Жестокая игра

Она.       Жизнь течёт своим чередом, на отдыхе дни летят незаметно, но для меня они стали сущей пыткой. Да и, наверное, не только для меня. Изо дня в день я ловлю на себе взгляд Артёма, его тянет ко мне, а меня к нему. Я смотрю в будущее и понимаю, что наши жизни слишком разные, чтобы из страсти получилось что-то большее. Шутка судьбы свела нас той ночью. Очень смешно, смешно до слёз.       Прошло два дня…       Я загорела и стала похожа на шоколадку. Обожаю себя такой, мне становится уютно в собственном теле. Красота. Дни мы проводили на пляже: катались на скутерах, ходили в аквапарк, иногда по магазинам. С Артёмом я вела себя абсолютно так же, как и до той ночи. Чуть игриво, ехидно, но добродушно и приветливо. Его это задевало, но я не могла позволить, чтоб девчонки узнали, что между нами произошло. Я хорошая актриса, этого не отнять.       Стоял тёплый летний вечер, около пяти, мы валялись на пляже. Я флиртовала с Валерой — он до жути боится щекотки, и я этим пользовалась.       — Соня! Хватит меня мучить, — взмолился Валера.       — Хватит скулить, — я смеялась и продолжала его щекотать. Мы упали на песок, продолжая драться с визгами и смехом. Как только я начинала брать верх, он прижимал меня к песку, чтобы я не пиналась. Наконец, мы оба выдохлись.       — Было круто, — пытаясь отдышаться, подмигнула я.       — Ага, — он хохотал, — ты необыкновенная.       — Я знаю, — повернулась к улыбающейся Лере, — блин, я теперь песок очень долго буду вытряхивать…       — Вот и займись этим сейчас, — сказала Вера, — у нас же вечером клуб. Наконец-то, все идут. Оторвёмся по полной.       Я помахала всем ручкой и побежала в отель. Навстречу мне шёл Артём. Я притормозила, улыбнулась ему, наши ребята лежали в тридцати метрах, а он резко притянул меня к себе и поцеловал.

Он.

      Я издалека увидел, как Соня барахтается в песке с Валерой. Во мне волной поднялась ревность. Стоп! Её здесь быть не должно. Соня никогда не была и не будет моей. Но ревность была, и она захватила меня, и я совершил необдуманный, бесшабашный поступок.       Я наблюдал за тем, как она болтала с девчонками, смеялась, а потом побежала к отелю. В тот момент, я уже не соображал, что делаю. Мгновенное помутнение сознания, и она уже в моих объятьях, отвечает на мой поцелуй. И мне наплевать, что в нескольких метрах от нас лежат ребята, и если случайно кто-нибудь повернётся, то мы пропали. Об этом я не думал. Для меня существовали только её губы, на этот раз со вкусом лимона и песка.       Наконец, я смог выпустить её и вздрогнул от обвиняющего взгляда:       — Зря ты так, — повернулась и ушла.       — Артём, иди к нам, — мне помахала рукой Лера.       Они ничего не видели. Мне почему-то стало обидно, я всем хотел показать, что она со мной? Чёрт, глупо. Веду себя как похотливый самец. Стыдоба… Но мне это нравится. Я мечтательно посмотрел в сторону отеля. Сегодня дискотека, столько мыслей в голове, но знаю одно — этой ночью я буду с ней. Игра набирает свои обороты. Она.       Я от Артёма просто в шоке. Я уже сижу на мягком диванчике, вокруг всё сверкает и переливается, мигает, грохочет музыка — отличный клуб. Но мысли только о нём. Его поцелуи преследуют меня до сих пор.       — Сонька, не грусти! — ко мне в объятья упала Лера, — вот выпей и ай-да танцевать.       У меня перед носом возник высокий бокал с разноцветной жидкостью.       — Что это?       — Не спрашивай, подруга. Пей залпом до дна. Без вопросов.       Спорить я не стала.       — Вкусненько, — я облизала губы, ощущая вишнёвое послевкусие.       Алкоголь мгновенно ударил в голову, не помутив рассудок, а убрав все ненужные мысли, оставив пустую голову.       — Пойдём.       На танцполе было людно. Парни, девушки, загорелые, яркие, полуобнажённые двигались под ударные биты популярной мелодии. Мы влились в волнующееся море, впуская в душу игристую, колючую энергию возбуждённой толпы.       Без ложной скромности скажу, что танцую я хорошо. Многолетние занятия танцами дают о себе знать. Я отрывалась по полной. Я танцевала так, как будто вокруг никого не было, я отдавалась танцу, жила им.       Меняла партнёров одного за другим, и наконец, оказалась на небольшом подиуме в центре площадки. Музыка набирала ритм, с высоты я краем глаза увидела Леру, зажигающую с Валерой, Вадика с Алиной, целующихся на краю танцпола, Веру, которая из последних сил пыталась отвадить от себя какого-то хмыря, Артёма и Стаса я не нашла.       Музыка изменилась: из динамиков полились нежные, местами грустные ноты медленного танца. Толпа разбилась на пары, а я осталась на постаменте, двигаясь плавно и чувственно. Запыхавшись, я с трудом прошла сквозь толпу и в задумчивости остановилась у колонны. Парочек отвлекать не хотелось, Стасика нигде не было, оставался Артём. Я принялась потеряно озираться вокруг, когда на меня кто-то налетел, увлекая в темноту. Я пыталась вырваться, но незнакомец прижал меня своим телом к стене и прошептал:       — Ты великолепно танцуешь, Соня.       Конечно же, он наблюдал за мной, и я поняла, что танцевала только для него. От близости Артёма легкое опьянение как рукой сняло. В темноте я не видела его лица, но почти физически ощутила, как наши взгляды встретились…

Он.

      Весь вечер я наблюдал только за ней. Её танец, каждое движение притягивало взгляды: ни капли смущения, ни единого пошлого движения или ненужного жеста. Стоя в полутьме колонн, я запечатлевал в памяти каждое мгновение ночи. Эти воспоминания останутся со мной навсегда. Когда начался медляк, у меня перехватило дыхание, чёрт, так танцевать просто невозможно. Ведьма…       Когда она ушла с танцплощадки, я последовал за ней. Соня так потеряно выглядела, что я не выдержал. Налетел на неё, утянул в темноту за колоннами, прижал к стене. Отблески света упали на её лицо, похоже испугалась, я зарылся лицом в её волосы, вздохнул аромат моря и еще чего-то неуловимо свежего. По тому, как она расслабилась, я понял, что узнан. Соня заглянула мне в глаза, я легко услышал шёпот:       — Это наш маленький секрет. Надеюсь, ты это понимаешь, Артём. Никто не должен знать.       Она прочитала мои мысли, хотя сейчас мне было без разницы, рассудок ушёл в отпуск:       — Понимаю, — я заключил её в клетку собственного тела, — но не могу ничего с собой поделать. Хочу тебя поцеловать.       Я замолчал, ожидая её реакции, разрешения что ли. Для меня это не свойственно, честно говоря. Её губы дрогнули, она чуть оттолкнула меня, но я понял — это игра. Игра на грани риска, иногда жестокая, но я желал её и хотел понять, почему её называют жестокой и беспощадной.       Эти губы… На этот раз я чувствовал вкус вишни и алкоголя. Я прижал Соню к стене, осыпая легкими, быстрыми поцелуями. Соня смеялась, обнимала меня, чуть выгибаясь, как бы танцуя в ограниченном пространстве. Я прижал её к стене и подхватил на руки. Поцелуй стал страстным и глубоким, она судорожно хваталась за мои плечи, а я просто наслаждался мгновениями, проведёнными с удивительной девушкой. Она.       Я вырвалась из его объятьев спустя … времени. Ноги подгибались, сердце выбивало барабанную дробь, а с губ не сходила глупая улыбка. Я оставила Артёма в темноте, а сама присоединилась к Вере, которая завладела моим фотоаппаратом и щёлкала всех подряд. Мгновенно попала под вспышку и я. Мда, у меня сейчас, скорее всего, через чур довольный вид, хотя обычно это красит. Я удобно устроилась на диванчике, к нам присоединились все парочки, Артём куда-то исчез. Или просто не захотел находиться в моём обществе. Вадим оторвался от Алины и подошёл ко мне:       — Соня, потанцуем? — как раз заиграла медленная музыка.       — Нет, я не танцую медляки, — я мило улыбнулась.       — Почему? — он наклонился ко мне, — я видел, как ты танцуешь. Меня впечатлило.       Я молча покачала головой.       — Да, ладно тебе, Соня. Тут все свои, — и схватив за руку, потащил на танцпол.       Надо отдать мне должное, ноги я ему не отдавила, но сосредоточиться на танце не смогла. Прошла вечность — танец закончился. Он вежливо проводил меня до диванчика и вернулся к Алине. Ночь уже подходила к концу, сквозь колонны виднелось море, окрашенное бледно-розовыми лучами восходящего солнца. Парочки потихоньку смылись смотреть рассвет. Я осталась с Верой и Стасом, потому как рассвет навевал на меня неприятные воспоминания… Не хочу об этом.       Откуда ни возьмись, вылетел Артём.       Он молча протянул мне руку, приглашая на танец. Он наклонился так, что наши лица оказались почти на одном уровне, моя рука лежала в его. Громко щёлкнул затвор фотоаппарата: Вера поймала действительно удачный кадр.       Сразу скажу, танцует Артем посредственно, но шарм его спасает. Мы баловались на площадке, резвились как дети, привлекая ненужное внимание местных жителей. Дискотека закончилась около семи, мы всей компанией вернулись в отель и дружно рухнули спать.

Он.

      Время летит слишком быстро. Три дня… Всего лишь три дня и сказка кончится. Скоро придётся вернуться домой и забыть о волшебстве.       Мне, похоже, романтика совсем в голову ударила. Это всё Соня. Я до сих пор удивляюсь ей, её внутреннему миру. Только начинает казаться, что всё: узнавать больше нечего, она вытворяет такое, что волосы на голове дыбом становятся. Никогда не встречал девушку, которая может быть одновременно циничной стервой в суждениях и романтичной профурсеткой в делах.       Все эти дни, каждую свободную минуту, я проводил с ней: мы целовались за спинами наших друзей или в темноте ночных клубов, играли компанией в карты, купались, веселясь как маленькие дети.       Минуты, часы, проведённые с ней, я не забуду; та связь, что появилась между нами, приправленная терпким привкусом адреналина, оставляла неизгладимое впечатление. Соня постоянно говорила о том, что я истинный представитель своего пола. Грубоватый, деспотичный, резкий, ненасытный… В её устах слова звучали для меня комплиментом. Потому что каждое слово — правда. Неприкрытая, колющая глаза, но правда. И ей это нравится. Странная девушка.       Той ночью я нашёл Соню, сидящей на ступеньках отеля и вытирающей слёзы. Никто из ребят еще не ложился, и меня послали найти её, чтобы всем вместе пойти на пляж и искупаться при полной луне.       Я не стал задавать вопросов, просто сел рядом и прислонился макушкой к её плечу. Похоже, она даже не заметила. Так мы и сидели, пока слёзы не высохли.       — Что случилось, Тёма?       — Знаешь, мне кажется, что спрашивать должен я.       — Может не надо? — она казалась такой несчастной.       — Для вас любой каприз. Ребята собираются на пляж, костёр разводить, в море искупаться, поговорить, ну и так далее. Ты идешь с нами. Все ответы, кроме «да, хорошо», не принимаются, — Соня, наконец, улыбнулась.       — Да, хорошо.       — Вот и чудненько. Пошли, — я привычно взял её за руку. Она.       Стояла прекрасная, тихая ночь на морском побережье. В чёрном небе висела полная луна в сопровождении своих меньших товарок — звёзд, виднелась бледная полоска Млечного пути. Музыкально плескались волны, ударяясь о песок и перешёптываясь о чём-то своём. Девчонки сидели у ещё не зажженного костра, парни же собирали разбросанные то тут, то там деревяшки.       — Представляете, — Алина задумчиво смотрела вдаль, — послезавтра мы возвращаемся домой. Прямо не верится…       — Да ну, соберёмся в следующем году и еще раз съездим, — улыбнулась Лера, — той же компанией.       — Или лучше с парнями своими, — мечтательно протянула Вера.       — Такая тихая ночь, — я витала в облаках, мало прислушиваясь к их разговору.       Мальчики, наконец, развели костер и уселись кружком вокруг него. Сразу стало намного теплее. Оранжевые, красные, жёлтые языки пламени бросали на лица сидящих нежные блики, чуть похрустывали горящие ветки. Покой и умиротворение. На огонь можно смотреть вечно. Если долго вглядываться в пышущую жаром глубину, начинают видеться смутные образы, неясные картины, отрывки будущих или былых событий. Внезапно я буквально провалилась в транс, звуки вокруг отошли на задний план, перед глазами проносились кадры кинофильма.       Вспышка… Тёмная, сырая камера, тусклый неровный свет факела и он. Наши тела так близко, что по коже пробегает электричество. Глаза в глаза, лицом к лицу мы ведём собственную игру. В ней нет победителей, нет проигравших, а есть только чувство, всеобщее и всепоглощающее. Я забыла все страхи и отдала ему свою душу, наши тела сплелись в едином танце. Мир перестал существовать, лишь наша любовь имела значение. Любовь и жестокая игра, которой сейчас нет места между нами. Вспышка…       — Соня, — тихий шёпот прозвучал для меня оглушающим колокольным звоном. Я вздрогнула и посмотрела в глубокие чёрные глаза. Такие знакомые. Прямо мистика какая-то.       — Что?       — Пошли купаться, хватит сидеть и грустить.       — Пойдём, — я вырвалась из оков мистического видения.       Вода казалась обжигающей. По морской глади пробегали маленькие волны, лаская загорелую кожу. Я бухнулась туда с головой, фыркая и отплевываясь.       — Красота, — я тряхнула головой и окатила веером капель стоявшего рядом Артёма. Похоже, он обиделся и, смеясь, стал брызгаться и топить меня.       Я попыталась ему ответить, но Тёма был гораздо сильнее, и, погрузив меня в воду, держал там слишком долго. Я начала захлебываться. Лёгкие загорелись огнём, а в глазах потемнело. До него, наконец, дошло, что я тону, и он меня отпустил.       Я вынырнула на поверхность, хватаясь за него и судорожно дыша.       — Идиот, — я стукнула его кулачком по груди, — что я тебе плохого сделала?       — Ничего, Соня, — его руки сжались на моей талии, — ничего.       Пальцы непроизвольно разжались и легли ему на плечи. Артём ещё крепче прижал меня к себе. Я уже знала, что сейчас будет.       — Нас увидят, — я попыталась увернуться от губ.       — Нет, в воде только мы, — тихий, вкрадчивый голос.       — Зато все сидят на берегу в нескольких метрах от нас. И они не слепые.       — Мы в полной темноте, Соня, а на берегу горит костер. Он слепит ребят, и нас просто не видно.       — Убедил, — я улыбнулась, и наши губы встретились.       Я запустила пальцы ему в волосы, наводя беспорядок в коротких, мокрых прядях. Я запомнила поцелуи со вкусом морской соли и чуть горьковатый привкус его губ. Умиротворяющее покачивались волны, остужая наши эмоции. Артём подхватил меня под бедра, плотнее прижимая к себе, а я обвила его плечи руками, отдаваясь поцелуям: нежным и страстным.       — Мы с тобой просто психи, — прошептала я, пока его губы исследовали моё лицо.       — Ну да, — он посмотрел мне в глаза, — но хуже от этого не становится. Соня, я ни о чем не жалею.       — Ш-ш-ш, — я прикрыла ладошкой рот, — не нужно громких слов. Я и так всё знаю.       И просто поцеловала его. Эмоции набирали оборот.

Он.

      Завтра мы уезжаем. Сегодня весь день валялись на пляже, девчонки накупили сувениров, а вечером поехали отрываться в клуб. Праздник получился отменный. До сих пор улыбка до ушей. Наверное, нужно ложиться спать? Не хочется. Странное у меня состояние: учащённое сердцебиение, дрожь по всему телу. Как будто жду чего-то. Но вот чего?       Разговаривал только что с Надей, мы помирились. Всё-таки она меня любит. И я её? Конечно, не стоит об этом даже задумываться, но… Есть одно но — Соня. С каждым днем меня тянет к ней всё сильнее, наверное, из-за того, что мы постоянно рядом. Дома это пройдет, я уверен. Наш маленький секрет: мой и её.       Раздался стук в дверь. Даже не оборачиваясь и не подходя к двери, я знал, кто там стоит. Я всей кожей чувствовал вибрации её тела. Открыл дверь. Соня стояла, облокотившись на косяк, и грустно смотрела на меня.       — Можно? — голос звучал как-то неуверенно.       — Заходи, — я закрыл дверь и обнял её.       Она вздрогнула в моих руках:       — Артём, поздравь меня, — с грустным голосом не вязались весёлые слова, — мне только что признались в любви и предложили встречаться.       Сердце как-то непривычно ёкнуло: кто он?       — Человек, с которым я знакома почти четыре года. Ник всегда был рядом, помогал, утешал, веселил, а теперь вот, — она запнулась и замолчала.       — Почему грустишь-то? Радоваться надо, — я крепче прижал Соню к себе.       Она, наконец, улыбнулась и подняла на меня лицо.       Этот взгляд, я не раз видел его за последние дни, но всё равно тонул в тёмно-карих озерах. Соня глубоко вздохнула:       — Можно я с тобой посижу. Не хочется в номер идти.       — Конечно, Соня, — она высвободилась из моих рук, вышла на балкон и села на перила, балансируя на самом краю.       — Какая звёздная ночь!       — Осторожно, не упади, тут довольно высоко, — я подошёл к ней, готовый в любой момент подхватить.       — Не упаду, не беспокойся! Не делай такое серьёзное лицо! Тебе не идёт.       — Да? — я подхватил её шутливый тон, — а что мне идёт? Может это?       Я подошёл к ней вплотную и скрестил руки за её спиной. Она недоверчиво изогнула бровь.       — Или это? — я прижал её к себе от плеч до бедер, вынуждая развести колени.       — В твоём духе, Артём, — Соня наклонилась над бездной, доверчиво опираясь на мои руки, — ты предсказуем!       — Ты тоже, девочка. Я полностью уверен, что сейчас получу по голове.       — Да? Тогда я поведу себя чуть-чуть не адекватно.       Соня запустила руку в мои волосы и притянула к своим губам.       — Неожиданно, — прошептал я ей в губы, погружаясь в поцелуй. Сегодня всё было по-другому. Мы оба напряжены и каждое движение одного с силой отдавалось в теле другого.       Я стоял на балконе в одних шортах и держал в руках девушку, которая никогда не будет моей. Раньше Соня не опускала свои руки ниже шеи, но сегодня — особая ночь. Любое, даже совсем лёгкое прикосновение прохладных пальчиков, отдавалось электрическим разрядом в расслабленных мышцах, заставляя их сокращаться.       — Ты вздрагиваешь. Почему? — чуть удивлённый тон.       — А почему, когда я делаю так, — я сильнее сжал руки на её талии и притянул ещё ближе, — у тебя перехватывает дыхание?       Она непроизвольно попыталась сжать колени, но лишь плотнее обхватила мои бедра. Я не знаю, сколько мы простояли на балконе, и я уже мало чего соображал, когда мы оказались на кровати.       Я видел в её полузакрытых глазах желание, желание идти до конца. Но когда попытался пойти дальше, увидел в широко открывшихся глазах только страх. Она сильно сжала моё запястье и чаще задышала. Она боялась. Соня боялась меня и то, что я могу сделать. Во мне поднялась волна гнева на того ублюдка, кто довёл девочку до такого состояния.       Я успокоил её нежным поцелуем, который постепенно превратился в горячий и страстный. Больше огня! Соня в моих руках полыхала огнем, зажигая и испепеляя мою душу. Она.       Игра достигла своего апогея. Ближе мы уже с ним никогда не будем. Грустно и больно. Линии наших судеб пересеклись на миг, и каждый из нас будет помнить его до конца жизни.

В твоих глазах, ты знаешь мою власть. Любовь — игра, сыграй же эту страсть. Оставь мечты, не победить в войне Ты расплавишься в миг, Сгоришь в моём огне! Жестокая игра с улыбкой на устах, В неискренних словах прячем страх. И только в темноте сплетаются сердца! Жестокая игра до конца!