Утраченная невинность

POV Эдвард Прошла неделя с тех пор, как Элис ушла от Джаспера. Он остался, но не сходил с ума, как мы ожидали. Он признал, что между ними обоими никогда не было настоящей страсти, хотя был шокирован, что она смогла вот так просто бросить его после всех прожитых вместе лет. Я постоянно следил за его мыслями, чтобы удостовериться, что с ним все в порядке и что он не думает сорваться. И он не думал. Его не волновала человеческая кровь, не мучила жажда. Он замкнулся в себе, в основном сидел в своей комнате и выходил только поохотиться. Карлайл и Эсми уговорили его съездить с ними в Порт Анджелес в кино, чтобы потом вместе отправиться на охоту. Карлайл думал, что это помогло бы Джасперу прийти в себя, и тот согласился. Я был рад. Во-первых, потому что я знал, что он нуждался в этом, но по большей части потому, что Белла собиралась провести наедине со мной весь вечер. Чарли собирался на ночное дежурство и разрешил ей остаться у Элис. Он не знал, что она уехала, потому что Белла все еще предпочитала использовать подругу в качестве прикрытия, когда собиралась провести ночь со мной. Мне не терпелось остаться с ней наедине, но это и пугало меня. Я знал, к чему мы шли, и мой самоконтроль уже висел на волоске. Белла ломала мое сопротивление ночь за ночью, и я уже начинал поддаваться. Я хотел быть с ней, чувствовать с ней неразрывную связь и близость. Наши отношения становились крепче с каждым днем, ведь я начал давать ей то, чего хотела она и чего хотел я сам. Я не знаю, насколько далеко мы могли зайти сегодня ночью, но я хотел быть готовым ко всему. Я хотел сделать обстановку как можно комфортнее для нее, и поэтому я приобрел небольшой подарок. — Иди сюда, любимая, — сказал я и потянул её за собой в гостиную. — У меня есть кое-что для тебя. — Нет, — тяжело вздохнула она. — Я ничего не хочу. — Ничего? — уточнил я. Она залилась румянцем. Мне так это нравилось. — Думаю, тебе придется это по вкусу. — Я поднял ее на руки и взбежал вверх по ступенькам. — Эдвард! — завизжала она. — Поставь меня. Я сделал, как она просила, когда мы очутились у двери моей спальни. — Закрой глаза. Белла посмотрела на меня, скривив недовольную физиономию. — Будь ко мне снисходительна, — попросил я. Она не разрешала мне покупать ей ничего, и я не мог сдержать улыбки в предвкушении ее реакции. Я знал, что она одобрит. — Закрой глаза! — Ладно, — сказала она, надувшись и закрыв глаза. — Но ты всё, чего я хочу. Я сказала, что тебе совершенно не нужно дарить мне никаких подарков. — Белла, — сказал я, взяв ее за руку и открыв дверь. — Тебе правда нужно переступить через себя. Я так хочу радовать тебя. — Я очень ценю это, — сказала она. — Но у меня есть все, что нужно. — Она сжала мою руку своей маленькой ладошкой. — Как и у меня, — сказал я и поцеловал ее в лоб. Я развернул Беллу к середине комнаты и сказал, — А теперь можешь открывать. — Эдвард! — воскликнула она.- Кровать? — Я хочу, чтобы ты чувствовала себя уютно, когда остаешься у меня, — сказал я. — Это ты примешь? Она села на кровать и начала подпрыгивать на пружинящем матрасе. — Она такая большая! — Я Каллен, — ухмыльнулся я. — Мы все делаем по высшему разряду. Ты разве не заметила? — Мне так она нравится! — Белла откинулась на спину, и в одно вампирское мгновение я уже был рядом. Она повернулась ко мне лицом и медленно поцеловала. Я запустил пальцы в шелковистые каштановые волосы и углубил поцелуй. Она уже ловко избегала моих зубов, что помогало мне расслабиться, когда мы были близки. — То есть, обеспечить мне комфорт и уют на время сна было единственным поводом, побудившим тебя купить кровать? — спросила она, приступив к пуговицам моей рубашки. Казалось, наши ежевечерние тренировки прибавили моей девочке храбрости. — Ну, для наших развлечений дивана в последнее время стало не хватать. Белла сняла с меня рубашку и с восхищением посмотрела на мою обнаженную грудь. — Ты прекрасен, — сказала она и толкнула меня на спину, лаская страстными поцелуями шею и плечи. Боже, как это было приятно. Тело охватила сладкая дрожь. Я хотел почувствовать ее губы всей кожей. Ее тепло обволакивало всю мою сущность. Внезапно я отбросил мысли и просто отдался ощущениям. Я провел пальцами по мягким волосам Беллы и нежно направил ее пытливые губы ниже. Она продолжала покрывать мое тело поцелуями, но внезапно замерла, дойдя до застежки на джинсах. Мне хотелось закричать, чтобы она не останавливалась, и я неосознанно подтолкнул ее ниже. Белла напряглась, и я немедленно вышел из своего оцепенения. Я осторожно подтянул ее обратно к своим губам и нежно поцеловал. — Прости, — прошептал я. — Это было неправильно. Я бы никогда не стал заставлять тебя делать это. Она отвела взгляд, и я увидел смущение на ее лице. — Я хочу сделать это, — сказала она. — Но я не уверена, что знаю, как. Я приподнял ее подбородок и посмотрел в бездонные карие глаза. — Я никогда не стану принуждать тебя к чему-то, чего ты сама не захочешь, но я уверен, что бы ты ни делала, это будет потрясающе. Того, что мы вытворяем, уже достаточно, чтобы довести меня до кипения. Она улыбнулась. — Я возбуждаю тебя? — Серьезно, Белла? — улыбнулся я в ответ. — И ты еще спрашиваешь? Она наклонилась и снова поцеловала меня. Мой самоконтроль был на исходе. Я знал, что у нас впереди целая ночь, и после почти уже принуждения ее к оральному сексу мне нужно было прийти в себя. Я хотел, чтобы она задавала ритм. Я отстранился и обхватил ладонями ее лицо. — Я не хочу останавливаться, Эдвард, — умоляла она. — Пожалуйста… — Я не хочу торопиться. Я не говорю, что мы не займемся любовью сегодня, но что бы мы не собирались делать, я должен держать все под контролем. Она кивнула. Я наблюдал за ее прекрасными очертаниями. Да, устоять перед ней было задачей не из лёгких. Белла была слишком решительно настроена, а я не хотел больше сопротивляться. Я хотел сдаться. — Почему бы тебе не подготовиться ко сну? Устраивайся поуютнее, — предложил я. — Хорошо, — сказала она, встав и направившись к дорожной сумке, которую всегда брала с собой, собираясь ко мне. — Я бы сходила в душ. — Конечно, — улыбнулся я. — Я буду здесь, когда ты выйдешь. — Эдвард? — улыбнулась она, хитро подмигнув мне. — Да? — Только не надевай рубашку. — Да, я уже и не мечтал. Я послушался и не стал надевать рубашку, натянув только пижамные штаны. Я решил, что мне тоже нужно устроиться поуютнее. Я зажег свечи и расставил их по всей комнате. Я не был уверен, к чему именно готовился, но чтобы это ни было, я хотел, чтобы Белла чувствовала себя защищенно и спокойно. Она наслаждалась душем. Я хотел расслабиться перед ее возвращением. Я забрался в кровать и начал читать книгу. Но сконцентрироваться не мог, все, о чем я мог думать, это как мы снова будем лежать рядом в кровати. Меня возбуждала одна лишь мысль о Белле, лежащей рядом и согревающей своим теплым телом, прижатым к моему, мраморному и холодному. Я уже почти вскочил, чтобы проверить, почему она так долго принимает ванну, но услышал ее тихие шаги. Она стояла в дверном проеме. Ее длинные каштановые волосы были вымыты и высушены. Место традиционного мышиного спортивного костюма заняли темно-синяя майка на бретельках и облегающие шорты. Думаю, это были шорты. Они были очень узкими и маленькими, и практически не скрывали ничего от посторонних глаз. Я улыбнулся и поманил ее пальцем. Я слышал, как ее пульс участился, когда она прикусила нижнюю губу. — Я бы сказал, что не кусаюсь, — улыбнулся я. — Но мы знаем, что это не совсем так. Она рассмеялась и быстро нырнула ко мне на кровать. — А я продолжаю говорить тебе, что не против, если ты меня укусишь. Я покачал головой и закатил глаза. — Поверь мне, — сказал я. — Этого не было в моих планах на сегодняшний вечер. — А что было? — Хм, — сказал я, проведя кончиками пальцев по ее голой руке. Она вздрогнула от моего прикосновения. — Я бы начал с того места, где мы остановились прошлой ночью. — Напомни мне, на чем мы там остановились, — промурлыкала она, откинувшись на подушки. Я наклонился и нетерпеливо поцеловал ее. Я был настойчивее, чем полагалось, и ее губы, очевидно, должны были быть уже болеть. Но она не жаловалась. Напротив, она стонала и прижимала мое лицо теснее к своему. Я спустился ниже к ее шее и начал целовать ключицы, нежно прижимаясь к коже губами. Дыхание Беллы сбилось, когда она подтянула ногу к моему бедру, и я ощутил на коже невиданный до того момента жар. Теперь стон вырвался у меня. Прошлой ночью я поднял ее рубашку, чтобы ласкать грудь Беллы, но сегодня я знал, что белья под одеждой не было. Если я сниму с нее майку, она окажется совсем обнаженной. Захочет ли она этого? Несмотря на свой преклонный возраст, в вопросах секса я вел себя, как наивный подросток. Я понятия не имел, что делал. Как мне было понять, чего хотела Белла? Я продолжал целовать и покусывать ее шею, оставляя за собой красные следы. Рука скользнула вниз на ее обнаженную грудь, и я дотронулся до затвердевшего соска. Я стал ласкать его, чуть сжимая. Безумно хотелось прикоснуться к нежнейшей коже губами, и оторвавшись от шеи, я прижался ртом к тонкой ткани майки и чуть прикусил мягкую грудь. Белла выгнула спину, прижимаясь теснее ко мне, и обхватила ногами мою талию. Я и не знал, что мое тело еще способно так пылать. Она дрожала, пытаясь найти выход своему через край уже переливающемуся возбуждению. Мне нужно было это движение так же, как и ей, но я боялся, что если она продолжит в том же духе, я взорвусь, и насколько я понимал в сексе, это было бы слишком быстро. Я сел, и в ее глазах тут же отразилось разочарование. — Эдвард? Я покачал головой, и скользнул руками по ее бокам, ухватившись за края майки. — Сними это. — Ухмыльнулся я. Она села, пристально посмотрела на меня и медленно стянула майку. С моих губ сорвался ненужный вздох, когда взгляду открылось невероятное совершенство, которым была Белла. Ее кожа была нежной и мягкой, мерцание свечей придавали телу волшебный блеск. У меня пропал дар речи, а это случалось крайне, крайне редко. — Ты не смущаешься? — Она не краснела. Я не ожидал такого. — Я предназначена для тебя, Эдвард, — сказала она и приподнялась на коленях, глядя на меня. — И я хочу, чтобы ты сделал меня своей. Я обвил руками ее спину и притянул к себе. — Я не знаю, готов ли я к этому, Белла, — прошептал я. — Я не хочу причинить тебе боль, но я могу доставить тебе удовольствие и по-другому. Ты позволишь? Белла прикусила нижнюю губу. Никогда этот жест не казался мне таким сексуальным, как сейчас. Я лизнул ее губу и нежно прикусил. Стон сорвался с ее губ, а руки скользнули вниз по моей спине. Мы стали неистово целоваться, периодически в безумном порыве упуская губы друг друга. Мы одновременно рассмеялись, и я удивился, насколько расслабленными и спокойными мы оба были. Я начинал верить, что это все-таки было разумным решением. Я осторожно уложил ее на спину, чтобы наслаждаться видом восхитительной обнаженной груди. Я провел языком по нежной трепещущей шее, неторопливо спустившись к манящей ложбинке. Я прижался губами к груди и повторил все то, что несколько минут назад я проделывал через ткань ее майки. Белла обхватила мои бедра ногами и приподнялась мне навстречу. Я подхватил ее спину рукой и подтянул дрожащее от напряжения тело к своему, не скрывая предельного возбуждения. Я чувствовал, как она завелась, ее вибрации передавались мне. Боже, мне хотелось тереться о нее всем телом. Она пахла так восхитительно. Не отрываясь от нежной кожи соска, я начал толчками двигаться навстречу ей, чуть приподняв рукой влажную от пота спину. — Эдвард! — вскрикнула она, и мне понравилось, как она кричала мое имя. Я целовал ее, поднимаясь выше к нетерпеливым губам, и шептал — Тебе нравится это ощущение, Белла? — Да, ох… — она была дико напряжена подо мной и я знал, что её телу нужен был выход, но мог ли я помочь ей, не потеряв контроль? Я понимал, что с самого начала сегодняшнего вечера ни разу не задумался о ее крови. Нет, сегодня все мое внимание было приковано к ее телу. Я уткнулся лицом в шею Беллы, прямо за ухом. — Могу я дотронуться до тебя, милая? — прошептал я, дыханием охлаждая разгоряченную кожу. — Пожалуйста, — простонала она и, схватив мою руку, направила ее между своих ног. — Я так долго ждала, чтобы ты прикоснулся ко мне там. Кончики моих пальцев едва не загорелись, ощутив ее невероятное возбуждение, и она выдохнула, изо всех сил сжав мое плечо. — Ты должна сказать мне, если я буду слишком давить, — сказал я. — А это идея, — улыбнулась она. — Если бы я был человеком. А так я могу сделать тебе больно, — напомнил я ей. — Ты не сделаешь, — сказала она и дёрнулась мне навстречу. — Я тебе доверяю. Я это знал, и за это я ее любил. Мои пальцы продолжали ласкать разгоряченную кожу, и скользнув пальцем под ткань ее трусиков, я осторожно вошел в нее. — Да… — простонала она. — Еще… Видимо, я делал все верно, потому что она начала неистово целовать меня и двигалась в едином ритме со мной. Ее стоны обжигали мои губы, и чем быстрее я двигал пальцами внутри нее, тем более влажной она становилась. Ее возбуждение пахло так маняще, и чем сильнее оно становилось, тем больше я хотел попробовать ее на вкус. Я продолжал ласкать ее пальцами, но я не мог отказать себе в удовольствии вкусить ее. Я медленно отстранился от ее губ и опустился ниже. Чем ближе я наклонялся, тем сильнее становился аромат. Я остановился, когда уткнулся носом в резинку ее шорт, и быстро поднял глаза. Но она растворилась в своем экстазе. Она была прекрасна. Ее глаза были закрыты, и каждые несколько секунд томный стон срывался с ее полуоткрытых губ. Молниеносным движением я снял с нее шортики. Белла открыла глаза и посмотрела на меня в ожидании продолжения. Я расположился между ее ног и осторожно раздвинул их. — Ты так приятно пахнешь, — прошептал я и опустил лицо навстречу ее невероятному теплу. — Я должен тебя попробовать. Я почувствовал, как ее мышцы напряглись, и она попыталась сдвинуть ноги. Я посмотрел на нее, и снова мои пальцы очутились в горячем плену. Я задал ритм, которым она так наслаждалась еще несколько минут назад. — Расслабься, — прошептал я. — Я не сделаю тебе больно. Я провел языком по внутренней части ее бедра и ощутил сладость во рту, но этого было недостаточно. Мне нужно было больше. Я продолжал двигать пальцами внутри нее, и она начала расслабляться. Волна наслаждения охватила ее. Я почувствовал, как сокращаются ее мышцы, и быстро прильнул губами к тому месту, где только что были мои пальцы, скользнув языком внутрь. Полное и абсолютное блаженство! За все мое существование кровь ни одной моей жертвы, даже Беллы, моей певицы, не была так восхитительна. Она приподняла свои бедра навстречу моим губам и простонала мое имя. Тело моей девочки все еще дрожало от оргазма, и я знал, что у нее это было впервые. Мне было безумно радостно осознавать, что я мог доставить ей такое удовольствие. Когда ее судороги утихли, я отстранился и приподнялся. Я попытался сконцентрироваться, но моё возбуждение становилось уже болезненным, и я не был уверен, что мне с этим делать. Размышляя, я нежно покрывал поцелуями ее бедра. Я знал, чего хотел, но мог ли я рисковать? Хотя я никогда и не думал, что смогу сделать то, что сделал только что, не потеряв контроля, так что, может быть, всё-таки я смогу… Я поднялся с кровати и встал. — Эдвард, — сказала Белла, паника отразилась на ее лице. — Пожалуйста, не уходи. Ты в порядке? Я улыбнулся, и через мгновение мои штаны уже валялись на полу. Ее глаза расширились, словно она поняла, что я хотел сделать дальше. Я расположился сверху, поддерживая вес на предплечьях. Я наклонился к лицу Беллы и медленно, страстно поцеловал дрожащие от вожделения губы. — Я хочу тебя.- Я посмотрел в ее глаза. — Я люблю тебя всем своим существом и хочу разделить это с тобой, но пойму, если ты еще не готова. — Нет, — возразила Белла. — Я хочу чувствовать нашу связь. Это лишь сблизит нас. Это первый шаг в нашу вечность. Я готова. Я снова поцеловал ее и, осторожно раздвинув дрожащие от напряжения ноги, медленным движением вошел в нее. Я знал, насколько осторожным мне надо было быть. Я подался чуть дальше и почувствовал ее барьер. Надо было сделать все быстро, чтобы она не успела почувствовать боли. — Дыши, любимая, — сказал я и провел рукой по растрепанным каштановым волосам. — Я люблю тебя, — прошептала она. — Я тоже тебя люблю, — улыбнулся я, и рывком вошел глубже и зажмурился. Это было самое невероятное ощущение, которое я когда-либо испытывал. Я замер и посмотрел вниз, чтобы удостовериться, что Белла была в порядке. Она кивнула и улыбнулась мне. Я приподнял ее ноги, обвив их вокруг своей талии. Мы стали двигаться друг другу навстречу. Я чувствовал запах крови, но он не повлиял на меня. У меня даже не было яда во рту. Все это время Белла была права. Я справился. И я не понимал, зачем так долго сопротивлялся ее желаниям. Она была такая теплая и узкая, и я знал, что мог бы продолжать всю ночь. Я бы никогда не устал. Я догадывался, что усталости не было из-за моей вампирской сущности, но волновался, что это может причинить Белле неудобства. — Белла, все хорошо? Она не ответила, а только закрыла глаза и закричала. — Черт, Эдвард! Я сейчас снова…! Не останавливайся! Так, видимо, ей все же было вполне хорошо. Я ускорил темп и начал двигаться с вампирской скоростью. Это было нужно мне, и я чувствовал, что вот-вот взорвусь. Когда Белла выкрикнула мое имя, я уткнулся лицом в ее шею и ощутил трепещущую вену прямо под своими губами. Волна блаженства накрыла меня, и я стал думать, как легко было бы сейчас прокусить эту нежную кожу и пить сладкую, манящую кровь. Я лизнул ее шею, пока мое напряжение продолжало выходить, охлаждая ее внутренности. Я зажал ее волосы рукой, и внезапно мой настрой резко изменился. Я испытывал самое невероятное удовольствие за все свое существование, но когда я оказался на этом пике, перед глазами пронеслись лица моих жертв. Я начинал слышать болезненные и запутанные мысли этих убийц и насильников. Пламя охватило моё горло, когда я подумал о мыслях Джаспера, если бы он оступился, или когда я увидел мысли Эмметта о том, как тот пил кровь своей певицы. — Ай, Эдвард! — сказала Белла. — Ты схватил меня за волосы. Ее голос вырвал меня из этих мыслей, но лишь на мгновение. Я отстранился от ее шеи и посмотрел ей в глаза. — Эдвард? — сказала она. Я зажмурился и попытался абстрагироваться от ее голоса. У меня от него болели уши. Я открыл глаза, и она настороженно посмотрела на меня. — Все в порядке? — я слышал, как участилось ее сердцебиение. — Ты голоден? — Почему ты спрашиваешь? — Я охотился перед тем, как забрать ее этим вечером, причиной пламени в моем горле и боли в теле была явно не жажда. Это было что-то совсем другое. — Твои глаза черные. Чернее, чем я когда-либо видела, — сказала она. — Правда? — сказал я, лизнув ее губы. Я все еще оставался в ней, и ощущение ее обнаженной кожи подо мной снова заводило меня. «Это все от того, как я хочу тебя.» И я снова начал двигаться внутри нее. — Ты можешь, то есть, ты в состоянии снова делать это? — недоверчиво спросила она. Я рассмеялся. — Вампирам не нужно много времени на восстановление. Я бы мог делать это часами. Её глаза расширились, на лице отразилось волнение. — Видишь, надо быть осторожнее с желаниями, — сказал я ей.- Ты хотела этого, и теперь ты разбудила монстра. — Я замолчал, пораженный собственным словам. Монстра? Именно так я себя и ощущал. Отпустив себя и поддавшись своему желанию, желанию Беллы, я освободил зверя, которому не терпелось вырваться уже давно. Она обхватила меня ногами, но я мог видеть, как утомлена и измотана она была. Благодаря вампирской скорости я быстро кончил второй раз. Я прокричал ее имя, схватив за волосы и притянув к своим губам. — Моя! — рычал я. Белла тяжело дышала, ее тело было покрыто потом. — Эдвард, — выдохнула она. — У меня нет сил. — А у меня есть, — Ухмыльнулся я. — Нет, — сказала она. — Пожалуйста, мне нужен перерыв. — Только маленький, — сказал я. — Спи пока, я скоро тебя разбужу. — Эдвард? Это на тебя не похоже. Она была права, это был не я. Я всегда ставил ее желания и чувства выше своих, но сейчас я знал, чего хотел, и должен был держать себя в руках. Очевидно, близость с ней произвела на меня больший эффект, чем я ожидал. Я чувствовал себя другим. — Прости меня, — сказал я. — Спи. — Я укрыл Беллу одеялом и обнял ее. — Я люблю тебя, — сказала она и погрузилась в сон. Я смотрел на нее и гладил это красивое, нежное лицо. Я думал о том, что она значила для меня, и как я сделал ее сегодня своей. Я никогда не отпущу тебя…