Дым без огня
30 октября 2017 г., 19:01
Говорят, в нужный момент поддержка часто приходит откуда не ждёшь. Но обольщаться не стоит — исчезает она ещё более внезапно. И, словно издеваясь — в ещё более важный момент.
До встречи с тобой Пока Рик Граймс скитался в коридорах собственного безумия, на путь которого он не так давно встал, Карл и Дэрил брели по одному из бесконечных коридоров тюрьмы. До всего... До смерти матери... ...За всё время до можно было посчитать по пальцам, сколько раз Карл и Дэрил разговаривали или оставались один на один. И теперь, идя рядом с этим человеком, Карл, погруженный в свои мысли, внезапно услышал голос, обращенный именно к нему. — Знаешь, моя мама любила выпить. Любила покурить в постели, — без каких-либо предисловий начал Дэрил, — Я играл на улице. У всех были велики, кроме меня. И тогда мы услышали сирену... — особой разговорчивостью этот человек никогда не отличался, не говоря уже о том, чтобы делиться своими воспоминаниями. Поэтому Карл невольно старался не упустить ни слова. — Парни попрыгали на велики, а я побежал следом в надежде, что увижу что-нибудь интересное. Я бежал, но догнать их не мог. А когда забежал за угол, мои приятели смотрели на меня... Да все, кто был на улице, смотрели на меня. Всюду были пожарные машины, все соседи сбежались. Тушили мой дом. Моя мама сгорела в постели дотла. Карл внутренне замер: таких откровений он точно никак не ожидал. А Дэрил, пристально посмотрев на Карла, продолжил: — Это было самое страшное. Её будто стёрли начисто. Ничего не осталось. Люди говорили, что так будет лучше. А мне казалось, что это сон, — не требуя каких-либо комментариев, Дэрил закончил свой рассказ, продолжая идти по тёмному коридору. И это было настолько необычно, что Карл неосознанно запомнил тогда каждое произнесённое слово. Потому что это была не просто трагичная история из прошлого мужчины, которой тот решил поделиться. За всем сказанным скрывалась поддержка, которая была тогда так сильно необходима Карлу.***
Помимо тревожного, неприятного оттенка, к дневному сну, в который после уборки на складе провалился Карл, примешались отчётливые нотки дыма. Сперва слабые и едва различимые, они, в конечном итоге, заставили резко проснуться и сесть на постели. Это был не сон. Сквозь приоткрытое окно на втором этаже в комнату действительно проникал стойкий запах костра. По привычке коснувшись закреплённого на бедре тесака, Карл, перепрыгивая через несколько ступеней, спустился на кухню, а затем распахнул дверь, ведущую на задний двор. Увиденное заставило замереть на месте: Дэрил. Но Карл не успел позволить чувству радости овладеть им. Как и не успел обрушить на Диксона шквал вопросов на тему: как же ему удалось сбежать от Нигана — в поле зрения оказался отец. И, казалось бы, ничего сверхъестественного, да только на нём был надет фартук Оливии, а лицо при виде сына возымело странное, отчасти извиняющееся, но, в то же время, предупреждающее выражение. Причина же, по которой Карлу явилась сейчас эта странная картина, не долго оставалась в потаённом закулисье. — А вот и спящая красавица! — Карл резко обернулся на голос. Ниган стоял позади с большим ножом для разделки мяса и, водя языком по ряду верхних зубов, широко и хищно улыбался. От этого взгляда, как и от неожиданного появления мужчины, Карл тут же почувствовал волнение, за которое внутренне на себя разозлился, ведь по какой-то причине оно было почти... приятным? — Даже и не знаю, парень, назвать ли тот факт, что я не успел пойти и разбудить тебя лично, твоим невероятным везением или самым главным твоим жизненным провалом! — подойдя ещё ближе, Ниган приобнял Карла, сжав при этом его плечо и, наклонившись, проговорил над ухом: — Ведь наша сказка сильно отличается от каноничной: одним поцелуем дело бы явно не обошлось!.. Произнося всё это, Ниган с издевающейся ухмылкой посмотрел на Рика, а после выпрямился и заговорил уже более деловитым тоном, переведя взгляд на Карла: — Тебе, наверное, до жути интересно, какого хрена тут происходит? — кивнув в сторону Дэрила и Рика, Ниган повёл Карла во двор, начав спускаться с ним по ступеням вниз, при этом не убирая руку с плеча подростка, — Карл, вспомни, что я говорил, когда мы с тобой так мило сидели однажды на крыльце вашего дома, беседуя о том, куда же мне закопать тебя и твоего дорогого папашу!.. Карл лишь поморщился и вскинул на Нигана недовольный взгляд. — Ну?.. Или что, выбор клумбы, в которой я вас обоих похороню, помешал тебе тогда запомнить, что я пригласил вашего дорогого соседа на барбекю? Слушая разглагольствования Нигана, Карл с недовольством отметил, что и сейчас он не особенно улавливает суть, потому что не может перевести внимание от тяжёлой руки на своём плече и от того факта, что эту сцену сейчас наблюдает отец. Причём, последнее, вдобавок ко всему, ещё и вызывало совершенно неуместное чувство неловкости. — Карл, ты же умный, ты прекрасно знаешь, что я — человек слова. Поэтому ... — Ниган театральным жестом указал на недовольных мужчин, вынужденных делать всё, что велит им «режиссёр» этого представления, — Барбекю! — А ты не мог бы хоть раз не быть «человеком слова» и не устраивать цирк? — зло произнёс Карл, повернувшись лицом к Нигану и подняв на него хмурый взгляд. Часть внутреннего «Я», отвечающая за самосохранение, понимала, что говорить с Ниганом подобным образом на людях — не самая лучшая идея. Но, глядя, как в очередной раз этот человек унижает его близких, превращая их в рабов, удержаться не получилось, и слова всё же были сказаны. При этом в голове тут же пронеслась странная мысль, что по какой-то причине Ниган позволяет обращаться и говорить с собой, когда они наедине, более свободно. Но взгляд, которым смерил его Ниган сейчас, говорил именно о том, чего Карл и опасался: сейчас не тот случай для подобного обращения. Возникшему напряжению не дал разрастись детский капризничающий голос. Карл повернул голову и только сейчас заметил в тени у дерева Оливию с его сестрёнкой на руках. — Я должна уложить её спать, — как можно твёрже постаралась сказать женщина, поднимаясь со стула под пристальным взглядом Нигана. И Карл был ей бесконечно благодарен: пусть Джудит находится как можно дальше отсюда. — Никто никуда не пойдёт. — Карла заставил вздрогнуть ледяной тон главного «спасителя», который словно наслаждался тем, как накалилась вокруг атмосфера. Ниган выждал несколько томительных секунд, а после зачем-то посмотрел сперва на Карла, а затем окинул взглядом его сестрёнку и улыбнулся: — Кое-чего не хватает! — Ниган вальяжным шагом направился к Оливии, лицо которой уже чуть ли не дрожало от страха. — Джудит, мой ты ангелочек! — подойдя к державшей на руках малышку Оливии, засюсюкал Ниган. — Надеюсь, ты не расстроишься, если я её позаимствую? — Ниган протянул руку и осторожно снял с волос Джудит сиреневую резинку, которая скрепляла её кудряшки в миниатюрный хвостик. — Нет?.. Ты определённо нравишься мне больше всех в этой семье! Затем Ниган наклонился к малышке ближе и заговорщически произнёс, глядя при этом на Карла: — Хотя, скажу по секрету, твой брат мог бы посоревноваться за первенство быть моим любимчиком, но... — немного отступив от Оливии и Джудит, — Он бы тогда не был таким чертовски крутым оторвой! — воскликнул Ниган. После чего посмотрел на Оливию: — Да, уложи крошку спать. Женщина направилась к дому, но уже на крыльце её догнал хрипловатый голос: — Оливия! — женщина резко остановилась и повернулась, — Милая, будь зайкой: приготовь нам лимонад. Я же знаю, что оставил вам растворимый. Приготовь, не торопись, сделай вкусно. Удовлетворившись нервным кивком женщины, Ниган, широко улыбаясь, повернулся ко всем остальным и посмотрел на Дэрила, успевшего обменяться с Риком многозначительными взглядами. — Наколи дров. — тон, которым это было сказано, предупреждал: ещё одна подобная выходка, и наказание не заставит себя ждать. Но после этого Ниган внезапно расплылся в широкой улыбке: взгляд Карла, с которым он встретился, был полон нескрываемой ненависти. — Ну же! Парень! Ты что, ни разу не был на барбекю? Там всё заканчивается либо пьяным угаром с потрахушками, либо сидением у костра! В нашем случае костер подходит больше. К сожалению. — Ниган на секунду замолчал, а после, всё так же глядя на Карла, словно нехотя, добавил: — Поэтому я и... попросил Дэрила заняться делом. Вносить свой вклад. Слова о необходимости вносить свой вклад Карл слышал не раз от этого человека и впредь, но именно сейчас они звучали не так, как обычно: тон, которым они были произнесены, словно желал оправдать проявленную резкость. Ага, конечно. Ниган увидел, как тебя это расстроило, и решил пуститься в объяснения. Ещё напридумывай себе там «извинительных интонаций» в его голосе. Карл поморщился, услышав язвительность своего внутреннего голоса. Он возник не так давно, и почему-то «включался» лишь когда размышления касались Нигана. — Вот, к примеру, — при этих словах Ниган двинулся к Карлу, — Ты знаешь, в чём будет заключаться твой вклад, Карл? — Обойдя Карла и встав позади, Ниган положил одну руку ему на плечо. Затем невесомым касанием провел ею вверх по шее, заставив Карла вздрогнуть. После — он коснулся волос, убирая русые пряди с уха, зачёсывая пальцами назад, — Знаешь?.. — прошептал Ниган, второй рукой начав проделывать то же самое с другой стороны. Не имея понятия, что именно затеял Ниган, Карл старался отогнать нелепые и неуместные мысли: по какой-то причине он совершенно не ощущал какой-либо опасности — лишь дикую неловкость от того, что за всем этим сейчас наблюдали отец и Дэрил. — Твой вклад, Карл, самый неоценимый, потому что ты будешь со мной заниматься кое-чем по-настоящему мужским, — Ниган натянул волосы назад, заставив, тем самым, Карла отклониться и прижаться к нему спиной. Заставив Карла испытать ещё большую неловкость под бешеное сердцебиение. — Мы будем заниматься... — в конце концов Ниган, собрав волосы Карла в одну руку, закрепил их резинкой, что позаимствовал у Джудит, — Подготовкой мяса! — воскликнул Ниган, хлопнув Карла по плечу, заставив резко вздрогнуть, — Круто, да? Обойдя Карла, Ниган осмотрел его и ухмыльнулся, оставшись довольным результатом.***
Чуть ли не с самой первой встречи приметив нездоровый интерес Нигана к сыну лучшего друга, сейчас Дэрил осторожно наблюдал за происходящим из-под свисающих прядей волос. При этом он, между делом, бросал быстрые взгляды и на самого Рика, желая убедиться, что провокации Нигана не вынудят Граймса-старшего сделать нечто безрассудное. Дэрил хорошо помнил, на что способен Рик, когда его сыну грозит опасность. В момент, когда этот мерзавец с наглой ухмылкой на лице вынудил мальчишку прижаться к нему, Дэрил, помимо злости, буквально кожей ощутил, что напряжение возросло. Поэтому, наблюдая за реакцией Рика, отвлёкся и нечаянно вскользь ударил себя топором по большому пальцу, из которого тут же начала сочиться кровь.***
Заметив резкий порыв Рика помочь другу, Ниган отрицательно зацокал языком, давая понять, что не разрешает ему двигаться с места, а после с издёвкой заговорил, уже обращаясь к самому Диксону: — Ну же, Дэрил! Говоря о мясе, я не имел ввиду то второсортное дерьмо, из которого состоишь ты! Или, неужели, так сильно хотелось мне угодить, что... Не слушая дальнейшие разглагольствования и проигнорировав запрет для отца, Карл, зло глянув на Нигана, быстрым шагом направился к дому. Удивляясь попутно тому, что не слышит в свою сторону каких-либо запретов. — А он смелый. — подойдя к Рику, произнёс Ниган, глядя Карлу вслед, — В отличие от одного труса, которого я знаю. Он мне нравится... — в это мгновение во взгляде Рика появилось нечто такое, что заставило Нигана замолчать, а после широко улыбнуться и с издёвкой произнести: — Ну же Рик, хочешь мне что-то сказать? Ну? Молчание. — Так я и думал.***
Оказавшись в доме, Карл быстро достал из кухонного шкафчика аптечку, но, прежде чем выходить обратно, отложил её в сторону и упёрся обеими руками о столешницу. На пару секунд прикрыл глаза, медленно выдохнул. И с новыми силами, словно входя в горящий дом с адским пламенем, а не выходя из дома вполне обычного, быстро спустился по ступеням и направился к Дэрилу, попутно глянув на Нигана, который уже стоял рядом с его отцом. От этой картины тут же возникло чувство тревоги: не ухудшил ли он своим поступком положение отца, Дэрила или всей общины в целом. — Ты как, держишься?.. — одними губами прошептал Карл, серьёзно посмотрев Дэрилу в глаза, наклеивая на глубокий порез пластырь. Получив в ответ положительный кивок, Карл, хмурясь, обернулся, желая смерить Нигана недовольным взглядом, потому что, несмотря на успокаивающий кивок Дэрила, на его лице были синяки. Но, встретившись взглядом с «главным спасителем», Карл нахмурился, но уже не от негодования, а от непонимания: лицо Нигана выражало сейчас нечто такое, что вызывало в душе совершенно противоречивые эмоции — это было нечто похожее на гордость?.. Одобрение?.. Восхищение?.. Карл так и не смог разобрать, что же это было, учитывая, что от встречи взглядов возникшая тут же «маска» мгновенно скрыла увиденное. И с каких это пор «монстрость» этого убийцы у тебя называется маской, Карл? Может, ещё напридумываешь себе сказку, что ему самому не хочется эту ужасную маску носить; что этот психопат только и ждёт того, кто смог бы помочь ему эту ненавистную маску снять? Очнись, этот человек тот, кто он есть. Не ищи тайных смыслов и подводных камней.***
Дождавшись, наконец, конкретных распоряжений от Нигана, за которым уже устал ходить и возле которого уже устал переминаться с ноги на ногу, словно щенок в ожидании команды, Карл невольно размышлял о том, каким же был этот человек прежде. Глядя на мужчину сейчас в относительно обычной среде, в голову невольно лезли образы, подкидываемые воображением, и возможные картины из прошлого этого человека. Также Карл, как должно быть и отец, радовался тому факту, что Мишон сейчас была не здесь. И хотя Ниган её отсутствие и отметил, допрашивать не стал. Правда это дало ему другую тему для шуток и издёвок, касающуюся того, кто же заменит «юному беспризорнику, из которого растёт серийный убийца» мать, и что не дело, когда не вся семья в сборе. Но возвращать, к новой радости Карла, из дома Джудит и Оливию Ниган не стал. Лишь ещё некоторое время, пока отец накрывал на импровизированный стол, порассуждал на тему кто есть кто сейчас в «нашей семье», обрамив всё это, конечно, излюбленной пошлостью и непристойностями; то давая в этой «семье» ту или иную роль сооружающему место для костра Дэрилу, то эту роль у него обратно отбирая. И за всеми этими размышлениями Карл упустил момент, когда Ниган ненадолго исчез из поля зрения, а когда появился, у него в руках уже был футбольный мяч. При этом он что-то говорил, но Карл, выйдя из раздумий, уловил только то, что было обращено уже непосредственно к нему: — Лови, пацан! И давай без этих кислых мин, или это будет не единственное, что ты поймаешь от меня, усёк?***
— Ну, как вам? Отличная свинина, этот хренов король Иезекииль знает толк в скотоводстве! При этих словах кусок мяса тут же встал комом в горле: Карл помнил рассказы Иисуса о том, чем именно в Королевстве кормят свиней, которых потом отдают Спасителям — мертвецами. Желая поскорее чем-нибудь запить и наконец-то проглотить этот злосчастный кусок, Карл встал, чтобы налить себе лимонада. Рядом со столом, на котором стоял напиток, парень увидел небольшую коробку, в которой, по мимо всего прочего, лежала упаковка, своим названием и видом уносящая в далекое прошлое: в детство. «Chocopai» — гласила этикетка. — Если бы я был твоим чёртовым папашей, — раздался рядом голос подошедшего Нигана, — то, наверняка, брякнул бы что-нибудь занудное вроде: «Ты испортишь сладким аппетит!» или «Ещё рано переходить к десерту, Карл!». Но! Тебе повезло, пацан! Я — не твой отец, и не твоя мать, которую ты... При упоминании о матери, парень уже было внутренне напрягся, ожидая продолжения из уст мужчины, которое, несомненно, должно сейчас сделать ему больно или, как минимум, задеть его. — Поэтому, — Ниган протянул руку и извлёк манящую коробку с пирожными, вручив её Карлу: — Не за что. — подмигнул Ниган.***
— В микроволновке получилось бы лучше... — пробормотал Карл, пытаясь аккуратно разогреть над огнём наколотое на ветку пирожное. — Что, прости? — услышал парень рядом с собой хрипловатый голос, даже не заметив, как его обладатель успел усесться рядом. — Ну, это пирожное... — сам не зная зачем, начал пояснять парень, не отрывая при этом взгляда от начавшего таять лакомства, — Его нужно греть в микроволновке, прежде, чем есть. — Впервые слышу такой бред, пацан, но можешь продолжать. — Нет, ты что, серьезно?.. — Карл недоуменно уставился на Нигана, словно тот сознался в чём-то невозможном, — Погоди, ты никогда не ел его как положено? — Положено кем, тобой? — Блин, вот смотри... — парень поднёс наколотое подтаявшее пирожное и, словно забыл, с кем он сейчас разговаривает, продолжил уже наглядно и с энтузиазмом пояснять: — Видишь этот зефир? Он должен немного подтаять, как и шоколад. Иначе, в чём смысл? — Попробуй! — воскликнул Карл, видя скептицизм на лице мужчины.***
Ненависть, угроза, беспомощность — вот какие чувства наполняли сейчас Рика. Он сидел напротив Нигана и Карла и видел через языки пламени костра, что их разделял, как его сын, сам того не понимая, играет с огнём. Гнев, поднимающийся изнутри, от мыслей... От воспоминаний о ночи, когда он видел Нигана со своим сыном... Этот лишающий разума гнев помог сейчас охладить взгляд Дерила, в котором читалось понимание, но и предупреждение: «Не сегодня». — Чёрт, пацан, она сгорела!.. — раздался недовольный голос Нигана под детский тихий смех, которого Рик от сына не слышал уже очень давно.***
После тебя Карл сидел и смотрел на языки пламени костра, невольно думая станет ли ему когда-нибудь лучше?.. Но, вероятно, Нигана было в его жизни слишком много. Так много, что он успел въесться в душу, в сердце, растечься по венам... Ещё недавно жизнь без мужчины показалась парню возможной. Показалось, что у него впереди есть будущее. Показалось, что... Показалось. Отсутствие Нигана с каждым прожитым днём становилось заметно ещё более остро. Более остро под рёбрами. Ещё недавно в груди бушевал самый яркий, пусть и обжигающий его самого огонь, который удалось зажечь самому, казалось бы, неподходящему человеку во всём мире. А теперь на этом месте было лишь ещё не остывшее пепелище. А напоминанием о ещё недавно бушевавшем пламени был сейчас лишь режущий глаза и душу дым. И сидя у вечернего костра в кругу близких, Карл внезапно понял, что не в силах больше держать эту боль в себе. — Помнишь, ты рассказывал мне о своей матери? — внезапно даже для самого себя, Карл обратился к сидящему рядом Дэрилу, — Ты говорил, что самым страшным было то, что её будто стёрли начисто, что ничего не осталось. А люди говорили тебе, что так будет лучше. Тебе казалось, что это сон... — Помню, но... — Я видел, как вы тащили его тело за ворота, — все, кто был рядом, замерли. Карл прежде никогда ещё не говорил о случившемся. — Я слышал, как ходячие не оставляют ничего от человека, который... которого я... — парень запнулся на мгновение, сглатывая ком в горле, — Вы хотели как лучше... Не стали тогда ждать... — «Мы казним его на рассвете» — болью отдалось в груди. — Но так не было лучше, Дэрил. Не было. И это был не сон.
Примечания:
Посвящение-и-вывеска-для-меня:
Это должно было быть подарком одному моему любимому человечку.
На 30 июля. Кхм.
Надеюсь, три месяца — не слишком большое опоздание :D
