С_К_И_П: Сайвар

      Следующая ночь прошла в городе. Рон, как и обещал, перед тем как к мастеру идти, забежал к нему в комнату, ткнул лицом в миску с глиной, чуть смазав линии шрамов, а после скрылся. Рик занялся своими делами, уйдя куда-то в торговые ряды, заранее предупредив, где его искать; Рэв решил сам скотину обихаживать, и Сайвар не сильно даже вздрогнул, когда дверь скрипнула, впуская знакомый, чуть тяжелый после дороги, запах одного из братьев. Раст.       − Эх, как бы хотелось спросить, соскучился ли ты по ласкам... – шепнул он в затылок, развязывая шнуровку маски, но не поворачивая Сая лицом к себе. Понял, что тот не любит, когда его видят таким. – Но ты даже не знаешь, какими могут быть мои ласки, так что и соскучиться по ним не можешь, − легко усмехнувшись, он потащил Сайвара к бочке с водой, утопив по плечи первого, а после и сам залез, чтобы сзади находиться. – Знаешь, есть такие звери... волки. Горные. Мех – чистое серебро с золотом, небольшие, юркие, смелые... а попробуй по горам побегай, если смелости не хватает... Но вот приручают их не так, как обычных волков. Обычного что - поймал, не кормишь декаду, а после приносишь кусок мяса, и пока погладить себя не позволит – не дают. А горный, если ему человек не по нраву пришелся – в клетке умрет, а есть принесенное не будет. А если нравится, то и в первый день подойти может. Глянет глаза в глаза, увидит то, что в душе человека плещется, и станет верным другом на всю жизнь.       «Ты говоришь, я – горный волк?» − жестами показал Сай.       − Нет, − Раст рассмеялся. – Нет, мальчик. Горные волки – мы. А ты тот, за кем мы пойдем, даже если ты руку не протянешь. Ты не маг светлый, если о вас правду говорят, и ваша душа светится так же, как ваш кокон. Ты разумом светел. То, что в глазах – ни одну душу не обманет, который в глаза зверя смотрел, − он, наконец, повернул Сайвара к себе, смотря только в глаза, и на какой-то миг Сай забыл, что искалечен, что выглядит страшно, что смотреть на него без отвращения нельзя. Там, в голубых, как северные льды глазах, было что-то такое, что приворожило его как зверя. И только потянувшись к губам Раста, Сай вспомнил, как выглядит, и тут же поспешно отвернулся.       А Раст и не настаивал.       Обмывшись после дороги, промокнул кожу Сайвара куском полотна, и завалился с ним на кровать, чтобы оказаться сзади, медленно, вдумчиво целуя его плечи и спину, скользя губами по каждому шраму, словно те не в нелепой схватке ребенка со зверем получены были, а в бою. И странное дело, Сай расслабился. Перестал чувствовать свое тело как непотребное, которое хоть кому предложи, лишь бы свою долю удовольствия получить. Наслаждался каждым поцелуем, подставляя бока, а потом, сам не заметив как, и вовсе на спину перевернулся, всем телом изогнувшись, когда губы Раста скользнули к паху.       Ночь была долгой и медленной. Густой, насыщенной, мягкой как бархат, и такой же ощутимой. Раст никуда не спешил. Сначала ласкал, пока разум не задурманился, потом – брал, медленно и глубоко, до дрожи, до жаркого пота, который снимал губами с груди Сая. После ласкал, крепко прижимая к собственной груди. А в конец ночи Сайвар, осмелев, решил сделать то, что до сих пор мерещилось в видениях, что скинули маги, но применить ни на ком не мог. И, как мог, используя больше язык, чем губы, приласкал Раста, заставив его со стоном излиться себе в рот, проглотив терпкий нектар его страсти.       А после, так и не поднявшись выше, уснул на его бедре, чувствуя себя умиротворенным и расслабленным.       А утром получил подарок от Рона. Жесткую полумаску, которая крепилась двумя завязками по бокам и тонкой цепочкой, больше похожей на украшение, что шла через лоб, по макушке, не давая маске сдвинуться с места. Удобная, покрытая черным кружевом, она скрадывала черты, словно действительно призванная укрывать мага от человеческих глаз. И впервые, с момента как Эшом нашел его, Сай распустил волосы, позволив им свободным каскадом спадать на плечи. А после, не сильно сопротивляясь, был подведен к зеркалу, понимая, что хотя бы часть его первозданной красоты, о потере которой он страдал, сохранилась.       Чистый, высокий лоб не портил даже шрам, что шел от виска, через бровь, уходя под маску. Тонкие брови цвета черненого серебра подчеркивали светлый лед серых глаз, что выразительно смотрелись в обрамлении темных, под цвет бровей ресниц. Тонкий профиль носа был далее не виден под маской, а значит, не видимо и уродство. А то, что маска открывала, да еще в локонах белых, почти жемчужных волос – было прекрасно. И Сай сам понимал, насколько прекрасно. Даже слов ильдаргов не нужно было, чтобы увидеть их восхищение.       − Нравится, да? – Рон горел каким-то азартом. – А значит, понравится и это! – указал он на черный бархатный костюм, взамен тому, что мешком висел на его теле. – Уж прости, но ты хоть и нарастил массу, но тонок в кости, и то, во что одевался, делает тебя увальнем и пузаном. А вот это – подчеркнет то, что имеешь, сглаживая неровности движений. А если откажешься – на первой же стоянке пришибу! Понял?       Сай и не собирался отказываться. Просто не понимал, для чего это делают, и почему. Но под взглядами ильдаргов переоделся, после чего понял, что именно им раньше не нравилось. Костюм сидел так, будто с него полгода мерки снимали и подшивали каждый стежок. А темный бархат легко скрадывал небольшой перекос плеч, до сих пор не выровнявшейся спины и легкий сгиб правого колена. Даже казалось, что он просто стоит небрежно, а не старается выровняться так, чтобы увидеть себя во всей красе. А сверху еще получил и нечто вроде накидки, по середину плеча, что окончательно скрыла недостатки фигуры.       − Если кто скажет, что Сай не прекрасен – я того на бой вызову. До смерти, − хоть и шутливо, но с угрозой во взгляде, проворчал Рон.       − В твоих руках он обрел свою первозданную красоту, − улыбнувшись, Рик положил руку на плечо брата. – И да. То, что ты подобрал – действительно ему идет. Но думаю, к этому следует добавить еще одну деталь, − подмигнув, он достал продолговатую серебряную брошь в виде орла, расправившего крылья, прицепив оную на накидку.       «Зачем вы искали работу, если у вас их самих золота достаточно?» − не выдержал Сайвар.       − Золото золоту рознь, − пробурчал Рэв. – Есть фамильное, которое тратить нельзя, а есть дорожное. Рон кольцо продал, которое ему мать для невесты дала. На это и купил все.       «Зачем?»       − Потому что невеста ему теперь точно не нужна, − спокойно добавил Рик. – Есть заклятия, над которыми не властна судьба, и если они уже проведены, то так тому и быть. А если кто откажется, то умирать тому долго и мучительно.       «И вы меня в него вплели?» − спросил Сайвар.       − Нет, Сай, тебя оно не коснется, даже если всю нашу семью выкосит, − мотнул головой Рон. – Оно же наше, кровное.       «Хочу знать!» − непререкаемо показал Сайвар, твердо усевшись на стул.       Ильдарги переглянулись, словно общаясь друг с другом, а после Рик выдохнул, присел на корточки напротив и начал.       − Когда нам по десятку лет было, а мы все из одного пуза, то отец принял какого-то странника. Напоил, накормил, усадил у очага греться, а мы, мелкие, озорные, начали к нему приставать. Дервиш все же, судьбу знающий. Ну, он Рону и подарил медальон, сказав, что тот на кровь пары сработает. И что каждый, кто свою кровь туда капнет, узнает, быть ему с тем человеком или не быть. А после и довели его, что он на весь зал крикнул, что баб нам в женах не видать, а найдем себе парня... – Рик помялся. – Урода. Вот только... – Рик еще больше вжал голову в плечи.       − На урода западете, по мальчонке родите, вот тогда и успокоитесь, − тихо добавил Рэв.       − Но если мы вместе, то как...       Саю, как он не хотел, пришлось обнажать печать наложника, а после и на свой живот показывать.       − Демоны, а ведь, правда же... – Раст переглянулся с братьями. – Печать наложника, если правильно вросла, тело мальчика так меняет, что тот может... Это же маги! Им же подобное ничего не стоит! И если Сай не будет против, то и не нужно ему на смотрины баб водить, выбирать, какая кому ребенка понесет! А судя по тому, что он нас всех выбрал, как и мы его, то и в безбрачье никто маяться не будет! Разве я не прав?       − Прав, прав, только вот сразу, по маковке, такими знаниями бить не следует, − Рэв поддержал Сайвара, чья бледность даже на молочно белой коже видна стала. – А если не захочет?       − А не захочет, пусть тогда сам смотрины устраивает. Велика беда. Вроде как говорят маги, что такое если и бывает, то только под присмотром сильного светлого. А у нас такого и в помине нет.       «Я», − Сай ладонью ударил себя в грудь.       − Что «ты»?       «Маг», − показал он всем известную руну. – «Белый. Запечатанный...»       − А Эшом сказал, что к другому магу лечиться едешь, − тут же сложил два и два Рик. – Печать снимать? – Сайвар кивнул. Но говорить, что ехал убирать последствия нападения и шрамы с лица – не стал.       Понял, что с чем связано. Старик, дурак, чтобы мальчишки отстали, наобещал им невесть что, а те так судьбу повернули, что нашли его, одного из тех, кого для императора готовили. Знали бы, в чем дело – купили бы себе бывшего наложника, красивого, послушного, готового на все, чтобы не истязали, и получили бы тихую наседку над детьми. Их же всех, от первого до последнего меняли! Так нет, судьба так повернула, что в походах его встретили, даже не зная, с кем связались. А тут еще выяснилось, что он... не приведи боги такого счастья, все же может дать потомство. И не просто дать, а и вырастить, потому, что силы в нем столько, сколько и в десятке магов не было. Нужно только печать снять, проклятие, которое сам на себя наложил. И будет всем им счастье.       Тут стоило хорошо подумать.       Не потому, что Сайвар хотел избежать такой судьбы. Он и не думал, что подобное когда-то его заденет! А потому, что не знал, готов ли связать жизнь с этой братией. Все мечты и домыслы заканчивались тем, что у берлоги мага они расстаются. И если и встретятся, то через года, а то и вовсе не увидятся. А тут... словно судьба, отыгравшись за все ненастья, что у него были, отсыпала полной мерой всего, чего он желал. Хочешь любовника крепкого и сильного? Бери четверых. Хочешь счастья семейного и уютного? Вперед! С приплодом! Желаешь осесть и никуда не двигаться? Так вот оно! Никуда не выпустят, пока дети не подрастут! И не придется зарабатывать на жизнь, стоя у двери таверны, и не придется драть мышцы в попытках восстановить то, что уже сжилось. Разве не об этом мечтал?..       Об этом.       Понял Сайвар, и кивнул сам себе.       Бежать можно было. Только стоило ли? Братья действительно оказались чуткими любовниками. Пусть пока только трое, но от Рона Сай не ожидал ничего худшего. А то, что предлагали ему – было хоть и несбыточной, там, на грани грез, но мечтой. И не с тем, кого насильно пришлось бы принять и полюбить, встраиваясь в его систему ценностей, а с теми, кто его уже сейчас готов был на руках носить. Не глядя на его уродство, не глядя на то, что у него в жизни раньше было. Просто взяли и приняли...       − Эй, ты чего? – первым крупную слезу, скатившуюся на бархат и кружево маски, увидел Рон. И он же первым подсел, шуганув братьев прочь, вытирая крупные, но невероятно сладкие слезы того, кто наконец-то понял, что нашлось его место в жизни.       − Сай... – Рон не знал, как подступиться, понимая, что Сайвар не многим меньше его, а после плюнул на все, уселся на кровать, подхватив его на руки. – Если обидели чем, то скажи.       Счастье.       Показал Сай общеизвестную руну.       − Ну, счастье это же хорошо. Плакать чего? Или ты того... от счастья что ли? – поняв, что происходит, Рон засмеялся тихим глубоким смехом. – А мы вот, до сих пор, и верим, и не верим. Просто ты как тот лепесток снежного дерева. Сейчас в руках, а через мгновение растаять можешь. И главное успеть желание загадать. А не знаешь чего гадать, потому что хочется всего и побольше.       «Почему я?» − попытался спросить Сайвар.       − Ты? Вот уж странный вопрос, − Рон уткнулся лицом в шею Сайвара. – А разве ты не знал, что на озере показываешь себя мужчинам, что в боях не один год провели? Разве не знал, что такое великолепие, такую красоту снежную упустить не получится? Особенно нам, ильдаргам? Или ты еще не понял, кто такие ильдарги?       Сай чуть повернулся.       − Нас называют проклятыми магами. А некоторые называют демонами. Мы – владыки огня и лавы. Повелители плазмы и огненного чрева мира. Как вы повелеваете светом, так мы повелеваем огнем. Только ваш клан сокрыт от людей, отгородился, а наш, прозванный владыкой «проклятым» – вынужден жить в нищете и нуждаться в смертных. Они – дарящие жизнь, мы – пожирающие ее. Потому, кстати, очень мало женщин не нашего племени желает сойтись с нами в браке. Ребенок пожирает ее еще в чреве, убивая за несколько лет... А наши... попробуй еще кого замани.       Свет и Тьма? – показал Сай руны.       − Нет. Темные – это смерть. Истинная смерть. Мы же – просто другая жизнь. Не хорошие, не плохие. Воины, одним словом.       Сай, подумав, согласился, и положил голову на плечо Рону.       − Если мы уже такие секреты говорим, то вот и мой секрет, − Рон поцеловал Сая в лоб. – Если я и буду с тобой, то не как мои братья. А то, что я видел, у тебя между ног болтается, в общем... Ну... – Рон помялся, а Сай беззвучно рассмеялся, обняв ильдарга за плечо. – Ну... готов принять, если ты правильно понял, − А после и ощутил руку у себя на животе, сначала дернувшись, а потом вздохнул. – Ну, и если у вас, белых, такое возможно, то и это... Да.       К середине дня выехали. И Сай заметил, как на него смотрят. Если раньше ловил на себе скользящие взгляды, словно по тени провели, то теперь на него смотрели во все глаза. И постепенно прозревал, понимая, что прятал себя под мешковатой одеждой и серой маской, строя из себя убожество, теряя остатки гордости, карабкающейся по завалам памяти наверх человечности, поддерживаемый только Эшомом. А сейчас, двигаясь в середине четверки ильдаргов, пламенеющими своими огненными гривами, был как та жемчужина в обрамлении золота. Поцарапанная, потерявшая часть блеска, с оббившимся боком, но настоящая жемчужина в золотой оправе, начинающая пламенеть тем же благородным золотым огнем, отблески которого ловила душа, не просто оттаивая, а начиная гореть, плавиться...       И глядя на ильдаргов, Сай начинал понимать, что жизнь точила его края, строя, правя как может, только для того, чтобы удачно вставить в эту грубую, но столь правильную оправу. И как-то сама собой рука легла на руку Рэва, едущего рядом, а глаза засветились улыбкой остальным, что белозубо улыбнулись в ответ, без слов понимая то, что хотел сказать Сайвар.       Дни и ночи до земель древесных магов, или иначе называемых магами истинной жизни, прошли в полусне. Сай, никак не имея возможности насытиться страстью любовников, пил из них соки, как молодое растение пьет из земли, и тянулся к ласкам, к желанным движениям, к гортанным стонам с таким стремлением, словно был молодым ростком, тянущимся к солнцу. Стоянки становились все длиннее, переходы – короче. И так бы и дальше продолжалось, если бы Сай не заметил, как Рик пересчитывает оставшееся золото.       Мало?       Показал руну Сай, увидев угрюмый кивок.       Работа?       − Да, Сай, придется остановиться, подработать, − вздохнул Рик. – Или продать часть драгоценностей.       Нет!       Сай замотал головой, понимая, что парни сотворили все, чтобы сделать его поездку похожей на прогулку. Достали мыльные растворы для волос, чтобы те были мягче шелка, мыла для тела, ароматную воду, несколько комплектов одежды, чтобы Сай мог выглядеть так, как ему подобает. В их глазах подобает. Не в своих. Даже питание и то стало лучше, потому что теперь ильдарги везли не нанимателя, которого нужно сопроводить к магу, а будущего супруга.       Работать! Остановиться! Заработать! Ехать дальше!       Сайвар путался в рунах, спешно пытаясь объяснить все на пальцах, но Рик его понял, улыбнулся спокойнее, а после и поцеловал в висок.       − Мясо, − как-то зло буркнул Раст, скинув у костра пару тушек, тут же пережав левую руку правой ладонью.       Сай, понимая, что это не спроста, кинулся к нему, но Раст попытался огрызнуться, за что сразу, без разговоров, получил в зубы, а после Сайвар распорол куртку и рубашку, увидев очень нехорошую рваную рану, которую обычный лекарь даже заживлять не взялся бы. Кровь не тонким ручейком текла, а пульсировала, изливаясь на одежду.       И Сайвар сам не понял, откуда и как, из каких глубин, прижатых проклятием, поднялась его магия, сметая все запреты и заслоны на своем пути, излившись на рану не жарким водопадом, а тонкой, умеренной струйкой, начиная лечение из самых глубин, после чего, оставив на коже тонкий, едва заметный шрам, полностью истончилась, ушла туда, откуда не выбиралась годами, за собой забрав и сознание Сайвара.       − Сай... Сай... – звали его, похоже, долго. Сайвар открыл глаза, глядя в осунувшиеся лица Рона и Рика, взглядом ища остальных. – Рэв рядом с братом. Бредит немного.       Огонь.       Попытался объяснить Сайвар, но руки не складывались в руну, потому взял веточку, начертив на земле: «напоите его огнем ваших душ».       − Думаешь, огня мало?       − Почему нет? Он же кровью истекал. Вдруг поможет...       Душа. Огонь. Сердце. Ток, – поставил Сай четыре руны подряд, надеясь, что его поймут.       − Не испугаешься? – с сомнением спросил Рик, увидев как Сай мотнул головой. – Рон! Рэв! Нужно провести ритуал малого огня!       − Рядом с белым?       − Рядом. Сай, если будет больно, просто отползи подальше, − чуть подумав, произнес Рик, увидев кивок. – Ну что, братья... Устроим малый призыв стихии?       И Сайвар впервые увидел, как работают огненные маги, да еще в цепи. Полыхнуло так, что деревья, склонившиеся над поляной, обуглились. Даже его жаром обдало, но несильно, а на выжженном куске пространства, где даже земля пеплом стала, обнаженный и умиротворенный посапывал Раст.       − Как ты? – оставив рядом с Растом братьев, подошел Рэв, увидев, что костюм спереди опадает пеплом, как и маска, кружево на которой до сих пор тлело. – Прости...       Не задело.       Сай приложил ладонь Рэва к своей коже, прохладной и не заметившей жара.       − Значит, наш огонь не жжет тебя? – Рэв присел рядом, на корточки, пустив тонкий жгут пламени по пальцам, дав прикоснуться Сайвару к лепестку огня, что безболезненно оплел его руку, после чего юркнул под кожу. – Братья, его наш огонь не жжет, − чуть громче произнес Рэв. – А значит, что мы можем провести полноценный обряд пламени.       − Славно, − кивнул Рик. Думаю, Расту будет удобно спать тут, − он накинул плащ на брата. – Земля еще дня два будет хранить в себе жар, − пояснил он Сайвару. – Говоришь, наш огонь его не тронул?       − Я провел малый обряд схожести душ. Мой лепесток огня впитался в его кожу, − спокойно ответил Рэв. – А значит, что и большой обряд со мной он пройти сможет. А для нашего рода главное, чтобы хоть с одним из семьи.       − А мой примешь?       Рон уселся прямо на опаленную землю, засветив на кончиках пальцев тонкий голубой жгут плазмы. Горячей настолько, что даже в отдалении Сайвар ощутил жар. Но потянулся к огоньку, что дугой выгнулся, перепрыгнув с пальцев Рона на Сайворовы, жгучими искрами пробегая по коже, но не нанося вреда, а потом так же, как и предыдущий, впитался под кожу. Только если Рэвов огонек ушел незаметно, то Ронов дал почувствовать весь путь, от запястья к сердцу, где и свернулся жгучим, кусачим комком, постепенно успокаиваясь.       − Наверное потому, что мы с тобой еще не были, − увидев, как морщится Сай, виновато улыбнулся Рон.       − Так какого рожна? Кто мешает? – рыкнул Рэв. – Уже же поняли все всё! Что вы как дети!..       − Обстановка мешает, − обстоятельно произнес Рон. – Мне лес – не ложе мягкое. Или дальше объяснять?       Рэв только отмахнулся.       − До города доедем, и чтобы, если собираетесь вместе быть – подтвердили бы статус. А если нет – нечего Саю голову морочить!       − Сделаю, командир, − хмыкнул Рон, после чего вернулся к брату и, не слишком долго раздумывая, улегся рядом, прикрыв их вдвоем еще одним плащом.       − Магия жизни... – Рик, задумавшись, присел рядом, как-то невзначай пустив пламя по пальцам, после чего прикоснулся к руке Сайвара, проследив огненный язычок до того момента, как он вошел под кожу. – Ты сможешь ею пользоваться?       Душа. Страдание. Жалость. Помощь, − вывел руны Сай.       − То есть, если твоя душа не будет жаждать помощи исцеляемому, если в тебе не будет жалости и сострадания, то ничего не получится?       Работа? Нет, − Сай показал руны на пальцах. – Амулеты, зелья, малая магия.       − Ну, белая магия, даже легкая, ценится выше остальной, − согласился Рик. – Да и... прав. Не стоит тебя показывать.       Работать. Много. Усердно. Сильно! – Сай для достоверности кивнул, показав на кошель, сделав жест руками, дающий знать, что он тяжелеет.       − Мы бы и сами, если подвернется... – Рик поморщился. – Но не в тех городах идем, где нужна сила огненных. А охраной разве что за еду...       «Ты говорить, я – делать» − на жестах объяснил Сайвар. – «Маг горд, охрана – разговорчива».       − А, ну так можно. Только ты не подумай, что на тебе заработать пыта... – Сай припечатал ладонь ко рту Рика, не дав ему договорить. Сам знал, что ильдарги потратили на него уже вдвое больше, чем получили от Эшома. – Но я...       Сай приложил палец к своему лицу, показал на истлевшую маску, а после на кошель: − Надо.