься за тобой на Астрономическую башню! Ты так старательно меня во всём этом убеждал, а теперь что же? Пойдёшь на попятную? – Малфой вздохнул и, прижавшись ко лбу Гарри своим, измученно опустил веки. - Даже не думай вот так, из-за какой-то мелочи, сейчас сдаваться! – говорил он, легонько потираясь кончиком носа о его переносицу. - Слышишь, Поттер?! Ты просто не имеешь на это никакого морального права! Драко вновь отстранился, чтобы заглянуть в его распахнутые, кажущиеся такими беззащитными без своих дурацких круглых очков, зелёные-презелёные, как сочная молодая листва, самые красивые глаза на Свете – глаза Гарри. – Хочешь быть благородным, Поттер? Так будь! И не решай за нас двоих! Ты всё время доказывал мне, что я себя обманывал! А сам? Посмотри же ты правде в глаза, Гарри! – Малфой заскользил прохладными ладонями вверх по чужой шее, устремляясь к затылку, и дыхание его коснулось приоткрывшихся, чуть потрескавшихся и искусанных губ Поттера. – Посмотри… Разве ты сможешь сейчас отказаться от всего этого? – голос его заметно поутих и сник от нахлынувших переживаний, и последний свой вопрос Драко прошептал уже почти беззвучно: - Сможешь…вот так просто отказаться… От нас? От…меня?! Между ними повисла долгая, мучительная для Драко, пауза. Наконец, Поттер тяжело вздохнул и, переместившись ближе к изголовью больничной койки, потянул на себя Малфоя. Драко опустился сверху на его бёдра, и закусил губу от столь интимной утренней близости, на которую, признаться честно, он уже и не рассчитывал. Острота восприятия ощущения обнажённого тела Гарри к рассвету лишь обострилась, и как бы Малфоя не беспокоило то, что до утреннего обхода у них уже практически не оставалось времени, он всё равно позволил себе ненадолго забыться и расслабиться в горячих и надёжных объятиях Гарри. Заботливо накинув на острые плечи Драко одеяло, Поттер скользнул ладонями по его тонкой талии и, сцепив пальцы за его спиной, выдохнул в притягательные розовые губы: - Ты прав, Драко… Мы не сможем друг без друга… - на губах Малфоя задрожала радостная, предвкушающая большее, улыбка, и, вместо ответа, он обвил руками шею Поттера. - Я не смогу без Тебя, Драко! Не смогу… Подтянув Драко ещё ближе к себе, Гарри преданно и лихорадочно вглядывался в его лицо. Не зная, что ещё можно было прибавить к их «сговору», Малфой зарылся пальцами в его, топорщащиеся во все стороны, волосы и сладко прильнул к губам Гарри утренним, неторопливым поцелуем. - Мдаа… Не таким я представлял себе доброе утро в объятиях Героя, - посмеиваясь, саркастично изрёк Малфой, откидываясь спиной на, согнутые в коленях, ноги Поттера. - Ох! Чёрт! – смех Гарри резко оборвался, и он в ужасе уставился на шею и, свободные от бинтов, участки кожи на груди Драко. - Что? Что опять случилось? – тут же всполошился Малфой, совершенно не понимая, откуда вновь пришла беда, и завертел головой, так быстро, что его длинные, достающие уже до подбородка, платиновые пряди подлетали в воздухе и хлёстко били его по впалым щекам. - Д…Драко, тут…такое дело… - едва сдерживая смех, Гарри прикрыл ладонью рот, усердно делая вид, что у него резко зачесались губы. - Что? Поттер, немедленно отвечай: В ЧЁМ ДЕЛО?!? – Малфой ринулся вперёд и, упираясь обеими ладонями в грудь Гарри, вперился в него требовательным взглядом. - Твоя…эмм…шея, - осторожно начал Гарри, отчаянно пытаясь напустить на себя виноватый вид, но широченная улыбка так и норовила растянуться на его лице чуть ли не до самых ушей. – Мерлин, Драко! Извини, я не… - А что с ней? Что с моей шеей не так? – Малфой лихорадочно зашарил по ней руками, пытаясь на ощупь определить её состояние. Но стоило ему бросить беглый взгляд на бесшумно давящегося от смеха и побагровевшего, как томат, Гарри, он и так понял всё без лишних объяснений. – ПОТТЕР! ТЫ СОВСЕМ ОХРЕНЕЛ??? – взревел он, будто сам не свой, и схватился за своё горло, словно его вид был чем-то до неприличия постыдным на общем фоне его чистой, практически нетронутой даже юношеской, мягкой щетиной, коже. – Ты понаставил мне засосов?!? - Я, честно… Не специально, Драко! – клятвенно оправдывался и божился Гарри, на всякий случай, положа руку на сердце. – Я ума не приложу, как это получилось! - Да я тебя лично прибью! – неаристократично взвизгнул Малфой, кинувшись вперёд, чтобы собственноручно придушить этого ржущего идиота. – Как ты мог? Что вообще за ребячество, Поттер!? Уворачиваясь от беспорядочных тумаков Драко и содрогаясь от смеха, Гарри только успел перехватить его за запястья, как рядом с койкой раздался негромкий хлопок аппарации. Как по команде, юноши замерли и одновременно повернули головы на звук. Драко тихо охнул. Он безошибочно узнал в, застывшем и вздрогнувшем при виде него, эльфе с подносом, уставленным несколькими тарелками и стаканом сока, своего бывшего домовика, который когда-то точно так же приносил ему по утрам завтрак в Малфой Мэноре и которого он не видел с тех самых пор, как Поттер обманом освободил его от долга службы. Спохватившись первым, Гарри, не глядя, зашарил по поверхности тумбочки растопыренными пальцами. По ходу чуть не сбросив на пол свою волшебную палочку, он наскоро и кривовато водрузил на нос свои круглые очки и, теперь уже точно убедившись в том, что перед ними застыл, как истукан, именно Добби, пару раз растерянно моргнул. - Добби, - одновременно произнесли парни, только Малфой с удивлением, а Поттер с явной опаской. - Гарри…П…Поттер? – недоумённо пискнул эльф и затрясся, как осиновый лист, так что все приборы на его подносе с завтраком, отозвались дружным перезвоном. Переводя взгляд с одного юноши на другого, он непонимающе таращился на них своими огромными, будто шары для Прорицаний, светло-зелёными глазищами, и, в конце концов, неверяще выдохнул: - Ссэр?! Как же… Как же это? Сэр Гарри…Поттер, - почти благоговейно пропел домовик и настороженно зыркнул на Драко. - И…и молодой х…хозяин?! То есть… Добби хотел сказать: бывший молодой хозяин! – почти озлобленно закончил он и, радуясь тому, что теперь мог делать и говорить представителю рода Малфоев всё, что вздумается, обиженно нахмурился. А когда, присмотревшись, Добби заметил, что бывший молодой хозяин схватил его обожаемого спасителя за горло, и запоздало сообразил, что Малфой при этом был явно настроен весьма враждебно в момент его появления, то эльфийский мозг воспринял эту картину вполне однозначно! В мгновение ока поднос с едой оказался на полу, а домовик, подпрыгнув на месте, встал в боевую позицию и, угрожающе отведя назад свои длинные ушки, выставил перед собой маленькую ладошку с растопыренными тоненькими пальчиками. - Уберите руки прочь от Гарри Поттера! – грозно глядя на Малфоя, взвизгнул он. – Гарри Поттер хороший! Он даровал Добби Свободу! Добби никому не позволит навредить Гарри Поттеру! - Добби, стой! – гриффиндорец грубовато спихнул Драко вбок и выставил в стороны руки, прикрывая его своей грудью. – Остановись! Драко не собирался меня обижать! - Но…но Добби видел, как молодой хо… ОН пытался Вас задушить, сэр! – заговорчески шепча, растерянно пролепетал домовик, всё ниже прижимая ушки к узеньким плечикам и от волнения практически привставая на цыпочки. - Неет! Нет, Добби! Ты всё не так понял! – Поттер ласково заулыбался, отрицательно тряся лохматой головой. - Драко… - он мельком глянул через плечо на опешившего Малфоя и быстро повернулся обратно к Добби. – Драко…он хороший! – но тут Малфой выглянул у него из-за плеча, и маленький эльф вновь ощетинился, отскакивая подальше. – Добби! – отпихивая Драко обратно себе за спину, постарался вновь привлечь его внимание Гарри. – Добби, ты мне доверяешь? - К…конечно, сэр! – мгновенно переключился на него домовик и на его личике отразилось такое возмущение из-за сомнения в его трепетной преданности, что Поттер заулыбался ещё шире. – Добби поклялся защищать своего друга – Гарри Поттера! Ведь Гар… - Добби, - Поттер замахал руками, прерывая его, и, приобняв Малфоя за талию, подтянул его ближе. – Запомни: Драко никогда не сделает мне плохо! Мы с ним вместе. Понимаешь? - Но ведь…молодой…М… - заикаясь, эльф непонимающе хлопал безресничными веками. - Добби! Поверь мне! Прошу тебя! Ты же мой друг, - делая акцент на последнем слове, Поттер состроил невинное выражение лица и такие «щенячьи» глазки, что губы, слишком сентиментального и доверчивого, эльфа тут же растроганно задрожали, а глаза-блюдца заблестели, наполняясь слезами. Гарри поправил край сползающего одеяла, прикрывая их с Малфоем наготу, и пристально посмотрев на эльфа, переспросил: - Ты же веришь мне, Добби? – тот судорожно закивал головой, колыхая длинными ушками. – Никогда не забывай о том, что я тебе сегодня доверил, как другу. Хорошо? Заламывая тонкие пальчики, эльф некоторое время искоса недоверчиво поглядывал на Малфоя, но, в итоге, утвердительно кивнул. - Хорошо. Добби не может отказать своему другу Гарри Поттеру. И раз Гарри Поттер просит, Добби будет нем, как рыба, и поверит своему другу на слово! - Спасибо, - широко заулыбался Поттер и смог, наконец-то, расслабленно выдохнуть. - Эмм, сэр? - вновь нерешительно обратился к нему домовик. – А разве Гарри Поттер болен? - Нет. С чего ты взял? - Но…если это не так… - мямлил Добби, ужасно смущаясь из-за вида двух полуобнажённых парней и неожиданной новости об интимных подробностях личной жизни своего кумира, - то почему Гарри Поттер здесь, в Больничном крыле, а не на завтраке? Вместе со своими друзьями? - Уже завтрак?! – вскинулся Поттер, вытаращив на эльфа глаза. Его вдруг осенило, что время-то отнюдь не резиновое, и он явно потерял ему счёт, как обычно, позабыв обо всём и всех рядом с Драко. Отбросив край одеяла, Гарри чертыхнулся, шокировав беднягу-Добби своим открывшимся видом, как говорится: «в чём мать родила», и, забравшись обратно, завертел головой, судорожно пытаясь вспомнить: куда он вчера засунул свои трусы?! Эльф тоненько пискнул и, окончательно смутившись и прижав к своим огромным, зажмуренным глазищам узенькие ладошки, быстро отвернулся к дверям. - А ты чего такой довольный? – делано возмущаясь, Гарри в шутку пихнул Драко в грудь и снова отвернулся. Тихо фыркнув себе под нос, Малфой завалился на бок и, продолжая с улыбкой наблюдать за ним, подпёр голову ладонью. Воспользовавшись моментом, Поттер прытко спрыгнул на пол и стал судорожно хватать с соседней койки свои вещи, попутно обращаясь к эльфу: - Добби, пожалуйста, ради меня, никому не говори о том, что ты сегодня здесь увидел и не забывай, что ты мне обещал! - Х…хо…хорошо, сэр, - домовик нервно кивнул, не смея обернуться и всё ещё пряча своё испуганно сморщенное личико в ладонях. - Спасибо, Добби! – сбивчиво поблагодарил его Гарри, не в силах совладать со своими запутавшимися штанинами и смешно прыгая на одной ноге. – Мордред бы побрал эти тряпки! Тогда до встречи, Добби? - До встречи, Гар… - но договорить Добби не успел, так как в этот самый момент дверь лазарета скрипнула, и он тут же в испуге щёлкнул пальцами, бесследно растворяясь в воздухе. - ВОТ ЧЁРТ! – синхронно вскинув головы и уставившись на появившуюся щель в дверном проёме, беззвучно выругались в унисон юноши. Судя по невнятным отголоскам фраз, мадам Помфри, повернувшись спиной ко входу, с кем-то беседовала за порогом, и это дало им спасительную фору в несколько драгоценных мгновений для манёвров. Буквально впрыгнув в школьные брюки, Гарри полушёпотом приказал Драко: «Ложись!», и, лихорадочно соображая, завертелся на месте, делая несколько вещей одновременно. Бросив на пол оставшиеся вещи, ногами стал запихивать их под койку Малфоя, а сам в спешке уже набрасывал на себя Мантию-невидимку. - Гарри! – тихо окликнул непривычную пустоту Драко. – Твоя палочка! Из ниоткуда высунулась ладонь Поттера с растопыренными пальцами, выхватывая из руки Малфоя волшебную палочку, и, выдохнув торопливое: «Спасибо!», Невидимка юркнул под его кровать. Встав на четвереньки, Гарри сгрёб в скомканную кучку все захваченные вещи и наскоро прикрыл и себя и их краями волшебной Мантии. Подтянул колени к груди и, обхватив свой скарб руками, улёгся на него животом. Мысленно удивляясь, запредельной для себя скорости сборов, Поттер удостоверился, что всё вроде бы в порядке, и только тогда смог выдохнуть более-менее спокойно. - Эй, Герой! – услышал он насмешливый шёпот Малфоя и в то же мгновение слева от него что-то легонько плюхнулось с больничной койки на пол. – Это тоже твоё! Гарри повернул голову и, узнав в смятом комочке ткани собственные «сбежавшие» трусы, сдавленно захихикал. - Чего ржёшь? – вновь услышал он голос Драко, который тоже явно улыбался. - Спасибо. Можешь не шептать. Я же вчера Заглушающие поставил. А! И, кстати, твои пижамные штаны тоже тут. - КАК?! – совсем неаристократично пискнул Малфой, удивлённо подпрыгивая на матрасе. Но, тут же свесив с кровати свою растопыренную ладонь, нетерпеливо и властно потребовал: - Отдай! - Не-а! – самодовольно ухмыльнулся Гарри, пятясь назад, поближе к изножью кровати, вместе со всем своим «честно нажитым добром», как разбитая ревматизмом черепаха. - Поттер, скотина! – угрожающе и отрывисто зашипел на него сквозь сцепленные зубы слизеринец. - Я точно тебя… - но в этот момент мадам Помфри с кем-то добродушно и громко попрощалась и, полностью открыв дверь, наконец-таки, вошла внутрь со счастливой улыбкой на лице. - Всё! – заключил Гарри. – Я снимаю Заглушающие чары, а то она тебя не услышит, - и под весьма недовольный, глухой рык сверху, он взмахнул волшебной палочкой и затаился под Мантией-невидимкой. - Доброе утро, мистер Малфой! – жизнерадостно поприветствовала своего пациента целительница, останавливаясь у его постели. - Доброе, - недовольно буркнул Драко, поспешно натягивая одеяло до самого подбородка («Спасибо огромное, Поттер! Тупой идиот!») - Как Вы себя чувствуете? – не обращая внимания на его скверное расположение духа, всё также дружелюбно продолжила мадам Помфри. - Лучше некуда! – насупился слизеринец. - О, Вы ещё не позавтракали? – она подняла с пола поднос с едой и поставила его на соседнюю койку. – Ну, ничего. Ещё успеете. Давайте-ка, я осмотрю Вашу рану… Мадам Помфри только взялась за уголок его одеяла, как Драко несолидно взвизгнул: - НЕТ! – и вжался всем телом в матрас. Гарри под кроватью прыснул от смеха в сжатый кулак, отчётливо представляя его выпученные в немом испуге глаза и затравленный взгляд. - Нууу…ладно, - несколько оторопело успокоила больше себя, чем Малфоя, целительница и, озадаченно воззрившись на него, отступила на шаг. - Со мной всё в полном порядке! Ничего и нигде не болит! – тараторя, отрапортовал Драко, осторожно высунув из-под одеяла одну руку и демонстративно взмахивая ею. - И вообще… - резко выдохнул он, - выписывайте меня! «Чтобы я мог поскорее прибить Своего шутника-гриффиндурка!» - добавил он уже мысленно. - Тогда, - находчиво встрепенулась мадам Помфри, - я проведу общий осмотр. А там…решим. Она начала водить над Малфоем своей палочкой, применяя Диагностические чары, и внезапно нахмурилась. - Мистер Малфой, Вы чем-то взволнованы? - Нет, - слишком торопливо выпалил тот в ответ, вцепившись в край одеяла побелевшими пальцами. - Но Ваш пульс…просто зашкаливает! Это может быть признаком развивающейся тахикардии… - СО МНОЙ ВСЁ В ПОРЯДКЕ! – делая акцент на каждом слове, повысил голос Малфой, но видя растерянный вид мадам Помфри, постарался взять себя в руки. – Правда! Я прекрасно себя чувствую. Ваши зелья отлично справились. Просто отпустите меня! Мне…мне… Но тут на пороге лазарета появился декан Слизерина, и Драко еле сдержался, чтобы не закатить глаза и не застонать в голос от досады: «Да они что здесь все? Сговорились что ли?!». Но уже в следующую секунду ему в голову пришла одна блестящая идея, и он находчиво закончил прерванную фразу: - …Мне нужно срочно проверить свой проект по Зельям! Правда, профессор? Вместо Малфоя, глаза закатил уже Поттер, по словам Драко догадавшись, кто ещё пожаловал в Больничное крыло, и вымученно уронил голову на руки. Стоя на четвереньках в расстегнутых брюках на голое тело, он внутренне умирал со смеха над комичностью этой вынужденной ситуации. Особенно, когда представлял, как шокировано вытянулись бы сейчас лица его друзей, узнай они о том, в каком щекотливом положении вынуждено застрял - под пыльной койкой Малфоя! - их Национальный Герой! И как его так угораздило проспать? Хотя Гарри признавал, что «главной причине», лежащей несколькими сантиметрами выше над его головой, нервно ёрзающей из-за переизбытка внимания к собственной персоне непрошенных визитёров и поскрипывающей прогнувшимися пружинами больничной койки, наверняка, сейчас было ещё более неловко, чем ему. Беззвучно содрогаясь от смеха, Поттер широко улыбался: Драко определённо стоил всех этих неудобств! Когда пара начищенных чёрных ботинок профессора Зельеварения остановилась рядом со светлыми туфельками мадам Помфри, Поттер подавился очередным смешком и осторожно подтянул к себе, раскинувшиеся по полу, края Мантии-невидимки. Повёл слегка затёкшими плечами и, неловко переступив с коленки на коленку, вновь принялся смиренно ожидать окончания «аудиенции». - Правда, мистер Малфой, - сдержанно кивнул Снегг, подтверждая слова Драко, и его чёрные сальные пряди качнулись вперёд, мазнув по нездорово-бледным скулам. – Только Вы забываете о том, что Ваш напарник, - словно ругательство процедил он, - не меньше Вас ответственен за этот проект, - Малфой нахмурился, уже предчувствуя, к чему клонил его крёстный. – Поэтому мистер Поттер вполне может присмотреть за зельем и без Вас! – с некоторым укором в голосе закончил зельевар и завёл руки за спину. - Но я пришёл не за этим. Мне необходимо переговорить с Вами кое о чём, - Снегг весьма красноречиво покосился на мадам Помфри и, поняв, что та не намерена просто так покидать свой пост, с нажимом добавил: - Наедине. - Конечно, профессор, - во рту у Драко резко пересохло, и он попытался незаметно сглотнуть. Когда мадам Помфри всё же вышла за дверь, Снегг обратился к Драко ровным, бархатистым голосом: - Я виделся с Вашим отцом. Малфой напрягся, сильнее вжимаясь спиной в матрас, а Гарри сжал пальцы в кулаки, внезапно вспомнив всех участников своего сегодняшнего «сна». - Правда? И как он? – Драко хотел, чтобы голос его казался беспристрастным, но Поттер прекрасно понимал, что в свете последних событий, это давалось ему куда сложнее, чем раньше. - Он сейчас очень занят и, к сожалению, я не успел с ним переговорить о вчерашнем инциденте, так как узнал о нём только по возвращении в Хогвартс. Как Ваш декан, я обязан информировать Ваших родных о случившемся. - Нет! – тут же протестующе замотал головой Драко, нервно перехватывая пальцами края своего одеяла. – Не говорите им ничего, профессор. Не́зачем беспокоить отца по таким пустякам! - «По пустякам»!? – выдрессированное годами своей запутанной и опасной «игры» на несколько фронтов, титаническое самообладание Снегга на долю секунды непредвиденно дало трещину, и его тёмные брови изумлённо взлетели вверх. - Я не узнаю Вас, мистер Малфой. На моей памяти это впервые, когда Вы добровольно отказываетесь от такой прекрасной возможности заставить мистера Уизли понести справедливое и суровое наказание! Вынужденный бездействовать и не вмешиваться, Гарри беззвучно ругался про себя и всё сильнее стискивал челюсти. Он не совсем понимал, почему Драко так рьяно отказывается сообщать о произошедшем Люциусу, но после слов Снегга, его собственные, поутихшие, после этой дивной ночи, негативные эмоции из-за поступка Рона, вновь всколыхнули в нём волну негодования. - Из-за него Вы оказались на больничной койке! - тем временем продолжал гнуть свою линию Снегг. - И, зная Вас с раннего детства, я поражён Вашему… - он на мгновение прервался и, цинично усмехнувшись, с нажимом произнёс: - благородству… Малфой тоже не сдержал понимающей усмешки, мысленно соглашаясь с ним, но, как бы это не выглядело со стороны, у него были личные причины поступать именно так. Тем более, когда главная из них, а точнее - единственная, прямо сейчас сидела под его кроватью и могла всё прекрасно слышать! - Так что, как Ваш декан… Чтобы сдержать "крик души", Поттер в отчаянии зажал руками уши и поэтому не услышал, как голос Драко до неузнаваемости надломился, когда он вдруг сбивчиво перебил Снегга: - А как мой крёстный? – и с вызовом посмотрел прямо в непроницаемые чёрные глаза, так что Снегг даже ошеломлённо замер с приоткрытым ртом. – Я же уже сказал: я не желаю делать никаких официальных заявлений! Я – Малфой! – даже несмотря на некоторые неудобства и не совсем презентабельный вид, Драко, насколько ему позволяло натянутое чуть ли не до самых ушей одеяло, гордо вскинул подбородок. – Я достаточно взрослый и не намерен ныть из-за какого-то несчастного случая с дикой полуптицей! Снегг слегка переместился, подходя ближе, и медленно обвёл своего – такого неожиданно решительного и незнакомого! - крестника изучающе прищуренным взглядом. - Ты…очень изменился, Драко… Неужели это совместная работа с Поттером так кардинально изменила твой вздорный характер? – но не успел Драко и рта раскрыть, как Снегг шумно выдохнул и отступил обратно, в мгновение ока вновь превращаясь в немногословного, угрюмого и сурового зельевара. – В таком случае, я покидаю Вас, мистер Малфой. У меня ещё дела. - Всего хорошего, профессор, - в тон ему произнёс слизеринец и, нерешительно прикусив губу, всё же добавил: – И…спасибо за заботу. Снегг только коротко кивнул в ответ и, развернувшись на каблуках так резко, что тяжёлая дорожная мантия хлёстко ударила его по икрам, быстро покинул помещение. Как только дверь за ним закрылась, Малфой тут же зашипел: - Поттер, вылезай! Ничего не произошло. Драко настороженно прислушался («Не мог же он уйти?!»). Он выждал ещё пару мгновений, но лазарет был погружён в такую абсолютную и жуткую тишину, что ему даже стало как-то не по себе. - Поттер! Я кому говорю!? – Малфой нахмурился. – Поттер, ты где вообще? Уснул что ли? Не дождавшись ответа, он свесился с края кровати, заглядывая вниз, и тут же получил лёгкий шлепок по ягодице с другой стороны. - Да здесь я, конечно! – задорно засмеялся Гарри. – И, кстати, можешь не шептать – я снова выставил Заглушающие чары. Весело и широко улыбаясь, Поттер одной рукой, придерживал край волшебной Мантии, которая была наброшена ему на голову и свисала до самого пола, полностью скрывая его со спины, а под мышкой другой зажимал спутанный комок пыльных вещей. Вскинувшись от неожиданного шлепка, Малфой хотел было возмутиться столь наглому рукоприкладству. Но стоило ему развернуться к Гарри лицом и, как-то на автомате, упереться взглядом во все его «прелести», интригующим и манящим холмиком выпирающие через полурасстёгнутую ширинку, как зрачки его мгновенно расширились, а все заготовленные ругательства застряли где-то на полпути к горлу и обратились в жар, подступающего к низу живота, вожделения… - Ты иногда такой…такой… - но, поняв, что просто не может долго злиться на Гарри, когда тот так соблазнительно улыбается и сияет своими хризолитовыми глазами, сокрушённо выдохнул и просто сменил тему: - Штаны отдай! Безропотно выудив его пижамные штаны из общего вороха вещей, Гарри предусмотрительно очистил их заклинанием и вернул хозяину. - Сумасшедшее утро! – вынес свой вердикт Малфой, засовывая сразу обе ноги в просторные шёлковые штанины и стараясь не смотреть на то, как Поттер, стоя прямо напротив него, наоборот, поспешно снимает свои брюки, чтобы надеть трусы. - А кто сказал, что со мной будет легко!? – процитировав его же вчерашнюю фразу, Гарри весело подмигнул Драко и продолжил второпях одеваться, смешно подпрыгивая то на одной, то на другой босой ноге. – Не надо было мне, наверное, всё-таки вчера оставаться, но разве ж тебя… - Ой, да заткнись уже, Поттер! – раздражённо выплюнул Малфой, скрещивая на груди руки. – Мы больше не будем это обсуждать! Закончив сборы, Гарри упёрся ладонями в матрас, нависая над хмурым и мило надувшимся Драко и буквально светясь изнутри неподдельным счастьем и радостью, так неожиданно переполнившими его. - Что? – не выдержав его горящего взгляда, недовольно буркнул Малфой и снова поджал губы. - Ничего, - широко улыбаясь, ответил Поттер, продолжая так же глупо и счастливо вглядываться в его насупленное лицо. - Чего тогда ржёшь? - Просто, - Гарри пожал плечами, присаживаясь на край кровати. – В кои-то веки, я готов всецело согласиться со Снеггом! Не ожидав подобного поворота, Малфой растеряно моргнул и даже вопросительно изогнул бровь, молча ожидая пояснений. Поттер склонил голову к плечу, разглядывая его так, словно хотел доподлинно узнать все его мысли. Затем к другому. И только после этого заключил: - Ты, и вправду, изменился, Драко. - С чего бы это? – хмыкнул слизеринец, саркастично кривя губы. - Тебе виднее. Но, лично я… - Гарри опустил взгляд на его волнующие, розовые губы и, понизив голос до интимного шёпота, доверительно ему сообщил: - …просто без ума от такого Драко! - Я всё тот же, Поттер! – упрямо заявил Малфой и, сам не замечая как, обвил руками его шею, стискивая в пальцах бархатистую ткань, упрямо сползающей на пол, Мантии-невидимки. - А вот и нет… Но всё равно, спасибо тебе! - За ЧТО? – изумлённо захлопал светло-русыми ресницами Малфой. - Что не подал жалобу, - серьёзно ответил Поттер. – Я переживал, что Хагрида снимут с преподавания, после вчерашнего… - Пф! – ехидно фыркнул Малфой, скрыто радуясь тому, что Гарри ни словом не обмолвился о своём «лучшем друге» - Уизеле! – Я, конечно, слизеринец, но не такая законченная сволочь, какой многие привыкли меня считать! Признаю, - нехотя протянул Драко, возводя глаза к высокому потолку, и неопределённо повёл плечами, - я далеко не в восторге от этого наивного глупца-переростка Хагрида. Но он-то, по сути, вчера как раз таки был ни при чём. А вот твой Уизел… - Малфой напрягся, сминая в кулаках тонкую ткань волшебной Мантии, а Гарри со вздохом понурил голову. – Ему несказанно повезло, что я так великодушен! К тому же, мне думается, ты достаточно доходчиво всё ему вчера объяснил, и он не будет настолько туп, чтобы не внять твоим словам! Так что…пусть пока живёт, - Драко предостерегающе вскинул перед лицом Гарри указательный палец. – Но это только «пока», Поттер! Пусть ещё хоть раз только попробует! Хоть раз… - Я чего-то не пойму, - пропуская мимо ушей окончание его гневной речи, вклинился Гарри, подозрительно сощурившись. – Если тебя так не устраивает преподавание Хагрида, почему ты тогда не отказался от его предмета? Малфой лукаво усмехнулся и, вплетая пальцы в его всклокоченные волосы на затылке, потянул Гарри на себя. - Поттер, всё-таки ты неисправимый… - он тяжело вздохнул и, заулыбавшись уже по настоящему, мягко добавил: - …идиот! - А конкретнее? – обнимая Драко за талию, Гарри, дразня, нежно поцеловал его за ухом и повёл носом вверх-вниз по нежной шее. - Я не отказался от Ухода за магическими существами потому… - с трудом начал пояснять Драко, закрывая от удовольствия глаза и запрокидывая назад голову, чтобы предоставить, порхающим по его коже, губам Гарри больше возможностей. – Потому что знал, что этот предмет обязательно будет посещать один невозможный гриффиндурок, которого я, к своему огромному несчастью, обожаю куда больше, чем он может себе представить! Тихо хихикая над замысловатым объяснением Драко, Поттер впился в его улыбающиеся губы поцелуем, но, некстати, вспомнив о времени, подскочил, как ошпаренный. - Мерлин, Драко! Я же катастрофически опаздываю на занятия! А мне ещё в башню мчаться за сумкой. - Ничего, ты у нас везучий, Герой! Придумаешь что-нибудь… – хмыкнул Малфой, и в его глазах промелькнула тень разочарования от того, что Гарри действительно давно пора было бежать… Но, приказав себе не раскисать, как девчонка, он завёл руки за голову и, съехав вниз по подушке, царственно разлёгся на постели. - Надеюсь, ты прав, - на полном серьёзе произнёс Поттер. Быстро чмокнув Драко в кончик курносого носа, он спрыгнул на пол и, похлопывая себя по карманам, стал проверять всё ли на месте. - Везучий говоришь?… - как бы рассуждая сам с собой, тихо приговаривал Гарри, хитро поглядывая на Драко исподлобья. – Так зачем тогда мне что-то придумывать? Скажу всё, как было!? Мол, проспал, потому что меня ужасно истощил чумовой оргазм, после ночи, проведённой в постели с одним весьма известным аристократом-выскочкой! Расхохотавшись, Гарри еле успел увернуться от, летящей ему прямо в лицо, подушки. - Придурок ты, Поттер! – возмутился Малфой, раскрасневшись то ли от усилий, то ли от неожиданного смущения. - Ладно, ладно. Не скажу, - Гарри клятвенно поднял вверх правую ладонь. - Буду врать напропалую и ни под какими пытками и даже под Веритасерумом не признаюсь ни одной живой душе, что… - и только Драко начал расслабляться, как Поттер вдруг опять засмеялся, – …что этот «весьма-известный-аристократ-выскочка» никто иной, как Драко Малфой! - А-ха-ха! Очень остроумно, Поттер! – съехидничал Малфой, сардонически кривляясь. – Я вообще смутно себе представляю, как мне теперь с ЭТИМ, - он гневно ткнул пальцем в свою шею, где красовалось несколько смачных, багровых засосов, - на людях показываться!? - А свести их ты не можешь? - Нет, тупица! Представь себе, не могу! У меня как раз на это заклинание аллергия! - Ах, вот оно что… - протянул Гарри. Ему вдруг вспомнились плохо загримированные синяки Малфоя, после их стычек на более ранних курсах. - Хм… Дай-ка подумать… - он озадачено столкнул на переносице брови, со всей серьёзностью подходя к его проблеме, причиной которой был сам. Но буквально через пару секунд его осенило, и он громко выкрикнул: - Добби! Эльф явился не сразу, слабо дрожа всем телом и предусмотрительно прикрывая глаза ладошками. - Добби, - с улыбкой окликнул его Поттер. – Не бойся. Можешь смело открывать глаза. - Гарри Поттер, звал Добби? - благоговейно выдохнул эльф, расплываясь в ответной улыбке при виде своего, полностью одетого, спасителя. - Да. Мне очень нужна твоя помощь, Добби! - Гарри присел перед ним на корточки, и Добби, как обычно, восторгаясь манерой Поттера: не гнушаться почтительного отношения к домовым эльфам, чуть не свихнулся от счастья! - Всё что угодно! – влюблено тараща на него свои огромные, повлажневшие глазищи, с готовностью закивал эльф. – Что бы Гарри Поттер не попросил - Добби всё-всё сделает! - Хорошо. Скажи, ты можешь пробраться в спальню седьмого курса Слизерина и принести Драко его чёрный тонкий свитер с высоким горлом? Малфой и Добби синхронно выпучили на него глаза: Драко удивлённо, оттого, что даже не подозревал, что Поттер так хорошо знает его гардероб, а Добби слегка шокировано. Но, поняв, что Гарри Поттер действительно не шутит сейчас, эльф немного насупился и, заламывая пальчики, нерешительно покосился на своего бывшего молодого хозяина. - Добби, - вновь привлёк внимание эльфа Гарри, легонько сжимая его крохотные плечики. – Это очень важно…для меня! – с нажимом уточнил он, зная наперёд, как гипнотически действуют на того подобные слова. – Так сможешь? - Конечно, сэр! – наконец, кивнул эльф и мгновенно исчез. Гарри опять присел на койку Малфоя и, накинув на плечи Мантию-невидимку, переплёл их пальцы вместе. - Вот видишь? Всё решаемо. - Беру свои слова обратно, Поттер. Не такой уж ты и тупица, - снисходительно усмехнулся Малфой, придвигаясь ближе. – Но я всё равно ужасно зол на тебя за эти дурацкие засосы! – но, вопреки собственным словам, ухватил Гарри за воротник Мантии и сам жадно прижался к его губам своими и, раздвигая их юрким языком, спешно попытался наверстать всё упущенное за это сумбурное утро. - Ой! – через некоторое время тоненько пискнул где-то рядом знакомым голоском Добби. Чересчур увлёкшись, юноши беспорядочно и весьма откровенно ласкали и торопливо сминали ладонями тела друг друга, обмениваясь влажными, глубокими поцелуями и совершенно не замечая никого вокруг. - П…простите…с…сэр, - жутко заикаясь от смущения, чуть громче произнёс Добби, и парни, спохватившись, резко отпрянули в разные стороны кровати. - Вот… Добби при…принёс… - промямлил эльф и протянул чёрный аккуратный свёрток, стараясь смотреть куда угодно, только не на них. - Спасибо, Добби! – прочистив горло, всё равно немного хрипловато, но горячо поблагодарил его Поттер, принимая свёрток. - Спасибо, - неожиданно для всех произнёс Драко, и Добби ошеломлённо уставился на него, ещё больше округлив свои волоокие, сверкающие каким-то детским восторгом глазищи. Домовик так явно был сражён тем, что его бывший молодой хозяин сказал ему ласковое слово, что Гарри по его виду сразу понял – раньше ничего подобного точно не случалось! Губы Добби заметно задрожали, а потом растянулись в робкой, преданной улыбке. И, неловко тряхнув в ответ длинными ушками, он без предупреждения растворился в воздухе. - Ты сегодня само «очарование»! – лукаво подмигнул Своему слизеринцу Поттер. - Иди уже, Герой! – шутливо пихнул его острым локтем в бок Малфой. И, с ехидной усмешкой поглядывая на вишнёво-припухшие губы Гарри, принялся самостоятельно разматывать бинты, чтобы поскорее надеть свой любимый свитер. - Точно! – опять вскочил Гарри. – Вот теперь мне ОПРЕДЕЛЁННО ДАВНО пора! – но вдруг застыл, встречаясь взглядом с насмешливыми серыми глазами. – Ты сегодня придёшь на занятия? Малфой с сожалением поджал губы и отрицательно мотнул головой. - Нет, скорее всего… - Ладно, я побежал, - нарочито бодро объявил Гарри. Он ненавидел долго прощаться. Особенно: прощаться с Драко! – Мне же ещё надо проверить наше зелье. А то ведь, и правда, завалим проект… - Поттер, ты бы хоть для приличия почитал описание проекта! Там же чёрным по белому написано, что сейчас у нас два дня инкубационного периода. Перевожу для особо одарённых: фактически это можно обозначить, как полноценные «выходные»! Мерлин, и как ты вообще сдавал Зельеварение раньше? – обречённо вздохнул Малфой, запуская пальцы в спутавшиеся волосы. – Ладно. Лучше ничего не трогай. Я сам попозже туда загляну. - И всё же… - Гарри порывисто сгрёб его в объятия, - я чертовски везучий парень! - Да уж! – цокнул языком Малфой, неохотно отпихивая его от себя. - Везучий, потому что у меня есть ТЫ! – радостно сообщил Драко Поттер и, запечатлев на его губах короткий, но жаркий поцелуй, в который хотел вложить все невысказанные слова, схватил с подноса сэндвич. - Эй! Это моё! – тут же возмутился Малфой и хотел пнуть Гарри в бедро, но тот ловко увернулся и выскочил в проход. - Всё, пока! Сними, пожалуйста, Заглушающие – у меня руки заняты, – уже вгрызаясь в свой скромный завтрак, виновато пожал плечами Поттер, стремительно пятясь спиной к дверям. - Ну что за наказание, а?! – беззлобно проворчал Малфой, отбрасывая бинты и провожая его улыбающимся взглядом. Гарри махнул ему на прощание рукой с остатками сэндвича и, скрывшись под Мантией-невидимкой, вихрем унёсся из Больничного крыла.