Дом с яблоневым садом

Возможно, этот забор и мог бы защитить сад от набегов уличных мальчишек (или в этих местах и мальчишки такие же важные и степенные как и все остальные?), но точно не от неё. Рукия подпрыгнула, ухватилась руками за край забора, немного подтянулась на руках и несколько мгновений спустя, мягко спрыгнула уже в саду. Поправила висящую за спиной Соде но Шираюки и огляделась. Сад был просто потрясающий, пожалуй, даже если бы в этом доме был постоянный садовник, он бы только всё испортил. Он был великолепен именно таким: с дорожками, кое-где заросшими травой и скрытыми между бессчётным множеством яблонь. Разросшиеся, давным-давно не знавшие ножниц садовника, яблони привольно раскинули свои ветви, сейчас уже бессильно поникшие под тяжестью зреющих плодов. Казалось, тут весь воздух был пропитан кисло-сладким яблочным ароматом. Рукия сорвала одно яблоко, показавшееся ей в темноте наиболее спелым и сунула его под кусок дерюги, исполнявшей роль оби в её костюме. Сейчас у неё были некоторые более важные заботы. Она было двинулась по направлению к дому, но вдруг услышала голоса и шаги за забором. Кажется, по улице шёл городской патруль. Только когда голоса стихли вдали, она тихо, как амбарная мышь, скользнула по дорожке к дому. Как бы она не старалась, но порой под ногами шуршал мелкий гравий, которым когда-то были посыпаны дорожки, а теперь он затерялся где-то в траве. А один раз и того хуже — она неудачно наступила на сухой сучок, не заметив его в траве. Конечно, он тут же отчётливо хрустнул. Рукия замерла, но не происходило ровным счетом ничего, в доме всё так же стояла мёртвая тишина, лишний раз подтверждая, что в доме никого нет. Как ни странно, но никаких особых запоров, призванных защищать дом от вторжения, на входной двери не было. Или хозяева слишком уж надеялись на честность и порядочность окружающих, или по какой-то неизвестной причине считали, что воры поостерегутся заходить в этот дом. Но как бы там ни было, а проникнуть в дом для неё не составило совершенно никакого труда. Её окутали мрак и безмолвие, а ещё запах. Каждому дому присущ свой собственный неповторимый запах, там, где жила она, пахло плесенью и мышами. Наверное, это и есть запах нищеты. А тут пахло травами, чаем и чем-то ещё. Она вдыхала этот запах и почему-то вдруг ей стало интересно: а кто же тут живёт? Странно… Раньше это вопрос волновал её меньше всего, а тут вдруг задумалась. Отбросив все ненужные мысли в сторону, она осторожно шаг за шагом пошла вперёд. Чтобы продвинуться хотя бы на один шаг, ей приходилось буквально всё ощупывать. Всё же она не кошка и в темноте ничего толком не видит, а натолкнуться в темноте на какую-нибудь вазу и с грохотом разбить её, девушке совершенно не хотелось. Ибо ничего глупее и придумать было нельзя. Помещение, в которое она в конце-концов попала, видимо, выполняло роль рабочего кабинета. Проникающий через окно лунный свет, вполне позволял нормально осмотреться. Обставлен он был более чем скромно: стол, на котором лежит стопка писчей бумаги и письменные принадлежности, кресло и книжный шкаф. Рукия огляделась ещё раз. Ну и что она тут вообще делает? Книги в Инузури ей точно не продать. От раздумий её отвлёк лёгкий шорох за спиной и внезапно накрывшая её чужая реяцу чудовищной силы. Ощущение было, что она ушла глубоко под воду и не может всплыть. Давление реяцу было такое, что на некоторое время она забыла как это — дышать. Медленно-медленно она обернулась. В проходе стоял мужчина в чёрных шихакушо и с обнаженным занпакто наперевес. Хотя сегодня он и был без капитанского хаори и вокруг было довольно — таки темно, но не узнать того, кто много лет назад стал для неё идеалом и образцом человечности Рукия просто не могла, а узнав, едва не взвыла от стыда и отчаяния. Почему из всех жителей Сейрейтея её угораздило влезть именно в его дом? Кроме как глупой насмешкой судьбы, она больше никак не могла назвать это дурацкое совпадение. От непереносимого давления реяцу ноги подкашивались, а в глазах заплясали разноцветные искры. По лбу скатилась крупная капля пота. Девушка покачнулась и вдруг в тот же миг всё исчезло. Она задышала глубоко и рвано, словно рыба, вытащенная на берег. Хозяин дома взял реяцу под полный контроль. — Ну и что ты тут делаешь? — голос звучал несколько раздраженно. Рукия не ответила. Она стояла чуть нагнувшись вперёд и всё ещё пытаясь отдышаться. — Я же не думал, что ко мне догадается влезть обычный человек. Честно говоря, я удивлён, — уже более спокойно сказал он, — И что ты будешь делать теперь? Хороший вопрос. Конечно, самым лучшим вариантом было бы извиниться и уйти, но что-то подсказывало, что этот номер не пройдёт. Остаётся… А что остаётся? Подождать, когда он вызовет патруль, её схватят и отправят за решетку? Придётся доставать Соде но Шираюки. Глупо, конечно. Что она может против капитана? Да и даже против последнего из рядовых? Но раз уж других вариантов у неё больше нет, то хотя бы так. — Ого! У тебя есть занпкто? Так что же ты делаешь в Руконгае? — А что, у меня есть выбор?! — огрызнулась девушка. Мужчина громко рассмеялся: — Иди в академию, станешь шинигами. Так ты будешь всегда обеспечена и едой и кровом над головой. — Кто же меня туда возьмёт? С этими словами Рукия прыгнула вперёд, попытавшись сделать какое-то подобие выпада. — Ну-ну! Так и самой порезаться можно! — мужчина легко отбил, едва не выбив катану из рук нападавшей. В это время в саду послышались голоса: — Укитаке-тайчо, у вас всё в порядке? Мы вдруг почувствовали вашу реяцу. Судя по всему, это был тот самый патруль, с которым Рукия едва успела разминуться чуть раньше. Вот, кажется, и пришел ей конец. — Не волнуйтесь, у меня всё нормально, я просто решил немного потренировать новый приём Кидо, — громко ответил им хозяин дома. Затем он повернулся к своей ночной гостье и прижал палец к губам, давая понять, что ей бы сейчас помолчать. — Понятно. Простите за вторжение. Пока шаги не смолкли, они так и стояли друг на против друга, продолжая молча играть в игру «кто первый отведёт взгляд». — Ты чего так испугалась? — спросил он, — в конце концов для меня было бы тем ещё позором обращаться за помощью к офицерам, когда против меня молоденькая девочка, едва научившаяся держать в руках занпакто, — хмыкнул он. Только было Рукия хотела ответить какой-нибудь колкостью, как вдруг её желудок громко и однозначно заурчал. — Вот значит как. Мужчина опустил катану и отошел в сторону. — Иди. Рукия удивлённо посмотрела на него, не понимая, чего именно он хочет. — Иди, говорю. Не думаешь же ты на полном серьёзе, что я буду драться с тобой? Да и воровка из тебя никакая, стоишь передо мной вся красная от стыда. Имей ввиду — я ведь и передумать могу. Дальше Рукия уже не слушала, она бросилась бежать обратно по тёмному коридору, через яблоневый сад, одним махом вскочила на забор и дальше по улице — до ближайших ворот. Как ни странно, на всём её пути ей не встретилось ни единого шинигами. Видимо, патруль в это время ходил где-то в другом районе города, но размышлять на эту тему ей было некогда. Страх придал ей силы и скорость. Столько лет она бережно хранила в своих воспоминаниях его образ и вот она снова с ним столкнулась и снова он сжалился над ней. Внезапно, впервые в жизни она поняла как же сильно ненавидит свою собственную слабость и малодушие. И ладно бы, если бы только это. Сегодня она ненавидела сама себя. Страж северных врат даже не поинтересовался, откуда это, собственно, она бежит так, словно где-то позади неё несётся стая пустых. А зачем именно она решила среди ночи покидать город, так ему и вовсе было безразлично. Не она первая и не она последняя не смогла найти тут того, что искала. Всех этих нищих город манит как мух на… Короче — как мух. Можно подумать, что тут не жизнь, а сплошное удовольствие. Он молча поднял ворота, выпустил девушку и закрыл за её спиной тяжелые ворота.