Огонёк

      Тем временем праздник постепенно переходил в стадию всеобщего пира – наплясавшись на свежем воздухе, жители коммуны стали потихоньку собираться к столам, с вожделением поглядывая на шашлыки. Некоторые фортовчане даже не стеснялись облизываться или негромко чавкать в предвкушении сочного шашлыка и салатиков. Повара шустро бегали туда-сюда, расставляя по столам миски с разнообразными кушаньями, а дежурные по кухне раскладывали тарелки и столовые приборы. Наиболее проголодавшиеся после песен-плясок жители коммуны уже потихоньку приступили к трапезе, а остальные были и не против.       Куинн Амберкромби вышел из парадного входа в форт, с наслаждением втянув ноздрями воздух, приятно пахнувший жареным мясом и горящей древесиной. С улыбкой окинул взглядом внутренний двор и решительно зашагал к ближайшему столу, на котором уже были расставлены тарелки с мясом и миски с салатами. За столом уже сидело трое людей, усердно уплетавших шашлык и закусывавших его свежими овощами. Лидер коммуны, решив особо не церемониться, просто занял свободное место, взял тарелку и, наложив салата, взял себе парочку приличных кругов шашлыка, после чего принялся жевать, медленно, наслаждаясь каждым укусом сочного мяса и не менее сочного салата, состоявшего из огурцов, помидоров и красного сладкого перца. В течение десяти лет основным его рационом были помидоры с коноплёй, но даже они сейчас играли новыми оттенками вкуса. После того, как Криди и Ридик приехали в форт с драконом на машине, изменился не просто быт коммуны. Изменился мир вокруг и внутри каждого из людей – и впервые за долгие годы – в лучшую сторону. После аномальной трансформации климата это было второе положительное преобразование, которое ощутил Амберкромби.       Погружённый в собственные размышления, Куинн доел шашлык и, поднявшись из-за стола, направился было к шезлонгу, намереваясь понежиться в вечерней прохладе под звуки льющегося из системы экстренного оповещения расслабляющего рэгги, как вдруг к нему подбежал взволнованный Мэрлин. И появление этого, обычно невозмутимого человека в таком виде, оказалось для лидера коммуны громом среди ясного неба. Судя по выражению лица фортовчанина, его явно всполошило что-то большее, чем какая-нибудь мелочь, связанная с вечеринкой.       - Мэрлин, что случилось? Почему ты такой встревоженный? – быстро спросил Куинн, подойдя к фортовчанину.       Ответом были три слова.       -Радист поймал сигнал.       В голове Куинна Амберкромби бешеным ураганом пронеслось несколько нехороших вариантов дальнейшего развития событий. Но он не подал виду и, сохранив спокойное выражение лица, лишь коротко распорядился: «Быстро в радиорубку». И тут же чуть ли не бегом направился в крепость.       Шагая по пустынным коридорам форта вслед за Мэрлином, Куинн обдумывал, как следует поступить далее. Десять лет вся коммуна не сталкивалась не только с другими людьми, но и вообще почти ни с кем – только с мутантами-гуманоидами один раз, да несколько раз поблизости от крепости пролетали драконы. Радиостанция постоянно выдавала только белый шум – не удавалось поймать ни единого звука, возвещающего о том, что есть ещё люди. И на тебе. В зоне действия радиопеленгатора есть кто-то ещё, обладающий, как минимум, рацией. Кто это? Одинокий странник или небольшая группа людей, ищущих убежища? Вряд ли. Другая община, вынужденная покинуть своё убежище? Вероятно. Но тоже вряд ли они стали бы пользоваться рацией. Вооружённая группа мародёров, возможно, с транспортом, разыскивающая, чем бы поживиться? О да, этим имеет смысл носить рации – чтобы держать связь между машинами. Ну да ничего. Дракону вряд ли понравится, если гости примутся убивать тех, кто его накормил. На минутку мысли Куинна переключились на недавно виденное им зрелище – как огромное крылатое существо ело мясо с огромного шампура, преподнесённого ему на подъёмниках. Картина забавная – и в то же время было в ней что-то… грандиозное. Хотя бы то, что подобного раньше никогда не случалось ни в одном из уголков мира. Но уже в следующий миг шедший впереди Мэрлин распахнул дверь, ведущую в радиорубку, и взору Куинна предстали Эдди, Эш и Аджай, столпившиеся вокруг радиостанции. Обернувшись на звук открываемой двери, Эдди увидел Куинна и тут же повернул верньер «громкая связь» в положение активации. Из динамиков радиостанции сквозь шипение помех, менее интенсивное, чем обычно, донеслась… приглушённая музыка. И это была отнюдь не гремевшая снаружи праздничная музыка (рэгги сменилось бодрым металлом, скомбинированным, такое ощущение, что с симфоническим оркестром). Стоявший рядом Эш покрутил настройки волны – и вскоре сквозь шипение помех стали отчётливо слышны слова песни. Мелодия была простая и весёлая, напоминая те бардовские песни, что пропитаны хорошим настроением и атмосферой беззаботности. Но стоило собравшимся возле радиостанции людям начать вслушиваться в слова, как они невольно содрогнулись, услышав то, что скрывалось за беззаботной озорной мелодией. Well, come on all of you, big strong men Uncle Sam needs your help again He's got himself in a terrible jam Way down yonder in Vietnam So put down your books and pick up a gun We're gonna have a whole lotta fun And it's one, two, three What are we fighting for? Don't ask me, I don't give a damn Next stop is Vietnam; And it's five, six, seven Open up the pearly gates Well there ain't no time to wonder why Whoopee! we're all gonna die Well, come on generals, let's move fast; Your big chance has come at last Now you can go out and get those reds 'Cause the only good commie is the one that's dead And you know that peace can only be won When we've blown 'em all to kingdom come And it's one, two, three What are we fighting for? Don't ask me, I don't give a damn Next stop is Vietnam; And it's five, six, seven Open up the pearly gates Well there ain't no time to wonder why Whoopee! we're all gonna die Come on Wall Street, don't be slow Why man, this is war au-go-go There's plenty good money to be made By supplying the Army with the tools of its trade But just hope and pray that if they drop the bomb They drop it on the Viet Cong And it's one, two, three What are we fighting for? Don't ask me, I don't give a damn Next stop is Vietnam And it's five, six, seven Open up the pearly gates Well there ain't no time to wonder why Whoopee! we're all gonna die Come on mothers throughout the land Pack your boys off to Vietnam Come on fathers, and don't hesitate To send your sons off before it's too late And you can be the first ones in your block To have your boy come home in a box And it's one, two, three What are we fighting for? Don't ask me, I don't give a damn Next stop is Vietnam And it's five, six, seven Open up the pearly gates Well there ain't no time to wonder why Whoopee! we're all gonna die       И если на первом куплете Эш и Аджай невольно пританцовывали под весёлую мелодию, а Эдди в такт музыке постукивал пальцами по столу, то к концу песни все люди сидели, не шевелясь, поражённые услышанным. Первым заговорил Куинн.       - У этих людей явно странное чувство юмора, - задумчиво произнёс он. – Особенно, припев пробирает. Но кто и зачем будет слушать такую музыку? Кто-нибудь знает что это вообще за песня?       - Шизня какая-то! - пожал плечами Эдди, постаравшись ободряюще улыбнуться, но на деле получился у него только нервный смешок.       - Мотив весёлый, а слова – ну его нафиг, - поддержал Аджай. – И ведь это запись с концерта, слышали, как там исполнитель орал «Громче!» и ещё что-то вроде «Я хочу, чтобы вы подпевали громче, ибо вас тут три тысячи раздолбаев!» И зрители там вроде тоже подпевали.       - Если только это не три тысячи тех самых раздолбаев шляются всей толпой с концертным оборудованием, распевая песни на всю округу, в чём лично я сомневаюсь, - произнёс Эш Аерендир.       Тем временем музыка резко оборвалась – и из приёмника вновь полились одни помехи. Но тут Куинну показалось, что он слышит сквозь белый шум что-то ещё.       -Эдди, а ну-ка покрути регулятор частот. Мне кажется, я там что-то слышу, хоть и дико неразборчиво, - попросил Амберкромби.       Кивнув, тот взялся за регулятор, повернул его в одну сторону, в другую…       «…Нет места глупым хипстерским песням!» - донеслось из динамиков так внезапно и так чётко, что фортовчане чуть не подпрыгнули.       «…Ты позор для…» «…Твои… Пополнят коллекцию!»       Говоривший на том конце орал явно не рядом с рацией, но делал это так громко, что его голос вполне отчётливо улавливался и передавался.       «Да сэр, нет сэр!» - раздалось куда более отчётливо.       «Ты что, дебил?»       «Да сэр, нет сэр!»       «Ты издеваешься, рядовой Клоун?!»       - Это ещё что за? – изумился Эш. – Кто-то явно чем-то… недоволен.       И в этот момент из приёмника раздался женский роботизированный голос: «Я не могу запустить ядерные ракеты, но не нужно психологически давить и... Прекрати посягательства на хозяина или скажи своему топливу «Аста ла виста, бэйби!»       Не выдержав, Эдди фыркнул, прикрывая рот кулаком.       «Ты её научил этому, рядовой?»       «…Болваны! Кретины! Зачем вы транслируете на всю округу?»       «…Хорошо! Тогда включите им нашу музыку! Пусть враг потанцует перед смертью!»       «…Не напал, так нападёт! Враг выслеживает нас, выжидает удобного момента…»       Шипение, треск, щелчки, а затем из радиоприёмника резко загремел какой-то военный марш, вновь заставив фортовчан подпрыгнуть. Под грохот барабанов раздались первые слова песни. March alo-o-o-ng, sing our so-o-o-ong, With the Army of the fre-e-e-e-e Count the ca-a-ash, count the o-o-oil, And spread out de-mo-cra-c-y-y-y-y. First to fight for the right, And to build the Nation’s might, And The Army Goes Rolling Along Proud of all we have done, Fighting till the battle’s won, And the Army Goes Rolling Along. Then it's Hi! Hi! Hey! The Army's on its way. Count off the cadence loud and strong For where e’er we go, You will always know That The Army Goes Rolling Along…       Даже не дослушав, уже на середине песни развернувшись, Куинн бегом ринулся к выходу из радиорубки.       - Ты куда? Что за спешка? – крикнул вдогонку Аджай.       Не оборачиваясь, Куинн ответил, уже открывая дверь в «диджейскую»: «Это войска Нации Соединённых Штатов!»       -Демократия приехала, твою мать, - процедил сквозь зубы Эш. – Аджай, бегом к арсеналу! Кажется, придётся воевать!

***

      Колонна разномастной военной и не очень техники ехала по живописным холмам, залитым лунным светом. Возглавлял её величественный танк, над башней которого гордо реял звёздно-полосатый флаг, хлопая на ветру. А замыкал её достаточно странный грузовичок, внешне похожий на небольшой бензовоз, но цистерна его выглядела слишком футуристично для обычного автомобиля, а вместо обычного номера была надпись “Caroline”. Третьей странностью этого автомобиля были видеокамеры, расположенные над кабиной, на крыше. Они изредка сами по себе с тихим гудением вращались, иногда синхронно, иногда по очереди, а иногда и вовсе смотрели в разные стороны. За рулём автомобиля сидел молодой паренёк в военной форме Нации Соединённых Штатов. Он с аппетитом жевал крупное зелёное яблоко, смачно откусывая его раз за разом, иногда – в такт музыке, игравшей в магнитоле автомашины. Было видно, что он явно наслаждается задорной песенкой, лившейся из достаточно мощных динамиков, поскольку один раз паренёк чуть не выронил яблоко, слишком усердно махнув рукой, но тут же поймал его. На несколько секунд убрав руки с руля, паренёк выкрутил регулятор громкости на полную мощность – и музыка заиграла так, что люди в военной форме, обсевшие головной танк, как мухи, повернули головы назад, а один из них даже вздрогнул. Ещё некоторое время колонна продолжала ехать, оглашаемая весёлой музычкой, но внезапно головной танк стал останавливаться, а вслед за ним и остальные транспортные средства – второй танк, несколько броневиков, грузовики, джипы… Но двигатели никто не спешил глушить.       Крышка люка на танке приподнялась, и оттуда показалась сначала сверкающая в лунном свете лысина, затем суровые глаза, усы, короткая борода... А затем на крышу танка выбрался человек, одетый довольно странно для военного, да и и для тёплой погоды тоже. Поверх чёрной майки-безрукавки на нём была надета жилетка со звёдно-полосатым флагом на груди и надписью: “Don’t thread on me” на спине. Воротник жилетки был не то расшит мехом, не то просто страшно разлохматился, но смотрелось это, как минимум, странно. На ногах танкиста были надеты серые кожаные штаны с длиннющей цепью, а обут он был в низкие ботинки с утяжелёнными носами, окованными железом. Сами ботинки были серо-чёрной расцветки, но в них зачем-то были вставлены полосатые бело-красные шнурки. Довершали картину многочисленные татуировки по всему телу и болтающееся на шее ожерелье, увешанное… человеческими зубами. Солдаты на танке и технике сзади вздрогнули и приподняли головы, глядя куда-то вперёд и вверх, как на параде. Видимо, это был их командир.       Лысый человек спрыгнул на землю с танка и чуть ли не бегом направился вдоль колонны к её хвосту. Подойдя к грузовичку с цистерной, он замедлил шаг, стараясь двигаться как можно более угрожающе. Приблизившись вплотную к водительской двери, человек ряфкнул: «Рядовой, что это такое? Что это, мать твою, такое?»       -Яблоко, сэр! – с готовностью отозвался паренёк, показав командиру вторую руку, в которой он действительно держал яблоко, точнее, уже огрызок от него.       -Я этот шум даже из танка услышал, рядовой! Что это за хрень?!       -Виноват, сэр! Буду хрустеть потише!       -Рёбра твои сейчас хрустеть будут потише, рядовой! Ты слушал антипатриотичную музыку! Что за подавление боевого духа боевых товарищей?!       -Сэр… - начал было рядовой, но тут человек в жилетке грохнул кулаком по двери грузовика.       -Ма-а-а-лчать! Я тебя ещё не спрашиваю! Что это за высер обдолбанного хипстера, оскорбляющий доблесть ветеранов Въетнама, сражавшихся с грёбаными коммунистами?! Ты что, осуждаешь подвиги армии твоей страны?       -Сэр, страны же уничтожены… - начал было паренёк. Ох, лучше бы он молчал. Правило «Командир всегда прав, даже если он полный баклан» сработало как нельзя более некстати.       -Что за антипатриотичные высказывания ты себе позволяешь, рядовой? Драконы сожгли нашу родину, но это не значит, что её больше нет! Америка вечна и бесконечна! – гаркнул лысый человек.       -Сэр, я не слушал слова песни, мне нравится мелод… - попытался было оправдаться паренёк.       -Это не музыка, а отбросы! Не делай из моих ушей мусорный ящик, рядовой! В моём отряде нет места глупым хипстерским песням! Чтоб больше я не слышал ни аккорда этого дерьма!       -Сэр, есть сэр!       -Ты – позор для всей Нации Соединённых Штатов! В каждом штате на тебя смотрели бы только для поднятия самооценки! Ты не американец, не воин, и вообще никто! Ты – всего лишь водитель этого ведра с болтами, на котором мы вынуждены возить топливо! Кэролайн не даст тебе полной неприкосновенности! Ещё один такой косяк, рядовой – и твои зубы пополнят мою коллекцию! – с этими словами лысый человек потряс ожерельем. – С этой долбанной секунды ты слушаешь только патриотичные песни, а не хипстерскую херню! Ты меня понял?! – гаркнул командир отряда.       -Да сэр! – откликнулся паренёк, но тут же добавил: «Нет, сэр!» Видимо, он хотел что-то спросить или уточнить, но командир его не слушал.       -Ты что, дебил?!       -Да сэр, нет сэр!       -Ты издеваешься, рядовой Клоун? – лысый человек размахнулся татуированным кулачищем, намереваясь врезать пареньку прямо через открытое боковое стекло, но тут изнутри грузовика донёсся… роботизированный рык.       -Не делай этого! – пророкотал электронно-механический голос. – Нельзя наносить повреждения хозяину! Я не могу запустить ядерные ракеты, но не нужно психологически давить и нападать! Прекрати посягательства на хозяина или скажи своему топливу «Аста ла виста, бэйби!» Я не двинусь с места, если хозяину будет нанесён вред!       -Ты её научил этому, рядовой? – процедил сквозь зубы командир, опуская руку. – Ничего, когда мы найдём способ переместить топливный синтезатор на другую платформу – вы оба за всё заплатите. Ты – и твоя подружка, рядовой! – он в сердцах ударил пинком по крылу автомобиля.       Изнутри грузовика снова донёсся электронный гул, а затем раздался голос: “Fuck you, asshole.”       Паренёк за рулём чудесного бензовоза прикрыл рот рукой, чтобы не заржать в голос, глядя на вкрай оторопевшего командира.       - Я с тобой попозже разберусь! – прорычал лысый человек и, сплюнув, зашагал прочь, бросив через плечо: «Я тебе обещаю, я с тобой попозже разберусь!»       -Кэролайн, это он мне или тебе? – поинтересовался паренёк, протягивая руку за ещё одним яблоком.       -Информация не подтверждена, - был лаконичный ответ.       Командир отряда грозно прошагал вдоль колонны, зыркнув на своих подчинённых свирепым взглядом, вскарабкался на танк и, оглядевшись по сторонам, спрыгнул в люк, закрыв за собой крышку. Вскоре колонна двинулась дальше, а из одного из грузовиков, ехавших в середине колонны, загремел военный марш. ***       -Внимание, внимание! Говорит Криди! Жаль прерывать нашу вечеринку, но нас ожидает новое, более жаркое веселье! Всем срочно пройти к арсеналу! Возможно, скоро на нас нападут! Это не учения! Мы запеленговали переговоры военных Соединённых Штатов! Численность и мощь противника неизвестны! – донеслось из громкоговорителей системы экстренного оповещения.       По двору крепости метались красные и синие отблески мигалок, а все жители коммуны дружно мчались к расположенному на третьем этаже арсеналу. Каждый фортовчанин прекрасно знал и помнил, что помимо драконов и мутантов-гуманоидов стоит опасаться мародёров. Причём людей, пожалуй, стоит опасаться больше всех. А потому каждый житель общины без тени сомнений ринулся к арсеналу, у входа в который стояли Криди и Куинн, зазывающие всех внутрь, словно промоутеры на распродаже. Таггарт, как всегда, улыбался и отпускал шуточки, мол, « ну вот, демократия и к нам пришла», но всё равно выглядел куда серьёзнее обычного.       -Четыре «эмки», шесть «галилов», узи девять миллиметров… SPAS-12 с расширенным магазином… АР-180, «калаши»... Берём «калаши», не стесняемся, стволы надёжные – и достаточно простые в обращении.       Клод, Эш и Джибер раздавали оружие подходившим фортовчанам, хотя многие сами хватали, что попадалось под руку.       -Эдди, куда ты два автомата берёшь, терминатор, что ли? – усмехнулся Аерендир, глядя на то, как Джа сцапал один «Галил» и один «калаш», после чего потащил это добро к выходу.       -Я для Аджая захвачу сразу, он пошёл за коктейлями, - бросил Эдди, уже выбегая из арсенала.       Тем временем Куинн подошёл к одному из ящиков и, открыв запоры, перевёл взгляд на лежавшую в ящике тяжёлую снайперскую винтовку «Баррет».       -Что, Куинн, самое время опробовать малышку в деле? – хмыкнул подошедший Криди, вооружившийся лёгким ручным пулемётом калибра 5,56.       -Надеялся, что не придётся воспользоваться ею, - ответил Куинн, доставая «Баррет» из ящика и проверяя оптику. – Но суровые времена требуют суровых мер.       -Помни, что если ты не сделаешь это с ними – они сделают это с тобой, - посоветовал Криди, положив руку на плечо Куинна. – Или мы – или они – только одна воюющая сторона останется в живых.       -Спасибо. Я справлюсь, - Куинн взял несколько уже снаряженных магазинов от «Баррета». – Мне доводилось стрелять в мутазоидов, но не в людей, - признался он, зарядив первый магазин в винтовку. – И знаешь, Криди, я всё же постараюсь обойтись без кровопролития.       -Мне тоже не хотелось бы устраивать бойню, - ответил Криди. – Эй! Надо сказать, чтобы те, кто будет с молотовыми, взяли теплоотражающие костюмы!       -Я передам, - сказал проходивший мимо Мэрлин, и стремглав помчался в сторону радиорубки, бряцая висящим за спиной карабином «Маузер». ***       Тем временем военизированная колонна разношёрстной техники продолжала свой путь, оглашая окрестности сверхпатриотичной музыкой о бравых солдатах и их подвигах в борьбе за свободу и демократию. Солдаты на броне кивали головами в такт музыке, притоптывали ногами, но при этом не забывали пристально следить за местностью.       Внезапно головной танк резко остановился, а вслед за ним и остальные машины, чуть не поврезавшись друг в друга. Из люка снова выбрался лысый человек в жилете и, соскочив на землю, направился к одному из открытых джипов. Сидевшие в джипе люди повскакивали с мест, вытянувшись по стойке «смирно», зазевался только один солдат, тот, что сидел за рулём. И это промедление обошлось ему… сравнительно дёшево. Проходя мимо джипа, командир одарил своего подчинённого лёгкой затрещиной по затылку – и, даже не глядя на провинившегося солдата, пошёл дальше, покуривая толстую сигару и бряцая цепью на штанах.       -Эй, лентяи! Воздушная разведка доложила об обнаружении некой аномалии на полях к востоку отсюда! Задание – оценить обстановку подробнее, выяснить уровень возможной угрозы, при необходимости – найти противника и уничтожить! Койоты первый, второй, третий и четвёртый – отправляемся немедленно!       С этими словами лысый человек прыгнул в покачнувшийся джип и махнул рукой в сторону одного из холмов.       -Орёл один, продолжайте разведку, - проговорил командир в рацию, после чего откинулся на спинку сиденья, и четыре открытых джипа ринулись в указанном направлении.       Машины резво взлетели на вершину холма и, разъехавшись полумесяцем, остановились, заняв позиции возле кустов, чтобы снизить вероятность обнаружения. Лысый человек встал во весь рост и щёлкнул пальцами. Один из военных тут же услужливо протянул ему бинокль.       -Так-так-та-ак… - протянул командир отряда, осмотрев окрестности. – Солдаты, похоже, мы не одни в этих чёртовых джунглях. Поля перед нами явно рукотворные. Где-то поблизости есть ещё люди! Койот два, койот четыре – остаётесь на огневом прикрытии! Ведите наблюдение, следите, чтобы ни одна тварь не проскочила к нам по этой дороге! Койоты один и три – вперёд!       Два джипа затаились в кустах, а двое военных в каждой машине встали за гашетки пулемётов, а ещё два автомобиля, включая тот, в котором восседал командир, ринулись с холма на полной скорости, вздымая клубы пыли.       Тем временем на местность опустился туман, повисший в воздухе синеватой дымкой, подсвеченной лучами яркой луны, из-за чего вся округа приобрела какой-то мистический и даже сказочный вид. И чем ближе военные подъезжали к ранее замеченным полям – тем явственнее они видели странные прогалины среди растений, образовывающие причудливые узоры, похожие не то на письменность какого-то неизвестного языка, не то на орнаментальную роспись.       - Это ещё что за хрень? – тихонько спросил один из военных. – Сэр, вы видели когда-нибудь такое?       - В чём дело, морпех? Ты готов встретить опасность лицом к лицу, только если заранее известно, в чём она заключается? А неизвестную опасность предпочтёшь встретить своей трусливой задницей?       - Сэр, я готов умереть за свою страну вне зависимости от того, что за опасность стоит передо мной! Но я не морпех, я из сто сорок восьмой инженерной дивизии…       - Это неважно, воин! Сейчас мы все – морпехи! Вне зависимости от того – удостоились ли вы чести служить в морской пехоте – или же нет! – рубанул лысый человек.       За этим разговором джипы подъехали вплотную к полям и, несмотря на голубоватый туман, окутывавший землю пушистым одеялом, стало возможно различить разнообразные постройки на полях, а также более детально рассмотреть загадочные узоры. Часть их представляла из себя полосы взрыхлённой земли с выломанными растениями и столбами, раскиданными в стороны, часть – прогалины среди растений со следами автомобильных шин, и при этом повсюду виднелись следы огня. Судя по автомобильным следам, кто-то колесил, как полоумный, прямо по грядкам плантаций, причём во время большого пожара. Это было очевидно. Но вот что пропахало землю, словно плуг – было загадкой для всех, включая командира военных. Плугом не чертят круги на полях, а пропахивают аккуратные дорожки.       - Койот один – проведите рекогносцировку с левого фланга, койот 3 – с правого, - распорядился командир военных. – Из машин не выходите,       Джипы сейчас же поехали в указанных направлениях, подпрыгивая на ухабах, да так, что один раз командир чуть не выронил сигару, которую всё это время продолжал курить, лишь изредка вынимая её изо рта, чтобы выпустить кольца дыма в ночное небо. В общем, происходящее походило скорее на какую-то туристическую поездку, нежели на военную операцию. Если бы не солдаты, крутившие по сторонам головами, да пулемётчик, вращавший пулемёт из стороны в сторону, то людей в автомобиле с лёгкостью можно было принять за туристов, выехавших на шашлыки и «немного» - на охоту.       Спустя минут пятнадцать оба «Койота» встретились на другом конце поля. По знаку лысого человека все солдаты, кроме пулеметчиков, вышли из джипов и встали двумя группами рядом лицом к полю, держа оружие наготове.       - Докладывай, - коротко бросил лысый командир, снова затягиваясь сигарой.       - Сэр, поле делится на две части: одна из них – овощная плантация, преимущественно, из помидоров, а вторая – сплошь конопля! – отрапортовал один из солдат.       - Кретин, доложи тактическую ситуацию! На кой хрен мне знать, помидоры тут или огурцы? – выругал его командир.       - Сэр, потенциального противника не обнаружено, строения явно необитаемые! Их предназначение, в основном – хранение сельхозинвентаря! Помимо двух крупных зданий остальные – сплошь маленькие сараи.       - В каждой из этих развалин может прятаться потенциальный противник. А на крупных зданиях могут быть затаившиеся драконы, - процедил сквозь зубы командир. – Хорошо. Приказываю объехать поле и вернуться на исходную позицию.       Сей полезный манёвр имел под собой куда большую цель, чем раскрашивание травы в зелёный цвет или укладку сугробов кирпичиками вдоль казармы, а именно: командир военных планировал более подробно осмотреть ту часть поля, что была испещрена странными «знаками». Пятно пожарища располагалось как раз посреди поля, проходя аккурат через довольно широкую дорогу, которая как раз и делила поле на конопляную и помидорную плантации. Военные вновь выбрались из джипов и, держа оружие наизготовку, рассыпались цепью, постоянно озираясь по сторонам. И вот солдаты ступили на выжженную землю. Командир вместе со своими подчинёнными шёл вдоль узоров, изредка раздвигая руками ветви раскидистой конопли. Но ничего не происходило, вдобавок, наступила полнейшая тишина, нарушаемая лишь тихим шорохом листвы – даже ветер стих. Тревожная тишина вскоре дополнилась тем, что луна спряталась за облака, и стало куда темнее, а вместе с туманом видимость, и без того не ахти, стала почти нулевая.       - Койот 3, докладывайте, - прошептал лысый человек, двигаясь вдоль сгоревших помидорных кустов, часть которых валялась на земле вместе с обугленными подпорками.       - Сэр, у нас ничего. Всё чисто, - был ответ.       Так продолжалось уже несколько минут, и вскоре оба отряда военных приблизились к границе пожарища. Командир уже поднёс к губам рацию, собираясь отдать приказ возвращаться, как вдруг его внимание привлёк едва уловимый звук. Странное не то хлюпанье, не то шлёпанье, изредка сопровождаемое шуршанием листвы. Затаив дыхание, лысый человек дал знак – и вместе с ещё одним солдатом они двинулись на звук. Напряжение, казалось, наросло до предела в этих «рукотворных джунглях», но вдруг в тумане стал виден силуэт солдата, который, держа верную «эмку» дулом к земле, буквально присосался к помидорному кусту, смачно чавкая и изредка озираясь по сторонам. За этим занятием его и застал командир.       Не церемонясь, лысый человек изо всех сил треснул своего подчинённого ногой под зад и тут же толкнул ботинком в спину, да так, что военный со всего маху улетел лицом в помидорные заросли, сминая и ломая кусты. Стоило бедняге перевернуться на спину и попытаться встать, как командир, ухватив солдата за воротник, вмазал ему своей лысиной в лоб, после чего встряхнул осоловелого военного и поставил на землю.       - Ты это вырастил, чтобы жрать в три горла?! – рявкнул лысый командир, уставившись прямо в глаза солдату, у которого на губе виднелась не то кровь, не то томатный сок.       - Отвечай, рядовой! Хорошо жрать то, что выращено чужим трудом, а?! Вкусно небось, да? – с этими словами командир сам сорвал первый попавшийся помидор, смачно откусил кусок побольше, а остаток помидора швырнул в лицо солдату. – За мародёрство полагается расстрел! Но я потерял уже слишком много людей. А ты ещё пригодишься в качестве пушечного мяса! Но если выживешь - пойдёшь под трибунал! С этими словами командир развернулся и, произнеся в рацию: «Возвращаемся», зашагал прочь.       - Так точно, сэр, - произнёс солдат, облизывая томатный сок со своего лица.       И во всей этой милой воспитательной беседе лысый человек не обратил внимания на то, что сам поломал куда больше помидоров, чем съел его подчинённый.       Спустя несколько минут военные уже рассаживались по джипам, незаметно от своего командира распихивая по карманам и рюкзакам свежесорванные помидоры, а кое-кто потихоньку складывал в личный медпакет молодые листочки конопли. Несмотря на то, что разведка, по сути, не дала никакой полезной информации, солдаты явно считали вылазку более, чем удачной, судя по довольным физиономиям тех, кто не был в поле зрения командира.       Как только оба «Койота» вернулись к основной колонне, командир отряда покинул джип и направился обратно к переднему танку, над башней которого висело звёздно-полосатое полотнище. Меньше, чем через минуту взревел мощный двигатель, и отряд вновь двинулся в путь. ***       - Пять поджигателей на главные ворота, двое снайперов – на прикрытие со стороны электростанции! Два пулемёта на четвёртую башню с запада, - командовал Куинн, жестикулируя, словно заправский дирижёр, рассылая своих людей по огневым позициям. – Мэрлин, ты с Майклом и Клодом несите ящик коктейлей на северную часть ворот. Если к вам подтянется ещё кто – не пускайте его без защитного костюма! Парни, у кого ещё штурмовая винтовка с подстволом – занимайте места повыше. Поторапливайтесь!       Сам Куинн занял позицию на самой высокой башне, пристроив «Баррет» между зубцами, но пока бой не начался, он носился по всей территории форта, отдавая распоряжения своим людям. Криди был занят примерно тем же, с той лишь разницей, что предпочитал отдавать распоряжения через рацию и наблюдать за их исполнением с балкона.       Спустя около двадцати минут каждый житель коммуны занял свою огневую позицию. Отдельные группы людей в теплоотражающих костюмах вооружились коктейлями Молотова, пулемётчики и снайперы заняли крыши зданий и башен, наскоро подготовив себе укрытия из различного хлама, да и люди с лёгким стрелковым оружием тоже заняли максимально выгодные позиции – автоматчики с оптикой расположились повыше, люди с дробовиками и ПП заняли позиции над воротами и там, где, в теории, дистанция до противника будет меньше. Что касается Куинна, то он вернулся на свою позицию, где уже стоял Криди, глядя в прицел, прикрученный к старому противотанковому ружью.       Во всей этой суматохе, естественно, никто не потушил опустевшие мангалы, и вскоре костры запылали ярче обычного, выбрасывая в ночное небо густые столбы дыма. А луна тем временем снова вышла из-за туч и залила всю округу своим голубоватым светом, вновь подсветив туман, который понемногу стал редеть.       - Эдди, приём, - проговорил Амберкромби в рацию, одновременно с этим осматривая окрестности в оптический прицел. – Удалось поймать что-нибудь новое из переговоров, помимо музыки?       - Да. Они обнаружили наши поля, - встревожено произнёс Эдди. – Говорят о «таинственных кругах посреди пожарища», но, судя по разговорам, не догадываются, что часть этих загогулин оставил дракон, и, тем более, с какой целью.       - Хорошо. Продолжай радиоперехват, отбой, - Куинн выключил рацию и повернулся к Таггарту, который, лёжа на животе, целился из противотанкового ружья. – Эй, Криди… А ты знаешь уязвимые части хоть у какой-нибудь бронетехники?       - Только догадываюсь. Какие-нибудь прицельные приблуды, люки, баки… либо маячащие на броне солдаты. Но я не представляю, как мы остановим хотя бы один броневик. Точнее, с какими потерями, - ответил тот.       - У нас есть ракетный комплекс. Один на всю крепость, - усмехнулся Куинн. – И тот с поломанным наведением. Как из него попасть хоть во что-то – я не представляю. И боезапаса слишком мало, чтобы тратить его на пристрелку.       - Если незваные гости не откроют огонь с ходу – говорить будем сначала мы, а затем уже – пушки, - произнёс Криди.       - Да, - коротко кивнул Куинн. ***       Как только лысина командира скрылась в танковом люке, дисциплина отряда раскрылась во всём своём великолепии. Пулемётчики, прислонившись спиной к пулемётам, вытащили из карманов закопчённые эротические журналы, экипажи «Койотов» вовсю зачавкали помидорами, кто-то успел нарубить десантным ножом листья конопли, завернуть их в первый попавшийся под руку листок, и сейчас вовсю раскумаривался, развалившись на сиденье джипа. Сидящие на бронемашинах военные тоже занялись своими делами – кто уплетал армейский рацион, кто читал обугленную порнушку, некоторые принялись распивать что-то из фляжек – и явно не простую водичку, а паренёк в замыкающем бензовозе так и вовсе снова включил ту задорную музыку, что так злила командира, правда, в этот раз громкость он сделал достаточно низкую, дабы не тревожить его нежный слух.       Колонна техники въезжала на холм, как внезапно головной танк резко остановился. Расслабленные солдаты не успели среагировать, из-за чего все машины слегка поврезались друг в друга, вызвав своеобразный «эффект домино». В результате столкновения кто-то просто рухнул вверх тормашками, кто-то вылетел на землю, а кто-то проглотил целиком помидор.       Лысый человек выбрался на башню танка и, убедившись, что его видно всем присутствующим, демонстративно снял с шеи ожерелье из зубов, и, процедив что-то вроде «Кретины, болваны, олухи…» демонстративно поднял его над головой, как бы говоря, что если подобное повторится ещё раз, он пополнит коллекцию. Военные, шустро спрятавшие весь «компромат», преданно уставились на своего командира, состроив на физиономиях выражение, полное благоговейного трепета и уважительного страха.       - Солдаты! Мы все видели выжженное поле, урожай которого был испепелён всепоглощающим пламенем! Там мы ничего не могли сделать – беда уже обрушилась с небес на головы местных жителей. Но сейчас… Вы видите эти столбы дыма там, на юго-западе? Это наверняка драконы жгут дома и без того потерявших урожай выживших людей! Крылатые твари лишили их пищи, а теперь хотят оставить без крова! Вперёд! Поможем им! – с этими словами лысый человек буквально нырнул обратно в танк – и через мгновение колонна рванула в том направлении, где в небо поднимались столбы дыма и виднелись отблески огня. При этом ни у кого из солдат не возникло вопросов – кому же собрался помогать их командир – видимо, они понимали его с полуслова.