Дом там, где спокойны твои мысли

      Я так и осталась стоять на улице, сжимая сумку в одной руке и документы на квартиру в другой. Мотоцикл Барнса скрылся из моего поля зрения мгновенно, оставляя за собой лишь оглушительные звуки работы движка. Ощущение, что я выпала из жизни: не понимаю, что происходит и что нужно делать. А виной тому резкая смена событий и расшатанная нервная система.       — До завтра, — кивает мне вышедший из офиса начальник. Закинув в свой автомобиль портфель с бумагами, он, также, как и Джеймс минуту назад, уезжает. «До завтра», только что будет завтра? Он о моём провале не знает. Из трех сделок сдать можно лишь одну: истеричка Доркас точно не вернется, а оформить квартиру для Барнса я не успею. А может и успею, только вот желания нет.       Постояв еще немного, возвращаюсь в агентство. Там встречаюсь с вопросительным и немного обеспокоенным взглядом Джима. Обсуждать случившееся не хочу, вообще чудо, что офис еще не шепчется о доносившихся из моего кабинета криках, но с другой стороны сейчас Джим может ответить на пару вопросов, и он единственный, с кем я найду силы поговорить и не сорваться.       — Ну? — наиглупейшее начало разговора, но меня понимают.       — Никто ничего не заметил, разве только как она вылетела из приёмной, чуть не сбив стойку с рекламой.       — Отлично, — с облегчением выдыхаю. Отсутствие сплетен и разговоров за спиной — это большой подарок.       — Я так понимаю, одним клиентом у нас меньше?       — В точку, но это к лучшему.       — Что завтра скажешь шефу? — скрестив руки на груди, Джим облокачивается на стену.       — А что я могу сказать? Постараюсь всё объяснить до начала совещания, чтобы потом не сгореть со стыда под любопытные взгляды. Да, кстати, — вспоминаю о причине своего обращения к коллеге, — давай поподробнее об этой квартире?       — Могу только покороче, — усмехается он, взглянув на листы бумаги в мох руках, — нашёлся самый близкий родственник бывших хозяев, жить здесь он не намерен, а вот заработать на этом не против. До выходных будет тут, так что можно поговорить лично. Но на формальности ему плевать, сразу говорю, ключи отдаст хоть завтра.       — Совсем без запросов?       — Абсолютно, — подмигивает мне Джим.       — Спасибо, займусь этим делом, — поблагодарив друга, я ухожу, пока он не начал задавать интересующие ЕГО вопросы. Возможно я поделюсь, но позже.       Полной уверенности в том, что хозяин квартиры на месте — нет, но для меня будет лучше немного проветриться. Раньше старый дом, стоящий на противоположной стороне улицы, особого интереса у меня не вызывал, дом как дом. Здание — двухэтажное, поэтому и квартир там немного, хотя расположение удачное: здесь вокруг десятки магазинов, регулярно ходит транспорт.       Поднявшись на второй этаж, нерешительно замираю у нужной двери. Так, человек, который мне откроет (если откроет), ничего плохого не сделал, поэтому демонстрировать ему своё плохое настроение будет неправильно. Натянув слабую, но улыбку, жму кнопку звонка. Через несколько секунд за дверью слышится копошение, затем что-то отдаленно напоминающее ругательства, и вот мне наконец открывают.       На пороге стоит мужчина лет тридцати. С первого взгляда можно сказать, что он не местный: модная стрижка, вычурная одежда, в Бруклине люди чуть проще. Он гостям не рад, и моя фальшивая улыбка пропадает за ненадобностью.       — Здравствуйте, я Лора Линч — агент по недвижимости, вы оставили нам свои данные.       С секунду мужчина оценивающе меня оглядывает, в затем с максимально скучающим видом приглашает войти.       — Мой брат сюда уже не вернется, — говорит он, — я о нем и думать забыл, но какие-то службы меня нашли, вынудили разобраться с квартирой, правда квартирой то это не назовешь, — мужчина усмехается.       Ему это место может и не подходит, исходя из того же «не бруклинского» внешнего вида, а вот я ничего криминального не вижу. Довольно просторная студия, и если учитывать, что это нетипично для старых домов, то кто-то очень много сил и денег вложил в это место. Обстановка скромная, но минимальный набор мебели присутствует.       — Примерным хозяином брат не был, — поясняет мне мужчина, также осматриваясь вокруг себя, — я, честно, удивлен, как он вообще всё на торги не отправил или не спалил.       — Но раньше за квартирой следили?       — Да, пока он был женат. Год или полтора, недолго в общем, а как остался один — всё пошло под откос.       — Вы намерены сдавать это место или же продавать?       — Без разницы, — мужчина безразлично пожимает плечами, — я просто хочу, чтобы меня не вынуждали ехать сюда по каждому пустяку.       — Наше агентство гарантирует отсутствие проблем при оформлении сделки, мы берем это на себя, так же, как и претензии со стороны покупателя или съемщика.       — Лора, верно? — киваю в ответ, — я, кстати, Итан, — только сейчас мужчина вспоминает о правилах этикета, — давайте поступим следующим образом — я отдаю вам ключи, ставлю подпись там, где надо, и мы прощаемся.       — Нельзя заключить договор без второй стороны…       — Тогда не нужно договора, просто сдайте эту квартиру, а оплату пусть перечисляют на банковский счет, — Итан нервно затопал ногой.       — Исключено, мы делаем или по правилам, или никак, — меня начало раздражать его безразличное отношение.       — Черт. К шести вечера я уже должен быть дома, в Нью-Йорке, у меня там другая жизнь, в которой нет места на заботы с этой дырой, — он брезгливо махнул рукой, — я всё подпишу, под свою ответственность и никаких претензий, только избавьте меня от этой головной боли!       «Почему бы и нет?» — вдруг подумала я. Это станет самой простой сделкой в моей жизни.       — Я подготовлю документы, зайдите к нам в офис после обеда и всё будет готово.       Еще раз осмотревшись, я попрощалась с почти довольным хозяином и покинула квартиру. Уже совершенно не понимаю, радоваться мне или расстраиваться, но скорее второе. По закону подлости всё навалилось в один момент, и теперь разгрести не так просто. Допустим, у меня будет еще один готовый договор, который недействителен без подписи Барнса, но он есть, дело в общем-то за малым. Через два дня он приедет и вуаля, я молодец.       Мда, для шефа это пустой звук…       — Какого хрена все такие счастливые? — я вероломно заваливаюсь в кабинет к Джиму, захлопнув за собой дверь. Ошарашенный коллега не успевает ответить и только следит за моими действиями, широко распахнув глаза. — Мой принтер зажевал бумагу, разбираться с ним времени нет, пусть этим занимаются мастера в выходной.       Заправив технику несколькими листами бумаги, направляюсь к компьютеру, чтобы скинуть с флешки документ для печати.       — И при чем здесь остальные? — к Джиму возвращается способность говорить.       — При том, что офис буквально светится, план у них перевыполнен! Завтра будут собирать лавры.       — Так все работали одинаково, ты чего? Доску «работник месяца» шеф пока не устанавливает, а завтра не отчет, похвалит за приложенные усилия, пожелает держать планку и бла-бла-бла, «спасибо за минимальные усилия и максимальный результат, дети мои!», — мужчина спародировал голос начальника.       — Да был бы у меня хотя бы минимум.       Под механические звуки из принтера появилась распечатанная версия договора по новой квартире, составленного мной ранее.       — Кстати, не хочешь куда-нибудь сходить на перерыв? Раз шеф уже не вернётся, — разговор с Джимом в непринужденной обстановке мог стать прекрасной разрядкой для меня.       — Я бы с радостью, — мужчина замялся, опустив глаза, — но хотел закончить работу и потом пораньше уйти.       — Хм, планы на вечер?       — Вроде того, — он виновато улыбнулся, — сайты знакомств принесли свои плоды, если можно так сказать.       — Тогда удачи, — я понимающе закивала головой.       — Лора, я бы пошел с тобой, без проблем, всегда, но…       — Но сегодня под понятие «всегда» не попало. Не страшно, я тоже пойду работать. Напиши мне, как всё пройдет? И спасибо за принтер.       На душе появился неприятный осадок, ничего-то у меня не клеится. Если найду силы, чтобы дожить до вечера завтрашнего дня, то непременно организую себе стоящие выходные. Чтобы передать, насколько я близка к состоянию затяжной депрессии, скажу, что согласилась бы даже на турпоход с Джимом, велопробег или марафон на надувных мячах по центральным улицам, всё равно, лишь бы отвлечься. Но это мне не светит, потому что сегодня друг идет на свидание, а если там всё сложится, то это может затянуться до понедельника.       От мыслей о традиционном свидании становится не по себе. Я не фанатка букетов цветов и конфет в подарок, ужинов при свечах, бесконечных комплиментов и тому подобного, но от одного совместного вечера не отказалась бы. Подсознание ловко подставляет на роль спутника кандидатуру Барнса, и не удивительно, где-то в глубине души я не просто не против такого поворота событий, а всеми руками за, хотя до конца себе в этом не призналась. Впрочем, безнадежно.       В третьем часу дня моё одиночество нарушает Итан, пришедший за документами. Он также немногословен, ставит подписи, где я говорю, и даже не читает условия договора. На всякий случай он оставляет два своих контактных номера и банковский счет, для перевода денег. На вопрос о цене аренды отвечает в своём стиле: «а сколько вообще за эту дыру можно брать?». Хорошо, установим минимум по району, раз ему непринципиально. Кинув мне на стол два комплекта ключей, он забирает копию договора и испаряется, прыгнув в такси, стоящую под окнами. Вот со всеми бы так…       «И что мне с вами делать?», задумчиво верчу в руках связку ключей. Сходить туда еще раз и осмотреться? Но меня это вроде как не касается. Формально квартира Джеймсу еще не принадлежит, и мой приход ни что иное, как чисто рабочий визит. К черту. Собираюсь и ухожу с работы, здесь то мне ничего хорошего уже не светит.       Квартира без этого Итана выглядит куда приятнее, как мне кажется. Простая такая, ничем непримечательная. И не сказать, что она запущенная, скорее заброшенная. Газ, свет, вода, — всё функционирует, кое-какая техника вроде телевизора и микроволновой печи — тоже. Никаких украшений здесь нет, возможно куда-то дели, увезли, а возможно их и не было. Квартира холостяка, как говорил Итан о своём брате. Из предметов уюта разве что плотные занавески в спальной, что наглухо перекрывают доступ солнечных лучей в комнату.       Вот кухня здесь выбивается из основного колорита, своим ярким лилового цвета гарнитуром. Предположу, что это осталось от жены или невесты хозяина. Неожиданно моё внимание привлекают два «вечных» постояльца этого места.       — Ну привет, — захожу на балкон и наконец могу вблизи рассмотреть неизвестные мне цветы. Белые керамические горшки забрызганы каплями грязи, а сами растения заметно обессилены. Как-то грустно, пусть это и не живые существа. Решаю для себя, что просто обязана им помочь, и ставлю цель выяснить, какого они вида. Задача не из простых, потому что поисковик моих описаний «зеленых листочков и желтых цветочков» не понимает. Пыталась даже выполнить поиск по фотографии, не вышло.       Незаметно дело движется к вечеру, а я всё сижу за столом в чужой квартире, абсолютно одна, рассматривая перенесенные с балкона растения. Через ещё минут двадцать меня посещает идея, как компенсировать это самое одиночество. Свернув в телефоне закладку браузера, открываю список контактов.       18:07 «Дело сделано. Считай себя счастливым владельцем собственности в нашем городе…ну или арендатором))».       Через смс я с Барнсом еще не общалась, только отправляла координаты для встреч, поэтому не знаю, стоит ли ждать ответа, к тому же он должно быть занят.       18:41 «Без меня вышло быстрее».       Капитан Очевидность…неужели даже при таком общении нельзя быть чуточку свободней? Обычно люди делают именно так — в соц. сетях рисуют из себя героев, пикаперов или великих философов, причем получается правдоподобно.       18:42 «В моей практике таких случаев еще не было, но учти, претензии предъявлять будет некому, ты подписался в графе „полностью доверяю беспрецедентному опыту своего агента по недвижимости“, и я в таких вещах непреклонна ;)».       20:14 «Учту. Вернусь через три дня, обстоятельства изменились. Обсудим всё лично».       Последнее сообщение я получила уже у себя дома, потому что ночевать в чужой квартире не собиралась. О встрече он не спрашивает, а скорее ставит меня перед фактом. Кстати…я прихватила оба цветка, думаю, Джеймс меня простит. Подольше покопаюсь на сайтах для садоводов, может куплю искусственных добавок для роста, потом, разумеется, верну. Неплохой предлог, чтобы зайти в гости, правда?       20:20 «Если твоя занятость позволит, то конечно, но я при плавающем рабочем графике заранее бы не загадывала. И кто знает, у меня тоже будут дела».       Сообщение из серии «я согласна, но немного поломаюсь», и судя по тому, что ответа в ближайшие несколько часов я не дождалась, Барнс не оценил.       0:58 «В любом случае я теперь постоянно смогу видеть тебя в окне напротив, спокойной ночи».       Через «не могу» разлепив глаза на светящийся экран телефона, закрыть я их уже не смогла. Давно простое «спокойной ночи» не вызывало у меня столь бурной реакции. Я пялилась на сообщение снова и снова, чтобы убедиться, что мне не показалось. Глупо.       Не видя человека перед собой, трудно предположить, какой эмоциональный контекст несет в себе эта фраза, но я не была бы настоящей женщиной, если бы не выдала желаемое за действительное. Итак, в сообщение вложены самые что ни на есть искренние и теплые чувства…я так решила.       Когда печатные буквы начинают рябить перед глазами, выключаю телефон. Засыпать с приятными мыслями — удовольствие редкое, по крайней мере для меня, и длится оно не долго.       «Окно!» — проносится мысль в голове. Чертово окно квартиры напротив нашего агентства, напротив моего рабочего окна! Да он при желании сможет устраивать на балконе целые чаепития, наблюдая за мной. Признаю, немного перегнула, Барнс так делать не станет, а вот мой мозг думать будет только об этом…потом начну представлять его с биноклем в руках, и каждый раз ускорять шаг, проходя мимо окна.       Я походу параноик, но это завтра…«спокойной ночи», повторяю вслух, хотя услышать это лично было бы в сотню раз приятнее.