Душа убийцы/Killer's soul

Идти под венец оказывается чем-то чертовски сложным и страшным. Зал регистрации встречает нас и наших гостей приятной светлой атмосферой. Гости с радостью занимают места, отведённые для них, а я с Егором и мои родители, крепко держась за руки, занимаем места женихов и невест. Я волнуюсь с самого утра. Несколько раз я дёрнулась, пока мне делали макияж и причёску, а когда мне помогали с белым платьем, я поняла, сколь сильно трясутся мои ноги. Мама реагировала на всё спокойнее. У неё опыта в этих делах больше. Это моя первая свадебная церемония, хоть я и была замужем. Регистратор начинает свою речь, а я понимаю, что не могу её слушать, то есть слушать могу, но не слышать. Повернув голову к Егору, я вижу всю его серьёзность. Улыбаюсь, как идиотка, готовая расплакаться уже сейчас… расплакаться от счастья. Я люблю Егора, и я, чёрт возьми, готова сделать всё, чтобы быть с ним, я готова всё простить. Третье июня две тысячи шестнадцатого года. Финал нашей истории становится понятным. В этот день, но в две тысячи одиннадцатом году мы познакомились. Понимая моё волнение, но не отводя глаз и внимания от слов регистратора, Булаткин вслепую сжимает мою руку. Она потная. Он тоже волнуется. В зале его родители, решившие придержать наших детей. Маша снова называет меня мамой, а Миша… он просто наш общий ребёнок. — Согласны ли Вы, Ковалёв Владимир Андреевич, взять в законные жёны Анастейшу Дайсон? — Согласен, — одно слово передаёт волнение моего папы. — Согласны ли Вы, Анастейша Луиза Дайсон, взять в законные мужья Ковалёва Владимира? — Да, — голос мамы звучит очень тихо. — Согласны ли Вы, Булаткин Егор Николаевич?.. — Да, — Егор перебивает регистратора, и я сжимаю его руку крепче. Он перенервничал, переволновался, и это чертовски трогательно. — А Вы, Рождественская Анастасия Сергеевна? — Согласна, — кусаю губу. — Закрепите ваши брачные союзы подписями! Мы вчетвером отправляемся к столу. Женщина указывает каждому пальцем, куда поставить «автограф», а после отпускает нас. Два малыша подносят на подушечках кольца. Егор берёт кольцо, предназначенное мне, первым. В тот момент, когда он одевает его мне на палец, я не могу оторвать глаз от его лица, чувствуя, как на глаза наворачиваются несдерживаемые слёзы. Беру кольцо и одеваю ему. — Объявляю вас мужьями и жёнами! Можете поздравить друг друга вашими первыми брачными поцелуями! — голос регистратора достигает высшей точки торжественности. Егор привычно касается своими губами моих, но ещё он незаметно для других вытирает с моих щёк солёные ручейки счастья своими большими пальцами, и я отвечаю ему, обнимая за шею и слыша только звонкие аплодисменты. Начинаются поздравления. Миша с Машей сразу же занимают местечко рядом с нами. К нам подходят родители Егора. Николай Борисович торжественно вручает мне букет, а тётя Марина обнимает и целует в щёку, шепчет мне на ухо: «Будь для него хорошей женой, Юленька!» Она знает, потому что смогла элементарно догадаться. Мама Егора знала семью Бестужевых как дважды два. Следом подходит Полина, подарившая нам общий скромный подарок — брелок половинками сердечка. Дальше мой брат… то есть Денис Бестужев. Я не могла его не позвать. Он пожимает Егору руку, меня затягивает в крепкие объятия и напоследок дарит мне букет. Подарок для Булаткина от Дениса я не вижу, парень передаёт его очень незаметно. Утомительно, это всё так утомительно. Глеб Исаев вместе с Ксюшей дарят нам билеты куда-то. Я опускаю глаза, замечая надпись: «Испания, Барселона». Откуда они узнали, что мы хотим уехать туда? Далее по плану банкет: громкий, весёлый, шумный. Каким-то образом в нашем ресторане оказываются фанаты Егора, но и они поздравляют нас, даже дарят подарки. Одна дама, правда, чудит и всё-таки устраивает тихую сценку ревности, но это только вызывает ещё более широкую улыбку на моём лице. Я невероятно счастлива сегодня! Мы ждали этот день. Столько всего позади! Даже верить не хочется. Будто вчерашним днём, я только пошла на отработку. Будто вчера, я узнала об убийстве, совершённом Егором, о беременности Наташи, о рождении Маши. Будто вчера, меня выдернули из ритма жизни и закрыли в унизительном подвале. Будто вчера, я узнала о том, что у меня будет ребёнок. Будто вчера, я забрала документы из универа и поменяла свою жизнь на чью-то чужую. Это всё произошло очень быстро. А разница между этими событиями в пять лет. Невероятно. Мы же скоро состаримся. Сегодня мы счастливы и, я надеюсь, не только сегодня, но и завтра, и послезавтра. Теперь мы уже не бросим друг друга, потому что штампы в паспортах нас всё равно вернут друг к другу, и даже если мы поругаемся, мы помиримся раньше, чем подадим на развод. Теперь всё так. Я — Анастасия Булаткина. Не могу в это поверить!