Наваждение

Даже не смотря на предоставленные условия, выспался я на славу. Доспех мой никто не украл, в нужник, мне предоставленный, никто не справлялся. В общем, утро было хорошим. Когда выяснилось, что в сумму оплаты входит еще и завтрак, я вообще начал считать его отличным. И плевать, что скудный. Разбогатею, буду сытнее есть и спать мягче. Вопрос в том, где денег добыть. Пока мелкими заданиями, по типу «Отнеси, доставь» меня не напрягали, как я ни навязывался. Хотя крутился возле «Дома Воительницы» до позеленения. Видимо, чужакам не доверяют особенно. А тут еще имперец и выглядящий чисто бомжарой. Была у меня мысль купить себе одёжу более сносную, да утопилась в реальности цен. Отдавать половину своего состояния за тунику со штанами? Не, я не настолько богат. Броню смотрел, даже щупал. Это в игре она легкая. Здесь же ни хрена легкого я не почувствовал даже когда водрузил на себя подаренный эльфийский доспех. Проходя по торгам, раскинутым в центре города, приуныл дико. Если покупать понравившийся доспех, то все равно потом платить за подгонку. Если заказывать – вообще штаны соскочат. Да и таскание брони прямо отразится на моей скорости. А я пока ничего умнее, чем беготня от неприятностей, не придумал. Кожаная броня, на которую я смотрел долго, напомнила мне укороченный чекистский плащ, переходящий в штаны самого премерзкого цвета. Хотя, с другой стороны, это хотя бы не броня для тяжеловесов. А если, заработав тугриков, упросить кузнеца вшить в нее пластины, то получится недурно. И не особенно тяжело, и удары по груди не станут роковыми. - Сколько за эту броню? – поинтересовался я у праздно размахивающего молотом торговца. - Совсем мало. Триста септимов и броня твоя, - отозвался торгаш, поглаживая лихо закрученные усы. - Чего дорого так? В кузнице такую же видал и там она в половину меньше стоит, - возмутился я. - Вот и иди в свою кузницу, - огрызнулся торговец, всем видом напоминающий директора цирка Шапито. – Это особая броня, а не тряпка кожаная. - И чего ж в ней особенного? – вопрошал я, ощупывая лежащую на прилавке куртку. - А то и особенного, что для искателя сокровищ она самое то. И руками ее не щупай! – торговец придвинул к себе куртку, смачно плюнул на платок и принялся натирать изделие. – Я сам на нее дышать боюсь. - Да вижу… Послушай, а что такого ценного для искателя в этой куртке? Зачарована она что ли по-особенному? - Верно говоришь, имперец. Колдовская вещь. Сам бы носил, да времени у меня нет по руинам всяким шляться. А там уж в такой броне – первое дело. Будешь в ней тише зайца. - Слушай, ну ты это… прибереги ее для меня. - Вот не знаю, - задрал нос подлый торгаш. – Я тут еще с месяц пробуду. За каждый день простоя десять монет добавлять буду. Годится? - Годится, - я пожал руку спекулянту, скрепляя договор. - Ну а раз годится, давай десять монет, - без смущения потребовал злодей, протягивая ладонь. И что было делать? Пришлось раскошелиться. Все-таки, тяжело быть нищим в чужой стране. Дома нет, денег нет, друзей нет. Еще и в перспективе жизни и здоровью угроза угрожает. Очень тянет расплакаться. Продал эльфийскую броню за сто десять монет и чувствовал себя жутко обманутым. А что? Если лавочник долго вслед орет тебе слова благодарности и желает здоровья – то вывод один. Тебя крепко наеба… Обошлись не по этикету с тобой, в общем. Денег по прежнему не хватало. Где взять еще сто двадцать золотых? Направился в «Котелок Аркадии». Видимо, обойдется Эйла без цветов. Как разбогатею, так и начну думать, как местных баб поражать. Если, конечно, мне вообще этого захочется. В лавке было тихо, свет из окон был приятно приглушен чем-то вроде жалюзи, только в виде деревянных пластинок. И пахло приятно. Вот так бы сидел, нюхал, млел и успокаивался. Имперка, грустившая возле прилавка, немедленно оживилась, глядя на меня. - Неужели соотечественник? Не верю глазам. Просто услада для глаз, - женщина ласково улыбнулась, подзывая меня к стойке. – Какими судьбами в Скайриме? - Да, знаете… Решил все сначала начать, - промямлил я, стараясь не смотреть в довольно откровенный вырез на платье лавочницы. - Плохое место выбрал. Имперцев ныне тут не жалуют, - поморщилась Аркадия. - Вам это доставляет неудобства? - Да какие неудобства, - отмахнулась женщина. – Разве ж я не знала, что вокруг одни твердолобые норды будут? Нет неудобств. Тоскую иногда по Сиродилу. По ласковому солнцу, по добродушной, готовой помочь страже… Но привыкла. Ты сам-то откуда? Я замялся. Назову город, откуда она родом и пипец. Расспросы об общих знакомых, о достопримечательностях. А, как выяснилось, масштабы городов здесь иные. Не полтора дома и четыре инвалида местных жителей, которых ты бы узнавать должен. Ни хрена! Пока кругом мелькали строго незнакомые рожи. - Из Анвила, - придумал я ответ. Все ж, портовый город. Не все там знают друг друга и народу там куча. Даже куча куч в идеале. - Никогда там не была, - улыбнулась Аркадия. – Ну ладно. Ты ко мне по делу или просто узнал, что соотечественница здесь трудится? - По делу. У меня вот… - водрузил я корзину на прилавок. - Красный горноцвет… Гм, вообще-то, не слишком мне нужен. Как-то ни яды здесь особым успехом не пользуются, не снадобья, влияющие на магический потенциал, - глядя на взгрустнувшего меня, женщина улыбнулась. – Давай за всю корзину дам тебе двадцать золотых. Нет, если хочешь, переберем цветы, но больше вряд ли получится. Видишь, кое-где повядшие есть, где-то лепестков не хватает. - Давайте, - согласился я. – А может, вам нужно чего? Ну, редкий какой-нибудь ингредиент или еще что-нибудь? - Знаешь, нужно бы. Паучьих яиц побольше требуется. Больно они недолговечны, а полезны. А так, знаешь… В холоде их не продержишь – теряют свойства. А в тепле коли передержишь, начинают вылупляться, - Аркадия подмигнула мне. – Не хочется дома эту тварь взращивать, сам понимаешь. - Если смогу, добуду, - нервно сглотнул я. Представляю, как из сумки посреди ночи выберется вылупившаяся мразь и сожрет с голодухи первого попавшегося. Меня. Нет, если алхимией заниматься, то только с травками. Никаких яиц, сердец и прочей органики. Я себе смерти не желаю от лап паука или коруса. Распрощавшись с приветливой женщиной и пообещав как-нибудь заглянуть на крепкий травяной настой, я вышел на улицу. Ярл не спешил меня разыскивать, денег прибавилось разве что на ночлег. Пора к Соратникам. Примут – не примут – чего гадать? Ну не умею я мечом. Не получается в заклинания. Но устраиваться же нужно как-то и куда-то. Сомневаюсь, что мне поручат искать Драконий Камень. Выглядел я у ярла на приеме совсем не браво. Так и не особенно то хочется начинать игры в Довакина. Я все еще ломал голову, размышляя, какой профессией обладала выданная мне тушка. Даже голышом себя разглядел в надежде увидеть хоть намек на мою специализацию. Увы и ах. Шрамов, кроме намордного, у меня не было. Кожа, как у графьев не лощеная, морда хоть и ничего, но все же старовата и просит кирпича. То ли это от того, что я имперцев никогда не любил, то ли предчувствие того, что организм этот чем-то незаконным занимался до моего внедрения. А что? Кто бы добропослушный рванул в область, считающуюся сомнительной? Только дурак или желающий поживиться на войне ублюдок. Рожа у меня хоть и привлекательная, судя по реакции на нее некоторых дамочек, но явно не идиоту принадлежащая. К тому же, бегал я швыдко, что явно свидетельствовало о деятельной работе. На заднице тело мое не сидело, это явно. Подобравшись к Йоррваскеру, я все же замешкался и почувствовал, что пыл сходит. Вот опозорюсь, как пить дать. Обосрусь на месте во время проверки навыков и все глумиться надо мной будут. Хотя… Я же бард. Мало ли, свихнулся да и решил жизнь поменять. И ведь правда в какой-то степени. Жизнь моя за эти несколько дней поменялась поразительно. - Ты чего на ступеньках-то расселся, бард? Ты не норд, гляди, не отморозь чего, - стукнула меня кулаком в плечо Эйла, присевшая рядом. - Задумался я. Стоит к вам идти или не стоит. Я же бард. Кроме чтения стихов и не умею ничего. Может, и не нужно позориться? – поделился я сомнениями с рыжей. - Учиться-то не поздно. Даже тебе, - ухмыльнулась она, оглядывая мой престарелый имперский образ. – Да и разные к нам приходят. Вон, когда Вилкаса с Фаркасом привели, они костер не знали, как развести, однако сейчас члены Круга. - Они ж, поди, не в моем возрасте-то сюда прибыли, - вздохнул я. - Ну да, - согласилась Эйла. – Но что тебе попробовать-то мешает? Может, для драк ты и не горазд, но доблесть и иначе можно проявить. Будешь беглым преступникам стихи свои читать да привораживать. Глядишь, и из тебя толк выйдет. - А чего это ты меня уговариваешь? – покосился я на девицу. - Не потому что понравился, уж явно. Стишата мне твои нравятся. Ты ведь еще много чего знаешь. Будешь развлекать нас вечерами. Да и решение принимает Предвестник. Ему виднее, чем тебе – подходишь ты или нет. Не руби с плеча. Заходи. Я пожал плечами и подчинился. Направился за охотницей, а предчувствия наполнили меня ужас какие плохие. А, приметив тренировочный бой в зале, совсем загрустил. Не то чтобы я драться в жизни не умел, но чтобы вот так… Женщина, которая ростом выше меня и куда шире в плечах, с легкостью и изящностью танка мутузила эльфа. Это тренировка? Упаси Бог с ней тренироваться. Тут же в случае чего даже скорую не вызовешь. - Чего засмотрелся? Тоже любишь кулачные бои? – толкнула меня плечом Эйла. - Точно нет, - завертел я головой, переводя взгляд на других Соратников, наблюдающих за поединком. - Ну, может ты еще маг? Говорят, барды путешествуют. А путешествия это всегда опасность. Дожил же до седины, значит, не только стихами горазд разговаривать, - допытывалась настырная рыжая. Может и маг. А что? Шрамов нет, руки были относительно ухоженными – не мозолистыми, как у прочих в телеге смертников. Вот только даже искры извергнуть пока не могу, и это тяготит. А времени практиковаться нет. Да и место, где можно было бы потренироваться, отсутствует. Не в городе же учиться. Дома тут деревянные, люди живые. Вот так получится колдунство, обрадоваться не успею, а меня уже начнут сношать морально и физически истязать за спаленную столицу торговли. - Спустишься вниз по лестнице и ступай прямо. Старик… то есть, Кодлак в это время сидит за книгами. Я снова повиновался и покорно поплелся по знакомому, вроде, маршруту. Уютно, что не говори, у них здесь. И ковры, и посуда парадно-выгребная по сервантам, и книжки разноцветные, и головы чучелов разных со стенок мне глазки строят. А главное – очень тепло. Даже теплее, чем у Гердур, а она ради меня хату свою прогревала так, что ее братец и супруг ругались на жару. С другой стороны, эльфа я уже увидел, имперку тоже. Может, для них стараются? Все ж таки, хоть не члены Круга, а брат и сестра по оружию. Или волчары сами мерзнут. Хрен их разберет. - В нашем зале чужой, - услышал я сочный бас без единой нотки стариковского скрипа в голосе. Вот как он узнал? По запаху? Они что, даже не в волчьем обличии так тонко всех по вони отличают? - Зачем ты здесь? Подойди ближе, мы знаем, что ты в залах. Я ускорился. Приблизился с опаской к сидящим в креслах мужикам и почувствовал, что нарушил их идиллию своим визитом. Тот, что по моложе, опустил на колени раскрытую книгу. Старикан бодро прикладывался к кубку, при этом непрерывно меня осматривая. - Я… Я хочу быть Соратником, - сказал я, робко поглядывая на Кодлака. Вот сложно считать его стариком, хоть и вид у него престарелый. Там, наверху, за столом вообще живая мумия сидела. Наверное, это был Вигнар. Это его, в случае победы Братьев Бури, на престол усадят? Вот этого, который сам себе в портянки ссыпается? Я не верю. Какая-то шизофрения. - Дай-ка погляжу на тебя, мальчик… Я реально чувствовал себя юнцом, ибо сильно смутился от, буквально ощупывающего меня, взгляда. Глазки в пол выпучил итак и стоял, ожидая вердикта. Сейчас мне скажут, что мальчик я староватый и идти мне нужно куда подальше. - Хм, я чувствую в нем доблесть, - ни к кому не обращаясь, прозвучал приговор. - Господин, вы серьезно? Он же… Мы ведь не знаем этого имперца. - Я не господин, Вилкас. Да и почему мы должны пресекать такие благородные желания ветеранов Великой Войны? Вспомни Скьера. Он тоже не юнцом прибыл к нам. - Только его навыки не вызывали сомнения… - А вот навыки имперца, ты и проверь. Как зовут-то тебя, сын Сиродила? – вновь повернулся ко мне Кодлак. - Юлий, - ответил я. Все-таки, имя я себе хорошо выбрал. В реальной жизни меня Юрием звали. А маленькая племянница, еще плохо выговаривающая букву «Р» называла меня Юлием. Я почти привык. И здесь начал отзываться моментально. - Хорош ли ты в бою, Юлий? – упер подбородок в сложенные кулаки старик и, прищурившись, вгляделся в мое лицо. - О мне нужно учиться, учиться и еще раз учиться, - с пионерским задором, отозвался я, вообще не покривив душой. - Он у нас бард, - ласково пропела Эйла прямо у меня над ухом и бесстыдно загребла меня в объятия. – Такой робкий, но рассказывает свои стихи… С душой. Мне он нравится. Давайте его оставим. - Мне тоже нравится его настрой, - поморщился Кодлак, разглядывая повисшую на мне девицу. – Он говорит правильные слова. Проверь его, Вилкас. Тот отложил книгу, осмотрел меня откровенно презрительно и жестом приказал следовать за ним. Я, опустив голову, поплелся за ним. Вот сейчас стыдоба и начнется. Как оценят все мой тупой меч, отсутствие банальных навыков и тряску в коленях и сразу отправят на фиг. В игре проще было. Там ты Довакин и крут по факту. А здесь я имперец без истории. - На поддержку Эйлы особенного внимания не обращай. Она любит, когда вокруг много мужчин, вот и подбадривает тебя, - повернув ко мне голову, сообщил Вилкас. – Я же в тебе самом не вижу ничего особенного. Вот тут я перестал стыда бояться. Всякий неумытый норд мне! имперцу! будет рассказывать, что во мне ничего особенного. Зацепил, паря, ничего не скажешь. На площадке, встав напротив воина, я уже не чувствовал не хрена. Ну опозорюсь, ну не оправдаю чьих-то надежд… Что, солнце от этого светить станет хуже? Трава зеленой быть перестанет? - Меч у тебя, конечно… Разве что для почесывания хребта годится. Или хозяин его настолько остер, что ему клинок и не нужен? – продолжал усмехаться падонок. – Ударь пару раз. Думаю, на большее сил не хватит. Я даже меч доставать не буду. Я достал из ножен меч и постарался приноровиться. Нет, не годится. Совершенно не подходящее оружие. Даже замахиваться неудобно. Машинально переложил его в левую руку и почувствовал, что так комфортней. Черт, а ведь я жрал левой рукой! Как внимания-то не обратил. И сумку свою дорожную на левом плече таскаю. Рука машинально его туда закидывает. - Левша? – поднял брови Вилкас, выставляя щит. – Что ж… Если хватит мозгов, будет преимуществом. А не хватит – судьба твоя в канаве гнить, имперец. - А почему вы мне тыкаете? – спросил я, нанося первый удар. – Проблемы с воспитанием? - Хм, я не привык разводить церемонии с тем, кто безоружного противника одним ударом склонить не может, - ухмыльнулся волчонок, даже не пошатнувшись. - А я не привык добивать человека, вооруженного лишь зубоскальством, - отозвался я, ударяя еще раз. – Такие, имеют обыкновения, умирать лишь по причине собственной глупости. - Ты не разглагольствуй. Не на то силы тратишь, щенок, - снова показал мне желтоватые зубы норд. - Я не понял… Мы с тобой что, врата в Обливион вместе закрывали? – обозлился я, вновь ударяя по щиту. – Или, нам с тобой пуповину одну на двоих перерезали? Не припомню праздника. - Что ты несешь! – тоже начал серчать мужчина, к моему удовольствию чуть опуская щит. Я не стал медлить и раздумывать. Взялся за меч двумя руками и в удар так вложился, что запястья заныли. Зато этот чертяка, расслабивший держащую щит руку, моментально потянулся к земле-матушке. Физика, батенька! Нечего было хамить незнакомому имперцу, который школьный курс естественных наук помнит! Решив унизить окончательно товарища, еще и ногой его придавил, от чего он рухнул, пропахав носом каменистый настил на площадке. - И кто теперь щенок? – не удержался я от колкости. – Тебе бы культуре подучиться. Все ж имперец перед тобой, а не доходяга-бретонец. Собравшиеся Соратники радостно перешептывались, разглядывая нас. У меня внутри все кипело. Не безнадежен – и это прекрасно. И могу, если захочу – это тоже хорошо. Конечно, Вилкас мне любезно преимущество дал, но кто его просил? - Неплохо, - неожиданно произнес он, поднимаясь. – Лучше, чем я ожидал. - Спасибо. Вы не ушиблись? – решил проявить я заботу, хотя по мне, пусть убился бы на хрен. - Не думай обо мне столь плохо, - норд настороженно посмотрел на собравшихся Соратников. – Твоя победа дает тебе право считаться Соратником. Но не более. Ты мне не брат по оружию. А сейчас… Отнеси-ка мой меч в кузнецу. И осторожней. Он стоит дороже, чем ты. Я промолчал, хотя в голове прокрутил варианты ответов. Вообще-то, не хотел бы я с ним в бою сталкиваться. Искренне не хотел. Одно дело по щиту лупасить и другое, когда лупасить будут меня. И щитом в том числе. Да и лицо у Вилкаса хоть и надменное, но несчастное. Видимо, давно не позорился. - Хорошо. Пойду и отнесу, - улыбнулся я норду. Заодно и свой отдам подточить. Я ж теперь вам не абы что, а Соратник! И меч мне нужен наточенный. Не то, чтобы я им активно пользоваться буду, но солидно выглядеть начну прям сразу. - Бой просто отличный, - догнала меня Эйла, когда я подгреб к ступенькам, ведущим в Кузню. – Ты поразил меня, бард. - Юлий. Меня Юлий зовут, - напомнил я вездесущей девице. - Юлий, - повторила она. – У имперцев есть только одно преимущество над нордом – и ты им воспользовался. Хотя, я тебя не виню. Будь ты врагом Вилкаса и возжелав он видеть твою голову на частоколе – там она бы и находилась, не сомневайся. - Я и не сомневаюсь, - не стал я спорить с очевидным. – А что за преимущество? Эйла остановилась. Мне тоже пришлось, дабы узнать. Она, словно сомневаясь в том, правильно мне это говорить или нет, отбивала пальцами незамысловатую дробь по своей броне. - Норды еще не отвыкли, что имперцы главные, - после заминки, произнесла она. – Что они умнее, хитрее… Нам же столько лет вдалбливали, что Скайрим – лишь часть большой империи. А мы – всего лишь из милости принятые в подданство. Конечно, многие так не думали, но до недавнего восстания, вообще речи не было в том, чтобы сомневаться. - Мне кажется, норды вполне самодостаточны, чтобы так не думать. Да и про имперское превосходство глупость. Реально, смешно. Представляю себе озлобленного гиганта норда с дубиной на перевес и имперца, помахивающего изящным ножичком. Если б я был на арене, поставил бы на норда явно. - Рия тоже новенькая. Имперка, как ты заметил. Ее Вилкас взялся дрессир… эм, тренировать. Так вот ходит, как в воду опущенный, стоит ему с ней попререкаться. - Так может, в другом причина? В более простом? – улыбнулся я. – Рия у нас девка красивая и Вилкас… тоже в самом рассвете сил. - Все сложнее, бард… То есть, Юлий, - не согласилась со мной Эйла. - Пойдем дальше, - предложил я. – Не вижу я такой глобальной разницы. Мы же люди все. В цивилизованном мире давно уж забыли про эти расовые деления, а вы тут все… Глупые люди. - В каком мире? – не поняла охотница. - Да в обычном. А тут все глупости да ерунда. Гражданская война! Люди с людьми воюют. Эльфов потешают. И не хрена не ваш Ульфрик, не наш Туллий не понимают. Интернационал – вот к чему стремиться надо. - Что он сказал? – сбил меня с мысли стоящий возле домны кузнец. – Интрицал? Это хворь какая? - Что-то вроде, - не смог не улыбнуться я. - Эйла, ты от него подальше держись, а то тоже подхватишь, - разволновался пуще прежнего работник тяжелой промышленности. - Такую хворь вам бы всем недурно подхватить, - отозвался я. – Да и не болезнь это. Так, философия. - Это кто такой? – Йорлунд нахмурился, бегло меня осмотрев. - Новенький. Такой забавный, - Эйла сладко улыбнулась. – Мне нравится его голос. - Ты поаккуратней с этими голосистыми. Имперец же. Чего доброго, увезет в Сиродил, запихнет в какой-нибудь бордель и прощевай охота. Знаем, как же. - Он бард, - обиделась за меня Эйла. - Да что ты? Прям настоящий бард? Он похож на жулика, продающего коровий навоз, выдаваемый за землю из Совнгарда, - поделился впечатлениями обо мне кузнец. - Мне это… Вилкас дал… - едва не трясся я от смеха. - А, новый щенок… Это значит, мы с тобой чаще видеться будем. Печально, - искренне сник Йорлунд. - И мой меч можно… Тоже заточить, - от смеха, раздирающего меня изнутри, я забыл, что мне стесняться положено. - Началось. Сначала меч наточи, потом броню для него сделай, а потом с жинкой познакомь и на ночь оставь, - кузнец говорил все с такой серьезной миной на физиономии, что я заулыбался совсем широко. – Смотри, еще скалится. Разгадал я его, коварного. Давай свой меч, приблудный. Спускаясь по лестнице обратно, в низы, я ржал конем. Мужикам я не нравлюсь – и это настолько прекрасно, что лучше не придумаешь. Все в этом мире правильно, хотя и не совсем. У баб бы еще оружие отобрать и за кастрюли усадить – и все. Мечта консерватора, а не вселенная. - Ты на него не обижайся. Он со всеми такой ершистый, а человек хороший. Привыкнешь, - попыталась успокоить меня Эйла. - Да я уже привык. Мне он нравится. Искренний такой мужик. Настоящий. И обидеться на него трудно. - Вообще, он женщин больше не любит. На нас с Рией срывается обычно. Считает, что нам бы детей рожать, а не по лесам бегать да оружием махать. - И я с ним согласен, - сказал я. – Не сомневаюсь, что ты охотник лучше меня, но… Привычней, когда барышня дома сидит. Вяжет там, стирает… Что еще вам делать полагается? - А мужчины в это время без присмотра, да? Мы вам быт устраивать, а вы нам что? Мне немедленно вспомнился старый мультик про мужчину и женщину. Тот, в котором дамочка постоянно мыла кастрюлю, а самец-добытчик обещал ей за все труды подарить звезду. - Я подарю тебе звезду. Светом нетленным будет она освещать нам путь в бесконечность, - легко продекламировал я, покосившись на новую подругу. Та остановилась и так и осталась стоять, провожая меня задумчивым взглядом. Черт, как удобно плагиатить в чужом мире. Сейчас как подучусь у Соратникам основным правилам местного ОБЖ и как рвану в Коллегию бардов. Чисто академический интерес: меня возьмут за талант? Или тоже заставят бегать по засранным пещерам в поисках столь же засранных фолиантов? - А я тебя везде ищу, - возник передо мной запыхавшийся юнец. – Хорошо хоть стражники видели, что ты сюда направляешься. Ярл приказал явиться к нему сразу, как я тебе сообщу. Я мигом сник и настроение мое рухнуло ниже канализации, которой тут нет. Все по сраному игровому плану. Сейчас, не приведи Бог, отправят меня в нордские катакомбы. Такого маленького, бедненького и одинокого имперчика-меня. Для чего? Дышать трупным ядом, бояться покойничков и тащить на горбу камень, весом с тролля. Черт, я же «мечтал» об этом с того момента, как в повозке очнулся! - Слушай, а может, скажешь ярлу, что ты меня не нашел? – попытался я ухватиться за соломинку. – А я тебя за это вознагражу. - Сказать отцу, что отпустил имперца за ерунду, вроде твоей шубы? – усмехнулся пацан. – Пойдешь со мной. А удумаешь бежать – мигом страже скажу, что ты у меня кошель срезал. Вот же мелкий говнюк! Я немедленно захотел отшлепать засранца за наглость. И вообще, меня раздражает, что здесь мне все тыкают. Я им не родственник – они мне и тем более. Где банальная вежливость? Или, хотя бы, уважение к возрасту. Я возненавидел Драконий Предел. Мало того, что корячиться туда тяжело - ступеньки высокие, полуснесенные временем, так еще и не хочется быть Довакином. А здесь, в этом проклятом мною месте, история начинается. Может, сказать ярлу, что я Брат Бури и помогать ему, имперскому выкормошу, не желаю? Интересно, сколько я после этой фразы проживу? Не, не годится. А может, просто слинять? В какой-нибудь Рифтен и там спрятаться? Тоже не подходит. Там и без меня уродов полно. И не все захотят со мной дружить бескорыстно. - Вот, папа, он хотел удрать, - ощутимо сильно ткнул мне в бок юнец. – Накажи его. - Конечно. Ступай, сынок, - снисходительно улыбнулся ярл маленькому подлецу. Я ждал участи. В общем-то, я ярлу ничем не обязан. Законов не нарушал, а приказы выполнять, не присягнув заранее на верность – вообще не обязан. Не будет же он меня стрелами в спину подгонять, выполнять приказы? - Правду мой сын сказал? Ты не хотел идти ко мне? – спросил Балгруф. - Правду сказал. - От чего ж? – склонил голову на бок ярл, откидываясь на спинку трона. - От чего… От того, что должен быть героем, а я слабак, - цитатой ответил я ему. - И честно в этом признаешься, - прищурился владыка города. - А чего греха таить? – развел я руками. - Откуда ж тебе знать, что у меня к тебе за поручение? Может, как раз по твоим бардовским делам? Я плечами пожал. Не знаю точно, но догадываюсь. Черт, ну почему он не потянул со своим приглашением пару месяцев. Может, я бы больше пообвыкся, научился бы хоть чему-нибудь. Я не представляю себя в битве. Просто не способен пока. Может, кто и умеет перестраиваться моментально и, только оказавшись в подобных условиях, начинать подвиги подвигать и свершения совершать, но это не про меня. Реальная оценка себя – ноль. Из всего, с чем пришлось столкнуться, сделал вывод, что я ничего не знаю об этом мире. Могу предугадать следующий квест и все. А по дороге к «курсору», которого у меня нет, обрушится столько напастей… Духи, покойники с историей… О чем я еще не знаю? - Не буду скрывать, дело у меня к тебе серьезное, - нарушил тишину ярл. – Я посчитал, что лучше, чем тот, кто от дракона спасся, не справится. У меня сейчас нет людей, которым бы я доверил эту миссию. - А имперский бард очень подходит, да? - Стражники уже доложили, что видели тебя с Соратниками. Не принижай своих способностей. Может, боишься, что работу тебе сам ярл дает? Так давай отведу тебя к своему магу. Может, с ним тебе проще будет, - предложил Балгруф. Я смирился. Хоть на живого мага посмотрю. Без гангрены. Помещение дворцовый фокусник занимал под стать ярловским апартаментам. Огромное, забитое книгами, незнакомыми даже по игре мне предметами… Я, забив на приличия, подошел к одному из столов, где, по моей памяти, должна была быть алхимическая лаборатория. Наверное, зелья качественней получаются именно здесь, на рабочем месте. Пузатая реторта соединялась с перегонным кубом, очень напоминающим мне самогонный аппарат. Ступок было несколько и все сделаны из разнообразных материалов. Пестиков было еще больше и, что удивительно, форма и размер тоже разнились. Тонкости. Похоже, придется не только вспоминать, чего с чем замешивать, но еще и где все это делать. Чем делать. И прогонять ли через куб полученное. На стол для зачарования я лишь мельком взглянул. Там хоть на поверхности нарисовано, куда класть камни, а куда предмет. - Фаренгар объяснит тебе все. Если решишь, что не справишься, лучше сразу скажи мне, когда выслушаешь его, - сказал ярл. - Бард… Ну а почему бы и не бард? Ты, хотя бы, к тонкой работе привыкший. Это упрощает дело. С Камнем будешь обращаться, как с реликвией, а не как с булыжником. Видел Ветряный Пик, когда проходил Ривервуд? – спросил маг, не удосужившись даже взглянуть на меня. - Видел. - Значит, дорогу найдешь сам. Это упрощает дело. В гробнице находится скрижаль, в котором мы нуждаемся. Не буду скрывать, покойные норды не любят, когда покой их тревожат. Но мимо них можно и проскочить. Не обязательно сражаться. - Как так? – удивился я. – Они же умерли. Они хоть и не видят и не слышат, но чувствуют тепло, ощущают вибрации воздуха от чужого дыхания. Как это замаскировать? - Я смотрю, ты соображаешь. Не маг, часом? – наконец-то, посмотрел на меня Фаренгар. - Бард, - терпеливо повторил я. - Нет противоречия. Да и обычные воины не задумываются о таких вещах. Сразу в драку лезут. А ты задавался вопросами, раз сам ответы на них нашел. Все верно – они не слышат и не видят. Но! Они чувствуют, когда вещи из гробницы забирают. От простой прогулки ничего не будет. - А вы не ошибаетесь? – недоверчиво посмотрел я на мага. - В гробницу лезут с определенными целями. Не сводами пещерными любоваться. Я проверял лично теорию. Если не касаться вещей, которые в гробнице, сможете уйти спокойно. - А камень? Они все не ринутся ко мне, как только я его заберу? - Гробница с камнем находится в самых нижних галереях. Туда ведет ход только один, а выхода из нее два. Тот, который вход и тот, который вам нужно будет найти. - Понятно… Я. Могу идти? - Идите. И без камня не возвращайтесь, - вместо «удачи» пожелал мне маг. Я прошелся до «Пьяного охотника» и с горя заказал себе сразу две бутылки меда. Чтоб эту ночь перед походом проспать просто мертвецки. Плюхнулся на лавку за самым дальним столиком и выпучил глаза на эльфийку, сидящую в углу. Хорошо бы нанять компаньона. Да такого, чтобы не только дубиной умел махать, но и головой работал справно. И чтобы этот регион знал, как свои… неважно сколько пальцев. Я уже любого готов терпеть, лишь бы помощь толковая была. Итак, Ветряный Пик. Если в верхних галереях гуляют разбойники, значит, часть драугров уже колобродят по своим палатам погребальным. Вот не спросил у мага: они нападают на всех, кто рядом с вором или только на него? И возвращаться не охота в Драконий Предел. Сражаться я пока не научился… Значит, на ножи лезть и не будем. Будем думать. - Вытри разлитое масло, брат. А то еще кто-нибудь шею сломает. Это хорошо, что в прошлый раз норд неудачно поскользнулся… А вдруг, кто нормальный покалечится? – услышал я голос трактирщика, обращающегося к своему эльфийскому родичу с метелкой. Я не мог скрыть улыбку. Эльфы тоже расисты. Вообще, тут, похоже, все чистотой рас бешено озабочены. Был бы я императором – вмиг бы издал приказ: брак только с представителем другой расы. И все. Проблем никаких. Как идти воевать с данмерами, когда у тебя жинка серокожая дома жрать тебе готовит? Однако от слова «масло», мозг лихорадочно начал соображать. Масло же горит. Можно запастись сиим продуктом и, все ж таки, помолясь, выучить эти сраные «искры». И придумать, как это самое масло разбрызгивать удобно. Прям, как окатил нечисть, как поджег. И усе. Даже мечом махать не надо. Вопрос в том, как сделать такое хранилище, чтоб и в руке помещалось, и выливалось экономно, и поджигалось наверняка. Помню, когда факел у стражника покупал, он долго его натирал маслом, а изначально, пока оно не прогрелось, только дым вонючий шел. - Я присяду, - заявил норд, плюхаясь на лавку напротив моей. Я был так захвачен различными идеями, вихрем проносившимися в мозгу, что и не думал возражать. - Знаешь, а если бы у меня было две бутылки меда – я бы тебя угостил, - без обиняков заявил наглец, хватая стоящую ближе к нему бутыль. - А ну руки прочь! – возмутился я, перехватывая честно купленный мед. – Хочешь выпить – разорись у трактирщика. Стойка вон там. - Что, не признал меня? – спросил норд, крутя рожей передо мной. - Знать тебя не знаю, - честно ответил я. - Локир. Мы познакомились по дороге к Хелгену, - не обиделся норд. Я вылупился на мужика. Если б он не назвал имени, не узнал бы его никогда. Умытый, волосы не сальные и зачесаны в хвостик, одет не богато, но аккуратно. Прям, приличный человек, а не конокрад. - Я думал, ты давно под жарким солнцем отдыхаешь. А ты… Решил сдаться властям? Совесть замучила? - Ерунду не говори, - скривился Локир. – Уезжать, и упустить самую богатую добычу в своей жизни? Нет, я в Хаммерфелле я буду принцем, окруженным такой толпой наложниц, что со всеми и познакомиться не успею. Я промолчал. Мечтать не вредно и не запрещено. - Тебе ведь нужны деньги? – голосом змея-искусителя поинтересовался Локир. - Деньги всем нужны. Только у меня сейчас другая работа имеется. Так что спасибо, но я занят. - Там денег столько, что по возвращении будешь богаче ярла Предела, - продолжил соблазнять меня Локир. - Привлекательно. Это что ж такое ты решил украсть? Императорские бриджи? - Не украсть. Просто забрать. Ничего преступного, - замотал головой Локир. – Так как? Заинтересован? Или мне другого компаньона искать? - А что забирать-то нужно? – не смог не полюбопытствовать я. - Вот это разговор. Пойдем за воротами погуляем. Тут ушей уж дюже много. Я, еще мало понимая, во что даю себя втянуть, последовал за Локиром. Желание заиметь средств, чтобы хотя бы спокойно посидеть на месте, изучая книги или банально тренируясь, было сильнее доводов разума, который истошно вопил не связываться с этим уголовником. Дойдя до старой мельницы и обойдя ее со всех сторон, Локир извлек из сумки карту и, разложив ее на земле, ткнул мне пальцем в жирный крест, помечающий, судя по всему, какую-то гробницу. - Здесь находится старый двемерский город. Усыпальницу норды возвели на его руинах, мало задумываясь о том, что находится под ней. Обычно, двемерские города имели небольшое количество строений на поверхности, а основные поселения строились под землей. Там вот этот город… истинно глубинный. Туда проход был организован в скале. Как открывался – сам Дагон уж не ведает. Но изнутри можно найти по символам. - Двемерских руин полно в Пределе. Почему тебя интересует именно этот город? - А ты не перебивай, - нахмурился Локир. – Сюда гляди! Ветряной Пик стоит на золотых костях. Там драгоценностей больше, чем у всего Доминиона. - Ветряной Пик? – встрепенулся я. – И под ним старый город? - Точно так, - удовлетворенно кивнул норд. – Вот ты думал, что двемеры – безбожники. А они почитали традиции. Задобряли то ли богов, то ли даэдр – не знаю. Каждый год груды золота свозили в этот город. И там оставляли. Я почесал подбородок. То, что нет там ни двемерских руин, ни гор золота – я точно помнил. Килограммы хлама, толпы покойничков и Драконий Камень. Ах да, еще и Обелиск Силы. Никакими богатствами там не пахло. Но меня посетила корыстная идея подыграть идиоту. Мы, разумеется, там ничего не найдем, но зато, я буду не один. - В этой гробнице как раз есть камень, который я должен доставить придворному магу, - честно признался я. - Драгоценный? – возбужденно спросил Локир. - Нет. Самый обычный булыжник с надписями. - Булыжники меня не интересуют… А вот сокровищница двемеров. Найденное делим пополам. Или ты только треть добычи хочешь? – тут же принялся хитрить норд. - Давай делить шкуру уже убитого медведя, предложил я. – Мне нужно вернуться в Вайтран и взять меч. - Что, прости? – озлобился норд. – Узнал тайну и линять. Нет, имперец, так дела не делаются. - Ты же видишь, я без оружия, - растерялся я. - Возьмешь мой топор. А теперь топай вон к той лошади и смотри без неожиданностей! - Если ты мне так не доверяешь, какого хрена именно ко мне подошел? – вскипел я, когда меня буквально силком потащили к пасущемуся возле реки коню. - Доверяю. А теперь садись и держись крепче. У руин будем вечером. Так безопасней. Эту мысль я не разделил, но сопротивляться не решился.

***

Добрались мы не вечером, а, судя по глубокой темноте, далеко за полночь. У подножия гробницы страшно не было. Издали строение мрачноватое, а глядя на него в упор – вообще никаких эмоций. Предусмотрительный Локир в моей компании пропатрулировал вокруг подъема несколько раз. Увы, никаких намеков на двери или хоть какие-то символы на поросших мхом камнях не было. Мы еще час бессмысленно раздирали кожу, раздвигая заросли плотно поросшего можжевельника, ища хоть какие-то зацепки, позволяющие войти в таинственный город без прохода через гробницу. Несмотря на мои заверения, Локир настырно не желал сдаваться и не прекращал осматривать каждую царапину на скалах. - Похоже, все-таки нужно идти в гробницу, - смирился он после очередного бессмысленного обхода. - Может, утра подождем? – робко поинтересовался я, тоскливо поглядывая на одинокий огонек факела, который не был способен разогнать ночной мрак. - Что это изменит? В гробнице все равно темень будет. - Ну ладно… Послушай, Локир, только давай в самой гробнице ничего не трогать, ладно? Быстрее дойдем. - Что, драуграм не нравится, когда их вещи трогают? А когда вообще их покой нарушают, это ерунда? – усмехнулся норд, поправляя сумку. - Есть мнение, что да. - Будь по твоему. Двемерские сокровища им не принадлежат – а мы в них нуждаемся. Давай подниматься, что ли? Я, чуть отстав от норда, зашагал за ним. Чем ближе к Пику мы поднимались, тем больше я ругал себя за шальную мысль о богатстве. Локир, если есть там что ценное, просто прибьет меня в этой гробнице. Потому и взял с собой не наемника, способного сопротивляться, а дрища-имперца. И делиться ничем он не будет. Главное, чтобы камень отдал. А остальное – уж хрен с ним – пусть забирает. Жизнь дороже. А я, придурок, насочинял себя сказок! Как сразу в голову не пришло. Со мной же преступник. - Быстрей шагай, имперец, - скомандовал Локир, останавливаясь и глядя на меня. Блестящие в свете факела глаза мне показались алыми. Списал на преломление света, ибо думать хуже о воришке не хотелось. Пусть он будет просто алчным бандюганом. Из приоткрытых ворот гробницы веяло холодом. Никаких расхитителей, кроме нас, не было, что еще больше пугало. Получается, не так уж много дураков хочет поживиться смертными дарами. В игру их пихали, чтобы ГГ от скуки не помер, а тут, в реальной жизни… Насколько я понял по Ривервуду и общению с тамошними аборигенами, норды суеверны до кончиков ногтей. А любые проявления мистики их пугали. Странно, учитывая, что весь этот мир ею наполнен. Но в неизведанное они не хотели углубляться. - Значит, ничего не трогать… Ничего… Мы еще не спустились в катакомбы, так что давай посмотрим в ларчик на алтаре, - предложил Локир. - Давай ничего не будем трогать. Все равно, когда найдем твой клад, всю найденную чепуху выкинем, - перехватил я руку норда с уже зажатой между пальцами отмычкой. – А на кой хрен здесь алтарь? Локир пожал плечами, но отмычку спрятал. Я, стараясь ни до чего не дотрагиваться, разглядывал небольшую залу. Может, здесь готовили тела к захоронению? Непосредственно на месте омывали, обмазывали, одевали? Все возможно, только я себе представлял похоронные процессии. То есть, уже подготовленные тела приносили в выделенное место, оставляли что-то ценное и тут же запечатывали очередную, переполненную покойничками, галерею. По всей логике, должно было быть именно так. И алтарь на аркеевский не похож. - Пойдем. Потом осмотришь все, если желание будет, - позвал меня Локир, вглядываясь в уходящий вниз коридор. Осмотреться хотелось. Нордские фрески, сохранившиеся просто изумительно, вызывали во мне безумное любопытство. Вот на одной изображен здоровенный мужик в броне, больше напоминающей скафандр, а вокруг него толпа то ли женоподобных мужчин, то ли баб, очень любящих в войнушки. Что обозначает картинка? Как она соответствует настроениям в гробнице? Разумеется, нетерпеливый Локир не давал мне не минуты простоя. А мне казалось, что нужно картинки внимательно рассматривать. Только норду было плевать. Энтузиазм нес его с безумной скоростью вниз. Воздух становился сухим, запах, ударивший по легким, напоминал помесь затхлости и пряности. И что-то другое, еще слабо уловимое, но едкое. Я преисполнился самых нехороших предчувствий. - Локир, - окликнул я норда и с беспокойством уставился на синеющее пламя факела. – Погаси. Давай ориентироваться по светильникам, которые установлены. - С чего бы вдруг? - Здесь газ… Или не газ, но что-то парообразное и горючее. И чем мы ниже спускаемся, тем резче запах. Давай не будем рисковать. Доверься мне. Что-то я… - Ты маг? – доставая бутыль с водой, спросил Локир. - Совсем нет. Бард. - Бард? – Локир улыбнулся и затушил факел. – И сколько книг тобой написано? - Не одной пока, - не стал я лгать. – Но скоро будет. Планирую. - Не встречал бардов, которые не корпели бы над собственной книгой. Здесь, в Скайриме, копировальщиков мало, а все труды, скопленные в имперских библиотеках, сожгли в первые месяцы восстаний. И если ты бард, то прекрасно должен об этом знать. Лги кому-нибудь другому. Бежал из Сиродила, чтобы написать книгу здесь… Ты обычный уголовник, сумевший прочитать в тюрьме несколько десятков книг. Я сразу это понял, когда тебя увидел. Я промолчал. В конце концов, может и так. - Воспользовался неразберихой и побежал туда, где имперские ищейки тебя явно искать не будут. Что ж, у каждого своя дорога. Я тебя не осуждаю. Твои зарешеточные знания могут нам помочь, - он отвернулся и пошел дальше. Я следовал за нордом. Получается, мне повезло, что меня не запалили на вранье раньше. Бард, не способный себя защитить. Бард, не умеющий играть ни на одном инструменте. Бард, не написавший ни одной книги. А бард ли он? Хорошо, что ярлу некогда было выяснять тонкости моей автобиографии. И хорошо, что обычные люди не сильно смекалисты. Усыпальницы, которые мы проходили, делились на уровни. На стенах даже цифры стояли. Правда, между галереями не было никаких преград. Словно это один огромный зал склепа. Не гробница, которую запечатал и забыл, а вполне себе Катакомбы Капуцинов из моей реальной жизни. Там, насколько я помню, с покойниками по желанию родни можно было всячески взаимодействовать. Мыть, переодевать, сажать рядом с собой, с ними полежать – если имеется потребность. Так вот местные красоты сразу навевали воспоминания о том странном месте*. Сами же трупы, во всеувиденье выложенные в выдолбленных в камне ячейках, выглядели не слишком страшно. Естественно, отросшие волосы и ногти могли вызвать страх у простоватых нордов, не знакомых с биологическими особенностями тела, меня же они не сильно пока пугали. Даже не верилось, что эти мумии способны встать. Настолько жалко выглядели высушенные временем конечности. То, что дрыхнут они здесь давно – не вызывало сомнений. Возможно, их более-менее приличный облик сохранили из-за омовения особыми маслами. Или в уксусе держали до позеленения держателей. И пущенный по гробнице газ – для удобства буду называть сие вещество так – позволяет поддерживать низкий уровень кислорода. Отсюда целые тела, хоть и печально выглядящие. Форма захоронения у всех была разной. Некоторые лежали с мечом, зажатым в руке и уложенном на грудь; некоторые просто лежали возле своих молотов-секир-мечей. - Смотри, какой медальон, - вновь заговорил Локир, подходя к каменной полке с лежащем на ней драугром. – Какой изумруд! И на кой скамп мертвякам такое богатство? - Не вздумай даже трогать, - испугался я. – Тебе опять напомнить о немыслимых сокровищах, о которых ты мне вещал? Локир присел на каменный сундук и принялся меня разглядывать с таким интересом, словно мы на торгах, а не посреди трупного смрада. - А ты, часом, не жрец Аркея? Что волнуешься? - Я может и жрец, только… Ты слышал? – встрепенулся я, уловив приглушенный гул, исходивший из дальних галерей. - Слышал, - подскочил Локир. – Но идти все равно нужно. Не то… Быстро оглядев остальных обитателей гробницы, я слегка успокоился. Они выглядели все так же безмятежно. Однако звук становился все отчетливей. Чеканный, словно отработанный шаг прекратился возле одной из стен. - Пойдем, - прошептал я. - А некуда идти. Пришли, - Локир тоскливым взглядом окинул дверь, ведущую в следующую галерею. – Все. Дальше дороги нет. Без ключа. Я разглядывал фреску на стене в надежде найти ответ на загадку. Никакого Золотого Когтя и намека на его существования по пути сюда, я не заметил. Как и не было пещеры с пауками и несчастного воришки, запутавшегося в паутине. А я еще радовался, как придурок, когда понял, что драугры вставать не собираются, а пауки не оформили здесь прописку. Когда пошел осматривать стену на предмет ловушек, по ту сторону снова повторился этот гребанный марш-подход. Возникло неприятное ощущение: тот, кто был за стеной, нас, судя по всему, видел прекрасно. А мы, как идиоты, должны были гадать. Так хотелось себе представить улыбающегося усатого продавца молока, который любезно хотел бы нас угостить. Черт, вот почему в гробнице невозможно представить милейшего молочника с самыми благими намерениями? Почему я представляю себе надзирателя-драугра? Дурное влияние могильников! - Давай заткнем чем-нибудь вон те щели? – кивнул я на маленькие бойницы в стене. - И что нам это даст? Да и чем затыкать будем? – сник Локир и, усевшись на ступеньке, принялся ковыряться в сумке. - Нам это даст… А отмычки у тебя есть? – спросил я, разглядывая внутренний замок. - Что ты скачешь, как горный баран с вопроса на вопрос? Отмычки у меня есть, но для такой двери… - Плевать на дверь. Подбери отмычки под скважины. Можешь факел зажечь. Тут, вроде, вони никакой нет… А я камнями попробую… Обойдемся без ключа. Нет, если хочешь, иди обыщи спящих товарищей… Я не горю желанием сражаться со всеми обитателями. Я принялся подбирать маленькие камни, коих, слава Богу, вокруг было предостаточно и рассовывать по щелям, до которых мог дотянуться. Услышав за стеной недовольное шипение, удовлетворенно улыбнулся. Значится, сужающиеся вглубь отверстия, лишают возможности дежурившего драурга или кого-то там неспящего, вытолкнуть мои свежие кладки булыжников. Это бодрит. - Эти двери не зачарованы. Обыкновенная механика. А принцип рычага – основной закон механики. Пока ты будешь работать отмычками, я буду разбираться с ребусом на двери. Ловушки забьем и... И все получится, - я оптимистично похлопал по плечу Локира, перебирающего свои принадлежности взломщика. - Откуда ты такой умный взялся, - поднял голову Локир. - Физические основы механики. Крепкая тройка только за то, что занятия не пропускал. Видишь, сколько полезного можно узнать, даже если ты филолог и эта механика тебе даром не нужна. - Не понимаю тебя, но давай попробуем. Меня начинает пугать существо, которое бродит рядом и всячески твоим умом недовольно. - Подсади меня. До тех ловушек я не дотянусь, - попросил я норда. Тот, не задавая лишних вопросов и не жалуясь на участь быть назначенным ишаком, быстро повиновался и, легко и унизительно посадил меня на плечи. - Если я встану, ты не упадешь? – изобразил я волнение. - Я норд, а не имперец какой-нибудь. Еще в детстве зрелого телка мог с ног сбить, - похвастался Локир, придерживая меня за икры, пока я корячился на его плечах. - Прям телка? И с ног? – не поверил я. - Ты дело делай, а языком поменьше трепись, - осерчал норд. Пройдясь по всем стенам и особенно тщательно забив бойницы над дверью, я машинально перекрестился, готовясь разбираться с головоломкой. Все ж, шлем с собой носить нужно. И броня, хоть легенькая, но нужна. Если полетят камни да еще и с ускорением – сотрясение перестанет быть чьей-то напастью. Да и ушибы – вещь малоприятная. - Готов? – спросил я, укладывая руки на таинственные механизмы. - Готов. Только шустрее переставляй, - попросил Локир и вставил отмычки в скважины. Побыстрее не получилось. Пока приноровился к тому, что прежде чем сдвигать картинки в сторону, нужно на них надавить, прошли драгоценные для нас мгновения. Непрекращающийся свист со всех сторон от сработавших ловушек бил по ушам и вгонял в уныние. Я вспотел, когда увидел, как сломалась очередная отмычка и как предусмотрительный Локир, зажимающий запас остальных зубами, быстро вставляет новую. Упавшая горсть камней слева заставила руки трястись, что тоже скорости не добавило. - Последняя, - предупредил Локир, вставляя еще одну отмычку взамен сломанной. - С богом, - прошептал я и услышал скрежет, исходящий от самой двери. Чувство небывалой радости снова меня захватило, когда створки дверей ползли в разные стороны. - Бард, ты гений. С меня ящик добротного сиродилийского вина, - искренне изумился Локир, с выпученными глазами смотрящий на открытый проход. - Механика. Нужная вещь. Даже филологам. Вернусь домой – все учебники по физике проштудирую. И по химии. Да и вообще – зря десять лет школу ругал. И универ пять. - Я тебя не понимаю снова, но ты молодец. Сама Ноктюрнал послала мне тебя в той таверне, - с лица норда, надменного и хитрого, не сходило благоговейное выражение. - Да ладно тебе. Еще ничего не нашли, - скромно отвел я глаза в сторону, мысленно соглашаясь с доводами Эйлы об имперцах и нордах. Перед нами была пещера. Природная. Если в остальных катакомбах был напольный настил и относительно ровный свод, то здесь все оставалось практически первозданно. Каменные наросты на стенах, между которыми красиво переливаясь, росли незнакомые мне по реальной жизни грибы. Удивительно прямой линией через пещеру проходил водоем, деливший ее на две почти ровные части. Соединял берега каменный мост, непонятно зачем сделанный изогнутым к поверхности воды. Я поторопился на другую сторону и, не смотря под ноги, быстро зашагал к подножию Камня Силы. Около моста моя скорость была «вознаграждена» тем, что сапог увяз в какой-то вязкой жиже и стремительно пошел в перед меня, прихватив с собой второй. Вместе с ногами. Издав вопль, я рухнул в неприятно пахнувшую субстанцию, разлитую по полу. Самое неприятное, что она была клейкой. Попытка встать увенчалась успешным пачканьем всей одежды. Так я лежал, как черепашка на панцире: шевелил руками и ногами, да открывал рот. - Угораздило тебя в масло наступить, - улыбнулся Локир, подходя сбоку и подавая мне руку. - Угораздило какую-то местную Аннушку здесь масло разлить! Хорошо хоть, трамваи тут не ходят, - - пробурчал я, ухватываясь за ладонь. - Если бы не видел, как ты с ловушкой управился, счел бы тебя любимцем Шео, - сказал Локир. – Много говоришь да непонятно. Норд с тоской осмотрелся. - И где здесь немыслимые сокровища? Ниже спускаться уж явно некуда. Чувствую, обманул меня тот проходимец. - Проходимец обманул проходимца? – попытался острить я, хотя с не меньшей тоской посмотрел на саркофаг посреди площадки. Слева от гробницы находился стол для зачарования с кучей предметов. Если бы не маг ярла, немедленно принялся бы кидать все в свою сумку. Даже подсвечник. А что? У меня нет ни одного подсвечника! У покойников есть, а у меня нет. А, если подумать, кому он нужнее? - Ладно. Я еще свое заработаю, - сжал кулаки Локир. – Ты то нашел, что искал? - Оно в саркофаге. И охраняется злобным трупом. Я почувствовал, что масло, в котором я повалялся, реально на хрен склеивало все. Пальцы в ласты превратились, одежда вообще хрен пойми на что похожа. Топор держать не могу, сапоги скользят. Как сражаться? - Я пойду ручки помою, - тронув затылок с начисто склеенными волосами, произнес я. - И не убоишься? - Если и там встречу драугров, брать у них ничего не буду. Договаривались же. Спустившись обратно к мосту, я присел и опустил ладонь в воду. Странно, но вода не ледяная. Даже теплая. А тут я склеенный. А, судя по всему, вода здесь обновляется, так как еще стоя у гробницы, я полюбовался на маленький водопад. Не думая ни о чем дурном, я стащил с себя шубу и сапоги. Долго и едва ли не с кожей отдирал рубаху, превратившуюся в тряпку. Хорошее масло. То ли смолу подмешивают, отсюда оно и горит хорошо и склеивает, то ли алхимики здесь не такие уж магические и знают банальные вещи, применимые к законам реальной жизни. Плавать я умел. Вода по температуре располагала к купанию, а сама река опасений не вызывала. Я сразу нырнул с головой, чуть проплыв вглубь. Успел разглядеть, что темная на поверхности вода, как-то резко меняется на прозрачную. Такой странный контраст. И температура сразу меняется. Хотя, учитывая то, что вода обновляется буквально в нескольких метрах, градус холода или тепла, должен быть примерно одинаковым. Я вынырнул, чтобы вздохнуть и снова погрузился в воду. Миновав затемненный несколько метровый уровень, я замер, и едва рот не раскрыл от изумления, разглядывая дно. Впрочем, дном это не назвать. Я не видел ни глины, ни камней. Золото. Даже темный слой воды над головой не мешал точному диагнозу. Кубки, посуда, какие-то разноцветные камни… Выходит, прав был Локир. Я снова поплыл к поверхности и, подтянувшись, уселся на мост, не отводя взгляда от темной глади. - Ты чего? – спросил Локир, присаживаясь рядом. – Русалку увидел? Я посмотрел на норда. Сказать или не сказать? Имеет ли право хоть один из нас хотя бы под водой потрогать эти сокровища? Захотелось признаться. Дико захотелось. Парочка ожерелий и пяток камней решили бы мои проблемы. И Локир… Не зря со мной весь путь прошел? Один бы я помер от страха еще разглядывая дверь гробницы. Интересное дело: я больше переживал, как буду смотреться в глазах незнакомых мне людей, чем находясь в катакомбах, полных трупов. Это нормально? - Еще раз окунусь и поищем мой камень, ладно? – спросил я, опуская ноги в воду. - Ладно, - легко согласился норд. Я снова решил плыть вглубь, чтобы убедиться в своем рассудке. Золото. Всюду. Как я его разглядел, не знаю. И его так много, что хочется просто лежать на нем и чахнуть над ним, как тот Кощей. Эх, мне бы такое количество – да в мой мир! Я бы подорвал всемирную экономику ко всем чертям! Или меня бы нашли умершим на этом золоте от истощения… Или, чуть раньше – от пули в бестолковке… Мысль меня отрезвила. Не мое. Не для меня. Да и неизвестно, что будет, если я хотя бы коснусь самого маленького кубка. Вдруг, проклято? В этом мире ходят бабы со шрамами и Духи Охоты. Лучше не проверять истинность других легенд. Пусть останется сказкой… Я вынырнул и, не глядя на норда, принялся сушить волосы любезно приготовленным для меня рушником. - Слушай, - обратился я к Локиру, надевая поношенную, но чистую рубаху, изъятую нордом из походной сумки. – Ярловский фокусник сказал, что отсюда есть другой выход. Давай сначала его найдем, а потом уже будем саркофаг щупать. Чтоб хоть знать, куда бежать. - Само собой. Только выход отсюда понятный. Прямо за водопадом каменный блок, который поднимается настолько долго, насколько низко опустим цепь. - Уже осмотрел? Пойдем попробуем, - предложил я, сгоняя озноб. - На, хлебни, - протянул мне бутыль Локир. – Взбодришься хоть. А то так и заболеть недолго. Вы ж, имперцы, слабые да хворенькие. - И за заботу и за комплименты спасибо. А что это? – повертел я склянку. - Зелье, - отозвался Локир. – Не ходить же в гробницы с пустыми руками. А если на пол пути в сон клонить начнет? - Столько нужно предусматривать, - протянул я, отхлебывая из бутыли. Вкус у пойла оказался никакой. Что-то вроде подсоленной воды, окрашенной акварелькой в зеленый. Однако по телу сразу прошла приятная дрожь, а в голову точно кипятком прыснули. На мгновение я закрыл глаза, предчувствуя обморок. Однако, неприятное ощущение быстро прошло и я почувствовал себя лучше. Словно, проспал ночь под теплой шкурой. - Отличная штука. Спасибо. - Идем? – поднялся Локир. – Или еще раз нырять будешь? Как смелости-то хватило? - Сам не знаю. Просто лучше быть чистым и мертвым, чем живым, липким и вонючим, - отозвался я, пряча глаза от Локира. Тот, к счастью, и не думал меня в чем-то подозревать. Снова пройдя мимо саркофага, я принялся обдумывать возможный бой. Ой, как не хотелось драться с покойником. Вообще, не хотелось топор доставать. И, самое страшное, вдруг, чтоб подсобить главному, остальные повыскакивают? А мне Камень жутко нужен. Если все пойдет по плану, мне Лидию дадут. Бесплатно! А по руинам и пещерам одному лазить нельзя, выходит. И дело даже не в обитателях. Для того, чтобы ловушки миновать, нужна не одна пара рук. - Смотри, тяну за кольцо, - привлек мое внимание Локир и потянулся к цепи. Я успел досчитать до трех и камень с грохотом опустился на место. Так, чтобы двоим пройти, времени маловато, учитывая, что проход узковат. - Давай вдвоем, - сказал я и налег на цепь. Прибавилось еще три секунды. Ну что… Шесть – это нормально. Хотя, если я с камнем буду, то не факт. Наверняка, этот скрижаль – дура громоздкая и тяжелая. Хотя, чего гадать? Мы принялись ходить возле саркофага. Даже постучали, в надежде, что местный житель хотя бы для приличия спросит: «Кто там?» Не случилось. Я подошел к Камню Силы. Тоже никакой реакции. Ни от камня, ни от саркофага. Я даже руками провел по письменам, высеченным на камне. Не хрена. Локир, запрыгнул на гробик и пару раз прыгнул, тяжело приземляясь на крышку. Ноль внимания со стороны покойника. Интересно, он там живот не надорвал от смеха, представляя себе авантюристов, забежавших к нему на огонек? Продолжая ощупывать письмена, почувствовал тепло в ладони. - ФУС – вслух прочел я. Тепло усилилось. Ладонь словно накалилась, но оторвать я ее не мог. Липкий страх прокатился по всему организму. - Локир! Локир, мать твою, помоги, - подозвал я норда, который, спрыгнул с саркофага и повернулся к нему, вытаскивая из ножен короткий меч. - По крышке что-то ударило, - сказал он, не поворачиваясь ко мне. Я ощутил тошноту. Боль в руке нарастала, оторвать ее от камня я не мог, а из гробницы вот-вот что-то вылезет… Это охренеть надо, какое неудобное положение. - Иди сюда, - почти взмолился я, едва не теряя сознание от боли. - Не могу, он сейчас сдвинет крышку. Я не хочу поворачиваться к нему спиной! – не согласился Локир. - Попробуй снести ему голову, как только он поднимется, - стекая по стене, предложил я, уже не различая, где реальная картинка, а где мое подсознание рисует туман перед глазами. А дальше лязг металла и темнота, ударяющая по вискам. Такое ощущение, что я просто лежу с закрытыми глазами и с тампонами в ушах. Только вот даже сморгнуть не получалось, а тело… Безжизненный кусок мяса. Чужой. Аморфный. - Вставай. Поднимайся, ублюдок! – откуда-то издалека услышал я. – Слышишь шаги? Скоро они все будут здесь. Давай! - Что? Кто? – разомкнул я тяжелые, точно у Вия, веки и почувствовал тяжелый удар в челюсть. - Полегчало? А теперь живо к дверям! Я твой камень туда отнес. Давай, уродец, поднимай зад! Легко сказать. Я еле бошку поднял, так как она бешено просилась полежать еще. Пусть даже отдельно от тела. Норд же, не давая мне мгновения, просунул руки мне в подмышки и резко поднял. - Агрхл! Бырл ванг ерс вайгер! – донеслось до моих ушей. - Чего встал? – спросил я у Локира. – Бегом жать надо! Мне, признаться, даже оглядываться не хотелось. Как представил себе толпу этих покойничков недобитых… Сразу и аппетит пропадал, и усталость исчезала. Навалившись на цепь, Локир еще и в образовавшийся проход умудрился мой камень пнуть. Хорошо быть длиннолыдым нордом. Впрочем, я был ему благодарен. Он за меня мою работу сделал, а я… Уже на бегу по проходу, я рассмотрел ладонь, с, как мне казалось, зверским ожогом. Рука была не повреждена. И, что еще приятней, шагов позади не было. Выскочив из пещеры и упав на траву, я с удовольствием посмотрел на светлеющее небо. Локир, опасливо косящийся на пещеру, положил возле меня камень и, наплевав на его святость, опустил на реликвию филей. - Я чувствую себя обманутым, - сказал он, переводя взгляд на меня. - Зато живой, - чувствуя неимоверное облегчение, ответил я. - Точно. А богатство… Мы с тобой еще добудем, - утешил сам себя норд. – А ты уже богат умом, имперец. Хороший ты товарищ. Я улыбнулся, чувствуя к воришке те же теплые чувства. Удивительно, еще пару часов назад я его опасался, жалел, что на поводу пошел. А что выходит? Он за меня мою работу сделал. А я, как дурак у камня чуть концы не отдал. Все-таки, странно он работает. Может, потому что, я еще кричать не умею? Или это теперь постоянно придется чувствовать? - Ладно, пойдем отсюда, - поднялся Локир. – Провожу тебя до Вайтрана… Выполню свое обещание и куплю тебе меда. - Меда? Был ящик вина, - шуточно возмутился я. - На вино ты не заработал. Но не унывай, - улыбнулся норд. – Купим мы тебе еще целый ярлинг. Если все хорошо будет, то сам Туллий к нам в наложницы наниматься прибежит. Нам теперь, главное, более жизненные легенды поискать. И отмычками запастись. - Мне все же интересно, кто там за дверью пыхтел, - поделился я мыслью с направившимся к тропинке нордом. - Так пойди и спроси у него. Могу проводить до ворот гробницы. А я в таверну. Хватит с меня тайн на сегодня. - Я с тобой, - отозвался я, быстро забыв о всех своих вопросах. * - Катакомбы Капуцинов - реально существующее место на Сицилии. Эдакий музей покойников. Сохранность тел там удивительная из-за особой уксусной обработки. Ну и, по желанию родни или по завещанию покойника, умерших можно было переодевать, сажать, хранить в открытых гробах, сидя, стоя, лежа - как угодно. Место крайне отвратительное и захоронений новых там уже давно не делают.