Always. It is our Choice

Тремя днями ранее в Малфой Мэноре… Едва оказавшись в родовом поместье, Люциус почти за шиворот приволок, ничего не понимающего и всё время спрашивающего о матери, сына в Южное крыло и буквально взашей впихнул его в комнату с фамильным Древом. - Мама? – споткнувшись и чуть не упав на пороге, Драко увидел бледную, как полотно, Нарциссу и бросился к ней. – Что с тобой? Отец сказал… - Драко… Сынок… - она шагнула к сыну, изнемогая от волнения, но между ними, словно скала, выросла фигура Малфоя-старшего. - Сюда смотри, паршивый мальчишка! – звенящим от стали голосом прорычал Люциус и, вцепившись в заднюю часть шеи своего нерадивого отпрыска, как какого-то безродного, провинившегося котёнка, практически ткнул его носом в гобелен. Не на шутку перепуганный, Драко широко открытыми глазами смотрел на их с Поттером странную ветвь и единственной мыслью в его голове почему-то было только: «Что мы сделали не так?!». - Чего молчишь, змеёныш?! – рявкнул за его спиной Люциус. – Немедленно признавайся: кто эта особа? Иначе, я за себя не ручаюсь! Тот факт, что отец не знает имени его «избранницы», слегка утешил Драко. Поэтому он твёрдо решил, что сам лично его ни за что не выдаст и будет отмалчиваться, пока отец хоть немного не успокоится. Но что-то сказать он был просто обязан, и, коротко выдохнув, развернулся лицом к родителям. - Это очень достойная кандидатура, - пространственно начал Драко, смело вздёргивая подбородок, хотя всё внутри него дрожало от страха и осознания, что он ещё ни разу в жизни не вступал в столь открытую конфронтацию со своим отцом. – И я очень надеюсь, что вы с пониманием отнесётесь к моему выбору! Драко имел в виду обоих родителей, но не сводил настороженного взгляда с пылающих возмущением и гневом глаз отца. - Твоему…выбору?!? – светлые брови Люциуса поражённо и до предела возмущённо сложились «домиком», пока он, будто через силу, пренебрежительно медленно выдавливал из себя каждый слог. – Это после того, как мы на всю магическую Британию объявили, что наш выбор уже пал на Асторию Гринграсс?! Да ты хоть осознаешь, какой это скандал!? Малфои никогда не отказываются от данного кому-то слова! - Но Я такого слова не давал! – взвился Драко, сжимая в негодовании кулаки. Он знал, что ходит по лезвию, но его уже неудержимо несло…– И, к тому же, что-то ты не особо-то и пёкся о «данном тобою слове», когда всеми силами пытался обелить своё имя, после падения Тёмного Лорда!? Нарцисса испуганно ахнула и прижала обе руки к груди. Багровея от ярости, Люциус заорал так оглушительно громко, что многие портреты его предков поспешили удалиться со своих полотен: - Да как ТЫ!?! Ты! Дерзкий, избалованный и бессовестный…мальчишка! Осмелился обвинять меня!? Я тебя раздавлю, уничтожу, как клопа… - он внезапно умолк и, не задумываясь о последствиях, наотмашь ударил сына по лицу тыльной стороной ладони. А рука у Люциуса была тяжёлая. От его, неожиданно сильного удара, Драко отлетел к стене и больно впечатался в неё плечом. - Люциус! – взмолилась Нарцисса, не успев остановить мужа и теперь повиснув на его вновь занесённой над сыном руке. – Одумайся! Это же наш сын! Люциус без особых усилий стряхнул её со своего предплечья, и, озлобленно сопя и обжигая Драко взглядом, ринулся вперёд. Сходя с ума от страха за своё дитя, Нарцисса тут же встала на его пути, загораживая собой сына, медленно сползающего в этот момент по стене и сплёвывающего себе под ноги кровь из разбитой губы. - Это всё твоё хвалёное воспитание! – не успокаиваясь, набросился с упрёками на супругу Люциус, метая глазами в пространство гром и молнии. – Я говорил, что нужно было его изначально отдавать в Дурмстранг! Там бы его научили настоящему уму-разуму и уважению к своей семье! Но нет же, - пыхтел и всё больше свирепел он, наступая на Нарциссу, - ты была против. Пожалела его. И вот, что в итоге из него выросло! Наш единственный наследник посмел помолвиться неизвестно с кем без родительского ведома и благословения! Кто она? – взревел он, отталкивая жену с дороги и нависая над сыном. - Не скажу! - утирая рукавом кровь, смело огрызнулся Драко. Люциус затрясся от бурлящей ярости и уже выхватил из своей трости волшебную палочку, но Нарцисса неожиданно упала на колени рядом с сыном и, раскинув руки в стороны, заслонила его своим телом. - Люциус! Ради всего святого! Убери палочку, - глядя на него страшными и почерневшими глазами, выкрикнула она. – Не делай глупостей! - ВОН!!! Пошёл вон с глаз моих! – зашипел Люциус, до побелевших костяшек сжимая набалдашник трости-палочки, но, тем не менее, не предпринимая попыток напасть. – И не смей даже носа показывать из своей комнаты, пока я не решу, что с тобой делать! Помогая сыну подняться, Нарцисса с опаской поглядывала на мужа и словно не узнавала его. Длинные, платиновые волосы, будто встав дыбом, сбились в неприглядные комки и местами висели, как свалянные сосульки. А из сорванного криками горла Люциуса судорожно и хрипло вырывался воздух и подбрасывал вверх несколько всклокоченных прядей, что падали на лицо и скрывали его практически наполовину. *\\* Добредя в каком-то коматозном состоянии до своей спальни, Драко сразу же вырвался из заботливо поддерживающих и обнимающих его рук матери и повалился на широкую кровать. - Сынок… - нерешительно заговорила Нарцисса. - Оставь меня, мама! – выплюнул Драко, быстро отползая от неё к другому краю постели, и поджал колени к груди. - Драко, - Нарцисса всё же присела на самый край, тревожно глядя через разделявшую их, широкую кровать на его сгорбленную спину. – Ну почему ты не сказал нам, что тебе кто-то нравится? Мы бы… Резко развернувшись к матери всем телом, Драко сжал руки в кулаки и выкрикнул ей прямо в лицо: - А сами вы меня много спрашивали?! Он всхлипнул и, дёрнув головой, отвернулся. Ему было стыдно, что мать впервые видит, как по его щекам струятся две ровные дорожки слёз. Нарцисса тихо вздохнула, но, помедлив, обошла обширную кровать и, бесшумно присев сбоку от сына, аккуратно придвинулась к нему ближе. - Давай сотрём с твоего лица кровь, сынок… - миролюбиво предложила она, протягивая к нему руку с всё ещё зажатым в ней белоснежным платком. - Не трогай меня! Не прикасайся! – словно обезумев, закричал Драко, как от огня, шарахаясь от её руки в противоположную сторону. – Оставьте меня в покое! ВСЕ! Мне не нужна ваша помощь! – безжалостно выкрикивал он, сгребая в кулаки покрывало. – Ничего от вас не нужно! Я хочу обратно в Хогвартс! - Драко, ты сейчас с горяча можешь наговорить такое, о чём, впоследствии, будешь очень сожалеть... Сынок, тебе стоило сначала посоветоваться с нами. Обсудить серьёзно вопрос женитьбы с отцом, - как можно спокойнее старалась говорить ему мать. - Я думаю, он… - Да?! Ты что не видела сейчас, как он ведёт «переговоры»?! – обиженно всплеснул руками Драко и внутренней стороной запястья утёр вновь выступившую кровь из разбитой губы. - Сейчас…уже немного поздновато что-то решать, Драко. Я уверена, она хорошая девочка, но… - Чушь! Ты всё врёшь! Вам обоим плевать на мои желания! Узнай вы раньше, то я уже был бы женат на этой… - Драко запнулся и скривился так, будто ему предложили попробовать протухшую пищу, а затем со всем презрением, на которое только был вообще способен, выплюнул: - …Астории Гринграсс. Нет, мама! Я выбрал своего человека и мне всё равно, на ком вы там все хотели бы меня женить против воли! Он вскочил на ноги и, бесцеремонно выдернув из-под матери покрывало, прямо в окровавленной и грязной одежде закутался в него. - Драко, подумай хорошенько, - расстроенно хмурясь, всё ещё пыталась смягчить категоричный настрой сына Нарцисса. – Не стоит ссориться с отцом… - Мы уже поссорились, мама! – оборвал её Драко и, улёгшись в покрывале на постель, отвернулся к окну. – Прошу: оставь меня. Я хочу побыть один, - и зажмурился изо всех сил. Глотая слёзы, он уже не вслушивался в то, что ответила ему мать, и даже не заметил, когда она покинула его комнату. *\\*\\* Проснувшись поздним утром, после какого-то сумбурного и неприятного сна, Драко чувствовал себя абсолютно разбитым. Голова трещала, будто по швам, и казалась настолько отяжелевшей, что он с трудом смог перевернуться на спину. А глаза сильно опухли и пощипывали, после выплаканных слёз, и превратились в две узенькие, красные щёлочки. - Трикси, - прохрипел Драко, ощупывая пальцами ушибленное плечо и ужасно саднившую, покрытую кровавой коркой, растрескавшуюся губу. - Да, молодой хозяин, Трикси здесь, - виновато переминаясь с ноги на ногу, возле его кровати появился домовик. - Принеси мне «Обезболивающее» и «Заживляющее» средство. - Сию минуту, - с поклоном ответил эльф и исчез. Появившись буквально через пару мгновений, Трикси достал из небольшого мешочка несколько скляночек с зельями и баночку с мазью. Не глядя, Драко принимал из его ручонок лекарства и опустошал один за другим пузырьки. - Добрый день, Драко! В комнату вошла Нарцисса и эльф, прижав к груди уже пустые скляночки, поспешил низко поклониться хозяйке. Зелья от Северуса действовали быстро, избавляя тело от боли, но не могли исцелить его ноющую душу. Поэтому Драко, сумев, наконец, открыть глаза и сесть на постели, не торопился приветствовать мать в ответ. - Как ты себя чувствуешь, сынок? – мягко поинтересовалась Нарцисса, изучающе оглядывая его. Драко же продолжал хранить гробовое молчание и, апатично глядя куда-то в сторону, запил премерзкий привкус зелий целым стаканом воды. Вздохнув, миссис Малфой обошла кровать и, жестом отпустив Трикси, сама взяла с тумбочки «Заживляющую» мазь. Она присела рядом с сыном и, расстегнув его рубашку, начала бережно втирать желтоватую смесь в потемневшие места ушибов. Сидя с опущенной на грудь головой, Драко мужественно не издавал ни звука, пока мать обрабатывала огромную гематому, расползшуюся за время его беспокойного сна от плеча до самого низа лопатки, и только изредка морщился от неприятных ощущений, когда она задевала особо болезненные места. Как только Нарцисса закончила и отложила баночку с мазью, Драко осторожно повёл плечом и длинно выдохнул, будто только сейчас позволив себе расслабиться. Медленно подняв глаза на мать, он спокойно и уверенно произнёс: - Я хочу вернуться в Хогвартс. - Это невозможно, Драко. И ты должен не хуже меня понимать «почему»... Не после того, как ты… - Нарцисса запнулась и, так и не окончив фразу, поднялась, нервно поправляя юбку своего длинного платья. – Но, в любом случае, тебе бы всё равно пришлось бы очень скоро вернуться домой... - Мама, - надломлено и почти умоляюще позвал её Драко, и едва сдержался, чтобы не вцепиться в её платье, - ты должна мне помочь. Ты одна можешь… Пожалуйста! - Сынок… - чувствуя, как её материнское сердце, сопереживая, стонет от боли от сочувствия к своему дитя, и заламывая пальцы, Нарцисса пыталась подобрать слова: - Неужели ты не понимаешь? Тёмный Лорд доверяет твоему отцу, а значит, и нашей семье. Мы не можем бросить всё и подвести отца сейчас. И, к тому же… Скоро произойдут…большие перемены, - понизив голос, пыталась втолковать ему она. – И в Хогвартсе будет очень не безопасно. - Тогда тем более! – вскинулся Драко, хватаясь за её запястье. – Мама, я должен быть там! Я нужен е… - он в последний момент прикусил язык и сжал губы, едва не проговорившись. - Кому?! Кому, Драко? – участливо спохватилась Нарцисса и, пригладив свободной рукой его спутанные волосы, снова присела рядом с сыном. – Или ты забыл, кто твоя семья? Забыл кто ты? Ты – Малфой. И твой долг – оставаться рядом со своей семьёй! Неужели для тебя это теперь только пустой звук? Неужели ты не понимаешь, как это важно сейчас, чтобы мы были все вместе? – она с болью смотрела на сына и видела, что тот колеблется, что тоже переживает и страдает. - Ты тоже, видимо не понимаешь, мама, - с нотками досады в голосе проговорил Драко и, мягко высвободившись из-под её руки, потупил взгляд на собственные, сердито стиснутые в кулаки, руки. – Теперь не только вы моя семья. - Так давай перевезём твою избранницу сюда, - Нарцисса явно шла ва-банк, пытаясь задобрить и разговорить сына. – Она встанет на нашу сторону и всё образуется. Отец простит тебя, Драко! Вот увидишь. - Это невозможно, мама… - понуро помотав головой, Драко с тяжёлым вздохом откинулся на разворошённую постель. - Почему? – искренне удивилась Нарцисса. – Она не из Слизерина? Бедна? – медленно перечисляла она, ища хотя бы малейший отклик в расслабленном и каком-то расстроенном лице сына. – Или… - её тёмные глаза настороженно впились в упрямые и непроницаемые серые и внезапно испуганно расширились. – Только не говори, Драко, что она не…чистокровная!? Повинуясь желанию матери, Драко сделал, как она сказала: ничего ей не ответил и просто отвел взгляд в сторону. А, заметив на тумбочке оставленные Трикси лекарства, быстро схватил зелье «для сна». - Драко, она ведь чистокровная? - внутренне сжимаясь, с тревожной настойчивостью повторила свой вопрос Нарцисса. - Ты бы любила отца меньше, окажись он не чистокровным волшебником? – в упор глядя на мать, вопросом на вопрос смело ответил он, и с вызовом вскинул брови. - Это… Это совсем не… - Нарцисса закрыла рот, не зная даже, что сказать на подобное заявление, и, наверное, впервые на памяти Драко, слегка покраснела. Драко длинно выдохнул и, повернувшись к матери вполоборота, тихо, но очень решительно заговорил, периодически горячо жестикулируя: - Я всегда был только тем, кем вы с отцом хотели меня видеть. Но теперь я знаю «кто Я» на самом деле. Да, вы – моя семья. И я очень дорожу вами! Но уже никто из вас не сможет заставить меня отказаться от выбранного мною человека, который значит для меня ничуть не меньше, чем вы! А, возможно… - Драко опустил голову, пряча глаза за длинной чёлкой, и горько сглотнул, - …и больше, если вы так и будете настаивать на своём. - Ты повзрослел, Драко… - немного заторможено констатировала Нарцисса, и при этом так странно разглядывала сына, будто только, после этих слов, впервые смогла узреть его по-настоящему. - Мне просто осточертело постоянно быть для себя трусом и лжецом. Я – Малфой! И слизеринец. Но это ещё вовсе не означает, что я не личность и не имею собственного, - отличного от отцовского! – мнения. И пусть отец хоть убьёт меня, если такой, какой есть, его сын ему не нужен. Но я ни за что не откажусь от своих чувств! Договорив, Драко коротко фыркнул и залпом выпил зелье «для сна». - Не говори так, Драко! Отец никогда не посмел бы… - с ужасом глядя на сына, Нарцисса накрыла задрожавшие губы холодными пальцами и встала. – Ты… Ты же знаешь, как долго я… Как я молила Небеса и мечтала, чтобы ты родился на Свет. - Тогда… - Драко сонно моргнул и, ложась на бок, сомкнул тяжелеющие веки. – Тогда ты, как никто другой, должна понимать меня, мама… На голодный желудок вымотанный организм среагировал на снотворное зелье быстрее обычного, и мгновением позже Драко погрузился в вынужденный сон. А Нарцисса так и продолжала растерянно стоять у его постели, обхватив себя руками и совершенно не понимая: что им всем теперь делать? Мда… Драко сильно изменился за эти полгода… И дело тут было вовсе не в новой причёске! Прошли те времена, когда ему от жизни для полного счастья нужна была только сказка на ночь, новая метла и самая лучшая мантия от мадам Малкин… И когда же её мальчик умудрился так быстро повзрослеть? И от кого нахватался всех этих гриффиндорских замашек? Подойдя к сыну, Нарцисса накрыла его одеялом и, чуть склонив голову набок, залюбовалась его умиротворённым, светлым обликом. «Он ещё так молод, - с нежностью и тоской думала она. – Ну, какой из него муж?!» Тихонечко присев на самый краешек кровати, Нарцисса любовно взяла его расслабленную кисть в руки и провела пальцем по чёткому, тоненькому шраму на ладони. Грустно улыбнувшись своим мыслям, она погладила сына по спутанным волосам и, так же бесшумно поднявшись, покинула его спальню. …Уже подходя к одной из затемнённых стен, заключённой меж самых дальних высоких стеллажей с древнейшими фолиантами, книгами и рукописями, в обширной библиотеке Малфой Мэнора, Нарцисса была уверена, что её тайник окажется пуст… *\\* Резко открыв глаза, Драко долго не мог понять: где он? Вокруг царила непроглядная темнота – хоть глаз выколи. Он рывком сел на постели, но тут же схватился за голову, пытаясь унять неожиданное головокружение. Его всё ещё потряхивало от кошмарного сна, который последовал за ним и в реальность, а грудь сводило от страха, будто настоящей судорогой. Да, пожалуй, не стоило пить столько зелий на голодный желудок… Растерев мокрое от холодной испарины лицо ладонями, Драко приказал себе успокоиться и решительно откинул в сторону одеяло. Нащупал на тумбочке свою волшебную палочку и, коснувшись её кончиком абажура, зажёг ночник. Мягкий свет лампы немного оттеснил подступающую к горлу панику, и Драко со вздохом облегчения уронил голову на руки. - Молодой хозяин уже проснулся? – внезапно спросил эльф, позвякивая столовыми приборами и тарелками на дрожащем подносе. - Трикси, чтоб тебя! – от неожиданности его появления Драко даже испуганно подпрыгнул на кровати. – Ты что, следишь за мной? - Нет! Нет! Что Вы, хозяин Драко! У Трикси и в мыслях этого быть не могло! Трикси бы не посмел! – поспешно оправдывался перепуганный эльф. – Трикси только переживал… Просто молодой хозяин совсем ничего не ел, и госпожа Нарцисса распорядилась отнести ему еды, на случай, если действие снотворного зелья уже закончилось. - Где мои родители? Спят? – заметно успокоившись, Драко повёл затёкшими плечами. - Нет, сэр. Госпожа Нарцисса ещё не ложилась, а хозяина Люциуса нет в поместье. - Отлично, - выдохнул Драко, потрогав полностью зажившую губу, и с хрустом потянулся. Ну, хоть ничего больше не болело. Всё же Северус знает настоящий толк в зельях! Не то, что эти шарлатаны из аптек в Косом переулке. – А который час? И почему камин не горит? - Ой, прошу простите Трикси, молодой хозяин! – спохватился домовик, ставя поднос на тумбочку. – Трикси сейчас всё исправит. - Так который час? – недовольно переспросил Драко и с отвращением покосился на еду, хотя его желудок уже начинало сводить от голода. - Начало четвёртого утра, молодой хозяин… - Ясно, - буркнул Драко. Он медленно слез с кровати, чувствуя, как ноют затёкшие мышцы, и побрёл в ванную комнату. Вернувшись оттуда через некоторое время, Драко бросил хмурый взгляд на домовика. - Трикси, ты что, собираешься тут до вечера торчать? - Трикси будет с хозяином Драко столько, сколько потребуется молодому хозяину, - услужливо пролепетал эльф и сложился пополам в глубоком поклоне. - Угу, - сурово насупив брови, кивнул сам себе Драко и направился к своему рабочему столу. Сменив брюки и натянув на голый торс только джемпер, Драко достал из специального ящичка письменные принадлежности и сел за стол. Пожевал кончик соколиного пера и, нацарапав короткое послание Поттеру, свернул его в трубочку. Но, как только он уверенной походкой пошёл в направлении двери, крепко сжимая в руке свою записку, Трикси внезапно засуетился. - Х…хозяин? Хозяин Драко?! В… Вы…куда? – встревожено заверещал домовик, бросаясь за ним вслед. - Что значит «куда»?! – хищно сощурился Малфой, с подозрением оглядываясь на дрожащего позади него домовика. – Во-первых, Трикси, это не твоего крохотного ума дело! А, во-вторых… Что же я должен спрашивать твоего разрешения, чтобы выйти из собственной комнаты?! - П…простите, молодой хозяин, - заикаясь, извинялся эльф и вдруг упал перед Драко на колени. – Но… Хозяин Люциус строго-настрого зап…запретил молодому хозяину покидать его комнату, - покаявшись, Трикси понуро опустил длинные ушки и голову, пряча от Драко свои огромные, печальные глазищи. - Пф! – фыркнул Малфой, манерно закатывая глаза. – Я что же…пленник, по-твоему?! – и, раздражённо всплеснув руками, он дёрнул дверную ручку, но, когда та не поддалась, даже после Алохоморы, по его спине пробежал неприятный холодок, а в голову закралась недобрая мысль, что так оно, скорее всего, и есть… Всё ещё не теряя надежды освободиться, Драко бросился к балконной двери…затем к окну…ещё раз дёрнул дверь – всё было напрасно! - Убирайся! – кипя от злости, зашипел он на домовика. – И прихвати с собой еду! «Наверняка, отец подмешал туда Веритасерум, и теперь только и ждёт, что я ему всё выложу на блюдечке с золочёной каёмочкой! – мысленно негодовал Драко, стараясь игнорировать заунывное урчание в желудке. - Нет уж! Не дождётесь!» Как только Трикси испарился, Драко упал на колени и, судорожно дыша, согнулся пополам от обиды и отчаяния. Его родной Малфой Мэнор стал для него настоящей тюрьмой! Ещё какое-то время он метался по комнате, пытаясь взломать Запирающие чары и даже вышибить дверь, не побоявшись изуродовать собственную комнату взрывом Бомбарды. Но не помогло и это, и Драко в итоге признал своё полное поражение, не забыв при этом хорошенько на последок пнуть входную дверь на тот случай, если по ту сторону кто-то всё же прислушивался к его тщетным стараниям. Призывая себя успокоиться и мыслить по-слизерински хладнокровно, Драко перестраховался и, уничтожив в камине послание Поттеру, отправился в душ. А выйдя оттуда посвежевшим и решительно настроенным на «реванш», заскользил взглядом по комнате, ища зацепку для дальнейших действий. И вдруг наткнулся на свой не разобранный, присланный из Хогвартса, чемодан с вещами. Мысленно радуясь тому, что вовремя успел припрятать в недрах его потайного отделения Дневник Цедреллы Блэк, ритуальный кинжал и Мантию-невидимку Гарри, Драко кинулся к нему, словно к старому другу. К тому же, он чётко помнил, что где-то среди вещей должна была заваляться пачка эксклюзивного заграничного печенья, которое ему впихнула с обиженным видом в подарок Панси, уже после рождественских каникул. Оттащив чемодан подальше от входной двери, Драко достал из чемодана свои сокровенные ценности. Воровато оглядевшись, переместил их в собственный тайник за левой тумбой камина и уже хотел закрыть его, как неожиданно завис, ощупывая и ласково проводя ладонью по гладкому бархату удивительной, волшебной Мантии… Поразмыслив с минуту, он ликующе и кривовато усмехнулся уголком губ – в его голове созрел блестящий план побега! Запечатав тайник и вернув чемодан на прежнее место, Драко накинул на себя Мантию-невидимку и, предусмотрительно прихватив с собой пачку спасительного печенья, уселся на пол у входной двери. Всё было проще простого: он выскользнет из своей «темницы», как только мать придёт его проведать. А она обязательно придёт! Не может не прийти! Печенье закончилось удивительно быстро. Секунды, как назло, неохотно складывались в минуты, а те, в свою очередь, перетекали в часы, но почему-то никто не торопился попасть в хитро расставленные «сети»... За незашторенными окнами уже начинал сгущаться ранний зимний сумрак, когда терпение Драко, в конце концов, иссякло, и он вяло поднялся на ноги, оттряхивая с брюк, оставшиеся от своей скудной трапезы, крошки. Поразмяв мышцы и бесцельно побродив по комнате, он, на всякий случай, прибрал в свой тайник волшебную Мантию, и, нахохлившись, как взъерошенный воробей, с ногами, прямо в обуви, забрался на кровать. Не зная, чем ещё себя занять, Драко тоскливо оглядел свою «золотую клетку», допил воду из графина и, со вздохом разочарования, упёрся затылком в высокое изголовье кровати. Чтобы окончательно не впасть в уныние, он стал прокручивать в голове все события, случайно сблизившие его с некогда «ненавистным Золотым мальчиком», и в итоге приведшие к тому, что он - самый завидный парень в Слизерине, холодный Серебряный Принц - впервые в жизни по-настоящему узнал и почувствовал…каково же это: быть окрылённым от любви! Любить кого-то настолько сильно, искренне и беззаветно, что, на фоне этого всепоглощающего, светлого чувства, становятся абсолютно не нужными все титулы и привилегии, лишь бы иметь возможность быть рядом именно с Ним! Рядом с Гарри… Уносясь всё дальше и дальше в воспоминания о Поттере, Драко и сам не заметил, как начал практиковаться в вызове неподатливого, телесного Патронуса… *\\*\\* Застыв мрачной, фарфоровой статуей возле родового гобелена, миссис Малфой легонько поглаживала причину столь неожиданного переполоха в их семье. Бледная, слегка выпуклая ветвь с толстыми, пульсирующими «венками» магической крови, отдавала едва ощутимым теплом в кончики её прохладных пальцев. - Нарцисса? В комнату стремительно ворвался Северус Снегг в своей развивающейся чёрной мантии и, будто тёмный ураган, сразу же подлетел к ней, заставив портреты предков обеспокоенно перешёптываться. - Северус! – с долей облегчения, но всё равно откровенно подавленно, выдохнула миссис Малфой и, развернувшись к нему вполоборота, выставила вокруг них Заглушающие чары. - Я получил твоё послание и прибыл, как только смог, - насторожившись от подобных мер предосторожности, Снегг говорил очень быстро и отрывисто, но всё же не так безразлично, как с большинством остальных людей. - Люциус говорил, что тебе нездоровится… Он здесь? Нарцисса? Но та молчала, взирая на него своими большими и влажно блестящими глазами, так что Снегг напрягся ещё больше. - Что случилось?! - Ах, Северус! – горько вздохнула Нарцисса, не зная с чего начать, и прижала на мгновенье ладони к своему бледному лицу. - Люциуса нет сейчас в Мэноре, - она медленно опустила руки, и они безвольно повисли вдоль боков, как плети. - Ты ведь знаешь, что Белла вернулась? Миссис Малфой замолчала, рассеянно сжимая и разжимая дрожащие пальцы, словно пыталась на что-то решиться. Она понимала, что, должно быть, её слова прозвучали немного несвязно, но ничего не могла с собой поделать. Снегг же стоял неподвижно и терпеливо ожидал объяснений, но в его чрезвычайно сосредоточенном выражении лица и чёрных глаз удивительно отчётливо проявилась подлинная тревога. В конце концов, Нарцисса посмотрела ему в глаза и ещё сбивчивее продолжила: - Это хорошо, что Люциуса нет… Дело не во мне… А в том, что… Дело в Драко, Северус! - Что с ним? – тёмные брови Снегга сошлись на переносице и прорезали её глубокой складкой. Нарцисса ничего не ответила, только «отплыла» в сторону и слабо взмахнула кистью на гобелен. Подойдя ближе, Снегг, казалось, побелел больше обычного, потом покрылся какими-то зелёными пятнами, а затем вновь стал напоминать полтергейста, облачённого в чёрную мантию. - Кто? – только и прошелестел почти беззвучно он. - В том-то и дело, что мы не знаем! – горько вздохнула Нарцисса. - А сам Драко не признаётся. - Вы с Люциусом не знаете: с кем помолвлен ваш сын?! – скептически приподнимая брови, переспросил Снегг. - Он не «помолвлен», Северус, - холодея от собственных слов, Нарцисса начала нервно ходить вдоль стены с фамильным Древом. – Драко ЖЕНАТ! Ошибки быть не может! Правда…сам ритуал либо был совершён неверно, либо… - она резко замерла на месте и несвойственным ей, нескладным жестом поправила собранные в причёску волосы. А после сжала в кулаке свой истерзанный платок и, словно испугавшись собственных мыслей, хватанула ртом глоток воздуха, но так и не договорила. - Откуда тебе это известно? – отстранённо спросил Снегг, скрупулёзно прослеживая разветвления необычного явления на гобелене. По его задумчиво-хмурому лицу блуждали странные тени, лихорадочно роящихся в голове мыслей, и, явно что-то прикидывая в уме, он даже не обратил внимания на эту маленькую заминку. Или же…намеренно проигнорировал. - Мне? – зачем-то переспросила Нарцисса, и взгляд её остекленевших тёмно-карих глаз пристыженно упёрся в противоположную от него стену. Но она понимала, что отмалчиваться было сейчас бессмысленно и просто глупо, ведь, кроме как к Северусу, ей больше не к кому было обратиться за помощью! Поэтому миссис Малфой расправила плечи и, твёрдо посмотрев прямо на Снегга, как можно спокойнее заговорила: - Драко каким-то образом нашёл мой личный тайник в Мэноре. И с помощью его содержимого, ему удалось провести некий брачный обряд, - заметив вопросительный и немного недоумённый взгляд Снегга, она выше вскинула подбородок и резковато оборвала все его дальнейшие подозрения, повышая голос: - Сейчас важно не это, Северус! – но тут же подавленно вздохнула и смягчилась. - Когда волшебники объявляют о предстоящем заключении магического брачного союза, на семейном Древе не появляется никаких признаков их помолвки. Только после официальной церемонии «объединения родо́в» и признания их, состоящими в браке, Магией, на гобелене появляется новая ветвь. Но в случае с моим сыном… О, Мерлин! Самообладание Нарциссы опять напоролось на брешь, и несколько глубоких вдохов-выдохов она прятала лицо в ладонях, но, даже когда смогла справиться с эмоциями, голос её всё равно по-матерински умоляюще задрожал: - Драко воспользовался очень древним и могущественным ритуалом, - понуро призналась она, ссутуливаясь от тяжести этого бремени. - В его случае…разрыв с избранницей уже скорее всего невозможен! Ох, Северус, - заламывая пальцы, Нарцисса заметалась по комнате и не знала, куда себя деть. - Я…я прошу тебя… Прошу: поговори с ним! Ты ведь его крёстный отец… - А вы – его родители! – возразил Снегг, лишь на секунду оторвав неподвижный взгляд от необычной ветви на родовом Древе Малфоев. - Северус! Прошу тебя! Я в полном отчаянии! – ещё напористее воскликнула Нарцисса и, вцепившись за рукав его мантии, стиснула в дрожащих, тонких пальцах плотную, чёрную ткань. – Люциус тоже… - её тёмные, ошалело горящие, от тревоги глаза с надеждой впились в застывшее лицо Снегга. – Он не в себе! Пойми, нам необходимо найти её! Я попробую найти способ…убедить Люциуса, что Драко будет счастлив с ней… - Откуда тебе знать, что она… - делая упор на последнем слове, перебил её пламенную речь Снегг и настойчиво отстранился, - …окажется достойной кандидатурой? - Северус! Разве ты не слышал, что я сказала?! У нас уже нет другого выхода! – Нарцисса и рада была бы повысить голос, но горло её сдавило от страха, словно тисками. Не сводя настороженно пронзительного взгляда со Снегга, она очень медленно выпрямилась, не собираясь так просто сдаваться, и вновь стала больше напоминать застывшую фарфоровую статую. Живыми и подвижными в её гордом облике оставались только тёмные глаза, в которых всё чаще вспыхивали безумные искорки. Но этот безумный блеск не был таким же фанатичным и жаждущим мучительной расправы с неверными, как у её сестры Беллатрисы. В глазах Нарциссы всё больше набирал силу огонь совершенно иного рода: страх потерять своё единственное дитя! - К тому же, - со всем достоинством продолжила она, - я уверена, что Драко никогда бы не связал добровольно свою жизнь с недостойной… - Я так понимаю, - вновь категорично оборвал её мысль Снегг, неторопливо поворачиваясь к ней всем корпусом, - ещё совсем недавно, ты точно так же была уверена в том, что Драко ни за что не пойдёт против вашей с Люциусом воли!? - Да…но… - Нарцисса вдруг расстроенно опустила руки и отвернулась. – Но Драко – ребёнок! Всего лишь запутавшийся в себе, упрямый ребёнок! Он наш единственный сын! И я забочусь только о его благе! – с негодованием всхлипнула она и умоляюще посмотрела на Снегга. – Поговори с ним, Северус. О большем не прошу… Может он прислушается? Пойми, уже завтра… - её лицо испуганно побелело, а голос понизился до сдавленного шёпота: - Завтра Тёмный Лорд переступит порог нашего дома и тогда… - Нарцисса страдальчески скривилась, будто постарев на несколько лет в одночасье. - Я не могу позволить Драко вернуться в Хогвартс! И ты, Северус, не меньше меня знаешь почему… Но эта связь… Голос Нарциссы совсем стих, и она, уже в который раз, осторожно провела кончиками пальцев по необычной ветви на гобелене. Молча и сосредоточенно следя за её движениями, Снегг, наконец, зашевелился и спросил: - Ты говорила с Люциусом об этом? – он отрывисто кивнул в сторону Древа Малфоев. - НЕТ! Нет! Я не могу… - затрясла головой перепуганная Нарцисса. – Не могу рассказать ему…это. Мне больше некого просить о помощи, Северус! Я знаю, что ты тоже, по-своему, любишь Драко и всегда заботишься о нём… Я никогда тебя ни о чём не просила, но я в отчаянии! Помоги мне, Северус, сейчас уберечь моего сына от ещё большей беды! Нужно отыскать его…супругу до того, как… Просто, я не знаю наверняка как это работает… Если эта девушка погибнет, то из-за этой связи, она, возможно, потянет за собой и Драко! Я не могу допустить подобного исхода! - Но ты не уверена? – мрачно уточнил Снегг. - Нет, - обречённо вздохнула Нарцисса. – Но судя по описанию… Ты ведь знаешь, что ритуалы на крови очень опасны и чреваты… Лицо Снегга изумлённо вытянулось, и Нарцисса даже подумала, что впервые за всё время их знакомства, она увидела в его глазах подлинную муку и страх. - На крови?! - Да, Северус. Драко дал подобную клятву, - грустно подтвердила Нарцисса. – Добровольно. Иначе, ритуал бы не сработал, - она вдруг почувствовала, как обида на сына за его опрометчивый и безответственный поступок, порождает отравляющую душу злость и решительно заявила: - Необходимо срочно разыскать и доставить эту девицу – кем бы она ни была! – в Мэнор! Их связь с Драко не завершена и тут только два варианта: либо мы сообща находим способ запустить процесс в обратную сторону; либо берём девушку под свою опеку и отправляем пока что куда-нибудь подальше от Хогвартса, чтобы избежать потери обоих, в случае чего… - И ты на это пойдёшь? - Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы защитить моего сына! – вся поза Нарциссы буквально кричала о том, что она ни за что не отступиться и пустит в ход все свои знания и возможности, чтобы только спасти Драко! И только её большие карие глаза печально блестели от непролитых слёз. - Северус… Помоги нам! - умоляюще просила она, и голос её тревожно дрожал. – Помоги Драко… *\\* Удручённо пытаясь припомнить всё, что рассказывал ему Гарри об использовании заклинания Патронус, Драко упражнялся уже несколько часов. Но пока сумел добиться только того, что с кончика его волшебной палочки, срывался лишь унылый сноп серебристых искр, который нескладно сливался в бесформенное туманное облако, понапрасну расходовавшее энергию Драко и истощавшее его ещё больше. В камине ярко полыхал огонь, поддерживая в просторной спальне наследника Малфоев комфортную температуру, но Драко всё равно замерзал изнутри и задыхался в своей просторной «золотой клетке». Беспрестанно хмурясь и кусая губы, он уже готов был сорваться в истерику, но всё равно продолжал упрямо твердить: «Экспекто… Экспекто…Патронум…». Но, в конце концов, выдохся и откинулся на высокое изголовье кровати. Уперев локти в согнутые в коленях ноги, Драко с силой надавил запястьями на покрасневшие веки и какое-то время в удручающей, давящей тишине комнаты были слышны только его глубокие, надсадные вдохи-выдохи, да издевательски весёлый треск поленьев в камине… Как вдруг нагретый воздух вспорол его громкий, отчаянный всхлип. За ним новый…и ещё один, который уже перешёл в грудное, срывающееся на жалобный скулёж, рыдание. И столько в нём было невысказанных упрёков насмешнице-Судьбе, столько скопившейся за все года горечи от неоправданных, несбывшихся надежд и боли от потери только что обретённого счастья, что, казалось, Драко впервые дал волю настоящим слезам… Уронив голову на подтянутые к груди колени, он уже плакал навзрыд и не сдерживал унизительно громких всхлипов. Ему вдруг стало так жаль себя и обидно за свою запретную мечту, что, едва затихнув, Драко неожиданно стукнул сжатыми до побелевших костяшек кулаками по постели и его одинокий крик, звенящим эхом отразился от высоких стен спальни. Завалившись на бок, Драко подтянул к себе и обхватил обеими руками большую подушку и, судорожно дыша, тихо заскулил. А память, будто решив окончательно добить его, услужливо подкидывала ему самые радостные моменты последних нескольких месяцев. Устав ей сопротивляться, Драко смиренно закрыл глаза и вверил в её распоряжение свой истерзанный Разум… Он вспомнил, как Гарри впервые ему улыбнулся. По-настоящему. Так открыто, радостно и солнечно, что даже сердце замирало. Так искренне и широко, словно не было никогда всех этих глупых, изнуряющих и ужасных шести лет их междоусобиц! Словно он – Драко – самое светлое, чистое и желанное создание во всей Вселенной… Но самым странным для Драко было то, что, после этой улыбки Гарри, он именно таким себя всегда и ощущал! Гарри будто видел его насквозь! С лёгкостью разрушая все его колючие барьеры и игнорируя притворно-надменную маску Слизеринского Принца, протягивал, наконец-то, свою горячую ладонь и, растопив холодное сердце Драко, обнажал главное - сокровенное, запретное и тщательно забаррикадированное в самой глубине! – Его внутренний свет… Драко медленно перекатился на спину и, задержав дыхание, неверяще прикоснулся к опухшим, искусанным губам. Изумрудные, будто настоящие драгоценные камни, глаза ласково поглядывают на него из-под рваной, вечно растрёпанной чёлки… Чувственные, вкусные и соблазнительно зацелованные губы, влажно поблёскивая, растягиваются в шальной улыбке… «Я люблю тебя, Драко! – нежно шепчут они. – Люблю! Люблю…» И он всем сердцем действительно почувствовал… Здесь и сейчас… Гарри был с ним. Всегда! Встрепенувшись, Драко рывком сел на постели и небрежно утёр рукавом слезящиеся глаза. Теперь он знал, что делать. Коротко шмыгнув потёкшим, раскрасневшимся носом, схватил свою волшебную палочку, глубоко вдохнул и, надеясь, что голос его не подведёт, на выдохе, благоговейно прошептал: - Экспекто Патронум! И в то же мгновение яркий, ослепительный и девственно-чистый луч света вырвался мощным потоком из его волшебной палочки, являя сощуренным серым глазам настоящего, неоново-серебристого телесного Патронуса! Часто моргая, Драко просто не мог поверить, что у него всё-таки получилось. С замирающим сердцем, он восторженно разглядывал это удивительное, сказочное создание перед собой… Величественный, большой олень с могучими, ветвистыми рогами спокойно смотрел на него своими громадными, ясными и пронзительно мудрыми глазами и изредка хлопал длинными, прямыми ресницами. Он сиял так ярко и отчётливо, как Луна в ночном небе, и воплощал в себе сразу всё: и стремление выжить, и счастье, и трепетную веру в то, что надежда увидеть когда-нибудь Гарри ещё есть! Сердце Драко неистово стучало где-то в горле от нахлынувшей внезапно радости и волнения. У него получилось! Наконец-то, получилось! Гарри мог бы им сейчас гордиться! Медленно сглотнув, Драко очень осторожно вдохнул и привстал, нерешительно потянувшись рукой к эфемерному, мерцающему Патронусу. Гордо стоящий у изножья его кровати олень, гарцуя, стукнул в воздухе серебряным копытом и сам подошёл ближе. Остановившись прямо напротив Драко, он приветсвенно склонил перед ним свою голову с массивными рогами и приготовился выслушать приказ… - Скажи… - хрипло произнёс Драко, но, прочистив горло, повторил уже твёрже и воодушевлённее: - Скажи Гарри Пот… Но не успел Драко договорить, как дверь в его спальню широко распахнулась, и на пороге, как громом поражённый, остолбенел, совершенно сбитый с толку Северус Снегг. Его аспидно-чёрные глаза ошарашенно метались от крестника к оленю-Патронусу и обратно к Драко. Всё больше расширяясь, они постепенно вытесняли все остальные черты на его бледно-сером от постоянного прозябания в тёмных подземельях лице. - Драко? – оторопело пробормотал он, даже забыв о своей привычной официальной манере, в которой обращался даже с крестником, и на негнущихся ногах вошёл в комнату. – Драко! Только не… Поттер?! Так и не дождавшись указаний, Патронус смерил Снегга равнодушным взглядом и растаял, как не́быль, в воздухе, заставив тем самым Драко очнуться. - Зачем ты пришёл? Это не твоё дело, Северус! – бесцеремонно и почти капризно выкрикнул он, обиженно глядя туда, где только что стояла его последняя надежда передать Гарри хоть какую-то весточку. - Ошибаешься, Драко, - бесцветно прошелестел Снегг и шагнул ещё ближе, впиваясь взглядом в ожесточённое лицо крестника. – Твой Патронус… Неужели всё настолько..? - Что?! – ощетинился Драко и слова сами хлынули из него сумасшедшим, безжалостным потоком: - Что ты хочешь знать? – он выкинул вперёд руку с волшебной палочкой и бесстрашно наставил её прямо в грудь Снегга. – Да, да, да! Такой же Патронус, как и у Поттера! Мы с Гарри женаты! Ты это хотел узнать, не так ли?! – но, тут же набрав в лёгкие побольше воздуха, проорал уже во всё горло: - ГАРРИ ДЖЕЙМС ПОТТЕР – МОЙ ЗАКОННЫЙ МУЖ! И никто: ни ты, ни мать с отцом, уже никогда этого не изменит! Вы не сможете отнять у меня Поттера! Снова! Вам всем плевать на меня! ВСЕМ! Сами пресмыкайтесь перед своим Тёмным Лордом! А я хочу обратно в Хогвартс! Ненавижу! – и по его щекам покатились горячие, злые слёзы. - Дра… Мистер Мал…фой! – путаясь в словах и чувствах, попробовал по старой профессорской привычке приструнить его Снегг, а сам не мог даже моргнуть. Но Драко, будто с цепи сорвавшись, пресёк все его жалкие попытки: - Я уже не Малфой, профессор! – ядовито и нервно усмехаясь, манерно проговорил он. – Теперь я – Драко Люциус Поттер-Малфой! И нисколько этого не стыжусь! – с жаром выкрикнул он, категорично рассекая ладонью воздух. – И чтобы вы там не придумали, мы всё равно будем вместе! Потому что…мы любим! Я люблю Гарри По… - ЧТО…ты сейчас…сказал!?! – белый, как покойник, в комнату практически ввалился полыхающий праведным гневом и совершенно обезумевший Люциус. – Это…ПОТТЕР?! – взревел он не своим голосом и, перехватывая трость, выдернул из неё свою волшебную палочку. Вздрогнув всем телом, Драко резко перевёл дрожащую палочку на отца и в ужасе попятился назад к изголовью. Но, запутавшись в покрывале, начал заваливаться на спину и с перепугу пискнул: - Остолбе… Среагировав быстрее всех, Снегг отразил неоконченное заклинание Драко и оттолкнул плечом Люциуса. Насмерть перепуганная и измученная тревогами последних нескольких дней, Нарцисса появилась в дверях комнаты как раз в тот момент, когда красный луч заклинания её мужа пролетел буквально в паре сантиметров от уха её единственного сына и, врезавшись в стену, оставил в ней глубокую дыру. Её душераздирающий крик оглушил и немного отрезвил остальных, но, не успели они и моргнуть, как Нарцисса обессилено покачнулась и, сползая вниз по дверному косяку, упала в обморок. Северус отдал Люциусу должное. Из того, что тот не начал сопротивляться, он сделал вывод, что Люциус хотел, чтобы Северус его остановил! Впав в какой-то странный и несвойственный ему ступор, Люциус оторопело озирался на лишившуюся чувств жену и переводил взгляд обратно на выщербину в стене. Воспользовавшись его замешательством, Северус практически вытолкал несопротивляющегося главу семейства в коридор, где эльфы Малфой Мэнора уже хлопотали над безвольно лежащей на полу Нарциссой, и наглухо закрыл за ним дверь. Бросившись к застывшему в шоке крестнику, который всё ещё мёртвой хваткой сжимал в вытянутой руке волшебную палочку, уложил его на подушки и чуть ли не насильно влил ему в рот какое-то зелье. Морщась и слабо отпихиваясь, Драко вынужденно проглотил большую часть снадобья и тут же обмяк, моментально забываясь искусственным сном. Когда первоочередная задача была выполнена, Снегг позволил себе шумно выдохнуть и, прихватив с собой, на всякий случай, палочку Драко, быстрым шагом промаршировал к двери, которая, после его ухода, вновь тускло замерцала из-за восстановившегося непроходимого барьера. Уже подходя к рабочему кабинету Люциуса, Северус остановился у самой двери, так как его насторожили звуки приглушённой ссоры Малфоев. Видимо уже пришедшая в себя Нарцисса, негромко, но очень рьяно отчитывала своего мужа за то, что тот посмел поднять свою волшебную палочку на их сына. Но, что больше всего поразило Снегга, так это то, что Люциус не только не повышал в ответ голос, но даже пытался уверить супругу в том, что не хотел нанести Драко вред. Северус знал, как непросто всегда было Люциусу признавать собственные ошибки и как, должно быть, тяжко было ему сейчас осознавать опрометчивость своего поступка. Они были знакомы уже слишком давно. И за всё это время Люциус ни разу не произнёс искреннее «извини», если только оно не было адресовано Тёмному Лорду. Но его смиренное выслушивание нотаций от супруги, свидетельствовало сейчас именно о том, что, пожалуй, такой момент настал и в семье Малфоев. А поскольку Нарцисса знала своего мужа ещё лучше и понимала, что это его своеобразный способ «просить прощения», то вскоре замолчала и по ту сторону двери всё стихло. Северус счёл это подходящим моментом для своего появления и, войдя в кабинет, бегло оценил ситуацию. Нарцисса полулежала, съехав вниз по спинке кожаного кресла, а подле неё сидел на стуле её супруг. - Как он? – не оборачиваясь, сипло проскрипел Люциус, и дрожащими пальцами, будто без слов продолжая извиняться, погладил узкое запястье жены. - Сейчас спит, - уже в своей обычной, выдержанно медлительной манере ответил Снегг. – Люциус, тебе не кажется, что ты слишком остро на всё реагируешь в последнее время? - Ты в своём уме, Северус?! – не повышая голоса, процедил Малфой и бросил на него через плечо короткий, испепеляющий взгляд, но Снегг даже бровью не повёл. – Ты хоть представляешь, что умудрились натворить эти мальчишки?! Я даже вообразить эту мерзость не могу! – Люциус скривился и, не выдержав, вскочил со стула, став раздражённо наматывать круги по кабинету. – Это же не просто какой-то там… Мкхрр! – презрительно фыркнув, он на мгновение остановился и передёрнул плечами. – Мало того, что Драко решил связать свою судьбу с тем, кого мы с Нарциссой никогда бы не одобрили и умудрился опозорить себя порочной связью с… - услышав тихий вздох супруги, Люциус с силой и злостью стиснул челюсти, но всё же заставил себя более-менее спокойно, хоть и с ярко выраженным отвращением, произнести это вслух: - …мужчиной, так он ещё и осмелился выскочить за него замуж, как последняя, дешёвая подстил… - Люциус! – с болью в голосе воскликнула Нарцисса и, горько всхлипнув, спрятала лицо в ладонях. Малфой отрывисто выдохнул, прикрывая на пару секунд веки, и, обуздав очередную вспышку раздражения, чинно опустился обратно на стул рядом с супругой. Но вскоре опять стал сокрушаться: - Мордредов Поттер! А Драко?! – Люциус сдавил пальцами переносицу, зажмуривая красные от усталости и стрессов глаза. – Я и так на шатком положении… Тёмный Лорд до сих пор не простил нас за то, что мы пытались обелить своё имя, после его исчезновения, и не явились к нему по первому же зову! Я только-только начал вновь завоёвывать Его доверие… Снегг подошёл к зажжённому камину и, встав к нему вполоборота, задумчиво уставился на пламя. - Возможно, поступок Драко сейчас кажется тебе… - начал было он, но Люциус тут же прервал его: - Даже не заикайся об этом, Северус! У тебя нет семьи, нет детей, чтобы ты хоть что-то смыслил в проблемах родителей и детей! – жестоко отрезал он и, снова нервно вскочив на ноги, отошёл к тёмному окну. Будто получив подлый удар исподтишка, Снегг резко втянул носом воздух и, впившись в спину Люциуса чёрным, нечитаемым взглядом, поджал обескровленные, превратившиеся в одну тонкую, злую линию, губы. Не менее оскорблённая словами мужа Нарцисса, немедленно вскинула поникшую голову и посмотрела на их давнего друга семьи – крёстного отца их сына! - такими умоляющими и извиняющимися глазами, что Северус не стал ничего отвечать на подобное бестактное и грубое заявление в свой адрес, решив благосклонно списать это на расшатанные нервы Люциуса. И, выдержав достаточную паузу, просто вернул разговор в прежнее русло: - И что же ты намерен предпринять теперь? Люциус стиснул кулаки и упёр их в гладкий мрамор холодного подоконника. - Жаль, - угрожающе спокойно произнёс он, - что мальчишка принадлежит Тёмному Лорду… Иначе, я бы лично вырвал его паршивое сердце из груди и скормил оборотням за то, что он осмелился сотворить с нашей семьёй, опорочив и надругавшись над моим сыном! Нарцисса прижала пальцы ко рту и отвернулась, стараясь скрыть две блестящие, мокрые дорожки, сбежавшие по её бледным щекам. А Люциус тем временем продолжал: - Если бы я не был уверен, что Поттер просто какая-то ужасная, вопиющая ошибка природы и просто ходячее, безмозглое недоразумение, неспособное строить изощрённые козни, то, пожалуй, мог бы признать, что это, - он небрежно и неопределённо взмахнул в воздухе кистью, - поистине гениальный план: растоптать и уничтожить нашу репутацию и нас самих, охмурив моего единственного наследника! Снегг вскользь взглянул на Нарциссу, которая молча глотала слёзы, не отнимая ладонь от губ, и решил всё-таки высказаться: - Люциус, неужели ты не допускаешь даже мысли о том, что Драко мог действительно искренне желать этих отношений и поступить так по собственной воле? - Замолчи! – будто взбесившись, Люциус порывисто махнул на него рукой и, впервые на памяти Снегга, запустил обе руки в свои длинные, всклокоченные волосы. - Нет! Я не желаю слышать подобную чушь! Мой сын никогда бы не посмел… - он встретился с вопросительным и, как ему почудилось, слегка скептическим взглядом Снегга и взвыл раненным зверем, упрямо не желая признавать, что Северус – так неожиданно и настойчиво не желавший разделять его горе! - мог быть прав! - Я не хочу, чтобы завтра мы все стали ужином для крыс в собственном подземелье! Драко – МАЛФОЙ! И точка, – подлетев к рабочему столу, Люциус с такой силой обрушил на его столешницу свой кулак, что всё его содержимое подпрыгнуло над ним на пару миллиметров, а Нарцисса, сдавленно ахнув, вздрогнула в кресле. - Я не вынесу этого… - задыхаясь, прошептала она и неуверенной походкой направилась к двери. - Нарцисса! – рявкнул ей вслед Люциус, всё ещё находясь на взводе. Но, как только та оглянулась, обжигая его непривычно властным и мстительным взглядом, моментально смягчился. - Куда ты? – уже спокойнее спросил он. - Тебе известна моя позиция, Люциус! – чеканя каждое слово, миссис Малфой выглядела, как никогда устрашающе и убедительно. – Если ты тронешь Драко хоть пальцем… - Я дал своё слово, - жёстко напомнил он супруге, но Нарцисса была непреклонна и, с достоинством расправив плечи, высокомерно заявила: - Вот мы и посмотрим: чего же стоит слово истинного лорда Малфоя! - Нарцисса… - поражённо обомлев, Люциус даже потерял дар речи. Но Нарцисса уже не обращала на мужа никакого внимания и намеревалась покинуть кабинет, как на её пути возник Снегг. - Возьми, - тихо сказал он, протягивая ей волшебную палочку Драко. – Думаю, находясь у тебя, она больше не принесёт в вашу семью новых поводов для распрей. - Спасибо, - ещё тише ответила Нарцисса и подняла на Снегга свои большие, вновь влажно заблестевшие глаза. – Спасибо тебе за всё, Северус! - Не сто́ит благодар… - Нет, Северус, сто́ит! На краткий миг она крепко сжала его кисть и, не оглядываясь, ушла. Сокрушённо выдохнув, Люциус опустил голову, так что его длинные волосы свесились вперёд, полностью скрыв от Снегга его лицо. Пока они оба молчали, Снегг отстранённо рассматривал пустующую массивную раму Абраксаса Малфоя над головой Люциуса и всерьёз подумывал, что ему, в принципе, тоже стоило бы уйти. Но Нарцисса оказалась права. Он не мог просто так покинуть Мэнор, не убедившись, что с Драко всё будет в порядке. Хотя от кого теперь стоило уберегать его больше, был тот ещё вопрос… - Так и будешь, как обычно, отмалчиваться? – неожиданно нарушил тишину Люциус, опускаясь в своё кресло за рабочим столом. - А разве ты прислушаешься к тому, что я могу сказать? – холодно произнёс Снегг. – Если это о дрянном Поттере, то, пожалуй, нет, - кивнул сам себе Люциус и устало потёр лицо руками. - А если о твоём сыне, Люциус? – с жёсткими нотками в голосе, парировал Снегг. - С Драко я уже всё решил. - Правда? – саркастически переспросил Северус, слегка приподнимая тёмную бровь. – И что же? - Повторюсь: Драко - Малфой! – Люциус ожесточённо втянул носом воздух, когда губы Снегга едва заметно дрогнули от скептической ухмылки, и вдруг несдержанно выкрикнул: – Я сказал: ОН - МАЛФОЙ! А не какой-то там… - он скривился, но так же неожиданно успокоился и твёрдо посмотрел на Снегга. - И если Драко по каким-то причинам об этом забыл, то я ему как следует напомню! Чтобы он навсегда уяснил: чего от него требует «долг чести» и ответственности перед своим родом! И этот урок он усвоит уже на всю жизнь – это Я́ обещаю! – клятвенно произнёс Люциус, и взгляд его горящих, потемневших графитовых глаз в этот переломный момент казался настолько устрашающе жутким, что Северусу даже почудилось, будто сам Тёмный Лорд уже здесь, в Малфой Мэноре…