Душа убийцы/Killer's soul

Многим, наверное, знакомо чувство, когда пытаешься улыбаться, будто ничего не произошло. Снова я делаю это. Притворяюсь, что не слышала своё проклятие: «С помощью Наташи я пытаюсь тебя забыть.» Обидно за подругу. Страшно за себя. Остаётся нелепо надеяться на то, что Егор не перейдёт поставленную черту. Если раньше я бежала к нему, то сейчас бегу от него. Не сейчас, когда у меня появился Глеб, готовый терпеть капризы, ухаживать, водить на свидания. Возможно, дело в том, что Исаев романтик, но это должно быть заложено в каждом молодом человеке. — Всё купили? — спрашивает Миронова, встречая нас на пороге квартиры. Булаткин кивает, ставя пакеты, а я, улыбнувшись подруге, молча снимаю обувь и ухожу в свою комнату, чтобы дождаться вечера. Надо же, как ощутимо всё изменилось после одной фразы! Закрываю дверь на ключ и скатываюсь по ней на пол. Это просто желание побыть одной, ведь так? Это не депрессия? — Ну, что ты за человек, Булаткин? — ворчит Наташа, а после заливается смехом. Хороший актёр, жестокий убийца, сопливый парень… а кто он на самом деле? Не уверена, что хочу знать его реальную сущность. Вот почему всё валится именно на мою голову? Почему Анна Олеговна в тот день, на отработке, не могла поставить меня с кем-нибудь другим, нежели с симпатичным парнем, отличающимся от остальных пирсингом? — Так, кто у нас там? Мальчик или девочка? — спрашивает Егор, а я почему-то представляю его, стоящим на коленях, прижимая голову к животу моей подруги. — Так, народ, где Юльку потеряли? — раздаётся голос Анны Сергеевны, а я вздыхаю. Так странно сидеть и слышать всё это. Повседневная суета… Достаю телефон из штанов и быстро печатаю нужному контакту текст: «Я очень скучаю, и у меня появились идеи для треков!» «Отлично, тебе девочки с Денькой не говорили ещё? Следующим летом BD едут в гастрольный тур!» — ответ приходит сразу, будто Глеб сидел и ждал, когда я напишу ему. «Правда? Или ты решил прикольнуться?» — отвечаю я. «Нет, ты не поверишь, если я скажу при поддержке какого продюсера!» — сообщает Исаев, а я мысленно проклинаю его. «Ну и?» — тыкаю пальцами по экрану и отправляю. «Фадеев!» — очередной ответ заставляет подпрыгнуть от счастья. «Блять, да! Глеб, ты умеешь дарить счастье!» — пишу я, а после вскакиваю с пола, смахивая незамеченные слёзы, и выбегаю в коридор, заворачиваю и бегу на кухню, где и обнаруживаю троицу. Но обнимаю Наташу, а она корчит гримасу. — Что случилось? — испуганно спрашивает девушка. — Ты не представляешь, куда нашу группу занесёт! — лепечу я и ловлю сразу три непонимающих взгляда. — Юля, я, конечно, понимаю, что ты очень любишь интриги, но моё сердце не выдержит! — хихикает Наташа, намекая на моё главное прегрешение в этой жизни. — Мы едем в тур следующим летом! И нас будет поддерживать Фадеев, — тараторю я, а Миронова заливается улыбкой, хлопая меня по плечу. — Глеб весточку прислал? — девушка хихикает, а я киваю, оборачиваясь в сторону Егора. Но он не радуется, как его девушка. Руки сжаты в кулаки. И кажется, Булаткин сейчас готов убить всех, кто состоит в «Blind Dreams»… по крайней мере так говорят его глаза, злые и холодные. Вот только я почему-то хочу провоцировать его на это. Пусть покажет всем, кто он на самом деле. Бесславный ублюдок. — Убей его, — в голове снова звучит знакомый голос, приказывающий сделать это, но я не буду. Булаткин сам справится. Самостоятельно угробит себя, но прежде пройдёт через все мучения, что ему уготованы. Я помогу не сойти с пути. Захочет свернуть, подтолкну обратно. Пришло моё время, теперь мы будем играть по моим правилам. Не убью, но сломаю. И пусть это звучит очень самоуверенно, я хочу верить в это. Он ломал меня много раз, а когда я хотела подняться с земли, бил по ранам снова. В этот раз у него это с рук не сойдёт. И если он захочет морально уничтожить мою подругу, я уничтожу его. Молча кидаю ему вызов, а он, чуть наклоняя голову в сторону, кажется, принимает его. Вот оно — новое начало моей внутренней войны. И теперь вовсе не из-за меня. Я готова, и что-то подсказывает, что он тоже. — Егор, Юля, у вас всё в порядке? — доносится тихий голос тёти Нюры, а я усмехаюсь, смотря на то, как Булаткин нелепо теряется. Впивая ногти глубоко-глубоко под кожу ладоней, я всё ещё смотрю на него. Он качает головой из стороны в сторону, приходя в себя. Готовься, парень. Игра началась.