Only Blood will Tell

Yeah it is you that I remember in that glowing It is you that took my first away from me It is you I set my standards to... to every walk of life I haven't met another you since you were with me © Она медленно развернулась и побрела к выходу. Прочь из этого, пропахшего ложью и гнилью, зала. - Аетэль! – окликнул ее Хвитсерк. В голосе сквозило отчаяние и сожаление. Ночной воздух развевал и без того растрепанные волосы. Она обняла себя за плечи и посмотрела на звезды. Губы растянулись в необъяснимой и безумной улыбке. Минуту назад готова была расплакаться, стоя перед «любовью всей своей жизни». А теперь решение казалось таким простым! Все время оно лежало на поверхности, но душа противилась, не разрешала разуму взять верх. «Чучело, кому ты вообще нужна?» Своему королевству? Какое, к черту, королевство… Надеюсь, Эдмунд успеет вовремя приехать туда и защитить его. «Дура! Какая же ты дура…» Да, Ивар, в этом ты оказался прав. Ничтожная королева и жалкая влюбленная дура, которую втоптали в грязь уже второй раз. Сначала Рагнар. Затем его сыновья. Пиявка будто высосала всю кровь. А мертвец стоит на краю бездны и продолжает слышать голоса… Камни оказались скользкими. Возможно, виной всему был недавно прошедший ливень. - Аетэль, что ты делаешь?! Спускайся вниз!!! Громкий крик снизу, пронзивший ночную тишь, не давал сосредоточится. Мысли всё куда-то ускользали, а она бы очень хотела произнести молитву перед тем, как… - Идиотка, когда же ты перестанешь совершать эти глупые, бессмысленные поступки?! Проклятая христианка! Девушка все же обернулась и увидела Ивара, отчаянно пытающегося взобраться вверх, цепляющегося за особо острые и выпуклые камни. - Даже не думай остановить меня! – закричала она. – Ползи вниз, к своим чудовищам! – сглотнула и закрыла глаза, пытаясь снова сконцентрироваться. - Anima Christi, sanctifica me. Corpus Christi, salve me. Sanguis Christi, inebria me. Aqua lateris Christi, lava me… Она любила, когда мама читала эту молитву ей перед сном. Тогда становилось очень спокойно и легко на душе. Ребенок засыпал, а во сне ей снились ангелочки с маленькими крылышками. Они смеялись и летали вокруг Марии… - Аетэль, перестань… если ты не хочешь выходить замуж – хорошо! – продолжал кричать Ивар. – Никто не будет тебя заставлять! Я поговорю с Лагертой! Спускайся! А не пойти ли тебе к дьяволу, ведь ему нужны такие ценные гости. И даже смерть не получается принять достойно. Везде этот черт, дьявол… и ни черта божественного. - Passio Christi. conforta me. О bone lesu, exaudi me. Infra tua vulnera absconde me. Ne permittas me separari a te. Ab hoste maligno defende me…* Внезапно голос ее сорвался на короткий, громкий вскрик. Взгляд упал вниз: огромные, бушующие волны, то и дело разбивались о камни, пенились и утекали... Она сделала неосторожный шаг и полетела вниз. - Нет! – от падения ее удерживала крепкая рука. – Давай, ухватись ногами за выступ. Я попробую вытащить тебя! – Ивар стиснул зубы и начал отползать назад, притягивая девушку к себе. Аетэль нащупала небольшой каменный выступ. Однако, он оказался чересчур скользким: нога то и дело соскальзывала. - Видимо, это моя судьба… Ивар, отпусти меня. Так тому и быть… - видя, насколько сильно при этих словах исказилось лицо северянина, она даже подумала, что тот плюнет на все и сам подтолкнет ее вниз, к бушующим и пенящимся волнам. - Ты что думаешь, - силе этого мальчишки можно было позавидовать, ему удалось перехватить ее вторую руку, - ты правда думаешь, я тебя так просто отпущу? – глаза расширились, губы приоткрылись. – На твоем мертвом свете найду и привяжу к себе… - дыхание начало сбиваться. Наконец, ей удалось зацепиться за вступающий обломок скалы. Затем, она, словно по лестнице, поднялась вверх, нащупав еще один. Ивар зарычал и с силой потянул ее на себя, отчего Аетэль кубарем свалился на Бескостного. - Какая же ты все-таки… - он помотал головой, но на лице его расплылась счастливая улыбка. - Дура, да? – она нависла перед ним, опираясь на локти. Почему-то эта поза не казалась им компрометирующей или чересчур интимной. Вообще не хотелось больше ни о чем думать. А умирать хотелось меньше всего. - Не только, - Ивар внимательно разглядывал ее, медленно протянул руку и заправил прядку за ухо. - Еще и моя… моя дура… Она совершенно пропустила момент, когда расстояние между ними сократилось и он прикоснулся к ее губам. Это не было похоже на тот жадный, голодный поцелуй зверя. Сейчас он будто осторожно проверял, спрашивал ее разрешения. Он ведь ничем не лучше меня. Сам вручает мне свое черное, пропитанное болью и криками сердце. Возьму ли я его? И что отдам взамен? Ивар на секунду оторвался от нее, ища во взгляде нечто… только вот что? Не хотелось говорить, думать вообще было противно. Поэтому она кивнула, скорее себе, нежели оказавшемуся сверху, принцу и несмело мазнула губами по чуть покрытой щетиной, щеке. Аетэль отвела взгляд, не в силах наблюдать за изменениями, преобразившими каждую черточку его лица. Зрачки расширились так, словно он принял какое-то зелье, ноздри раздувались, а влажные губы приоткрылись. Ивар дышал так, словно зверь, наконец, настигший свою жертву после долгой погони… Ну, и что ты наделала? Его сейчас вряд ли остановить. Ты забыла, что это животное? Хотела поблагодарить за свое спасение? Вот он – любуйся. Герой и его жертва. Так было и так будет. Один из братьев лжец, другой… А собственно, кто он? - Ивар, не нужно… - прошептала она, не надеясь, что слова возымеют какой-либо эффект. Однако, к ее удивлению, его взгляд приобрел некую осмысленность, руки, сжавшие хрупкие плечи, ослабли и он откатился в сторону, усаживаясь на одном из камней. - Ты ему тоже так говорила? – хмыкнул он, глядя в сторону. – «Хвитсерк, не нужно…» - передразнил он ее. Аетэль встала и отряхнулась. - Нет, такого со мной он себе не позволял. Мы просто разговаривали, - не знала, зачем отвечает этому обозленному парню, зачем оправдывается так, словно Ивар до сих пор водит ее на поводке. – Ты, наверное, забыл, что наша вера не позволяет нам… делать это до свадьбы. Ивар зло усмехнулся и со всей силы запустил камешек в воздух. - Да, что ты говоришь, королева! – он рассмеялся, глядя на топчущуюся рядом Аетэль. Ей нужно было развернуться и уйти, но оставлять Ивара после случившегося не хотелось. Не так. – С ним вы, наверное, светлячков смотрели? Да, песенки пели? – язвительно прошипел он. - Да, - кивнула Аетэль. – Он прекрасно играет на… - Он прекрасно играет на моих нервах! – взорвался Ивар. – Хватит уже о нем! Уходи, я же вижу, ты этого хочешь! Ну, так и катись на все четыре стороны! Хоть в свой Бьерсекс проваливай! Все равно он с тобой еще быстрее загнется… А без кого загнешься ты, Ивар? Аетэль молча спустилась вниз. Уходя, она сама, не понимая зачем, оглянулась и тяжело вздохнула, увидев скрюченную фигурку на скале. Должно быть, безумие и отчаяние неразделимые понятия. Его глаза пылают странным огнем. И какая же нелепость полагать, что костер этот состоит из искорок ненависти. Все намного хуже. И это выжжет в тебе огромную дыру. *** Лагерта удивленно смотрела на нее. Аетэль склонила голову в немом приветствии. - Вчера я погорячилась… - королева Каттегат фыркнула, но ничего не сказала. – Я выбрала не того принца. Воительница усмехнулась. - То есть, ты решила выйти замуж за Ивара? Я правильно тебя понимаю? Аетэль кивнула. - Да. Или за него, или ни за кого. Можешь прямо сейчас пронзить меня своим мечом, - вздохнула девушка. – Я готова к этому…