Огонёк

Горизонт вспыхнул пурпурным закатом, а многочисленные облака стали отсвечивать всеми оттенками золотистого и лилового. На форт спустилась вечерняя свежесть – не холод, от которого хотелось бы одеться потеплее, а именно освежающая прохлада, столь необходимая каждому живому существу после знойного летнего дня. Дул приятный ветерок, слегка колыхавший пышную зелень вокруг форта, а воздух был наполнен пением сверчков и кузнечиков. Языки пламени от гигантского мангала чуть колыхались в разные стороны, а по всему форту разливался запах жарящегося мяса, щедро приправленного различными травами. Жители форта, не видевшие шашлыка в течении лет так десяти невольно облизывались от предвкушения трапезы, но терпеливо ждали, пока кушанье будет готово. Дракон же вновь убрался на свою крышу, но в этот раз не залёг там, а встал, словно статуя, не то подставляясь вечернему ветерку, не то попросту ожидая, когда можно будет закатить пирушку вместе с двуногими товарищами. Внезапно по двору форта пронеслись красные, затем синие, затем жёлтые и, наконец, зелёные отблески, а в репродукторах системы оповещения раздался достаточно ощутимый щелчок. Услышав сей звук, Куинн Амберкромби встрепенулся, и, приподнявшись с самодельного шезлонга, воззрился на главную башню своего форта. «Друзья! Объявляю вечеринку в честь начала новой эры жизни нашей коммуны открытой! Возрадуемся тому, как негативные обстоятельства в этот раз привели нас к позитивным последствиям! Жизнь забавная штука – вечно нас обманывает. Так пусть же эти обманы будут не больше, чем дружескими подколами. И в этот вечер пусть будет жарко! Отожжём так, как не отжигали никогда! Отожжём…» - тут Криди сделал паузу. – «Как драконы! Ибо один из них сегодня спас наши жизни, пусть знакомство и было несколько… необычным. И открывает вечеринку бессмертная классика рока и металла…» -Эй, Куинн, - раздался голос Жан Клама. – Дежурство на радиостанции и башнях ведётся в обычном режиме? -Конечно. Вечеринка-вечеринкой, а нужно в случае чего быть начеку, - ответил тот. -Понял, - козырнул месье Жибер. – Ну, тогда я пошёл. -Погоди. – остановил его Куинн. -А? -Договорись с кем-нибудь, чтобы еду тебе на пост принесли, когда будем пировать, - порекомендовал тот. -Благодарю, - кивнул Жан Клам, козырнув по-военному, и почти бегом направился к крепостной стене. *** Над фортом гремела музыка, по двору сверкали отблески самодельной светомузыки, в пурпурное небо поднимались столбы дыма от множества костров… Вся коммуна веселилась вовсю – кто пел, кто плясал, кто шашлык уплетал. Куинн Амберкромби занимался различными мелкими организационными вопросами, бегая туда-сюда, впрочем, без особого напряга. И во всей весёлой суматохе и атмосфере праздника все как-то позабыли про выходку Эдди и компании – никому не хотелось вспоминать плохое. И лишь сами «виновники торжества» в прямом и переносном смысле этого слова, чувствовали себя двояко. И… запутанно. С одной стороны, они ощущали свою вину, но с другой стороны – если бы не их наглая выходка – то сидели бы сейчас по бункерам и дрожали от страха при виде крылатого силуэта на горизонте, а не веселились на всю катушку. Но в то же время каждый из них понимал, какой опасности подверг всю коммуну. За годы, проведённые под чутким руководством Куинна, они позабыли об опасности, как таковой, но в тот день, как ни забавно, горящая конопля прояснила их сознание. И если Аджай успел загладить свою вину тем, что вовремя заменил растерявшегося водометчика, то Эдди, обычно позитивный и жизнерадостно-упоротый, сейчас сидел в своей комнате у окна, глядел сверху на праздник и думал, как же ему поступить. Как веселиться вместе со всеми, и при этом не чувствовать себя виноватым и недостойным праздника. С этими мыслями Эдди решил прогуляться по опустевшему форту, предполагая, что в сравнительно тихих коридорах ему удастся собраться с мыслями. Шагая по пустынному холлу третьего этажа крепости, Эдди обратил внимание на листок с расписанием дежурств на радиостанции. Вчера была его очередь, а сегодня мониторить эфир и пытаться перехватить какие-либо радиоволны должен был Ридик. Но он заслужил сегодня отдых. Из-за него, Эдди, заслужил. Улыбнувшись, Джа ускорил шаг, направляясь к радиорубке. Аккуратно перешагнул через провода, тянувшиеся в соседнее помещение, где расположился Криди, весело горланящий в микрофон что-то про «Пир на весь чудесный новый мир». Импровизированная «рубка зажигания вечеринок» находилась на просторном балконе, столь удачно оказавшимся там, по соседству от радиорубки. Заглянув в радиорубку, Эдди увидел Ридика, сидящего в наушниках возле радиостанции. Он крутил регулятор частот, но, судя по спокойному выражению лица, не мог поймать ничего, кроме белого шума. Подойдя к Ридику, Джа осторожно тронул его за плечо. -А? – тот сдвинул наушники, повесив их на шею, и развернулся. – О, привет, Эдди. Ты чего это здесь делаешь? -Понимаешь, друже, Куинн во всей этой суматохе забыл вообще о том, что я накосячил не по-детски с этим рейдом на плантации. Ладно ещё Аджай – он потом хотя бы по дракону поливал да плантации тушил, а вот я сидел в салоне накуренный – и только фигню всякую творил. Не могу я так просто взять и веселиться после содеянного. А искать Куинна, да просить его меня наказать – тоже глупо. А вот ты, видит Джа, заслужил этого праздника на все двести. Давай я подежурю за тебя. -Э-э… Ладно. Хорошо. Не думаю, что Куинн будет против. Ежели спросит, то так и скажу, что ты решил за меня подежурить. Тебе шашлыка притащить, когда наши пировать начнут? -Ага. Буду благодарен, - кивнул Эдди, садясь на место Ридика и беря наушники. – Ну давай, Ридик, оттянись там на всю катушку. -Спасибо, - несколько смущённо ответил тот и вышел из радиорубки, аккуратно закрыв за собой дверь. Эдди слегка улыбнулся, поудобнее пристраивая наушники на голове. Больше его не терзали всякие неприятные мысли, да и совесть была относительно чиста. Но в душе Джа всё ещё хотел сделать что-нибудь для коммуны, дабы окончательно загладить свою вину. Что-нибудь… героическое. *** Праздник был в самом разгаре. Всю округу оглашали бодрые ритмы классического рок-н-ролла, а в воздухе витал непередаваемый аромат шашлыка и овощных салатов, в совокупности со свежим воздухом вызывавший такой аппетит, что некоторые фортовчане принялись за салаты, не дожидаясь основного кушанья – шашлыка. Тот был ещё слишком горяч, чтобы подавать его на стол. Для людей. Но не для дракона. Загудели лебёдки, гигантский шампур с негромким лязгом оторвался от «кузова-мангала» и стал плавно подниматься вверх. Подъёмник остановился на уровне крыши форта, негромко брякнули противовесы… И стальной стержень с нанизанными на него мясными кругами плавно поехал в сторону самой крепости. Человек в теплоотражающем костюме, руководивший процессом, поднял одну руку ладонью вперёд, дав знак остановки, а второй рукой указал на шашлык, встав в позу вождя мирового пролетариата. Дракона упрашивать не пришлось. Тот плавно поднялся в воздух с крыши, подлетел к висящему в воздухе огромному шампуру и одним быстрым движением снял с него круг шашлыка, мгновенно исчезнувший в драконьей пасти. Несколько движений мощных челюстей, сопровождавшихся характерными «звуками аппетита» – и огнедышащее создание уже стянгивает с шампура второе мясное кольцо. Всё это дракон проделывал, зависнув в воздухе, и, похоже, ему не доставлял никаких неудобств тот факт, что есть приходится на лету. И спустя каких-нибудь несколько минут на огромном шампуре не осталось ни одного кусочка мяса, а крылатый, огласив округу громогласным и довольным рыком, полетел обратно на свою крышу. Человек в огнеупорном костюме слез с мостков над мангалом и резво зашагал в сторону длинных столов, расставленных рядами справа от главного входа в форт, на ходу снимая шлем. Из-под шлема показалось довольное лицо улыбающегося Ксиннегера. Инженер, чуть ли не приплясывая, подошёл к столу и занял первое попавшееся свободное место, с вожделением поглядывая в сторону обычных мангалов, где суетились повара, уже снимая с мангалов шампуры и аккуратно складывая их на блюда. -Что, не терпится отведать шашлычка? – весело поинтересовался подошедший откуда-то Лорик. -А то! – кивнул Ксиннегер. – Дракона накормили, а сами сидим, слюнки глотаем. Ну а что ж поделать, если горячо ещё? -Хотел бы иметь глотку, как у нашего гостя? – улыбнулся Лорик. -Знаешь, да, не отказался бы, - согласился инженер. – Кстати… А кто караулит Беббельса? И куда вы его посадили? -Мы его заперли в одной из подсобных комнат. Не волнуйся, там нет даже пилочки для ногтей, не говоря о более подходящих для побега инструментов. Никуда он не денется. -А что вообще Куинн с ним делать намерен? Не дракону же его скармливать, в самом-то деле… - протянул Ксиннегер. -Криди сказал «вести разъяснительные работы». Перевоспитывать пытаться, видимо, - ответил Лорик. – Только, честно говоря, сомневаюсь я в том, что такой плохой материал поддаётся обработке. Об него все шлифовальные диски сотрёшь, прежде чем чего-ничего путного добьёшься, - заметил он. -Ничего, пусть посидит взаперти хотя бы… Да чем дольше - тем лучше, - махнул рукой инженер. – Один хрен - ему нет места в коммуне после такого откровенного… - тут Ксиннегер сделал паузу, по всей видимости, подбирая слова поприличней. – Вредительства.