Эйфория, уничтоженная реальностью

      Искривленный лучик света, пробивающийся через темные занавески в спальне и падающий на подушку. Твое пробуждение протекает бодро и ненапряженно. В голове не возникает мыслей о том, как ужасен будет предстоящий день. Ты идешь в ванну, где принимаешь прохладный и бодрящий душ, а затем с новыми силами спускаешься вниз, на кухню, где вся семья уже ждет тебя. Вы завтракаете легким, но сытным завтраком, который наполнит вас энергией на весь день. Затем ты поднимаешься обратно, наверх, и собираешься. Спускаясь вниз, ты видишь, как мать нежно целует отца, провожая его на работу, а твоя младшая сестра уже устроилась на диване в гостиной и смотрит утренний выпуск мультфильма. Все это не про меня.       Я проснулся посреди ночи от надоедливых звуков сирены за окном, которые преследовали меня даже во сне. На часах мигали цифры белого цвета: «3:47». «Очередная бессонная ночь» - подумал я, как только открыл глаза. Да, это была пятая, если не шестая ночь подряд, как я не могу нормально уснуть. Я совсем сбился со счету. Засыпая, я не могу отделаться от чувства, что я в доме не один. Все время мое сознание тревожат ужасные мысли, которые не дают мне покоя. Я часто просыпаюсь среди ночи в холодном поту или в панической атаке, которая настигает меня еще во сне. Просыпаясь, я проклинаю то, что мне снилось, но, что пугает меня больше всего, так это то, что я не помню… Не помню, какие сны мне снятся. За всю свою сознательную жизнь я не запомнил ни одного сна: светлого или темного. А в последнее время я еще и просто испытываю горькое «послевкусие», словно только что съел грейпфрут. Подобное состояние началось у меня совсем недавно, буквально неделю назад, когда я съехал от родителей. Возможно, это вызвано какими-то переменами и непривычным образом жизни. Я отвык от той теплой и семейной атмосферы, что царила у нас в доме. Вместо частного сектора с цветущими клумбами за окном теперь узкие и извилистые улицы с однотипными мрачными зданиями. Я встал с кровати и одернул шторы. Лунный свет ударил в окно, окинув мою захламленную комнату с еще не разобранными после переезда коробками. А вместо теплых маминых кофейных вафель на завтрак теперь подгорелая яичница, которую я готовлю сам, или свежеиспеченное печенье моей соседки, которая редко заглядывает ко мне по утрам. О ней вы узнаете чуть позже. Я прошел на кухню, налил себе стакан воды и запил таблетки, которые прописал мне врач. По его словам, они должны были избавить меня от назойливой мысли чужого присутствия и от бессонницы. Но пока я видел в них мало толку. От них мне только больше не хотелось спать, и повышалась работоспособность. Кажется, я иду в этом мире против системы. Прошло еще как минимум три часа прежде, чем прозвенел будильник. Но в последнее время он не особо выручал меня. Приняв теплый и расслабляющий душ, я приготовил свое «коронное» блюдо и, не спеша, с неким отвращением съел его. Затем собрал рюкзак и, закрыв дверь на ключ, направился в университет, на пары.       Я жил в трех станциях метро от учебного заведения. Это не так уж и далеко, учитывая масштабы этого города. На улице заметно похолодало – зима только начиналась, а я уже ждал ее конца. В зимнее время года в Мюнхене немного холоднее, чем в Лондоне, где я жил до того, как переехал сюда. Да, неделю назад я съехал из Великобритании в Германию с целью обучения в одном из лучших университетов, куда меня приняли без проблем. Я понимал, что поначалу одному будет тяжело обустраиваться в новом городе, даже в новой стране, но обучение было на первом месте. Тем более, новые знакомые окружили меня довольно быстро. Спустившись по широкой лестнице, украшенной коваными перилами в готическом стиле, я вышел на улицу. Мне повезло поселиться в этом районе – станция метро находилась всего в двух шагах от моего дома. Спустившись под землю, я, как обычно, приложил проездной и, дождавшись зеленой лампочки, прошел дальше. В тот момент, когда я заходил на перрон, мой поезд уже прибыл. «Как вовремя я дошел», - еще подумал я в тот момент и забежал, как обычно, в привычный для меня третий вагон. Здесь ничего не меняется. Каждый день на протяжении недели я езжу в это время в метро с одними и теми же людьми: пожилая женщина, одетая в довольно дорогие вещи и каждый раз несшая с собой какой-то пакет; мужчина лет сорока, который каждый день читал новый выпуск одной и той же газеты. Я оглядывал взглядом полупустой вагон метро. А также молодая и, на первый взгляд, привлекательная девушка, всегда становившаяся возле двери и выходившая на следующей же станции. «Все как всегда», - подумал я прежде, чем мой взгляд упал на молодого человека, сидевшего прямо напротив меня. Он не вписывался в тот антураж, что уже стал привычен моему глазу. Я вижу его впервые. Сам того не замечая, я с интересом разглядывал молодого парня, упорно уставившегося в какую-то книгу. Мой «сосед» был одет в не очень дорогие джинсы, которые можно купить в любом магазине города; в ботинки, которые наверняка ношены не первый сезон, и в темно-серую куртку, из-под которой торчала светло-голубая рубашка. К сожалению, я не мог разглядеть его лица (пряди светлых волос, берущие свое начало из темных корней, свисали и закрывали весь обзор).       Поезд остановился за одну станцию до моего университета, и парень напротив быстро выскочил из вагона, направившись в сторону кофейных автоматов. Я проводил его взглядом до тех пор, пока вагоны вновь не тронулись, и тогда я потерял его из виду. Тяжело опустившись обратно на сиденье, я замер. Внутри меня переполняло какое-то неописуемое ощущение. Казалось, будто сейчас я готов на что угодно, у меня хватит сил на все. Казалось, что наконец спустя неделю я снова могу испытывать что-то помимо желания нормально выспаться. Из моих собственных мыслей меня выдернул громкий механический голос: «Vorsichtig! Die Türen haben Schluß!»* Как только позволяла мне моя скорость, я подскочил с места и выскочил из вагона метро до того, как дверь за моей спиной нещадно захлопнулась.       В тот момент я и подумать не мог, что этот незнакомый мне парень сможет так сильно перевернуть мою жизнь. А началось все с того, что в один день он просто разрушил привычную для меня обстановку третьего вагона поезда, на котором я каждый день ездил в университет.