Always. It is our Choice

- Драко… - Нет, Поттер, - раздражённо отмахнулся от него Малфой, даже не обернувшись. – Стой там, где стоишь. Мы на финальной стадии. И если ты всё испортишь сейчас, я тебя прокляну! Ей-Мерлин, Поттер! Просто не мешай и всё. - Но я, честно, хочу помочь! – возмутился гриффиндорец, всплёскивая руками. – Разве я был настолько плохим напарником всё это время, что тебе так сложно мне сейчас поверить? - Да неужели!? – светло-русые брови Малфоя скептически взметнулись вверх, и он всё-таки нехотя повернулся к Поттеру лицом, со вздохом скрещивая на груди руки. – Тебе ведь плевать на зелье. - Неправда! – резко возразил Гарри, делая первый шаг к столу. – Может быть в Зельеварении, я и не настолько хорош, как ты… - Малфой высокомерно хмыкнул, почёсывая точёным пальчиком переносицу и саркастично поглядывая на него исподлобья, и Гарри запнулся, хмуро глядя на Своего заносчивого слизеринского засранца и подавляя обидное чувство досады, поднимающееся из самых глубин в его груди. – Зато! – с нажимом всё же продолжил Поттер. – Мне абсолютно точно, как ты выразился, не плевать на Тебя! «Хотя иногда так хочется послать тебя к боггарту подальше за все твои выкрутасы!» - скрежетнув зубами, добавил он уже мысленно, но, переступив через себя, мило улыбнулся и вслух произнёс совсем другое: - И раз для тебя этот проект настолько важен, то я приложу все усилия, чтобы не испортить твою работу! - Ну, надо же… - высокомерно протянул Малфой, неторопливо снимая свой пиджак, - ты всё же вспомнил об этом. В последний-то день, - метнув в сторону Поттера укоризненный взгляд, он вдруг расплылся в фальшивой улыбке и аккуратно повесил пиджак на спинку стула. – Как это мило, Гарри! Я тронут… Но Гарри и не думал обижаться на его слова. Стремительно темнеющими глазами, он жадно следил за незатейливыми, нарочито плавными и изящными жестами Малфоя, пока тот развешивал свой пиджак, а после и за движениями его тонких, красивых пальцев, аккуратно закатывающих рукава белоснежной, накрахмаленной рубашки. - Я, - гулко сглотнул Поттер, увлажняя, резко пересохшее горло, и нервно потёр лоб. – Я… - но, осознав, что даже не может нормально сформулировать мысль, со вздохом поражения, отвёл взгляд в сторону. – Вот зачем ты так делаешь, Драко?! - Как «так»? – невинно хлопая ресницами, переспросил Малфой, хотя прекрасно видел, как именно каждый его жест действует на Гарри и как сильно это влияет на его настроение. - Дразнишь меня! Вот как! А потом сам же обвиняешь меня в том, что я, видите ли, не могу сконцентрироваться на проекте. - Я же не виноват, что ты совершенно не… - Короче! – вспылив, оборвал его Поттер и стукнул ладонью по столешнице. – Тебе нужна помощь или нет? - Ладно, - сдался, после длительного молчания, Малфой и повернулся обратно к котлу с зельем. – Только будь внимателен. - Говори: что делать? – деловито заявил Гарри, мгновенно воодушевляясь и потирая ладони. Драко посмотрел на него через плечо и, скептически оглядев с головы до ног, скомандовал: - Для начала: сними свитер. Гарри похотливо улыбнулся и, глянув на Драко поверх очков, приподнял тёмную бровь. - Мерлин, Поттер! – цокнув языком, Малфой раздосадованно закатил глаза. – Да, не для этого же! Ты что, только о сексе можешь думать?! – и, раздражённо передёрнув плечами, порывисто отвернулся. – Это самая важная стадия приготовления зелья, - словно маленькому ребёнку, стал пояснять Драко. – И лишние ворсинки в ингредиентах нам совершенно ни к чему! - Рядом с тобой – это самая популярная мысль в моей голове, - сознался Гарри, обезоруживающе улыбаясь и виновато пожимая плечами. – Не думал, что работать вместе над одним заданием окажется так…эм…сложно… - «Работать»?! – саркастически хохотнул Малфой, поражаясь подобной наглости. – Да ты же ещё ничего не сделал! - Но заметь: я стараюсь! А это уже половина дела, - мягко улыбнулся Поттер, но вдруг тяжело вздохнул и, упершись ладонями в столешницу с противоположной от Малфоя стороны, посмотрел на него исподлобья. – Мне сложно…находясь здесь…так близко…сконцентрироваться на чём-то…кроме тебя… - выдал он, как на духу, и понурил голову, словно присутствие Драко и невозможность лишний раз к нему прикоснуться, было по-настоящему мучительно для Гарри. Малфой впился взглядом в его лохматую макушку и закусил губу. Он полностью разделял чувства Гарри, но, в отличие от него, умел жёстче относиться к собственным нуждам и с детства был приучен расставлять приоритеты. - Наверное, это кажется глупым, - после некоторой паузы, продолжил Гарри, грустно дёрнув уголками губ и как-то вымученно улыбнувшись, - потому, что нам слишком редко удаётся побыть вдвоём, без страха быть застигнутыми врасплох? – и, подняв голову, тоскливо заглянул в серые глаза. Сглотнув, Малфой выдержал его долгий взгляд и, слабо улыбнувшись, уже в который раз, послал ко всем чертям все свои приоритеты! - Возможно, так и есть… - с плохо читаемой смесью притворного сожаления и хитрого блеска в глазах, кивнул он. – А возможно, ты просто рано сдался? И, не успел Поттер расстроенно вздохнуть, как Драко оказался рядом и, обвив его шею руками, сам вовлёк его в тягучий и сладкий поцелуй. - Полегчало? – отстранившись первым и облизывая влажно поблёскивающие губы, с улыбкой спросил Драко, когда ладони Поттера медленно переместились с его спины ниже и, весьма однозначно, сжали ягодицы. - Ммм… - довольно протянул Гарри, не открывая глаз и всё ещё надеясь на продолжение. – Пожалуй, этой «дозы» минут на 5 спокойной работы мне должно хватить. - Тогда за дело, Герой! – бодро скомандовал Малфой и, коротко поцеловав Гарри в губы, ловко выпутался из его объятий. Не обращая внимания на разочарованный вздох Поттера, он отвернулся к рабочему столу и деловито раскрыл, выданный ему Снеггом, талмуд с описанием процесса приготовления заданного зелья. Стянув с себя свитер и оставшись в одной футболке, Гарри обнял Драко со спины и, опустив подбородок на его плечо, поинтересовался: - Что пишут? - Пишут, чтобы ты поскорее мелко нарезал «соломкой» в-о-о-о-н те корешки бегонии, - серьёзно ответил Малфой, мотнув головой в направлении нужных ему ингредиентов на другом конце стола, и не без усилий попробовал отцепить от себя его руки. – А ещё…пишут, чтобы ты, Поттер, перестал распускать руки! - Прям так и пишут?! – преувеличенно изумился Гарри, заглядывая через плечо Драко в раскрытый фолиант, но, тем не менее, послушно принялся выполнять доверенное ему поручение. - Угу, - подтвердил Малфой, внимательно вглядываясь в жидкость в их котле и сравнивая получившийся результат с рекомендациями профессора и своими личными коротенькими заметками, выведенными из наблюдений за зельем и своего прежнего опыта. Пробежавшись взглядом по строчкам в своём блокноте, Драко задумчиво постучал по нему указательным пальцем, и на его переносице появилась недовольная складка. - Знаешь, чего я до сих пор не пойму? – вдруг заговорил он, после длительного молчания. - Чего? – отстранённо уточнил Поттер, продолжая скрупулёзно нарезать очередной корешок. - Чем больше мы приближаемся к финалу, - неторопливо заговорил Малфой, с прищуром рассматривая варево в котле и склоняя голову то к одному, то ко второму плечу, - тем скуднее описание самого процесса приготовления! Просто сухие факты, - он вновь хмуро уставился в рецепт, прослеживая пальцем, описанные этапы. - В смысле? – всё же подняв голову, переспросил Поттер. – В смысле… Если поначалу было хоть какое-то, более конкретное описание, мол: возьмите столько-то этого, помешайте так-то и тому подобное, то теперь же… - Что теперь? – действительно заинтересовавшись наблюдениями Драко, Гарри отложил нож и, подойдя ближе, сам пробежался глазами по записям. - Теперь нет и этого, - задумчиво констатировал Малфой. – Только название ингредиентов и их количество, - он мельком глянул на Поттера и мягко хмыкнул, вполне ожидаемо, прочитав на его лице полнейшее недоумение. – Я хочу сказать, что если человек, взявшийся варить подобного уровня зелье, чётко не знает: что, как и с чем взаимодействует, то без достаточного количества подсказок и руководства опытного зельевара, подобное задание просто обречено на провал! - Ого! – присвистнув, искренне поразился Поттер, но затем вдруг обворожительно улыбнулся и, привалившись бедром к столу, лукаво глянул на Драко исподлобья. – Но ты-то всё это знаешь? - Конечно, я всё это знаю! – моментально вспылил Малфой, пронизывая Гарри колючим взглядом. – Я ведь, в отличие от некоторых, все эти годы не «хлопал ушами» на уроках! И хотя его слова сплошь пестрили язвительными интонациями, Гарри они уже давно не беспокоили и не задевали за живое. Да и сам Малфой, после того, как их общение с Поттером переросло в нечто большее для обоих, стал употреблять свои фирменные выражения настолько редко, что, зачастую, те не вызывали у Гарри ничего, кроме тихой и восхищённой, исключительным умением Малфоя в любой ситуации оставаться Малфоем, улыбки. С тех пор, как Гарри открыл для себя диаметрально противоположную сторону Драко, он более никогда не заблуждался на его счёт. - Верно, - закивал Гарри и, разведя руки в стороны, с наигранным сожалением пожал плечами. – Ну что поделаешь? Не все же должны фанатеть от Зельеварения, как ты! - Поттер, - снова ощетиниваясь, насупился Малфой, - я вовсе не фанатею. Просто… - но он вдруг запнулся и, сокрушённо выдохнув, решил-таки сознаться: - Ну, лааадно! Мне нравятся Зелья! И что с того? Но ЭТО зелье, - повышая голос, Драко в сердцах ткнул пальцем в сторону бурлящего котла, - не похоже ни на одно из тех, что мне доводилось встречать ранее! Я перерыл всю библиотеку в этой дурацкой школе… - Стоп! Погоди-ка… - Гарри замахал перед ним руками. – Ты что сделал? «Перерыл ВСЮ библиотеку»? прямо, как Герм… Но Малфой выкинул вперёд руку с волшебной палочкой, заставляя Гарри замолчать на полуслове, и, уперев её кончик в его горло, ожесточённо зашипел: - Только попробуй, Поттер, сравнить меня со своей… - но вспомнив в последний момент о том, что обещал когда-то Гарри насчёт его друзей, Малфой неожиданно запнулся. Поджав губы, он подавил в себе желание обозвать Грейнджер «грязнокровкой», и вместо этого выплюнул: - …заучкой…и я сразу же приложу тебя Сту́пефаем! Даю слово Малфоя! Гарри предусмотрительно отступил на полшага назад, по достоинству оценив усилия Драко и примирительно поднимая раскрытые ладони, но его губы так и подрагивали, силясь сдержать подступающую улыбку. - Вот что здесь такого смешного, Поттер!? – сдаваясь, раздражённо всплеснул руками Малфой, но Гарри, с невиннейшим выражением лица, продолжал молчать и лишь часто мотал головой. - Ну, да! – продолжал сокрушаться Драко. – Был я в библиотеке. И что тут криминального? Это же очень ответственный проект, между прочим! – а Гарри всё кивал, старательно напуская на себя деловито-серьёзный вид. – Кончай прикалываться, Поттер! Тебе бы, кстати, тоже не помешало там побывать, - и, не удержавшись от соблазна, Малфой всё же позволил себе в его адрес маленькую колкость, правда, прозвучала она, как сварливое бурчание: - Хотя чего уж там…видно, поздновато уже для твоих мозгов… - Зато слух у меня отменный, Малфо́й! – беззлобно, но с нажимом, осадил его Поттер, в мгновение ока, перестав походить на несведущего и неумелого паренька, с благоговением и трепетом смотрящего своему опытному наставнику в рот. – Так что прибереги свои ядовитые шипы для кого-нибудь другого. Договорились? Драко криво усмехнулся, скрыто ликуя - в Поттере он не ошибся! Потому как вряд ли смог бы настолько довериться и отдаться человеку, который был бы изначально слабее его самого. И отнюдь не в физическом смысле! А Гарри, тем временем, с достаточно серьёзным видом спросил: - Ну? Так что ты там вычитал про это зелье? И, словно пропуская через себя настрой Поттера, Малфой вновь стал сосредоточен, собран и нацелен на результат. - В том-то и дело, что НИ-ЧЕ-ГО! В школьной программе его точно нет, да и в остальных книгах по Зельеварению тоже ничего похожего по сложности приготовления, - Драко пожевал губу, задумчиво вглядываясь в дымок над котлом, прежде чем продолжить: - Думаю, ещё можно было бы посмотреть в «Запретной секции», но Снегг, как назло, не подписал мне разрешение в этот раз. - А почему ты не сказал мне? Можно было бы сходить туда ночью под Мантией-невидимкой. - Поттер, - разочарованно вздохнул Малфой, - ты хоть представляешь себе, сколько ночей нам пришлось бы потратить на поиски?! И вообще…ты нарезал то, что я тебя просил? Гарри без слов отвернулся и принялся с ожесточением «рубить» оставшиеся корешки для зелья, всем своим видом показывая, что Малфой порой бывает чертовски несносен! Глядя на то, как Гарри остервенело вонзает нож в разделочную доску, слишком сильно измельчая и без того тоненькие коренья, Драко тихо вздохнул. Так не пойдёт. Если Поттера не остановить, толку от этих обрубков всё равно не будет, а идти в класс за новыми ингредиентами ему вовсе не хотелось. И, чувствуя, что в большей степени сам повинен в сложившейся напряжённой обстановке и сетуя на свой вредный характер, не щадивший порой даже самых близких, Драко обнял Гарри со спины и мягко обхватил его предплечья, останавливая этот «акт расправы». Поттер замер с ножом в руке и все мускулы в его теле разом напряглись, словно он в любой момент готовился сбросить чужие руки. - Гарри, - интимно зашептал ему на ухо Малфой, прекрасно зная, как действует на Поттера его близость, - конечно, я мог бы обратиться к тебе… Но нам не так часто удаётся побыть вдвоём, чтобы ещё тратить это время на ночные поиски неизвестно чего в пыльной библиотеке. Поттер только вздохнул. Продолжая угрюмо молчать и наблюдать за тем, как Малфой сам мельчит и добавляет в котёл корни бегонии, он в глубине души прекрасно понимал, что Драко бесспорно прав. И это, как раз таки, злило его ещё больше! Он так отчаянно боролся за возможность быть с Драко. Прикладывал все возможные и невозможные усилия, чтобы сохранить эти отношения и хоть как-то уберечь, обезопасить Его. И ежедневно буквально выгрызал у Судьбы каждую свободную минуту, чтобы провести её именно с Ним! Но, после их совместной ночи, проведённой в стенах лазарета, с каждой новой тайной встречей, даже кратковременное расставание теперь давалось ему всё сложнее, а свиданий украдкой казалось катастрофически - до ломоты во всём теле - мало! Мало Драко! А сегодня они должны будут закончить их общий проект и, вернувшись на свои прежние места, вновь делать вид, что с радостью придушат друг друга… Как же его достало это притворство! Достало прятаться по углам, словно они совершают какое-то преступление, словно стыдятся того, что испытывают друг к другу! Да что все эти «судьи» вообще знают о настоящих чувствах!? Ну и что, что Малфой – парень и он сам тоже!? Ну и что, что у них слишком разное воспитание, социальный статус, происхождение и ещё куча всякого разномастного дерьма! Да Поттер готов был отдать свою руку на отсечение, если бы хоть кто-то смог его убедить в том, что их с Драко чувства не настоящие! Ему было важно только то, что только рядом с Драко, он, наконец, почувствовал себя самим собой. Только рядом с Ним он мог быть по-настоящему свободен и счастлив! Только рядом с Драко, Гарри чувствовал себя…дома. Потому что только там, где Драко – и был теперь его настоящий дом! - Разве нет? – напомнил о себе Малфой, с толикой тревоги заглядывая в нахмуренное лицо Поттера. - Конечно… Ты прав, - тихо согласился Гарри и, заключив Драко в объятия, нежно потёрся носом за его ухом, глубоко вдыхая, ставший таким родным, запах. Ещё с момента их первого, сумбурного, поцелуя на берегу Чёрного школьного озера, аромат белоснежных волос Драко, совершенно невообразимым образом стал для Поттера своего рода наркотиком, породив в нём какие-то животные инстинкты и повадки. Никогда раньше не заостряя на подобных «мелочах» внимание, теперь Гарри был чётко уверен в том, что никто и никогда не пах для него лучше, чем Драко! И игнорировать Его запах было просто невозможно. Поэтому Поттер при каждой удобной возможности зарывался носом в мягкий шёлк платиновых волос и льнул к шее Драко губами, но всё равно никак не мог пресытиться его чарующим ароматом… Помня о необходимой осторожности в обращении с изнеженной, аристократически тонкой кожей Своего «журавлика», Гарри целовал его почти невесомо мягко и трепетно. И лишь добравшись до чувствительного местечка за аккуратным ушком, припал к нему губами чуть смелее. «Подливая масла в огонь», Малфой шумно дышал ртом, то пробираясь пальцами в свободные рукава футболки Поттера и оглаживая его жилистые, сильные руки, то с нажимом проводя ладонями по его спине и беспощадно стискивая в кулаках хлопковую ткань. Но, помня о зелье, всё же смог заставить их обоих остановиться. - Гарри, - хрипло выдохнул он, нехотя отстраняясь и прочищая горло, - нам нужно закончить этот…проект. Возбуждённый и взъерошенный, Поттер посмотрел на него широко раскрытыми глазами, ярко-зелёную радужку которых практически полностью затопили расширившиеся зрачки, и так же хрипло заговорил: - Драко, я знаю, что это очень важно для тебя, но… - возмутившись до глубины души тем, что Поттер счёл важным их проект исключительно для него одного, Малфой хмуро глянул на него из-под ресниц, но Гарри предусмотрительно повысил голос, не позволив себя перебить. – Я уже говорил тебе: Снегг всегда найдёт способ подтасовать итоговый результат! Признаю, что подсел к тебе с единственной эгоистичной целью: не дать никому другому шанс украсть это время у нас! Но, Драко… Ты ведь знаешь, что Снегг меня на дух не переносит, - он криво усмехнулся, получив точно такую же усмешку в ответ и, многозначительно подняв вверх указательный палец, добавил: - Что, впрочем, взаимно! Поэтому я, если уж совсем честно, и не надеюсь на приличную оценку. Но вот что касается тебя… Снегг же ваш декан, в конце концов! Да и, я уверен, он в курсе того, что ты практически всю работу выполнил сам. Так что к тебе он не будет так строг. Не переживай. - Ты не понимаешь, - замотал головой Малфой. – В какой-то степени, со мной всё даже хуже, чем с тобой, - он прижался лбом к плечу Гарри и тяжело вздохнул. - Пф, - фыркнул в ответ Поттер, очень сильно сомневаясь в правдивости подобного заявления и вновь ловя себя на мысли, что Драко своей щепетильностью в подобных вопросах очень сильно напоминает ему Гермиону. – Больше, чем мне и Невиллу, тебе уж точно от Снегга не доставалось! К тому же, я ни разу не слышал, чтобы он публично высмеивал твои знания или хотя бы вскользь попрекал твои зелья! Да брось, Драко, всем прекрасно известно, что ты отличный зельевар и любимчик Снегга! - Ничего подобного! Никакой я не «любимчик»! – продолжал упрямо настаивать на своём Малфой. – С меня вообще двойной спрос! - Это ещё почему? - Ну, во-первых, потому что я – Малфой! Гарри скептически поднял брови и тихо прыснул от смеха. - Тебе кажется это смешным, Поттер? – сквозь зубы процедил Малфой, уже начиная злиться. – Не думаешь же ты, как и большинство этих тупоголовых грязнокровок, что быть титулованным чистокровным волшебником, сплошное удовольствие?! - Гарри мгновенно растерял весь весёлый настрой и насупился. - Что? Я не говорю сейчас конкретно о твоей подружке, - Драко был непреклонен, хоть и сразу понял: какое именно слово задело Гарри. Но, чтобы не обострять ситуацию, решил уточнить: - Она-то как раз, наверняка, уже прочитала об этом всё от корки до корки. Не стоит заблуждаться, Поттер! Быть рождённым в семье чистокровных волшебников – в состоятельной семье чистокровных волшебников! – с нажимом акцентировал Малфой, - это огромный, ежедневный труд, строгое воспитание и постоянное обучение, чуть ли не с самых пелёнок! Мой отец никогда бы не потерпел, если бы какая-то грязнокр… - но Драко тут же осёкся, когда пальцы Гарри всё же предупреждающе сдавили его рёбра, и поправил сам себя: - маглорождённая…хоть в чём-то была бы лучше его единственного родного сына! Да ещё и по Зельям! - Да что такого особенного в Зельях? – не выдержав, всплеснул руками Поттер. - А это, как раз таки, «во вторых». Так вот, во-вторых… Потому…что Северус Снегг – мой крёстный отец. - Ты шутишь! – изумлённо выпучив на Драко глаза, Гарри неожиданно отпрянул. - Нет, - спокойно ответил Малфой, примерно и ожидав именно такой реакции. – Это правда: Снегг мой крёстный. Поэтому пока ты «геройствовал» со своими дружками, я «пахал» на дополнительных уроках Зельеварения похлеще, чем кто-либо на отработках, так как думать головой, Поттер, намного сложнее, чем драить котлы! И ты глубоко заблуждаешься, если думаешь, что на этих занятиях Снегг был со мной столь же любезен, как и во время общих уроков Зельеварения! Поверь, если Снегг действительно берётся за тебя всерьёз и намеревается напичкать твою голову знаниями, то он может быть фанатично требовательным - настоящим деспотом! – увидев, как вытянулось лицо Гарри, ошеломлённого подобной новостью, Драко, недолго думая, самодовольно добавил: - Так-то, Поттер! Присвистнув, Гарри заглянул в котёл. Ему прекрасно было известно, каким бывал Снегг в подобной ситуации, ведь весь предыдущий год именно он пытался втемяшить в его лохматую голову искусство владения Легилименцией! - Ну, - протянул он, после некоторой паузы, - тогда, надеюсь, Снегг по достоинству оценит твои труды! – Гарри весело подмигнул Драко, вновь подходя ближе. - Шутка ли: готовить такое «серьёзное» зелье по какому-то дурацкому, никому неизвестному, да ещё и абсолютно запутанному рецепту?! Который, к тому же, - лукаво улыбаясь, Поттер многозначительно и медленно кивнул, делая упор на каждом слове, - исчезает, после каждой новой стадии, словно Снегг намеренно наложил на него какое-то специальное заклинание! Понемногу расслабляясь и заслуженно принимая от Гарри столь лестный комплимент, Малфой скользнул прохладными ладонями под его футболку. - Обещаю, - Поттер клятвенно поднял вверх правую ладонь, - не претендовать на твою славу «великого зельевара», когда ты получишь за это зелье стопроцентную «П»! - Гриффиндор – это диагноз! – беззлобно рассмеялся Драко. – Столько благородства… - А что? Вот посмотрим, кто из нас будет смеяться последним, когда выставят все оценки, и ты, наконец, поймёшь, что я был прав! - Ладно, Герой, посмотрим, - снисходительно хмыкнул Малфой и, заглянув в котёл, задумчиво сощурил глаза. – Знать бы хоть его название… Или хотя бы то, что должно в итоге получиться по консистенции… - Так может всё-таки описать, ну, я не знаю…хотя бы примерный ход работ, прикрепить твои личные заметки и отправить кому-нибудь, кто в этом хорошо разбирается и имеет опыт? У твоего отца, наверняка, найдётся парочка таких знакомых… - Очень вовремя, Поттер! Думаешь, самый умный?! – высокомерно хмыкнул Малфой, скрещивая на груди руки. – А ты давай, попробуй. Давай, давай! Если получится, то считай, что я буду тебе должен… - Желание! – закончил за него Гарри, и в его глаза загорелись азартным блеском. - По рукам! Придвинув к Гарри ту часть рецепта, которая всё ещё была им доступна, и письменные принадлежности, Драко манерно продефилировал к другому краю стола и, гаденько так хихикая, стал заготавливать следующий компонент зелья. Минут через пятнадцать закончив обработку уже нескольких необходимых ингредиентов, Малфой поднял глаза на, пыхтящего от натуги и раздражения, Поттера и, сжалившись над его тщетными попытками переписать рецепт Снегга, криво улыбнулся. Грациозно подойдя к Гарри со спины, Драко невинно мурлыкнул ему на ухо: - Неужели ты так сильно жаждешь, чтобы я выполнил твоё желание? Столько усердия… - он выпрямился и, немного склонив голову набок, с наигранным интересом заглянул через плечо Поттера в его перепачканный чернилами и совершенно бесполезный лист пергамента. – Мне, признаться, даже страшно подумать: что же ты там такое напридумывал, раз так стараешься? - Всё! Сдаюсь, - расстроенно признался Гарри, откидывая в сторону перо. – Переписать нереально! Строчки, словно живые, разбегаются в разные стороны! А если писать по памяти, так вообще исчезают! Ничего подобного я ещё точно не видел! Мда уж, Снегг расстарался на славу – нечего сказать! - Это было первое, что я попробовал сделать, как только Снегг дал нам задание. И подобная «эксклюзивность» зелья меня и настораживает, - собранно заметил Малфой, опираясь бедром на край стола рядом с Поттером. – Я, когда это выяснил, поспрашивал у наших. Вроде как, у всех так же… Пробовал заучивать рецепт наизусть, но тех крупиц, что Снегг нам выдавал на каждую стадию, всё равно недостаточно, а заполучить целиком – нереально! В кабинете он его не держит – это точно… Гарри ошеломлённо выпучил на него глаза. - Ты рылся в записях Снегга? - А что тут такого? – совершенно искренне удивился Малфой, и Поттер только фыркнул: - Слизеринец – он и есть! - Ничего в этом такого нет, - холодно возразил Малфой, вздёргивая подбородок. – Только не надо сейчас строить из себя «святошу», Поттер, и утверждать, что никогда не нарушал правила!? - Да я и молчу, - забавно пожимая плечами и мотая головой, Гарри вскинул раскрытые ладони. - Вот и правильно! – кивнул Драко и сразу вернулся к прерванной теме: - Но, даже если постараться найти хотя бы кусочек рецепта, то из того, что я успел пересмотреть в школьной библиотеке, ни его, ни чего-нибудь даже смутно похожего, там определённо нет! А ты вообще замечал, что и та толика информации, что Снегг выдаёт нам, забывается сама по себе уже к следующей стадии и новым инструкциям, как бы ты не старался её запомнить и удержать в голове? – Малфой вопросительно уставился на Поттера, но не находя в его взгляде ничего, кроме искреннего интереса и удивления, тяжело вздохнул. – Хотя кому я это говорю!? - Эй! – Гарри рванул вперёд, обхватывая Драко за бёдра, и с размаху усадил его к себе на колени, смеясь и крепко вжимая в себя. Пихаясь и борясь друг с другом, они оба в какой-то неуловимый момент замерли и стали отчаянно целоваться, а когда воздуха в лёгких уже стало катастрофически не хватать, Гарри с довольной улыбкой отстранился и заговорил вновь: - А если по каминной сети? Ты не пробовал кому-нибудь рассказать? - Пробовал, конечно. Тоже ничего. Слова упорно не складываются вместе, и в итоге получается какая-то скомканная сумятица, так что ничего вообще невозможно разобрать. Я проверил все варианты, - расстроенно вздохнул Малфой, - но…ничего не выходит. Абсолютно. Одна надежда, что Снегг нам хотя бы завтра расскажет, что ЭТО? – он кивнул в сторону бурлящего котла и обиженно поджал губы. Гарри тоже посмотрел в том направлении и, утешающе проводя ладонью по бедру Драко, спросил: - Долго ещё? Мне уже не терпится поскорее уйти отсюда…в твою «Выручай комнату»… Губы Драко мгновенно расслабились и приоткрылись, выпуская на волю его судорожный вдох. Как бы Малфой ни был настроен и мотивирован на результат, прикосновений и ласк Гарри он всё же жаждал больше! Хотя и дал себе слово не думать об этом и уж тем более не признаваться в этом Поттеру, пока они не закончат работу с зельем. - Не особо… - неопределённо протянул он, и заставил себя встать с колен Гарри под предлогом того, что ему необходимо проверить зелье. – Ещё пара ингредиентов с разницей минут в пять-десять. - Ладно. Это ещё терпимо, - согласился Поттер, поднимаясь следом и засовывая руки в карманы, чтобы хоть как-то удержать их при себе и дать Драко спокойно всё подготовить. - Кстати! Пока у нас появилось свободная минутка… - бесцельно пройдясь вдоль стола туда-сюда, Гарри вдруг вспомнил то, о чём давно хотел спросить и, решив, что это отличный повод для отвлечения от мыслей об обнажённом теле Драко, воодушевлённо предложил: - Может, всё же просветишь меня об этих «Дарах смерти», к которым ты причислил Мантию-невидимку моего отца? - А ведь точно! Ты же так и не показал мне свою Карту! – так же резко оживился в ответ Драко. А Поттер мысленно улыбнулся: «Истинный слизеринец – думает только о собственной выгоде!». Но, Малфой неожиданно соблазнительно улыбнулся и, кокетливо глянув на Гарри из-под веера длинных, светло-русых ресниц, тихо добавил: - Я с тобой что-то совсем сноровку теряю, Поттер, - и, произнося это, он настолько обворожительно понизил голос, что тело Гарри тут же взволнованно отозвалось лёгкой дрожью вожделения. - Как и я, - глухо прохрипел Гарри, не сводя с манящих губ Драко пристального взгляда и крепче стискивая в карманах кулаки. – Ну, так что? - Хорошо. Я расскажу тебе сказку, Поттер. Должен же хоть кто-то просветить нашего Героя, - снисходительно вздохнул Малфой и, ещё раз очаровательно улыбнувшись, начал рассказывать сказку «о трёх братьях» Барда Бидля, которую ему в детстве читала мать и которую он выучил наизусть, потому как, она ему нравилась так же сильно, как и рассказы «о маленьком мальчике-Гарри-Поттере-который-выжил-и-спас-их-всех-от-злого-волшебника»: - «Жили-были трое братьев, и вот однажды отправились они путешествовать. Шли они в сумерках дальней дорогой и пришли к реке. Была она глубокая - вброд не перейти, и такая быстрая, что вплавь не перебраться. Но братья были сведущи в магических искусствах. Взмахнули они волшебными палочками - и вырос над рекою мост. Братья были уже на середине моста, как вдруг смотрят - стоит посреди дороги кто-то, закутанный в плащ. И Смерть заговорила с ними. Она очень рассердилась, что три жертвы ускользнули от неё, ведь обычно путники тонули в реке. Но Смерть была хитра. Она притворилась, будто восхищена мастерством братьев, и предложила каждому выбрать себе награду за то, что они её перехитрили. И вот старший брат, человек воинственный, попросил волшебную палочку, самую могущественную на свете, чтобы её хозяин всегда побеждал в поединке. Такая волшебная палочка достойна человека, победившего саму Смерть! Тогда Смерть отломила ветку с куста бузины, что рос неподалеку, сделала из нее волшебную палочку и дала ее старшему брату. Второй брат был гордец. Он захотел ещё больше унизить Смерть и потребовал у нее силу вызывать умерших. Смерть подняла камешек, что лежал на берегу, и дала его среднему брату. Этот камень, сказала она, владеет силой возвращать мертвых. Спросила смерть младшего брата, что он желает. Младший был самый скромный и самый мудрый из троих и не доверял он Смерти, а потому попросил дать ему такую вещь, чтобы он смог уйти оттуда и Смерть не догнала бы его. Недовольна была Смерть, но ничего не поделаешь — отдала ему свою Мантию-невидимку. Тогда отступила Смерть и пропустила троих братьев через мост. Пошли они дальше своей дорогой и всё толковали промеж собой об этом приключении да восхищались чудесными вещицами, что подарила Смерть. Долго ли, коротко ли, разошлись братья каждый в свою сторону. Первый брат странствовал неделю, а может, больше, и пришёл в одну далекую деревню. Отыскал он там волшебника, с которым был в ссоре. Вышел у них поединок, и, ясное дело, победил старший брат — да и как могло быть иначе, когда у него в руках была Бузинная палочка? Противник остался лежать мёртвым на земле, а старший брат пошел на постоялый двор и там давай хвастаться, какую чудо-палочку он добыл у самой Смерти, — с нею никто не победит его в бою. В ту же ночь один волшебник пробрался к старшему брату, когда тот лежал и храпел, пьяный вдрызг, на своей постели. Вор унёс волшебную палочку, а заодно перерезал старшему брату горло. Так Смерть забрала первого брата. Тем временем средний брат вернулся к себе домой, а жил он один-одинёшенек. Взял он камень, что мог вызывать мертвых, и три раза повернул в руке. Что за чудо — стоит перед ним девушка, на которой он мечтал жениться, да только умерла она ранней смертью. Но была она печальна и холодна, словно какая-то занавесь отделяла её от среднего брата. Хоть она и вернулась в подлунный мир, не было ей здесь места, и горько страдала она. В конце концов, средний брат сошёл с ума от безнадежной тоски и убил себя, чтобы только быть вместе с любимой. Так Смерть забрала и второго брата. Третьего же брата искала Смерть много лет, да так и не нашла. А когда младший брат состарился, то сам снял Мантию-невидимку и отдал её своему сыну. Встретил он Смерть как давнего друга и своей охотой с нею пошёл, и как равные ушли они из этого мира». Когда Драко замолчал, несколько долгих мгновений Гарри взволнованно и сосредоточенно смотрел в одну точку перед собой. На его взгляд, «Дары Смерти» были слишком уникальны даже для волшебного мира. И, возможно, именно от этого в их сверх магические свойства ему верилось с трудом. Иначе, почему тогда о них не говорилось во всеуслышание, например, на уроках Заклинаний или Защиты от Тёмных искусств, а упоминалось лишь в детской сказочке Барда Бидля? Но с другой стороны… Тот факт, что он сам был очередным владельцем настоящей Мантии-невидимки, не оставляло Гарри поводов для сомнения – остальные «Дары Смерти» действительно существуют! Да и, вспоминая реакцию Драко, в момент, когда тот сходу и, похоже, без иступлённого изумления признал в его волшебной Мантии именно ту, что досталась младшему брату из сказки, Поттер пришёл к выводу, что в чистокровных семьях, к подобным сказкам-преданиям относились куда серьёзнее, чем в остальных. А возможно… Гарри перевёл взгляд на Драко, который уже вновь хлопотал над котлом, периодически возвращаясь к записям в пергаменте, и почему-то перед его мысленным взором возник образ молодой, аристократически белокожей женщины со сложенными на груди в молитвенном жесте руками… Склонив гордую голову, эта женщина смиренно стояла на коленях перед большой, сияющей мистическим, опаловым, цветом, стеклянной сферой с, помещённой в неё, статуей величественного Лунного Дракона… И она отчаянно молила Его даровать им с мужем наследника рода Малфоев... Поттер моргнул, вновь фокусируя взгляд на утончённом профиле Драко, и вдруг подумал, что всё дело могло быть не только в том, что семья Малфоев являлась чистокровной, но и сама по себе оказалась прочно связана с древними преданиями, благодаря обряду таинственных служителей Лунного Дракона. И, соответственно, относилась к ним более серьёзно, чем все остальные. По крайней мере, Нарцисса Малфой уж точно. И, наверное, именно она, раскрыв однажды Драко тайну его рождения, внушила своему сыну мысль, что не все придания не́быль… Гарри вдруг стало интересно: верна ли его догадка? - Драко, а ты сам веришь в то, что эти братья не просто герои сказки? – как бы невзначай спросил он, отвлекая Малфоя от работы. - Поверил окончательно, когда увидел твою Мантию-невидимку, - бесцветно ответил Малфой, увлечённо помешивая зелье строго по инструкции и стараясь не сбиться со счёта. А Гарри кивнул сам себе – так он и думал. - Хотя братья Певерелл действительно существовали, - неожиданно заговорил вновь Драко, всё также не отрывая сосредоточенного взгляда от котла. - Певерелл? – заинтересованно переспросил Поттер. – Да. Я как-то натыкался на упоминание о них в какой-то книге, но до недавнего времени не придавал этой истории особого значения. Хотя в детстве мне нравилось её слушать. - Я заметил, - улыбнулся Гарри и снова погрузился в раздумья. Каждый из «Даров Смерти», по разным причинам, отчего-то не давал Поттеру покоя… С Мантией-невидимкой было всё более-менее ясно. Правда, именно после рассказа Драко, ему стало любопытно: как такая вещь могла попасть к его отцу? Жаль, что он никогда не сможет спросить его об этом лично… Конечно, можно попытать счастья и поинтересоваться у Дамблдора. Ведь именно он преподнёс её ему на первое Рождество в Хогвартсе. Но об этом можно подумать и позже… - Так, значит, ты никогда не искал эти Дары? – спросил он у Драко, заставив того вздрогнуть от неожиданности и выронить пустую миску. - Нет, - раздражённо процедил Малфой, взмахивая волшебной палочкой и возвращая деревянную чашу на место. – Я не настолько алчен, как тебе кажется, Поттер, - Драко криво усмехнулся. – И, к тому же, меня вполне устраивает собственная палочка! – он высокомерно вздёрнул подбородок, а Гарри про себя усмехнулся: «Важный, как павлин!». Но потом огладил его длинную шею с пульсирующей тёмной венкой нежным взглядом и мысленно поправил сам себя: «Нееет… Журавль!» - Я слышал, - тем временем продолжал Малфой, ничего не заметив, - что многие волшебники искали «Дары Смерти», полагая, что владелец всех трёх сможет стать Повелителем или, как ещё говорят, Мастером Смерти, - а нахмурившись, добавил уже еле слышно: - И большинство из них из-за этого уже умерли! - «Слышал»? – перебил его Гарри, подпирая подбородок ладонью и внимательно вглядываясь в его лицо. - Поттер, - красиво очерченные губы Драко расплылись в дьявольской полуулыбке, - ты забыл, в какой именно семье я рос? – и выгнул домиком аккуратную бровь. - Если бы, - тихо хмыкнул Гарри и выпрямился на стуле. - На самом деле, лично мне кажется, - решив пропустить это мимо ушей, философски продолжил прерванную тему Малфой, - что Повелителем Смерти может стать только тот, кто осознаёт её неизбежность, но не пугается смерти, а принимает её как часть жизни… Он замолчал, хмуро разглядывая мелкие трещины в столешнице, а Гарри в очередной раз поразился тому, насколько богатым и многогранным был внутренний мир Драко, скрывавшийся от него все эти годы под маской Холодного Слизеринского Принца. - Ты только представь, - вновь неожиданно оживился Малфой, поднимая голову, - как опасна была бы подобная власть, сосредоточенная в одних руках! Особенно в руках того, кому вздумалось однажды стать «Повелителем Мира»! Гарри посмотрел прямо в его глаза и понял, что они сейчас думают об одном и том же «человеке». Слабо кивнув, вместо ответа, Поттер успел заметить, как острый кадык Драко нервно дёрнулся, а уже в следующую секунду он услышал его тихий, но твёрдый голос: - Береги свою Мантию, как зеницу ока! И это была отнюдь не просьба. Нет. Приказ. И даже тон Малфоя Гарри нисколечко не задевал. Ведь он прекрасно осознавал, что Драко, безусловно, прав, и был безмерно счастлив, что и в этом вопросе их мнения полностью совпадали! Благодарно улыбнувшись, Гарри решил немного разрядить обстановку: – Так, если Бузинную палочку невозможно победить, то…как же тогда… - Вот чем ты слушаешь, Поттер? – жеманно вздохнув, Малфой покачал головой, предугадывая окончание его вопроса. – Бузинная палочка непобедима в бою! Гарри нахмурился, переосмысливая его слова и не желая больше переспрашивать. - Обычные волшебные палочки… - со вздохом начал пояснять Драко, но тут Поттер не выдержал: - Я знаю, что «не волшебник выбирает палочку, а палочка - волшебника»! - Гарри мысленно поблагодарил старика Оливандера, сообщившего ему об этом при покупке палочки. - Ты вообще за кого меня принимаешь?! - Ох, простите! – Малфой наигранно изумился, прикрыв пальцами рот. – Я задел Ваши нежные чувства? – но тут же рассмеялся так искренне и задорно, что Гарри просто не смог на него дольше злиться. – Я просто хотел тебе сказать, что силы простой волшебной палочки, если и переходят к новому владельцу, то только будучи взятыми в бою. Во всех остальных случаях – палочка будет слушаться нового хозяина весьма неохотно, - но, заметив выражение лица Гарри, Драко грациозно подошёл к нему и, быстро поцеловав его в губы, с обезоруживающей улыбкой, поспешил добавить: - Но это ты и так знаешь! Правда, Мой Герой?! Поттер сузил глаза: «Знает ведь, слизеринский змеёныш, чем подкупить!». Но не успел он поднять руки, чтобы притянуть Малфоя к себе, как тот ловко увернулся и покачал перед его носом указательным пальцем. - Хотя, бывает, что палочка передаётся по наследству в качестве семейной реликвии, - деловито продолжил Малфой, отойдя на безопасное для рабочей атмосферы расстояние, - как, например, палочка моего деда, которой сейчас пользуется отец. Так вот… Раз Бузинная палочка непобедима в бою, но стала беспрекословно слушаться того, кто завладел ею обманным путём, то… -…То, видимо, в случае с ней всё, видимо, с точностью до наоборот, чем с обычными палочками, - закончил за него Поттер. - Никто не знает этого наверняка, - пожал плечами Драко. - Всё-таки Бидль написал именно «Сказку»… - и сверился с наколдованными часами. - Интересно, как она выглядит? Эта Бузинная палочка… - В книжке была иллюстрация, но я сомневаюсь, что она правдива. Но, тем не менее, я почему-то уверен, что Бузинная палочка точно не похожа ни на одну из тех, что можно было бы найти у Олливандера! На картинке она казалась довольно длинной, заострённой и с какими-то узелками по всей длине, но… - Малфой поднёс к глазам молодую, тоненькую веточку бузины, которую как раз собирался порезать на небольшие отрезки для зелья, и скептически произнёс: - Но разве же они похожи?! Гарри, ну ты сам посмотри! Но Гарри судорожно соображал. Что-то в книжном описании Бузинной палочки было ему смутно знакомо, но он никак не мог понять: что именно… Драко подозрительно прищурился и потряс его за плечо. - Гарри? Всё в порядке? - А? Нет, всё отлично! – натянуто и преувеличенно бодро улыбнулся Поттер и, скорее для отвода недоверчивых серых глаз, достал из кармана джинсов свою Мантию-невидимку. Малфой ещё некоторое время поджимал губы, видимо, чего-то ожидая. Но Гарри так внимательно и сосредоточенно ощупывал и рассматривал волшебную ткань, будто действительно видел её впервые, да ещё и любовно приговаривал, что, мол, «больше не будет швырять и запихивать её как попало, после такого рассказа», так что Драко, в конце концов, сдался и вернулся к котлу. - Так, а что насчёт третьего Дара? – спросил через некоторое время Поттер, аккуратно отложив Мантию-невидимку на край стола. - Ты о Воскрешающем камне? – и только с его губ слетел последний звук, как Поттера, словно разрядом тока прошило. «ВОСКРЕШАЮЩИЙ камень… Ну, конечно!» - мысленно повторил он, и глаза его широко распахнулись, лихорадочно заблестев за стёклами круглых очков, а сердце бешено заколотилось в груди. - Поттер, да что с тобой сегодня? – настороженно обратился к нему Малфой, уже в который раз обеспокоенно сталкивая светло-русые брови на переносице. – Ты побледнел… - Драко! – Гарри вскочил со стула, не в силах совладать с приливом эмоций, и, в один прыжок оказавшись рядом, порывисто схватил его за плечи. – Ты ведь сам сказал, что этот камень «Воскрешающий»! Значит, эта штука действительно работает! - Ты слушаешь, но не слышишь меня, Поттер! Если использовать Камень, человек может уже и не быть прежним! Да сдался он тебе!? – раздражаясь, Малфой повысил голос и попытался сбросить чужие руки, но Гарри лишь усилил хватку. – И вообще, всё может быть совсем иначе! Это же детская сказка, Поттер! - Но ведь моя Мантия-невидимка более чем РЕАЛЬНА!? И исправно служила мне всегда! – Гарри на миг запнулся, нервно почёсывая затылок, и смазано заметил: - Только с дементорами не вышло… Но это и не важно! Драко, это же просто отлично! Значит, шанс есть! – его малахитовые глаза всё ярче и ярче разгорались, зародившейся из ниоткуда, надеждой. Драко вновь делал это – зажигал свой неземной Свет в конце тоннеля, когда больше было некому его спасти! И он без предупреждения сгрёб Малфоя в охапку, отрывая его изящную фигуру от пола, и с лёгкостью прокрутился вместе с ним вокруг своей оси. - ПОТТЕР! Ты совсем сдурел?! Поставь меня на место! СЕЙЧАС ЖЕ! – зажатый в стальном кольце чужих рук, Драко беспомощно таращился сверху вниз на просветлевшее лицо Поттера и абсолютно не мог понять: что он такого особенного сейчас сказал? - Ты даже представить себе не можешь, как я сейчас счастлив! Гарри неожиданно разжал руки, почти «выронив» очумевшего Малфоя, и, как только ноги Драко коснулись пола, смачно впился в его губы, неистово, но коротко, целуя. А после стал нетерпеливо расхаживать взад-вперёд, меряя шагами их небольшую персональную лабораторию. - Ты что задумал? – озадаченный подобным поведением, Малфой склонил голову к плечу и скрестил на груди руки – уж больно подозрительным ему показался этот внезапный приступ радости и настойчивые расспросы о Воскрешающем камне. - Да стой же ты! – Драко ухватил Гарри за локоть, и тот вздрогнул, будто прикосновение прохладных, сильных пальцев выдернуло его из наркотического дурмана на свежий воздух. – Признавайся! В чём дело? Нервно облизав губы, Поттер пристально посмотрел ему прямо в глаза и заговорил полузадушенным и сбивчивым, от сумасшедшего «коктейля» из волнения и счастья, голосом: - Если мне удастся достать этот Камень, то ещё не всё потеряно! С, и так бледного, лица Драко разом схлынул, едва проступивший, румянец. Язык налился свинцом и словно прилип к нёбу от того, что он не хотел, но не мог не озвучить. - Ты так говоришь, - с трудом начал он, задышав чаще, - как будто…заранее уверен, что Он…ОН что? – и, с ужасом представив остывшее, безжизненно тело Гарри, голос Драко и вовсе превратился в надсадный шёпот. - …Убьёт тебя?! Малфой так резко отшатнулся от него, что Поттер даже вздрогнул, а по его оголённым рукам побежали неприятные мурашки. Ни о какой радости речи не было уже и в помине, стоило ему увидеть, как Драко, обхватив себя руками, остервенело вцепился в собственные предплечья, и как обиженно поджались, унимая внутреннюю дрожь, его побледневшие губы. - Драко, ну ты чего? – стремительно обняв его и крепко прижав к себе, торопливо зашептал Гарри. Малфой судорожно всхлипнул против воли. - Ты обещал! – глухо, но настойчиво, выдавил из себя он и обхватил в ответ его спину. – Обещал МНЕ…что не оставишь! - Но я должен рассматривать все варианты, - как можно правдоподобнее стал заверять его Поттер, пытаясь изобразить хоть какое-то подобие улыбки. – Как бы тяжело это ни было. Лучше я буду готов…ко всему. Понимаешь? - Хорошо, - Малфой шумно вздохнул, теснее прижимаясь к его груди и, ради Гарри, постарался мыслить хладнокровно. – Предположим… Только предположим, Поттер! Что тебе удастся найти этот камень и… - он нечеловеческими усилиями заставил себя договорить, - и если…Тёмный Лорд убьёт…тебя, а этот камень сработает и ты воскреснешь, то… А что если, это будешь уже совсем не ты, Гарри!? Что если… Вдруг, ты не узнаешь меня, после…после всего? Но Поттер, в отличие от него, был слишком ослеплён забрезжившей на горизонте надеждой и верой в лучшее, и преисполнен оптимизма. - Я уверен, Драко, что Тебя я не забуду, даже после Смерти! Ну, разве возможно забыть ТЕБЯ? – с мягкой улыбкой на устах он заглянул в большие и такие родные, серые глаза, загнанно и испуганно метавшиеся взглядом по его лицу, и ласково провёл ладонью по волосам от виска до уха Драко, словно утешал расстроенное дитя. - Да, если бы я во всём мог быть так же твёрдо уверен, как в этом, - продолжил он, после небольшой паузы, - то жизнь моя была бы куда проще! – и, прижавшись на краткий миг губами ко лбу Драко, приободряюще сообщил: - Так что я завтра же поговорю об этом с Дамблдором. Пожалуй, он единственный, кто действительно может хоть чем-то помочь в этом вопросе. А пока… - Гарри посмотрел куда-то за спину Малфоя, - давай уже доварим наше несчастное зелье и пойдём отсюда! Мм? - Чёрт! Зелье! – подскочив на месте, как ужаленный, Драко метнулся к разделочной доске. Сверившись с часами, тихо чертыхнулся и принялся быстро нарезать бузинную ветвь на мелкие круглые отрезки. Но задача оказалась не столь лёгкой, какой виделась на первый взгляд, так как из каждого свежего пореза ветви проступал красный сок. А так как по рецепту следовало «нарезать на короткие отрезки ветвь бузины, не растеряв ВСЕ её составляющие и полезные элементы», это неприятное обстоятельство добавило Малфою немало хлопот. Гарри, конечно, не был до конца уверен, что Снегг имел ввиду, что-то типа: «ни капли мимо», но Драко почему-то думал иначе, поэтому он не стал вмешиваться и комментировать процесс. Сразу же закупоривая Магией сочные, только нарезанные побеги, Малфой лукаво улыбнулся собственной изобретательности и осторожно высыпал их в котёл. И, дружно всплыв, те тут же равномерно распределились по поверхности зелья. С видом умудрённого зельевара, – коим, в принципе, Гарри его и считал, - Драко помешал варево один раз по часовой стрелке и трижды против, а затем легонько подул. И, словно по команде, все нарезанные палочки бузинной ветви одновременно погрузились в жидкость, так ни разу больше не показавшись на поверхности. - Тааак… Вроде, не всплывают, - с явным облегчением констатировал Малфой и отошёл от котла. – Значит, успели. - Ты разве забыл: я же везучий! – подмигнул Драко Поттер, и услышал его тихое, весёлое фырканье. - Рано расслабился, везунчик! – лукаво поддел Гарри Малфой, вопреки всему, подхватывая его настрой. – Переверни-ка лучше песочные часы. Остался ещё один, самый важный, ингредиент и его ни в коем случае нельзя проворонить! - Без проблем, - с воодушевлением кивнул Гарри, переворачивая стеклянную колбу с песком. - А какой? Драко достал из-под стола небольшой ящичек и, сняв с него специальные Защитные чары, открыл. Из него тут же стали выползать, словно ожившие дымчатые побеги лиан, полупрозрачные клубы холодного воздуха. Жестом подозвав Гарри ближе, Малфой заглянул внутрь. - Снегг только сегодня выдал его мне. - Это..? – Поттер напряжённо рассматривал растение внутри, но ему на ум не приходило ни одно название, потому что оно не было похоже ни на одно, из когда-либо пройденных в школе. - Что это за цветок? – наконец, сдавшись, спросил он. – Хотя он чем-то смутно похож на артемизию. Но…я не уверен… - Драко перевёл на него недоумённый и одновременно восхищённый взгляд. – Что? У моей тётки было много журналов о растениях и цветах. Да и Невилл часто рассматривает подобную литературу, а потом рассказывает о прочитанном всем подряд. Он ведь у нас помешан на Травологии… - А ты не безнадёжен, Поттер, - поддел его Малфой, осторожно вынимая цветок из охлаждённого бокса. – Ты почти угадал. Это гибрид. Ух, холодный! - Наверняка, жутко привередливый в обращении, - издевательски заметил Гарри и, приподняв уголок губ, насмешливо добавил: - прям как ты! Драко пихнул его плечом, жалея, что заняты руки. Но быстро посерьёзнел и поднял цветок повыше, рассматривая его на свету. - Мда, вряд ли он долго протянул бы без своего ящичка. - Гибрид, значит, - Поттер тоже стал недоверчиво разглядывать причудливое переплетение тоненьких, сиреневых с желтой окантовкой, лепестков. – И с каким же цветком он скрещен? - С хризолитусом, - лаконично ответил Малфой, но, увидев озадаченный взгляд Гарри, торжествующе заявил: - Поторопился я что-то, назвав тебя «небезнадёжным»... Твой Долгопупс бы точно уже вспомнил! Хоть в чём-то он не идиот, - сардонически хмыкнул Драко и обратился к Гарри: - Ну же, Поттер, не разочаровывай меня! - Не зарывайся, Малфо́й! Или ты пал настолько низко, что стал встречаться с безнадёжным и тупоголовым гриффиндурком только за красивые глаза?! Светлые брови Драко тут же взметнулись к кромке зализанных назад волос, а скулы неожиданно припорошил румянец. - Не говори глупостей, Поттер! Конечно, не поэтому… - То-то же! – хмыкнул Гарри и, не сдержавшись, вскользь «клюнул» его в щёку, смазано целуя. - Что же это за зелье такое? – словно, выжидающий под высоким деревом свою недосягаемую жертву, хищник, Малфой кружил вокруг котла, постукивая точёным указательным пальчиком по подбородку и не зная, где сокрыта хотя бы какая-нибудь подсказка. – И цветы эти… Заметил? Прямо как две противоположности, два абсолютно разных полюса… - задумчиво рассуждал Драко, будто обращался уже не к Гарри, а тянул за невидимые нити собственных догадок, сотканных из пространственных сравнений. - ...дневное и ночное начало… - наконец, закончил он совсем тихо. - Прости, что? Какое ещё «начало»? - Это просто теория. Я знаю Снегга. И к «языку цветов» он относится вполне серьёзно. Возможно, эти цветы тоже могли бы отчасти что-то значить? Артемизия, к примеру, символизирует женское, лунное, ночное жизненное начало, - Поттер весело присвистнул, - а хризолитус - начало мужское, солярное и дневное, - без издёвки, пояснил Драко и, продолжая всматриваться вглубь дивного цветка, задумчиво подвигал губами. – Разные, как… - Ну, прям, как мы с тобой! - перебивая и отвлекая от серьёзных мыслей, подмигнул ему Гарри. - Романтик ты, - так же легкомысленно усмехнулся, Малфой, качая головой. - Возможно, - пожал плечами Поттер. – Но, как бы там ни было… Мы уже столько всего туда добавили с начала проекта, что мне вообще непонятно: как оно ещё в котёл умещается? Драко ничего не ответил. Он бросил взгляд на песочные часы, в которых уже сбегали вниз последние песчинки, и его лицо сразу же стало непроницаемо серьёзным. - Пора, - коротко произнёс он и осторожно взял в ладони цветок. - Давай вместе? – предложил Гарри, даже не успев понять, откуда в нём внезапно возникло это странное предчувствие, что он непременно должен сделать это вместе с Драко. Получив одобрительный кивок, он встал позади Малфоя и прижал снизу свои ладони к его кистям. - Мерлин, пусть у нас получится! – в еле слышном шёпоте Драко Гарри расслышал столько трепета и волнения, что ему даже показалось, будто Драко просил Небеса о чём-то большем, чем просто успешное завершение проекта… И, кажется, он догадывался о чём. Ведь, с тех пор, как он признался ему, что вынужден будет сразиться с Волан-де-Мортом, Драко часто поднимал эту тему и каждый раз пытался его отговорить. Но это было не в его силах. Да и не в чьих силах вообще… - Получится… У нас всё получится, Драко! – как можно бодрее заверил его Гарри и, теснее прижавшись к спине Малфоя, нежно прильнул губами к изгибу шеи. – Вот увидишь… Затаив дыхание, они поместили цветок в котёл и стали ждать. Чуть покачавшись на поверхности кипящего зелья, цветок медленно стал опускаться ко дну. И, как только последний лепесток скрылся из вида, жидкость в котле начала сама по себе закручиваться и перемешиваться по кругу, создавая подобие миниатюрного водоворота, разгонявшегося с каждой секундой всё быстрее. - Драко? Это…нормально? – на всякий случай, отводя его подальше от стола, почему-то шёпотом спросил Гарри. - Не знаю, - честно и слегка оторопело ответил Драко, инстинктивно вжимаясь в его грудь сильнее. – В рецепте больше нет ни строчки… А тем временем, жидкость в котле так же неожиданно прекратила крутиться в бешенном водовороте и сменила свой цвет с тёмно-фиолетового на нежно-лазурный, став практически прозрачной и чистой, словно кристалл. - Всё, - выдохнул Малфой, взмахом волшебной палочки потушив огонь под котлом, и устало расслабился в объятиях Гарри. Пробу зелья Снегг должен был снять завтра утром сам, поэтому юноши, немного прибравшись на рабочем месте, обвели на прощание тоскливыми взглядами свою небольшую отдельную секцию, что так выручала их в последнее время, и навсегда заперли за собою дверь лаборатории. Даже не верилось, что теперь им больше не нужно будет забегать сюда каждую свободную минуту и строго соблюдать предписания таинственного рецепта. Хотя оба уже знали, чем занять это вакантное время в дальнейшем! Спрятавшись вдвоём под Мантией-невидимкой и крепко взявшись за руки, они с чистой совестью и лёгким сердцем устремились на восьмой этаж к «Выручай-комнате». И каково же было их глубочайшее удивление, когда в другом конце нужного им коридора, у самой дальней стены, явно зная, что делает, выхаживал взад-вперёд ни кто иной, как сам Северус Снегг! Ошарашенные, нежданной и негаданной встречей, они изумлённо наблюдали из своего укрытия за тем, как в стене появилась, хорошо знакомая им, резная дверь волшебной комнаты, и зельевар незамедлительно скрылся в недрах одного из бесчисленного множества её всевозможных помещений… - Что это он тут забыл? – недовольно процедил Малфой, всё ещё не веря в то, что Снегг только что испортил все их многообещающие планы. - Может попробовать проследить за ним? - И как это, интересно, ты собрался это сделать? Сам же говорил, что угадать комнату практически невозможно!? Или предлагаешь стену Бомбардой разнести? Только так…по-тихому, чтобы Снегг не заметил? – насмешливо хмыкнул Малфой, но тут же вновь недовольно нахмурил брови. – Да и толку нам здесь торчать? А если ещё Снегг каким-то образом нас заметит, то нам же хуже будет! Как будто ты сам этого не знаешь!? - Ну, ладно-ладно, - торопливо заговорил Гарри. – Это я так…к слову. - И что ты вечно норовишь сунуть свой длинный гриффиндорский нос туда, где его точно оттяпают! – нахохлился Малфой. - Эй! Чем тебе так не угодил мой нос? – пытаясь разрядить обстановку, Гарри игриво потёрся им о щёку Драко, и почувствовал, как тот слабо, но довольно улыбнулся. - И что теперь? Сегодня мы туда вряд ли уже попадём… - раздосадовано выдохнул Малфой. - Не знаю, - в тон ему ответил Поттер, смотря на то, как медленно растворяется в стене дверь «Выручай-комнаты». – Есть предложения? Может… - В Астрономическую башню точно не пойдём – замёрзнем, - категорично заявил Драко, предугадывая возможные предположения Поттера. - Я вообще-то хотел предложить какой-нибудь класс, - усмехнулся Гарри и взял его за руку. – Пойдём. Какой-нибудь точно должен быть открытым. *\\* Осторожно передвигаясь по замку, чтобы не быть услышанными и замеченными бдительной миссис Норрис и её хозяином, Аргусом Филчем, или, проплывающими по воздуху, привидениями, они зашли в первый попавшийся, открытый, класс и хорошенько заперли за собой дверь. В помещении стало совсем темно. Гарри зажёг Люмос и, как и предполагал, сразу увидел забавно сморщенный, курносый нос Малфоя, который брезгливо озирался вокруг, отряхивая друг о друга ладони. - Ну, не твоя, конечно, «Выручай-комната». Но, по крайней мере, не холодно, - Гарри развёл руки в стороны и пожал плечами. Малфой промолчал, видимо, перебарывая внутреннее отвращение. И Поттер решил действовать сам. Из мебели в классе оказалось только десятка два сломанных парт, поэтому он пошёл прямо к широкому подоконнику и очистил его заклинанием. Сняв с себя свитер, трансфигурировал его в небольшой матрас и, застелив им поверхность, запрыгнул на подоконник. - Драко? - он приглашающе похлопал ладонью рядом с собой и не без внутреннего тожества отметил, что тот с готовностью направляется в его сторону, расстёгивая на ходу пиджак. Облокотившись спиной о стену, Гарри дождался, пока Малфой поудобнее устроится, облокачиваясь на его грудь, и, на всякий случай, набросил на них ещё и лёгкие Согревающие чары. Крепко обвив Драко руками, он зарылся носом в его платиновые волосы, пряча в них блаженную улыбку, и, как обычно, испортил идеальную укладку. - Поттер, - беззлобно и по-малфоевски лениво протянул Драко, - почему тебе так нравится портить мою причёску? - Потому что ты слишком соблазнительно пахнешь, - откровенно сознался Гарри и демонстративно глубоко вдохнул, до отказа наполняя лёгкие любимым ароматом сирени с жасмином. – И, кажется, я тебя уже давно предупреждал, что портить её не перестану! Так может будет проще, если ты просто изменишь причёску? Лукаво улыбаясь, Малфой оглянулся назад, смотря на Гарри снизу вверх, и спросил: - А если я скажу, что мне не нравится, когда ты так делаешь? - Я буду уверен, что ты лжёшь, - широко улыбнувшись в ответ, спокойно произнёс Поттер. - Даже так? – Драко хитро прищурился. – Но ты ведь не можешь знать лучше меня: что мне нравится, а что – нет!? Решив больше не тратить время на пустые споры, Поттер запустил пятерню в его волосы и, несильно потянув за них, впился в его губы жадным поцелуем. От неожиданности распахнув глаза, Малфой издал задушенный полустон и, обхватив в ответ одной рукой Гарри за шею, попытался перенять инициативу. Сгребая в кулак непослушные, тёмные пряди, Драко шумно дышал носом и уже отчаянно жмурился от долгожданного ощущения этих горячих и настойчивых губ. Но, как только пальцы Поттера ожили в его волосах, массируя кожу головы, он несдержанно простонал ему в рот и, сильнее надавив на затылок, сам углубил поцелуй. - Вот видишь, - сбивчиво и тяжело дыша, слегка хрипло подвёл итог Гарри, как только они смогли оторваться друг от друга. – Нам обоим это нравится! - Вижу… - так же хрипло подтвердил Малфой и, развернувшись поудобнее, вновь властно притянул его к себе за затылок, вынуждая забыть о любых неотложных разговорах! Но когда Гарри уже опустил ладонь на выпирающую ширинку Драко и несмело сжал его твердеющий член, а игнорировать собственное нарастающее возбуждение уже стало невмоготу, он вынужденно разорвал поцелуй. Опустив голову на грудь, чтобы не видеть немого вопроса или упрёка в потемневших серых глазах, Поттер глубоко дышал ртом и убеждал себя, что не посмеет соблазниться на большее. Только не здесь. Не в этом заброшенном и пыльном классе. Не в их настоящий первый раз! Даже если, каким-то чудом, сам Драко окажется не против… И, наверное, Малфой был с ним в этом солидарен. Так как сам отвернул пылающее лицо в сторону и тоже молчал. И только сумев справиться с дрожью возбуждения во всём теле, осторожно встретился взглядом с такими же, как у него самого, ошалелыми и потемневшими глазами Поттера. Смущённо и глупо улыбнувшись друг другу, они всё же вновь устроились в обнимку и, не сговариваясь, уставились в ночь за немытым окном. Молчание рядом с Драко не казалось неловким, и хотя Гарри готов был провести вот так – просто сидя с ним рядом – хоть целую вечность, ему всё же хотелось говорить с ним. Хотя бы ради того, чтобы просто слышать Его голос. - Мне не верится, что уже завтра у меня уже не будет повода подсесть к тебе на Зельеварении, - расстроенно вздохнул Поттер, теснее прижимая к себе Драко. – А может послать всех куда подальше и так и сидеть вместе на последней парте? Я даже согласен притворяться, что это Снегг нас так наказал! - Гарри… - только и сказал Малфой, поглаживая тонкими, длинными пальцами его кисть. Но Гарри его понял. Только, прижимаясь в ответ губами к его светлой макушке, всё продолжал мысленно удивляться, что за столь короткий срок, им с Драко стало достаточно произнести всего лишь имя, чтобы безошибочно понять всё, что осталось недосказанным. Они враждовали долгих шесть лет, а всего за каких-то полтора месяца научились так чутко чувствовать мысли и настроение друг друга, будто всю жизнь прожили вместе. Сколько же драгоценного времени потрачено впустую! И как же хочется сейчас, чтобы это самое Время, сжалившись над ними, хотя бы чуточку замедлило свой бег, а лучше бы и вовсе застыло в одном из таких уютных - одном на двоих - мгновении! Увековечило их в объятиях друг друга, смотрящих в окно, за которым, бесшумно вальсируя, мягко опускались на землю пушистые снежные хлопья… - Скоро рождественские каникулы, - как бы невзначай заметил Поттер и инстинктивно напрягся, не зная наверняка: хочет ли он на самом деле услышать «отрицательный» ответ на вопрос, который уже вертелся у него на языке. Но, испытывая удачу на прочность, всё же решился: - Ты останешься в Хогвартсе..? - а добавить жалкое «со мной» почему-то не хватило духу. Но даже мимолётного вдоха, этой крошечной заминки в дрогнувшем голосе Поттера, вполне хватило, чтобы Малфой резко развернулся в кольце его рук, и его внимательные серые глаза с тревогой забегали по лицу Гарри. - Гарри, - и у Поттера отчего-то защемило сердце, - я не поднимал эту тему намеренно, - после некоторой паузы, признался Малфой. – Потому что изначально планировал остаться здесь… - он коснулся прохладными пальцами напряжённой скулы Поттера и пристально заглянул в глаза, прежде чем полуинтимно добавить: - …с Тобой, - Гарри смог, наконец-то, выдохнуть, но замер вновь, настороженный погрустневшим взглядом Драко. – Но… Отец настаивает, чтобы я приехал в Мэнор. В честь его назначения главой Комитета по образованию, у нас в замке дают торжественный приём и бал, на который съедется вся «верхушка» Министерства Магии. И я, как наследник рода, обязан присутствовать! – Драко потупил взгляд и отвёл его в сторону. – Так велел отец… - Будешь танцевать с какой-нибудь такой же «родовитой» дочуркой какого-нибудь министра? – глянув на него исподволь, с издёвкой поинтересовался Гарри, но опасные искорки, промелькнувшие в его глазах, явственно говорили Драко о том, что ему вовсе не до шуток. - Поттер! – вскинув голову, мгновенно ощетинился Малфой. – Ты же не собираешься мне сейчас снова сцену ревности закатывать? Я ведь даже ещё не уехал! И что ты вообще себе уже навоображал?! Гарри уже приоткрыл рот для не менее хлёсткого ответа, но, некстати вспомнив о своём недавнем «путешествии» в сознание Волан-де-Морта, сжал губы в твёрдую, злую линию и стиснул с силой кулаки. «…Мы как раз встретили Беллатрису и остальных сегодня утром. Им удалось найти почти всех неверных на юге Англии. Сейчас они с отрядом Ваших верных слуг передвигаются на юго-восток, зачищая территорию и налаживая старые связи. Думаю, что как только Вы закончите свои дела здесь, они уже успеют вернуться, и Вы в полной мере сможете распорядиться ими на своё усмотрение...» - манерным голосом отрапортовал в его воспоминаниях Люциус Малфой Тёмному Лорду. Беллатриса Лестрейндж. Абсолютно сумасшедшая, одержимая Своим Повелителем, женщина, которая лишила Гарри последней родной души - его, так ненадолго обретённого и безвозвратно ушедшего, крёстного отца – Сириуса Блэка! И теперь эта ненормальная, пытаясь всячески угодить Своему Лорду, снова собирала по Свету его последователей и новообращенных, чтобы привести их за собой… Поттер с ужасом распахнул глаза. «Да ведь она стягивает их всех…в Мэнор!» - Гарри? Что такое? – забеспокоился Драко, обхватывая прохладными ладонями его шею. – Ну, ладно! Если уж ты так переживаешь, то я тебе даю слово своё, что не… - Нет, Драко, - мотнув головой, перебил его Поттер. – Дело не в этом. Тебе нельзя туда. Нельзя ехать в Мэнор! – категорично заявил он, хватая его за руки. - Ты хоть понимаешь, ЧТО ты несёшь?! – с долей иронии усмехнулся Драко. – Малфой Мэнор – мой дом. Дом, Поттер! С чего бы это мне нельзя было туда возвращаться? - Потому что вскоре туда прибудут ВСЕ Пожиратели Смерти во главе с Беллатрисой Лестрейндж, а я ничего не смогу сделать, чтобы тебя защитить! – словно ведро ледяной воды, Гарри на одном дыхании выплеснул всё на Малфоя. - Ч…что? – дрогнув, длинные ресницы Драко взметнулись к бровям, а глаза испуганно округлились, словно остекленев от затаённого, пробудившегося в груди страха. – Что ты такое…говоришь? Тётя Белла…не причинит мне вреда… - будто пытаясь убедить сам себя, Малфой стремительно отдалялся, неслаженно и как-то вяло стараясь выпутаться из хватки Поттера. – Да нет же… Ты что-то путаешь… - Драко! – встряхнул его Гарри, приводя в чувства. – Она хладнокровно убила Сириуса! А он был её двоюродным братом! Эта сумасшедшая ни перед чем не остановится, если вдруг - не приведи, Мерлин! – хоть кто-то узнает… пока ты будешь там… Но дело не только в ней! - Да что ты вообще..? - Слушай меня! Беллатриса собирает всех последователей Волан-де-Морта и ведёт их к ВАМ, в Мэнор! Что тут может быть непонятного?! - Хочешь сказать, - перестав вырываться, Драко тряхнул головой, откидывая со лба выбившуюся чёлку, и недоверчиво покосился на Поттера, - Малфой Мэнор станет штаб-квартирой…Тёмного Лорда? – с трудом выдавил из себя он. – Но с чего ты это взял? - Я только сейчас понял то, что почувствовал, ещё когда был в сознании Волан-де-Морта. Он с таким отвращением смотрел на окружавшую его обстановку в той жалкой лачужке, где ему приходилось тогда вынужденно находиться и так жадно вслушивался в слова…Люциуса, - Гарри отчего-то не мог заставить себя произнести «твоего отца» - уж слишком непохожим на него ему сейчас казался Драко! И дело было вовсе не во внешности. – И я вдруг понял: он ждал подходящего момента! Ждал, когда позиция Люциуса в Министерстве окрепнет достаточно, чтобы избежать неожиданных облав на ваш Мэнор и преследования коллег. И новая должность Люциуса как раз обеспечила ему подобную неприкосновенность! Мерлин! – Поттер схватился за волосы, развивая свою страшную мысль. - Да он же всюду расставил своих людей! Ты ведь помнишь недавнюю статью в «Пророке» о неожиданном назначении нового министра Магии? И я не удивлюсь, если на вашем приёме бо́льшая половина гостей уже будет…из разряда «своих». - Ты что, всё это «увидел», когда мы были в Больничном крыле? – задушено уточнил Малфой. – Но почему ты МНЕ ничего не сказал?! - Нас «немного» отвлекли тогда, если ты забыл… - неожиданно нежно, хоть и немного нервно, улыбнулся Гарри и погладил его запястья большими пальцами. - Но… - Драко непонимающе моргал, периодически хмуря лоб и рассеянно переводя взгляд с их, соединённых вместе, рук на лицо Поттера. – Почему тогда отец мне сам ничего не рассказал? - Не знаю, Драко, - сочувственно выдохнул Гарри, мягко приобнимая его за талию. – Я только очень надеюсь, что Люциус не сделал этого ради твоей же безопасности! Малфой внезапно встрепенулся и, сместившись, пересел на бёдра Поттера. - Гарри, - горячо выдохнул он ему в губы и взял его лицо в прохладные ладони. – Я должен ехать… - и всё тело Поттера тут же налилось свинцом, а пальцы непроизвольно сжали чёрную ткань дорогого, приталенного пиджака Малфоя. - Ты же знаешь, Гарри... Всё будет хорошо, - поспешил заверить его Драко, пристально глядя глаза в глаза и не позволяя отвести взгляда. - Поверь! Я вернусь и… - ВЕРНЁШЬСЯ?! – не выдержал Гарри, неожиданно срываясь на крик. – Откуда такая слепая уверенность? Ты сам утверждал, что я «никому и ничего не должен», кроме тебя! Сколько раз ты пытался мне доказать, что я не обязан сражаться с Волан-де-Мортом?! А сам что?! Не можешь выполнить даже такую малость: остаться здесь, в Хогвартсе? Остаться со мной, чёрт бы тебя побрал, Малфой! – уже в сердцах выкрикнул Поттер, сверля его горящим взглядом. - Гарри, - насупился Драко. – Послушай… - Нет! Это ТЫ послушай! Теперь Я прошу ТЕБЯ: НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО! Тебе не стоит туда ехать, Драко… - А ты, кажется, забыл, что ты мне каждый раз отвечал, когда я просил тебя? - Это не одно и то же! – захваченный спором, с жаром воскликнул Гарри. - Не я это начал, Поттер! – зло ткнул его в грудь Малфой, парируя и начиная терять терпение. - Ты сам стал сравнивать! Отец не пойдёт на это, зная, что мы с матерью будем там! Чего ты боишься, Гарри? Ты ведь мог и ошибиться, а скоро Рождество и... И Гарри выдал ему всё, как на духу… - Я боюсь за тебя, Драко! Каждое утро я просыпаюсь с ужасающей мыслью, что это может быть наш последний день вместе! Я ненавижу каждое мгновение, что мы не рядом! Я боюсь потерять тебя, Драко! Боюсь, что ты приедешь туда, и Волан-де-Морт заставит тебя принять Метку! Боюсь, что он найдёт способ сломать тебя! Подчинит своей воле! Боюсь… Больше всего на Свете, боюсь, Драко, что ты…уже никогда не вернёшься ко мне! – Гарри судорожно сглотнул и, понурив голову, закончил: - Пусть даже с Меткой… С силой проведя ладонями по лицу, Поттер шумно выдохнул и сморгнул влажную пелену с глаз. Вот. Он сказал это. - Гарри… - почти беззвучно выдохнули побелевшие, полные губы Драко, а его большие серые глаза затравленно забегали по дорогому сердцу лицу. – Гарри… Я вернусь… Слышишь?! Я вернусь к Тебе! Что бы не случилось! Обещаю! Кроме того ужасного «полёта» с Астрономической башни, Малфою больше никогда не доводилось видеть, жизнерадостного и вечно верующего в лучшее, Гарри в таком разбитом состоянии. Капризничать, бушевать, переворачивать всё с ног на голову и расстраиваться до слёз мог позволить себе он, Драко. Но Гарри?! – Никогда! Поттер сожмёт челюсти и упрямо пойдёт напрямик, прошибая лбом стены и все преграды на пути, но не позволит себе раскисать. Он будет сильным и смелым за них двоих – за всех, если понадобится! Но сейчас… Драко видел, что Гарри вот-вот может вновь сломаться, как и в тот роковой вечер. Поэтому не на шутку перепугался, когда две ровные солёные дорожки сверкнули в полумраке на щеках Поттера. Вжав Гарри лицом в свою грудь, Драко без устали гладил его по волосам и спине, клятвенно заверяя полушёпотом, что вернётся, что никогда не примет Метку, до тех самых пор, пока Поттер сам не ослабил стальную хватку объятий, а сердце самого Драко не прекратило отчаянно и бешено метаться в груди. - А ты? – осторожно спросил Малфой, когда оба они немного успокоились. – Ты останешься в Хогвартсе или уедешь? - Теперь не знаю... Я думал, что, если ты будешь здесь, то я найду способ убедить Дамблдора и остальных, что мне лучше не покидать пределов замка. Думал, мы могли бы вместе полетать, а вечера проводить в «Выручай-комнате»… А так… - Не рви мне душу, Поттер! – расстроенно простонал Малфой, утыкаясь лбом в его плечо. - А так… Поеду к Рону, наверное… - С Уизлеттой? – Драко почти сурово глянул на него исподлобья. - Не с ней конкретно, но да – она, конечно, тоже там будет, - чувствуя облегчение от того, что внутренне напряжение стало отступать на второй план, Гарри подавил улыбку, но чётко расслышав утробный звук со стороны Малфоя, заулыбался ещё шире. - Драко? Ты сейчас…рычал? - Нет. У тебя галлюцинации, Поттер! - буркнул Малфой и, отстранившись, со всего маху откинулся спиной на грудь Гарри, так что тот даже задохнулся, словно получил реальный удар под дых. - Ну, раз так… - старательно делая вид, что не замечает гневного сопения Малфоя, Гарри полез в задний карман джинс. – Я, кажется, так и не выполнил одно своё давнее обещание… Привстань-ка, пожалуйста. Нахохленный и до невозможного, по мнению Гарри, милый, Малфой демонстративно фыркнул и резко сел, ожесточённо зачёсывая назад волосы. Но уже через секунду громко ойкнул, так как руки Поттера нагло дёрнули его за плечи назад, укладывая обратно к себе на грудь. - Вот! – гордо заявил Гарри, чуть ли не тыча в его насупленное лицо пожелтевший лист пергамента. Отмахнувшись, Малфой сел поудобнее и выхватил из его рук простенький с виду лист. - И что это? – с явным недоверием он покрутил его в тонких пальцах. - Погоди и ты всё увидишь, - интригующе произнёс Поттер и коснулся пергамента кончиком волшебной палочки, приговаривая: - «Торжественно клянусь, что замышляю только шалость!». Произнеся пароль, Гарри зажёг Люмос, так как того тусклого света, что попадал в класс из окна, было недостаточно, чтобы Драко смог рассмотреть всё «во всей красе». И как только на пергаменте стали проступать первые слова, выполненные зелёными чернилами, глаза Малфоя широко распахнулись и в них вспыхнул неподдельный огонёк озорного любопытства, а все прочие мысли были отброшены прочь. Торопливо зажигая собственный Люмос, Драко принялся жадно читать:

«Господа Лунатик, Бродяга, Сохатый и Хвост, поставщики вспомогательных средств для волшебников-шалунов, с гордостью представляют своё новое изобретение – Карту мародёров»

Вверху Карты, изогнувшись, будто бесхребетный змей, появилась лента с надписью: «Itinerarium maraudentium». А следом, по центру, условное изображение замка Хогвартс в виде крепостных стен ромбовидной формы, Гремучая ива и множество дорожек, ведущих к могучему замку, в виде бесконечно повторяемых по кругу выражений: «Maraudere est audere omnibus maraudenti bus bonum audere…». Восхищённо вдохнув, Малфой вжался в грудь Поттера, потому как Карта стала сама разворачиваться у него на коленях. - Гарри! – восторженно воскликнул Драко, пытаясь угнаться огоньком Люмоса за, быстро вырисовывающейся и очень подробной, схемой замка Хогвартс и его окрестностей. – Да это же…просто сокровище! Где ты её взял? - Близнецы подарили, когда Дурсли не подписали мне разрешение на посещение Хогсмида. - Так отсюда и туда можно попасть? – уточнил Малфой и его глаза заблестели ещё более заинтересованно и ярко. Гарри кивнул, заглядывая через плечо Драко в Карту. - Я даже не представлял, что наша школа таит в себе такое множество тайн! – вместо прямого ответа ответил он. - А кто такие эти «мародёры»? Как там их? – Малфой взялся за край Карты, чтобы заглянуть на оборотную сторону. – Лунатик, Бродяга и… - Сохатый и Хвост? – облегчая Драко задачу, закончил за него Поттер. – Это создатели этой Карты. Когда-то они были друзьями. Лунатик – это Ремус Люпин. - Ааа, наш профессор-оборотень, - слегка брезгливо и без особого интереса и восторга произнёс Малфой, неотрывно водя зажжённым кончиком палочки по многочисленным коридорам и тайным переходам Хогвартса. - Бродяга – продолжил Поттер, пропустив мимо ушей комментарий Малфоя и незаметно сглатывая, - это Сириус… К концу голос его совсем сник, а затем он и вовсе замолчал. Сколько бы ни прошло времени с той роковой ночи в Министерстве, Гарри почему-то так и не смог смириться с утратой именно этого человека. Хотя порой ловил себя на мысли, что Сириус видел в нём лишь точную копию Джеймса. А с тех пор, как сам он стал встречаться с Драко, то, оглядываясь назад и анализируя слова крёстного, всё чаще склонялся к выводу, что Джеймс мог значить для Сириуса куда больше, чем кто-либо знал… Но Гарри всё равно был благодарен крёстному за то тепло, поддержку и заботу, позволившие ему, хотя бы на короткое время, почувствовать себя очень нужным и важным кому-то, кроме друзей. Кому-то, кто считал его своей настоящей Семьёй. Поттер прижался лицом к волосам Драко и горячо выдохнул ему в затылок. Теперь это был Драко. Самый важный и нужный человек в его жизни. Сложив Карту вдвое, Малфой откинул назад голову и, встретившись взглядом с Гарри, сочувственно и даже как-то кротко ему улыбнулся. А потом просто мягко коснулся губами его шеи и обвил её руками, без всяких слов говоря то, что могло бы сейчас помочь Гарри справиться с этой застарелой болью. Они уже как-то говорили о Блэке. Драко знал, что Сириус был выжжен с родового гобелена Блэков за предательство крови. Да он и сам когда-то весьма не лестно отзывался о своём, как ни крути, родственнике, подражая отцу и тёте Белле. Но с появлением в его жизни Гарри, Драко многое переосмыслил и стал более сдержан в суждениях о людях, с которыми никогда не был близко знаком лично. А о том, как много значил для Гарри Сириус Блэк, и как глубоко он переживал его смерть, Драко узнал ещё в начале их совместного проекта по Зельеварению. Поэтому сейчас прекрасно понимал чувства Гарри и по-своему сочувствовал его горю. Пожалуй, он впервые в жизни так сильно дорожил кем-то, что настолько искренне хотел проявить участие и разделить с ним и радость, и боль утраты. Иногда Малфоя раздражало то, что Поттер хотел «примирить между собой весь Мир», часами гудя ему об этом на ухо, как назойливая пчела. Но таков уж он был - Его Гарри! Просто...Гарри. Отважный и благородный, вечно растрёпанный и лохматый, несносный и упрямый, но бесконечно солнечный и непредсказуемый, и, к тому же, единственный, кому удалось растопить лёд его, Драко, холодной слизеринской маски! - Я не говорил тебе, - начал Поттер, слегка осипшим, из-за длительного молчания, голосом. – Но «Бродягой» Сириуса называли потому, что он был незарегистрированным анимагом и умел превращаться в большого чёрного пса. - Так вот кто тебя тогда провожал на перроне?! А я-то всё понять не мог: чья это огромная облезлая псина? – чересчур (даже для себя) манерно протянул Малфой, комично зажимая двумя пальцами нос и явно желая рассмешить Гарри, чтобы отвлечь от грустных мыслей. И это ему удалось. - Эй, полегче! – весело хихикая, Поттер щекотно сжал пальцами бока Драко. – Всё-таки ты говоришь о моём крёстном! - Ох, Поттер, - Малфой закатил глаза, - как будто ты моего очень жалуешь!? Они оба рассмеялись и тема их «крёстных отцов» сама собою сошла на нет. - Значит, следил за мной на перроне? Да, Драко? – поддел его Гарри, но Малфой в долгу не остался: - Зато ты, наверное, ни разу не подсматривал ни за кем с помощью своей Мантии-невидимки или той же самой Карты? Да, Поттер?! – саркастически заметил он и вновь стал увлечённо рассматривать чёрные точки с именами, сновавшие по схематическим изображениям коридоров и помещений Хогвартса. А Гарри мысленно вознёс хвалу Мерлину за то, что Драко сейчас сидел к нему спиной и не мог видеть того, как смущённо вспыхнули его щёки. Палочка Малфоя замерла у изображения кабинета директора, и Гарри успел заметить, как его тонкие пальцы сильнее стиснули древко. «Не доверяет Дамблдору», - отметил про себя Поттер и только тяжело вздохнул, так как возразить ему на это было нечего, да и незачем. Единственное, чего он сам всё ещё ждал от Дамблдора, так это помощи в уничтожении оставшихся крестражей и его совета, по поводу Воскрешающего камня, о котором ему поведал Драко. - Хвост, - Малфой произнёс это столь неожиданно, что Гарри даже вздрогнул, глубоко погрузившись в размышления о «Дарах Смерти». – Не тот ли это Хвост, что..? – он не договорил, уже и так поняв, что его догадка верна. О том, что Хвост предал родителей Гарри, он тоже знал и теперь нервно теребил край пожелтевшего пергамента, сетуя на то, что вообще заговорил о нём. - Питер Петтигрю, - со всей ненавистью, практически зашипел на Парселтанге, Поттер, подтверждая предположение Малфоя, и упёрся ожесточённым взглядом в стену напротив. – Хотя вряд ли эта мерзкая крыса вообще достойна того, чтобы у неё было имя! Они помолчали, думая каждый о своём, как вдруг Гарри снова с жаром заговорил: - А знаешь, что самое паршивое во всей этой истории? - Что? – с готовностью переспросил Драко, разворачиваясь к нему всем корпусом. - Что с момента моего знакомства с Роном, этот предатель всё время был чертовски близко! Кот Гермионы, Живоглот, сразу же его раскусил. А я даже не догадывался… И если бы не близнецы и эта Карта, я бы, наверное, так и не сумел тогда посмотреть этой мерзкой твари в истинное лицо! Малфой вдруг нахмурился и, закусив губу, отвёл взгляд в сторону. - Драко? - Мне жаль… - тут же нашёлся Малфой, но Поттера это не убедило. - Но ведь это не то, что ты хотел сказать? Или, по крайней мере, не всё… Я же вижу, Драко, что тебя что-то гложет? Смерив Поттера долгим, непроницаемым взглядом, Малфой всё же решился. - А тебе не кажется странным, что из всех семей волшебников…Хвост выбрал именно Уизли? Гарри удивлённо округлил глаза. - Что ты хочешь этим сказать? - Ничего, - Драко выпрямился и тряхнул головой. – Просто… Странно как-то всё это… Столько совпадений… Я слышал, - он стушевался, пряча глаза за длинным веером ресниц, - как отец отзывался об этом Хвосте. Похоже, он не в почёте у…Тёмного Лорда. Да и вряд ли у этого Хвоста хватило бы собственных мозгов или возможностей… - Драко вновь стал увиливать, не зная, как правильно донести до Гарри свою мысль, чтобы не обидеть. - … Ну, знаешь… Вроде как предвидеть будущее и заранее узнать, что именно ты станешь…другом Уизела, - он поднял на Гарри глаза и увидел, что тот улыбался, как и всегда, впрочем, когда Драко непроизвольно запинался перед необходимостью употреблять в одном предложении слова «друг» и «Уизел». - Я просто пытаюсь сказать, - торопливо продолжил Малфой, чтобы Поттер не вздумал его перебивать и уверять, что «ближе Драко, у него– вот уже несколько месяцев – никого нет!». – Если Хвост, до своего разоблачения, был его крысой, то теперь ему многое известно о тебе, а значит…и есть что рассказать…кому не следует. - Он уже никому ничего не расскажет, - пугающе спокойно констатировал Поттер и в глазах его Драко заметил тот недобрый огонёк, от которого даже у него по спине каждый раз пробегали неприятные мурашки. - Откуда ты знаешь? – тихо спросил Малфой, заранее предчувствуя неладное. - В том видении… Волан-де-Морт убил его. - Правда? - Да, - коротко кивнул Поттер и усмехнулся так, что Драко вновь стало не по себе. – Хвост стал ему бесполезен. Да и, к тому же, не справился с каким-то его заданием, - он замолчал, раздумывая над тем: стоит ли рассказать Драко о том, что теперь это самое «задание», взялся выполнить для Тёмного Лорда Снегг? Но, вспомнив наставления Дамблдора, решил, что лучше не стоит. - Наверное, - так же неожиданно повеселев, продолжил Гарри, - убийство Хвоста – единственный хороший поступок, который совершил Волан-де-Морт, избавив наш Мир от этой падали! Драко настороженно заглянул в глаза Поттера. Ему ещё ни разу в жизни не доводилось слышать, чтобы Гарри так открыто желал хоть чьей-либо смерти. Хотя, возможно, - предполагал Малфой, - после всего, что натворил Хвост (уже после своего побега из Хогвартса), Поттер успел убедиться, что проявление милосердия к подобным личностям - не всегда бывает оправданным? Может, Гарри просто раньше не давал волю себе настоящему? А если это так, то кто же он тогда…настоящий? Но Поттер вдруг нежно коснулся губами его щеки, и Малфой постарался поскорее отбросить эти странные мысли. - Давай не будем больше о нём? – попросил Гарри, прижимаясь ко лбу Драко своим. - Тогда расскажи мне про Сохатого, - с удовольствием принял его предложение Драко и, отложив «Карту мародёров», сел поудобнее на подоконнике. - Сохатый – это мой отец! – с гордостью сообщил Поттер, чувствуя, как настроение неумолимо повышается. – Отца так прозвали друзья из-за его анимагической формы оленя. - А ты, случайно, не анимаг? – с подозрением покосившись на него, поинтересовался Малфой. - Нет, - заулыбался Гарри. – Отец с друзьями учились этому из-за Люпина, чтобы ему проще было переживать обращение в оборотня в полнолуние, - он по-птичьи склонил голову к плечу на манер самого Малфоя и, хитро улыбаясь, тоже сощурился. – А ты, наверное, был бы журавлём? - Да иди ты… - слабо пихнул его Драко. - Хотя мне всегда было интересно: кем был бы я, если бы умел превращаться? Была бы у нас с отцом схожая анимагическая форма? Ведь Патронусы у нас одинаковые… - Так ты, правда, умеешь вызывать Патронус?! – глаза Драко широко распахнулись, будто он впервые увидел большую нарядную рождественскую ёлку. – Покажи! – тут же требовательно заявил он, нетерпеливо заёрзав на месте. - А ты меня поцелуешь? Светлая бровь Малфоя вопросительно поползла вверх. - Мне нужны светлые эмоции, - на полном серьёзе стал пояснять Поттер, но озорные искорки в глубине его ярко-зелёных глаз выдавали его с головой, - а то у меня, кажется, «батарейка села». - Ну, я же говорил: Шляпа была права! – лукаво улыбнулся Драко и потянулся навстречу улыбающимся губам Гарри. - Экспекто патронум! - счастливо шепнул Поттер, и из кончика его волшебной палочки вырвался густой луч бело-голубого цвета. Он сиял так ослепительно ярко, что юноши даже поначалу зажмурились, привыкнув к полутьме класса. Грациозный, величественный олень с богатыми, ветвистыми рогами услужливо склонил перед ними свою вытянутую голову и стал ожидать указаний. Малфой заворожённо следил за его призрачным образом, почти разинув рот, и неверяще оббегая глазами его могучую фигуру. Но, как только Патронус растворился в воздухе, он встрепенулся и, придя в себя, восхищённо посмотрел на Гарри. - Роскошный! – деловито подвёл итог Малфой, чем очень насмешил Гарри. Он взял в руки Карту и вновь облокотился спиной на грудь Поттера, чтобы тот не успел заметить, как разгораются «белой» завистью его погрустневшие серые глаза. - Драко, он тебе, правда, понравился? – недоверчиво спросил Гарри у его светлой макушки. - Угу, - кивнул Малфой, разворачивая Карту и делая вид, что очень увлечён тем, что творилось на её страницах. Поттер подавил улыбку. «Вредный слизеринский змеёныш! Никогда ведь не сознается!» - покачал головой он и, как бы невзначай предложил: - А хочешь, я и тебя как-нибудь научу? Драко замер, с пару мгновений борясь с собственной гордостью и желанием всё же справиться с этим заклинанием, которое он уже второй год не мог осилить, тренируясь периодически в таких же пустующих классах Хогвартса и реже у себя в комнате, в Мэноре. - Я подумаю, - в конце концов, ответил он, царственно взмахивая в воздухе пальцами, словно веером. А Гарри закусил губу, чтобы опять не рассмеяться. Но затем вдруг стал серьёзнее и, приобняв Драко чуть сильнее, зашептал ему в самое ухо: - Вот ВЕРНЁШЬСЯ… - он намеренно сделал акцент на этом слове и легонько прикусил мочку уха Драко, - с рождественских каникул, и сразу же приступим! Малфой нервно облизал губы, всё ещё отчётливо слыша в голове полушипящее «вернёшшшься», прозвучавшее одновременно и как непреложный приказ, и как молитва. Медленно кивнув, вместо ответа, он перевёл тему: - Надо же! Тут даже школьные привидения видно! Ты посмотри, это ведь мы! – и Драко провёл указательным пальцем по двум, практически слившимся воедино точкам с их именами. - Мы, - с трепетной нежностью в голосе подтвердил Поттер и оставил такой же нежный и мягкий поцелуй у него за ухом. - Нет, ну ты только глянь! – внезапно тихо рассмеялся Малфой, поднося огонёк своей палочки к «Астрономической башне». – Блэйз, похоже, преуспел в покорении Панси! - Вот и хорошо, что она, наконец-то, от тебя отстала, - с улыбкой заметил Поттер, вглядываясь в, прилипшие друг к другу, точки с именами однокурсников Драко. - Панси не дура. А я не оставил ей выбора, - без всякого зазрения совести Малфой пожал плечами. - Ты говорил с ней об этом? - Говорил… - пространственно ответил Драко, явно не желая продолжать эту тему, и начал разворачивать Карту в полный размер. – Помоги, а то мне одному неудобно её держать. - Кого ты ищешь? - Снегга, - коротко бросил Малфой, впиваясь глазами в многочисленные точки с именами, словно коршун в добычу. - Наверное, он всё ещё в «Выручай-комнате», - предположил Гарри, придерживая Карту с одной из сторон. - А она что, здесь не отображается? - Нет. Она сокрыта особой Магией. Интересно, - Гарри тоже стал вглядываться в переходы восьмого этажа, - чем он там занимается? - Да уж... Хорошо, что у Филча нет твоей Карты, - криво усмехнулся Малфой. – Иначе бы мы с отработок просто не вылезали! Да где же Снегг?! – нетерпеливо произнёс он, встряхивая загибающийся пергамент. - А может ну его, а? – Поттер отпустил свой край почти двухметровой Карты и, отложив в сторону волшебную палочку, скользнул горячими ладонями к груди Драко. – Не знаю, чем они все там заняты, но уверен, что у нас найдётся парочка идей поинтереснее…даже здесь… Его ладони медленно заскользили вниз, вдоль матовых пуговиц на рубашке Драко, а губы стали прокладывать дорожку влажных поцелуев от чувствительного местечка за его ухом к щеке. - Признайся, Поттер, - всё ещё удерживая Карту на коленях, Малфой слегка прогнулся и задышал чаще. – Шпионил за мной? - Ммм… - неопределённо повёл плечом Гарри, не отрываясь от своего занятия и уже подбираясь пальцами к серебряной бляшке на ремне Драко. - Шпионил! Точно! - Один раз, - сознался Поттер. - Что-то слабо верится, - Малфой накрыл его руку своей и крепко сжал, давая понять, что без честных ответов он его дальше не пустит. - Ну, может быть парочку раз по Карте. Честно! - А «не» по Карте? – заинтригованно уточнил Драко, но неожиданно замер, почти до боли стиснув кисть Поттера. Глаза его испуганно распахнулись, и он почти подпрыгнул на месте, торопливо подсвечивая имена двух новых точек, взявшихся словно из ниоткуда, у стены рядом с личной комнатой профессора Зельеварения. - Драко? В чём дело? – Гарри постарался заглянуть ему через плечо. - Этого… Этого не может быть! – дрожащим от волнения голосом, оторопело промолвил Малфой. – Гарри, а ты точно уверен, что эта Карта никогда не врёт? - Абсолютно! Да что там? – Поттер неуклюже попытался отодвинуть Драко в сторону, так как сам он, похоже, впал в некий ступор. - Тогда… - Малфой, наконец, дал сдвинуть себя с места и посмотрел на Гарри огромными от страха глазами. – У нас большие проблемы! Не став больше ничего уточнять и переспрашивать, Поттер забрал у него «Карту мародёров» и, сконцентрировав взгляд на том месте, куда указывал дрожащий Люмос Драко, обомлел сам. Медленно передвигаясь в кабинете Зельеварения, на Карте чётко были прописаны две точки: «Северус Снегг» и «Люциус Малфой». - Дементора мне в деды! – поражённо выдохнул Поттер, опуская Карту на подоконник. – Откуда здесь Люциус в такое время? - Без понятия, - бледный, как привидение, Драко едва передвигал губами. – Но чувствую, что самое время нам уносить отсюда ноги! Да поскорее! Вдруг отец захочет меня увидеть? - Главное, чтобы не забрал в Мэнор, - высказал собственные опасения Гарри, спрыгивая на пол. – Но ты прав. Нам надо торопиться, - и мельком просмотрев по Карте самый ближайший путь к подземельям Слизерина, коснулся волшебной палочкой пергамента. – «Шалость удалась!» Как могли быстро, они привели себя в порядок и, накинув Мантию-невидимку, помчались по проложенному и безопасному маршруту в сторону подземелий. Драко весь похолодел и резко дёрнул на себя Гарри за руку, когда в последнем коридоре, перед самым спуском к помещениям слизеринцев, они увидели Люциуса и Снегга. Но, воспользовавшись тем, что Снегг, как нельзя кстати, отчитывал, пойманную с поличным и «смущённо» потупившую глаза в пол, парочку Забини с Паркинсон, Поттер потянул Драко дальше, буквально на цыпочках огибая всю четвёрку и стараясь бесшумно проскользнуть к заветной лестнице. Чтобы не попасться на глаза тем, кто ещё бодрствовал, после объявления отбоя, они решили вместе, не снимая Мантии-невидимки, осторожно пробраться в слизеринскую гостиную и с облегчением выдохнули, когда там никого не оказалось. Драко едва успел выбраться из-под волшебной Мантии и сесть в ближайшее кресло, заняв руки какой-то, первой попавшейся в поле его зрения, книгой, когда гобелен вновь приподнялся, и в помещение вошли все те, кого они с Поттером так успешно обогнули в коридоре несколькими минутами ранее. Легонько сжав в знак поддержки плечо Драко через Мантию-невидимку, Гарри - уже в который раз - восхитился его умением держать марку в критические моменты и контролировать собственные эмоции! Вольготно развалившись в кожаном кресле Драко, не глядя, переворачивал страницы книги и даже вполне правдоподобно сумел изобразить подлинное удивление на своём беспристрастном, вновь идеально светлом, лице при виде вошедших. - … Мисс Паркинсон, я разочарован, что вы так халатно относитесь к своим обязанностям старосты факультета. И даже не думайте, что, по возвращении в Хогвартс, вам обоим удастся избежать отработок! – сурово закончил свою гневную тираду Снегг, когда взгляд его вороньих глаз упал на Драко. - Отец? – идеально выдрессировано произнёс Драко, выпрямляясь в кресле и откладывая книгу. Но, посмотрев на выражение лица Снегга, поднялся и направился к остальным. - Здравствуй, сын, - без лишних эмоций поприветствовал его Люциус, покручивая в длинных пальцах свою любимую трость. – Рад, что ты не шатаешься после отбоя по замку, а занимаешься самообразованием. Это похвально, - он искоса одарил провинившуюся парочку насмешливым взглядом, и Драко в какой-то момент испугался, что Панси вот-вот сорвётся и вставит свою «шпильку» о его «ночной работе с Поттером», но та - хвала Мерлину! - лишь злорадно скалилась и помалкивала. - Вы свободны, - процедил Снегг, обращаясь к Паркинсон и Забини, а затем повернулся к Малфою-младшему. Спина Драко неестественно выпрямилась, и Гарри, всё это время державший руку на его пояснице, отчётливо почувствовал, как тот напрягся под пристальным взглядом отчих глаз. Даже находясь под Мантией-невидимкой, Поттеру стало неуютно под давлением этого взгляда, хотя Люциус смотрел вовсе не на него, а что уж говорить о Драко… И, как ни странно, присутствие Снегга слегка смягчало это впечатление. - Что-то случилось, отец? – стараясь говорить ровно, вежливо поинтересовался Драко. - Я приезжал по делам Министерства и уже тороплюсь обратно. В Мэноре сейчас забот не меньше. Но раз уж я здесь, то хотел сообщить тебе лично, что приём перенесён на более раннее время. Поэтому мы с матерью ждём тебя домой не позднее завтрашнего вечера. Рука Гарри соскользнула со спины Драко и сжалась от немого бессилия в кулак. - Но…отец!? - Это не обсуждается, Драко! – отрезав его любые попытки возразить, Люциус ткнул в грудь сына блестящим набалдашником своей трости в виде головы змеи с глазами-изумрудами и, медленно подняв подбородок, добавил: - Вот твой порт-ключ. До встречи в Мэноре, сын… Рассекая волшебной палочкой воздух, Снегг придержал для Люциуса край гобелена и, следом за ним, покинул гостиную своего факультета. Со всего маху упав в кресло, Драко подпёр ладонью лоб, пряча за ней покрасневшие глаза. Какое-то время в гостиной не было слышно ничего, кроме потрескивания поленьев в камине и шумного, прерывистого дыхания Малфоя. Не в силах сдвинуться с места, Поттер молча смотрел на профиль Драко и расстроенно думал о том, как просто сейчас Люциус крадёт Его Свет и смысл жизни на ЦЕЛЫЙ ДЕНЬ раньше планируемого срока, а также о том, как много от него лично ожидал целый Мир, и каким ничтожно маленьким и беспомощным он чувствовал себя в конкретно данную минуту! Колени Гарри непослушно слабели и почти подкашивались при одной только мысли о тех ужасах, которые могли поджидать Его Драко там…в стенах Малфой Мэнора, но он упорно приказывал себе не думать о худшем, а следовать примеру самого Драко, и не впадать раньше времени в никому не нужное отчаяние! Возможно позже… Когда никто не сможет этого увидеть… Но только не при Драко. Ведь ему и так сейчас сложно! И чтобы понять это, не нужно было быть гением, а достаточно было просто взглянуть на него… - Гарри? – еле слышно позвал его Малфой, отнимая от лица руку. – Ты здесь? - Конечно, - так же вкрадчиво ответил Драко Невидимка и коснулся его плеча. - Пойдём, я провожу тебя, - Малфой поднялся и широким шагом направился к выходу. Как только они оказались по ту сторону гобелена, Драко быстро забрался к Поттеру под Мантию-невидимку. Им обоим было достаточно одного-единственного взгляда, чтобы с какой-то горькой страстью заключить друг друга в объятия и начать почти ожесточённо целоваться, до крови прикусывая отзывчивые, влажные губы и голодно сталкиваясь языками, словно мечтая, раз и навсегда насытиться вкусом и сбивчивым дыханием друг друга. Забыв обо всём на Свете, они целовались и обнимались до тех пор, пока у обоих не начало сводить скулы, а искусанные и зацелованные губы не налились кровью настолько, что даже лёгкое прикосновение к ним, вызывало приятную боль. Крепко обняв Поттера напоследок, Драко выбрался из-под волшебной Мантии и уже хотел уйти, но вдруг наугад порывисто сгрёб руками невидимую преграду и, глухо шепнув Гарри: «До завтра», поспешно скрылся из виду.