Royal

      Как и ожидалось, ночь не принесла мне обычной радости сна. Примерно до четырех часов я не мог уснуть. Первые полтора часа я ругал себя за идиотское многоточие в последнем сообщении ему, потом еще два часа я вспоминал каждое отправленное слово и снова ругал себя, придумывая вариации сообщений получше. Остальное время я ругал себя за прочую сделанную и сказанную мною лабуду, касающуюся Арсения.       Для меня было дико странно и непривычно, что мои мысли так зациклены на одном человеке. И я сам не мог понять, чего я хочу и чего я жду. В общем, утром я был мало похож на человека. Ко всему в придачу я проснулся за двадцать минут до будильника, то есть на сборы у меня был целый час. Я быстро отогнал мысль о том, чтобы поспать еще немного, зная, чем это закончится. Еще пару минут повалявшись в кровати, меня подняла мысль о том, что сегодня я могу снова встретиться с Арсением, а выгляжу я, ну, не очень. Я полетел в душ и вымылся всеми гелями, которые стояли на полке, и дважды помыл голову (боже, зачем?). Слишком тщательно почистив зубы и воспользовавшись дезодорантом сверх нормы, я вернулся в комнату. Что мне надеть? Бля бля бля. Так, не паникуй, дружище. Нужно что-то клевое, но чтобы не выглядело, будто я специально для него наряжался. Ага, конечно, а что я сейчас делаю блин? Казалось, целая вечность ушла на то чтобы пересмотреть всю одежду. Я переоделся раз семь, но в итоге вернулся к первому варианту: серый свитшот с рваными вставками и зауженные черные джинсы. Натянув на ноги новенькие черные кроссовки, бегу к зеркалу высушить и уложить волосы. Из коридора мама кричит, что у меня осталось десять минут, иначе мы оба опоздаем. И куда делся целый час на сборы? Дурацкий Арсений, из-за него прихорашиваюсь как девчонка. С трудом уложив волосы, нацепив все побрякушки и не забыв о парфюме, хватаю телефон и портфель, и бегу следом за уже выходящей из квартиры мамой. Спускаясь в лифте, продолжаю поправлять прическу глядя на себя в огромное зеркало на стене. Вроде выгляжу неплохо. Может это все и зря, нечего было так заморачиваться. Когда мы быстро уселись в машину, мама сразу же утопила педаль газа в пол, и мы стремительно набирали скорость, пристегиваясь уже на ходу.       – Мам, полегче, – напряженно глядя на нее, сказал я. Не хватало еще разбиться по дороге в школу. – Мы нормально успеваем.       Притормозив на светофоре, она глянула на меня и кивнула, мягко улыбнувшись. Благо после этого она вела машину на привычных скоростях, и я расслабился. Следует на законодательном уровне запретить женщинам водить машины.       – А ты чего это такой красавец сегодня? – прервала некоторое время царившую в машине тишину мама.       – Я у тебя вообще-то всегда красавец, – вздернув подбородок, самодовольно заявил я.       – Что есть, то есть, – усмехнулась мама. – И все-таки, есть какой-то повод?       – Да нет, – я начал усердно рыться в бардачке, избегая маминого взгляда. – Есть жвачка?       – Да, поищи хорошенько, там должна быть.       – О, нашел, – я достал зеленую полупустую упаковку мятных жвачек и, улыбнувшись, взглянул на маму. – Конфискую.       – Мне хоть одну дай, – притворно обиженным тоном обделенного ребенка сказала мама.       Я вытащил одну жвачку из упаковки и положил в мамину протянутую руку, засунув остальную пачку в карман джинсов. Рассчитывая, что мама забыла о своих расспросах, я уставился в окно и по давно знакомому виду понял, что через пару минут мы будем на месте.       – Неужели у тебя кто-то появился? – приторно-сладким тоном выдала мама, отчего я уставился на нее огромными от удивления глазами. – Да? Я угадала? – коротко взглянув на меня, мама улыбнулась.       – Не, мам, с чего ты взяла? – отмахнулся я. – Ты же знаешь, что я люблю только себя.       Я снова самодовольно задрал нос до самой крыши, на что мама тихо усмехнулась. Она притормозила у тротуара и пожелала мне удачного дня, когда я забрал портфель и вышел из машины. Встретившись на входе в школу с Позовым, мы направились к шкафчикам.       – Ты чего сегодня так распетушился? – не оставил мой вид без внимания и друг.       – Что, так заметно? – поморщив нос, раздосадовано спросил я.       – Да не то что бы очень, – пожал он плечами. – Наверное, я просто слишком часто вижу тебя в домашнем.       К счастью, Дима больше не ворошил тему моего внешнего вида, и мы спокойно отправились на урок астрономии. Во время монотонного рассказа о созвездиях от старенького преподавателя меня начало жутко клонить в сон. Дима раз шесть за урок сказал мне «да поспи ты уже» и я практически ложился на парту, но потом вспоминал, что я уложил волосы, и если посплю, то все впустую. Поэтому с трудом высидев астрономию, мы пошли на химию.       Сегодня был тот день, когда наше с Димой расписание полностью совпадало, только сразу после уроков у него начинались тренировки в футбольной команде. Уже от его позиции нападающего в команде девчонки обращали на Диму повышенное внимание, а если учесть еще тот факт, что он отлично играл, то можно понять, откуда к нему столько уважения от парней и любви от девушек. Я неплохо разбирался в футболе и играл. Только разница в том, что я играл в «фифу» на консоли, а не в реальный футбол. Но матчи друга посещал все без исключений.       На химии Дима получил свою двойку за тест, как я и предсказывал. Я предлагал ему помочь и решить его вариант, раз уж мне эта чухня так легко дается, но он был на удивление честным и справедливым, поэтому никогда не списывал. Я получил свою пятерку, что ни для кого не было сюрпризом, и пока все стали рассматривать ошибки, я достал телефон и залез ВК. Арсений был онлайн, мое последнее сообщение с дебильным многоточием было прочитано и после него новых сообщений не наблюдалось. Я немного разочарованно вздохнул. Быть паинькой, говоришь? Весьма странное выражение. Так, стоп, нет, не надо вот этого вот, Шастун. Опять себе голову забиваешь, прекращай.       Я глянул на недавние сообщения ВК и открыл диалог с Димой. Со вчерашнего вечера он скинул мне несколько забавных постов из пабликов. Высший уровень близости – скидывать друг другу хахайки, какими бы они идиотскими или даже аморальными не были, зная при этом, что собеседник тебя поймет. Мне казалось, что наше с Димой чувство юмора совпадает если не на все сто, то на девяносто девять процентов так точно. Я старался не заржать в голос, просматривая эти сообщения, и пихал друга локтем в бок, так как он был виновником моего неадекватного поведения на уроке. Я попросился выйти, чтобы спокойно высмеяться в туалете. Задержав дыхание и вылетев из аудитории, я забежал за угол и вышел на лестницу. От души проржавшись, так, что аж слезы из глаз потекли и в животе закололо, я отдышался, утер слезы и направился обратно, все еще немного посмеиваясь.       Остановившись на углу коридора, я решил напоследок перевести дыхание, чтобы окончательно успокоиться, но в итоге чуть не расхохотался снова. Я, наверное, выгляжу сейчас как полный кретин. Вздохнув в последний раз, я машинально обернулся посмотреть, не было ли вокруг свидетелей моего припадка, и увидел в другом конце коридора знакомый силуэт. Мне кажется, что я его на расстоянии пяти километров разглядеть и узнать могу. На нем были синие джинсы с дыркой на колене и черная футболка с какими-то красно-белыми знаками. Он вышел из аудитории и зашел в противоположную. Слава богу, он меня не видел и тем более не слышал. То, что я ржал на лестнице, вероятно, не подпадает под его определение паиньки. Или что он имел в виду? Вообще навряд ли это, но в любом случае он меня не заметил. Погодите, а там, куда он вошел разве не кабинет зам директора? Чего это он среди урока к заму побежал? Хотя какая разница, это меня не касается.       От приступов смеха не осталось и следа, и я вернулся в кабинет. Мое поведение привлекло лишнее внимание некоторых учеников. Разблокировав телефон, я обнаружил новое сообщение, но получил я его, увы, не от того, от кого хотелось бы. Сообщение было от Эли. Временами мне казалось, что она пытается ко мне подкатить, но, наверное, это во мне говорило мое ЧСВ. Хотя, честно говоря, она явно не мой типаж. Глупенькая девочка, которая стремится стать центром вселенной. Да что уж там, она ведь капитан команды чирлидеров. Она всегда была в топе красавиц школы на первом месте, и ухажеров у нее было немерено. Все знали, что на нее положил глаз капитан футбольной команды – Матвей. Парень симпатичный, но особо умом не одарен. Он же был в топе красавцев школы и наверняка возглавлял его. На самом деле странно, что эти топы обсуждались часто и всеми кому не лень, но я никогда не знал, откуда они берутся и не вдавался в подробности всей этой ерунды. А еще не слышал про Арсения в этих топах. Неужели он непопулярен? Да быть того не может. Я просто никогда особо не интересовался, поэтому знал слишком мало. Дима пощелкал пальцами у меня перед глазами, и я часто заморгал.       – Ты решил с открытыми глазами вздремнуть?       – Просто задумался. Ты что-то хотел? – я вопросительно взглянул на друга.       – Да. Можешь объяснить, как уравнивается эта реакция? – он подсунул мне листок с задачей по химии.       Просмотрев все записи друга, я увидел, что он несколько раз пытался решить сам, прежде чем просить моей помощи. Мне так нравилась эта черта в нем, что он постоянно стремился все сделать сам, однако не был слишком гордым, чтобы просить о помощи в случае неудач. Я быстренько объяснил ему, в чем его ошибка и подробно расписал реакцию. Дима поблагодарил меня и продолжил решать самостоятельно, а я вернулся к телефону.       Элина Смирнова (9:26) «С чего там хохочешь, Шастун? Не поделишься?)»       Вряд ли ей придется по душе шутка про гей-порно.       Антон Шастун (9:34) «ууу тебе скажи»       Элина Смирнова (9:35) «Ну а ты скажи)»       Не то что бы мы с ней когда-нибудь были особо близки, но иногда обменивались бессмысленными сообщениями и здоровались, пересекаясь в коридоре. Однако, когда девушка начинала докапываться, как в данный момент, она меня раздражала. А докапываться до меня она ой как любила.       Антон Шастун (9:35) «не заслужила»       Она отправила стикер с обиженным котиком, на что я ответил стикером с енотиком, пожимающим плечами, и вышел из ВК. Демонстративно раскрыв конспект, я начал усердно его листать оставшиеся пять минут до звонка. Это определенно помогло мне не встречаться взглядом с оборачивающейся на меня Элей. Наконец прозвенел звонок, и мы перебрались в кабинет английского.       В коридоре я тщетно пытался высмотреть в толпе Арсения, чем вызвал непонимающий взгляд Димы. И все-таки комментировать мое поведение он не стал, что показалось мне странным. Английский мне нравился, и особых проблем с ним у меня не было, поэтому весь урок я усердно выполнял упражнения, в то время как мой друг с кем-то увлеченно переписывался ВК. Я немного завидовал ему, потому что тоже был бы не прочь кое с кем увлеченно попереписываться.       Урок закончился, и началась большая перемена, а значит время столовой, а значит еще одна возможность пересечься с ним. Я чувствовал себя уже каким-то помешанным. Я только и делал, что думал об Арсении и выискивал его в толпе учащихся. Стоя в очереди и попутно накладывая еду себе на поднос, я постоянно оглядывался, но так и не увидел его.       Усевшись за привычный столик, я завел с Димой разговор о всякой чепухе, чтобы немного отвлечься. Я как всегда набрал себе всего и побольше, а Дима, удивляясь, куда в меня столько лезет и почему я никогда не толстею, ел порцию правильного питания. В средних классах он был полноват, пока не начал гонять в футбол. Сначала просто чтобы убить время, потом вступил в школьную команду и начал налегать на спорт и подбирать себе рацион. Это, наверное, в каком-то роде было диетой – он отказывал себе во вредной пище и в сладостях. Хотя не сказал бы я, что он страдал от того, что не ест такое. И выглядеть он с тех пор, как начал вести такой образ жизни, стал намного лучше. Я бы не назвал его зожником, так как он все-таки курил и временами любил выпить, но в целом он был здоровее многих. И несмотря на то, что он намного ниже меня, я уверен, что если бы мы начали серьезную драку, то он уложил бы меня с первого удара.       Отобедав, я запихнул в рот сразу две жвачки (ну, на всякий случай), поделился с другом и мы с обреченными лицами поплелись на математику. Когда меня вызвали к доске расписать номер из домашнего задания, я мысленно поблагодарил Арсения за то, что вчера сделал все уроки, в том числе и ненавистную алгебру. Когда преподавательница проверила и с удивленным лицом заявила, что все решено верно, я с не менее удивленным лицом вернулся на место в сопровождении таких же удивленных взглядов учеников. Все знали, что алгебра это явно не мое. Даже если я старался, что вообще-то бывало не так уже часто, у меня все равно находились ошибки. Однако я получил заслуженную пятерку и до конца урока еще миллион раз обернулся к Диме с фразой «ты видел? Нет, ты это видел?» и, судя по его выражению лица, откровенно его этим заебал.       После математики оставалась лишь география. День проходил сравнительно неплохо, и ничего не предвещало каких-либо неприятностей. Кабинет географии находился по соседству с кабинетом математики, поэтому мы с Димой не спеша переползли в него и устроились на своих местах. Я был уже близок к тому, чтобы забить на прическу и рухнуть на парту. География всегда проходила скучно. Учитель особо не спрашивал и тем более не проводил контрольных. В основном мы просто отдыхали и дремали под его монотонный бубнеж. Прозвенел звонок на урок и одновременно с этим мой телефон зажужжал в кармане, уведомляя о новом сообщении в Вотсап.       13:01, Мама: «Сегодня обедаю с коллегой, так что ты снова сам»       Блин, а раньше нельзя было написать? Хоть бы свалил с географии. Быстро ответив ей «ладно», я повернул голову в сторону объекта внимания всей аудитории в виде опоздавшего и услышал знакомый голос:       – Можно?       Преподаватель кивнул, и парень подошел к нему, передав пару бумаг и что-то тихо объясняя, немного жестикулируя левой рукой, а в правой держа сумку.       – Ясно, хорошо, – послышалось от мужчины. – Присаживайтесь на любое свободное место.       Он плавно прошел к последней парте ряда около двери и сел с Аленой. Я не моргая следил за ним, в то время как он ни разу даже не глянул в мою сторону. Если вы еще не догадались, то этим парнем был не кто иной, как Арсений Попов собственной персоной. Дима даже не заметил его появления, продолжая с кем-то переписываться. Я был практически на всех уроках географии и что-то не припомню, чтобы мы были в одной группе. Если бы у нас хоть один урок в неделю совпадал, я бы заметил. Сказать, что я сидел в полнейшем ахуе – ничего не сказать.       Я не сводил с него взгляда минут двадцать. Просто сидел, откинувшись на спинку стула, дабы Позов не закрывал мне обзор, и наблюдал, как Арсений смотрит на преподавателя и слушает тему, как периодически что-то записывает в конспект, как обменивается парой фраз с Аленой и улыбается ей. Позже, так ни разу и не взглянув в мою сторону, он покрутил в руке карандаш, после чего поднес его ко рту и мягко прикусил кончик. Ни за что бы ни подумал, что наступит день, когда я так сильно захочу стать карандашом. Убрав предмет канцелярии изо рта, он снова что-то пометил, быстро облизнув и затем прикусив губу. Он всегда такой сексуальный на уроках? И как с ним вообще в одной аудитории можно находиться? Внезапно даже такому мерзляку как я стало жарко.       Я с титаническими усилиями заставил себя оторваться от разглядывания парня и, потерев ладонями лицо, шумно выдохнул. Пока я сидел, прикрыв лицо руками, послышался его голос, а после звук отодвигающегося стула и хлопок двери. На долю секунды в моей голове появилась кое-какая догадка, но я постарался отмести ее. Я быстро проверил, не писал ли Арсений мне ВК. Нет, ничего. Может, сейчас напишет? Я глянул на его парту, где со скучающим видом Алена записывала за преподавателем. Там остался лежать его телефон. Должен ли я? Ай, к черту. Была, не была.       – Можно выйти? – поднял руку и громче, чем следовало бы, спросил я.       Я буду выглядеть полным идиотом, если моя догадка окажется неверной. И мне уже заранее стыдно, если я так лохонусь. Быстро вылетев из кабинета, я направился к ближайшему туалету. А если его там не будет? А если он просто справить нужду отошел? А если поговорить по телефону? А, бля, он же его на парте оставил. А если в медкабинет пошел? Как много «а если», надо просто проверить и дело с концом. Сердце бешено колотилось то ли от волнения, то ли от моей короткой пробежки. Приблизившись к двери уборной, я сбавил шаг и постарался немного успокоиться. Мысленно отвесив себе оплеуху за такое волнение, я медленно потянул на себя дверь и зашел в уборную. Из зеркала над раковиной, висевшего напротив входа, на меня в упор смотрела пара небесно-голубых глаз. Дверь закрылась, тихо хлопнув прямо за моей спиной.       – Сюрприз, – улыбнувшись уголками губ, тихо сказал парень. – Скучал?       – Безумно, – прошептал я немного хриплым голосом, подражая его ухмылке.       Он развернулся ко мне лицом и, опершись о каменную столешницу, в которую была вмонтирована раковина, улыбнулся шире, немного наклонив голову набок.       – Так и будешь там стоять? – вскинув брови, спросил он.       Эта реплика угробила всякие остатки здравого смысла во мне, и я моментально в два шага сократил расстояние между нами до минимума. Я мягко и едва ощутимо коснулся ладонью его щеки, но когда он накрыл мою руку своей и, прикрыв глаза и блаженно улыбнувшись, потерся щекой о мою ладонь, я быстро переместил свою руку на его затылок и с наслаждением впился в его губы поцелуем. Дальше нам обоим просто снесло крышу. Мы целовались так, словно через минуту разрушится весь мир, ловили каждый вздох друг друга губами, отчаянно прижимались телами, словно пытаясь слиться воедино. Я пробрался своими вечно ледяными руками под его футболку. Его горячая кожа так приятно контрастировала с моими холодными пальцами, бегающими вдоль его позвоночника до ямочек на пояснице. Он в это время самым наглым образом лапал меня за зад, и это было чертовски возбуждающе. Когда я ненадолго переместился на его шею, горячее дыхание парня над моим ухом лишь усугубляло ситуацию в моих штанах. Я снова вернулся к его припухшим губам. В какой-то момент я понял, что мы должны остановиться, но не мог. Хлопнувшая где-то в коридоре дверь вернула нас в чувство, и мы быстро отстранились друг от друга. Восстанавливая дыхание, он ухмыльнулся, манерно вытерев губы и поправив футболку, после чего молча вышел из уборной.       Ну и как это понимать? Я наивно полагал, что если мы встретимся, то я смогу во всем разобраться, однако вопросов стало больше. Я умылся холодной водой и окончательно привел дыхание и сердцебиение в норму. Взглянув напоследок в свое отражение и убедившись, что выгляжу обычно, я вернулся на урок. Арсений сидел, как ни в чем не бывало, говорил что-то Алене и держал в руке телефон. Я, стараясь не смотреть на него, сел на место.       – Все нормально? – Дима, прищурившись, взглянул на меня.       – Да, а что не так? – я сделал удивленное лицо.       Дима лишь внимательно смотрел на меня еще несколько секунд, после чего пожал плечами и вернулся к переписке. В такие моменты мне казалось, что он по одному моему взгляду видит все мои мысли и поэтому ничего не спрашивает. Я взял телефон и взглянул на время: 13:40. Вау. Это однозначно был для меня самый быстрый урок за все одиннадцать классов. Разблокировав телефон и открыв ВК, я увидел еще какое-то сообщение от Эли, а над ним, самое новое, сообщение от Арсения.       Арсений Попов (13:39) «после этого урока. ты, я, моя постель. не обсуждается. встречаемся около центральных ворот»       Я был в некоторой степени ошарашен, однако за последние сорок минут в моей жизни слишком много потрясений. Ну, мне дважды предлагать не надо. Очень кстати мама отменила обед, и это все вообще было похоже либо на заговор, либо на сон. Или у меня шизофрения? В любом случае, я решил наслаждаться моментом, пока у меня есть такая возможность.       Антон Шастун (13:41) «как прикажете, мой командир»       – Дим, – заблокировав телефон, чтобы не спалить переписку, я тихо позвал друга. – Ты же на тренировку сегодня после уроков?       – Да, а что такое? – обернувшись ко мне, ответил он.       – Да ничего. Мне сейчас сразу бежать надо будет, кое-какие дела, – в странном жесте махнув рукой, неоднозначно сказал я.       – Дела? – переспросил Дима.       – Да, дела, – я утвердительно закивал, не зная, кого пытаюсь убедить больше: себя или друга.       – Ну, окей. И? – он вопросительно вскинул брови. – От меня ты что хочешь?       – Да нет, ничего, – я пожал плечами и отвернулся, уставившись в телефон. Дима последовал моему примеру.       В попытке не выглядеть подозрительно перед другом я спалился с потрохами, ай да я. Дима еще припомнит мне мое странное поведение, я уверен в этом. Но сейчас звенит звонок, а значит мне пора. Схватив портфель, быстро подрываюсь с места и прощаюсь с другом. Развивая скорость Формулы-1, лечу к своему шкафчику, чтобы избавиться от лишнего груза. Судорожно вводя код на замке, замечаю, что Арсений преспокойно выкладывает учебники в свой шкафчик неподалеку от меня. Когда мне, наконец, удается ввести верный код, дверца сама открывается под тяжестью всякого хлама и книги выпадают на пол. Ну заебись теперь. Арсений захлопывает свой шкафчик и с усмешкой смотрит на меня. Эх, щас бы перед Арсением опозориться! Отвернись и иди к выходу, ну пожалуйста. Но он, словно прочитав мои мысли, делает все наоборот и подходит ко мне, судорожно собирающему с пола все свое барахло. Присев рядом со мной, парень начинает складывать в небольшую стопку методички, тетради и листы.       – Так сильно спешишь оказаться в моей постели? – спрашивает он, как ни в чем не бывало, собирая листы с пола.       Вообще-то да, но как бы… Стоит ли мне вообще отвечать? Все выпавшее с моего шкафчика оказывается в наших руках, после чего мы встаем.       – Держи, – Арсений протянул мне аккуратную стопку.       – Спасибо, – тихо ответил я и взял листы, надеясь, что он не заглянет в мой шкафчик и не увидит эту жуткую свалку.       – Догоняй, – глядя на меня едва слышно шепнул он, отступив пару шагов спиной вперед в сторону выхода, после чего развернулся и пошел дальше.       Я быстро засунул вещи на место и, захлопнув шкафчик, проследовал за Арсением. Догнав его, я просто шагал следом, вместо того чтобы иди сбоку от него. Мне показалось, что это было бы немного странно и неловко. Он не оборачивался, будто затылком чувствовал мой взгляд и зная, что я иду следом. Так мы вышли со школы и прошли ко двору, находящемуся всего в минутах пяти неспешной ходьбы. Вот значит, где он живет. Дом был огорожен высоким кованым забором и с замком на воротах и калитке. В общем-то, выглядело все, как и во всех дворах элитных жилых комплексов города: красиво и дорого. Открыв калитку с помощью ключа-карты, которая после захлопнулась за моей спиной, и войдя в подъезд, он, наконец, повернулся ко мне, когда мы ждали лифт в просторном холле с огромными зеркалами на стенах и приятным освещением.       – На каком этаже ты живешь? – неожиданно спросил он.       – На двадцать первом, – ответил я, немного странно чувствуя себя в этом диалоге.       – Я всегда хотел жить как можно выше. Наша квартира на последнем этаже, но мне все равно мало, – это было похоже на обычную беседу друзей, которые сейчас придут, приготовят попкорн и будут смотреть фильм и дурачиться. Но мы-то здесь не за этим. Не за этим ведь?       Двери лифта открылись и, зайдя внутрь, Арсений нажал на кнопку с надписью «15». Быстро поднявшись на нужный этаж и войдя в квартиру, первым, что бросилось мне в глаза, была лестница. Значит, пентхаус. Недурно. Разувшись, я выпрямился и увидел протянутую мне руку. У меня дежавю? Я взял парня за руку, и он потащил меня на второй этаж и завел, видимо, в свою спальню. Комната была уютной, однако мне было совсем не до рассмотрения дизайна интерьера.       Арсений рывком притянул меня к себе и сразу же поцеловал меня. Только в следующую секунду я сообразил отбросить портфель в сторону. Повторялось произошедшее полчаса назад в школьном туалете. Наши языки сталкивались в страстном и местами даже грубом поцелуе. Я пальцами изучал его рельефную спину, а он на этот раз еще более нагло лапал мой зад. Я стянул с него футболку, отбрасывая ее в сторону, а он быстро расстегнул мои джинсы и стянул с меня свитшот, отправив следом за своей футболкой. Он снова схватился за мои ягодицы, на этот раз проникнув под джинсы, а я обвил его шею руками, снова целуя его. Прижавшись к нему так сильно, как только мог, я чувствовал, как увеличивается возбуждение в его штанах. Он начал целовать мою шею, местами покусывая, но следом проводя языком по месту укуса. Я запрокинул голову от наслаждения.       Он умело пользовался каждой частичкой себя, чтобы в считанные минуты довести партнера до безудержного желания. Тем временем он начал спускаться дорожкой из поцелуев к резинке моих боксеров и опустился передо мной на колени. Он нежно, едва ощутимо провел ладонью по моему возбужденному члену, отчего я шумно выдохнул. Взглянув на него сверху, я тут же об этом пожалел, потому что теперь мне не оторвать от него взгляда. Он спустил мои джинсы вместе с боксерами, высвобождая мою изнывающую от желания плоть. Облизнувшись, он обхватил своими длинными пальцами мой член у основания и сразу взял его в рот во всю длину, отчего я протяжно простонал, затем он медленно полностью его выпустил изо рта. Он взглянул мне в глаза и начал водить языком от основания до головки и обратно, наблюдая мою реакцию. Я прикрывал глаза и хотел большего, но сдерживался. Он снова взял мой член в рот и начал сосать, понемногу ускоряясь. Когда я открыл глаза, чтобы взглянуть на него, то увидел, как свободной рукой он уже расстегнул свои штаны и поглаживал свой член через тонкую ткань боксеров. От такого зрелища и с ума сойти недолго.       Вскоре выпустив мой член со рта, он пару раз провел по нему рукой, прежде чем подняться и бросить меня на кровать. Быстро стянув с меня, а следом и с самого себя, джинсы вместе с боксерами, он навалился на меня сверху, впиваясь в мои губы очередным грубым поцелуем. Он начал тереться своим членом о мой, отчего я простонал в его губы. Он резко остановился и, опираясь руками по обе стороны от моей головы, навис надо мной с хитрой ухмылкой.       – Хочешь? – спросил он, прикусив губу.       Он был прекрасен сейчас, невероятно прекрасен. Наверняка даже лучше, чем той ночью. От него веяло жаром возбуждения, волосы растрепались, а губы припухли. В его глазах теперь было чистое желание безо всякого эффекта от алкоголя и наркоты. И я сейчас был абсолютно чист, однако хотел ощутить его внутри себя намного сильнее, чем тогда. И каждое его прикосновение словно пускало легкий разряд электричества по коже. Он был лучше всяких наркотиков и одновременно с этим милее всяких котят. В нем сочетался лед голубых глаз и огонь разгоряченного тела, грубость укусов и нежность поцелуев. Он был великолепен.       – Очень, – прошептал я на выдохе.       Он впился зубами в тонкую кожу на моей шее, а я снова запрокинул голову и застонал. Вернувшись к моим губам, он истязал их, быстро целуя, покусывая и по-хозяйски проталкивая внутрь свой язык. Его рука опустилась к моему члену и он, обхватив его вместе со своим, начал неспешно надрачивать, отчего из моего горла снова вырвался очередной стон, ушедший в его губы.       Выпустив из руки наши члены, он потянулся к тумбочке около кровати. На ощупь открыв ящик и немного в нем порывшись, парень выудил оттуда тюбик со смазкой. Разорвав поцелуй, он самодовольно окинул меня быстрым взглядом, после чего немного опустился, размещаясь между моих ног. Соблазнительно и чересчур мокро облизав два пальца, он поднес их к моему входу и начал медленно проталкивать, наблюдая за моей реакцией. Я уже изнемогал и податливо двинул бедрами ему навстречу, отчего он ухмыльнулся и стал не спеша трахать меня пальцами, понемногу ускоряясь. Свободной рукой он раскрутил тюбик и, выдавив немного смазки на свой член, медленно водил рукой по нему, распределяя гель. Когда с моих губ начали вперемешку со стонами срываться грязные просьбы отыметь меня, он сдался и, убрав пальцы, сразу же заменил их своим членом, входя на всю длину. Очередной мой стон от этого буквально сорвался на крик, и я на несколько секунд сжался вокруг него.       Решив больше меня не мучить, он стал в быстром темпе втрахивать меня в кровать. Его стоны распаляли меня еще больше, и казалось, я готов кончить даже не касаясь себя, но тут он обхватил мой член и стал надрачивать в такт своим движениям. Я пытался максимально оттянуть оргазм, отчего снова сжался вокруг его члена и почувствовал, как с громким стоном, напоминающим звериный рык, он наполняет меня изнутри, отчего я не менее громко следом излился в его руку и на свой живот. Арсений, слабо толкнувшись в меня еще несколько раз, вышел из меня и тут же рухнул головой мне на грудь. Мы оба тяжело дышали, а наши сердца так быстро стучали, словно норовили выпрыгнуть из груди.       Арсений, немного восстановив дыхание, приподнялся и достал из того же ящика прикроватной тумбочки салфетки, вытерев с нас белые и липкие последствия. У него всегда там все так подготовлено, что ли? Бросив испачканные салфетки на пол, он взглянул на меня, а я отчего-то улыбнулся.       – Что? – улыбнувшись мне в ответ, спросил он.       – Да так, – дернув бровями, ответил я и прикусил губу.       Арсений, усмехнувшись, закатил глаза и быстро чмокнул меня в губы, после чего полез под одеяло.       – Ты спать собрался? – удивленно взглянув на него, спросил я.       – Ты меня вымотал, – укутываясь, ответил он. – Ты тоже давай залезай.       – Уверен?       – А ты спешишь уйти? Поматросил и бросил? – наиграно обиженным тоном спросил он. – Никого не будет дома до позднего вечера, не бросишь же ты меня?       Я молча улыбнулся и полез к нему под одеяло. Он обхватил меня всеми конечностями, словно коала бамбук, и устроил поудобнее голову на моей руке. «А почему бы и нет?», – подумал я и, расслабившись, начал дремать под размеренное дыхание Арсения. Опять дежавю?

***

      – Антон! Антон, блять, проснись!       Почувствовав несколько грубых толчков в плечо и услышав явно не мамин голос, я разлепил глаза. Растерянно осмотревшись, я едва ли сообразил где я. Передо мной стоял Арсений в одних трусах и с телефоном в руке.       – Боже тебя невозможно разбудить, – возмутился он.       – А ты бы попробовал поцеловать, – усмехнулся я, потягиваясь.       – Не до шуток, принцесса. Мой отец скоро будет дома, – он начал подбирать с пола мои вещи и закидывать их на кровать.       – Что?! Ты же говорил, что никого до позднего вечера не будет! – я подпрыгнул с постели и наспех начал одеваться.       – Так и должно было быть, – кивнув, Арсений натянул какие-то домашние штаны и достал из шкафа майку. – Он сейчас мне позвонил и сказал, что уже выезжает с работы домой, и я сразу же начал тебя будить.       Одевшись, я схватил свой портфель, и мы быстро спустились. Я наспех завязал шнурки на кроссовках и выпрямился, закинув портфель на плечо. Когда я уже развернулся к двери чтобы уходить, Арсений схватил меня за руку.       – Стой, – тихо сказал он, потянув мою руку на себя, и я повернулся к нему, вопросительно вскинув брови.       Он быстро примкнул к моим губам своими и нежно поцеловал меня. Этот поцелуй отличался ото всех предыдущих, он был едва ощутимый, мягкий и не пошлый.       – Спасибо, – немного отстранившись, прошептал он мне в губы и еще раз мимолетно чмокнул меня.       Я, честно сказать, немного растерялся и затупил. Когда парень отшагнул и открыл передо мной дверь, ничего лучше мне не пришло в голову, как улыбнувшись и подмигнув Арсению, молча выйти из его квартиры. Он усмехнулся и напоследок легонько шлепнул меня по заднице, после чего закрыл за мной дверь.       Всю дорогу до дома я переваривал события этого и двух предшествующих дней. Давайте подытожим: я переспал с незнакомым парнем на вечеринке в воскресенье, два дня бегал за ним по школе, однако понятия не имел, что буду делать, когда догоню, но потом он сам нашел меня и только что мы снова занялись сексом, но на этот раз с его подачи, в здравом уме и при светлой памяти. И у него дома. Интересно.       Придя домой, я с удивлением заметил, что мама уже вернулась. А я ведь понятия не имею, сколько времени провел в постели Попова.       – Что-то ты поздно, – выглянула с кухни мама. – Гулял?       – Типа того, – разуваясь, тихо ответил я. – Который час?       – Половина восьмого, – глянув на наручные часы, сказала мама. – Голодный? Я только вернулась, ничего не готовила. Собираюсь заказать индийской еды. Будешь что-нибудь?       – Закажи мне порк карри, овощи и праун пури, – сказал я, уходя в свою комнату.       Я быстро переоделся и, глянув расписание на завтра устало закатил глаза. Четверг предстоит как всегда не сказочный. В душ идти совсем не хотелось, потому что меня останавливала мысль о том, что так я смою с себя запах и прикосновения Арсения. Я понятия не имею, что будет дальше и чего бы я хотел. Многие скажут, что я веду себя, как влюбленный, но это однозначно не так. Я на сто миллионов процентов уверен, что я не влюбился и этого в принципе быть не может. Мне просто… Нравится как он пахнет. И как он целуется. А еще те вещи, которые он вытворяет в постели. Если порассуждать, то со стороны наш секс – самый обычный секс. Но от Арсения словно исходят какие-то волны безумного удовольствия. Я уверен, что если он просто будет целовать меня в течение получаса, я кончу уже от этого. Так, довольно мыслей об Арсении.       Пока доставщик везет нам еду, я решил сделать что-нибудь из домашнего задания на завтра. Всяко лучше, чем заниматься самокопанием. Написав одну пятую заданий по алгебре и решив, что этого хватит (все равно меня уже вызывали сегодня), я быстро накарябал упражнение по русскому и полистал параграф по истории. Как раз привезли еду, и мама позвала меня, расплатившись с доставщиком и закрыв за ним дверь. Этой домашки более чем достаточно. Отбросив историю, выудив из кармана валяющихся в углу комнаты джинсов мобильный, я выключил свет в комнате и пошел на кухню.       Мама уже расположилась на диване в гостиной поставив еду перед собой на столик. Комнату освещал лишь телевизор, висевший на стене. Взяв на кухне свою еду, я прошел в гостиную к маме и уселся рядом с ней по-турецки.       – Что сегодня смотрим? – спросил я, распаковывая горячий контейнер.       – «Подари мне любовь», – найдя нужный канал и настраивая громкость, ответила она.       Моя мама хоть и была современной женщиной, пользователем продукции Apple и умелым юзером сети интернет с далеко не консервативными взглядами на жизнь, но была у нее одна слабость. До жути она обожала отечественные фильмы и сериалы про любовь. Да-да, все эти драмы с потрясающей актерской игрой и невероятным сюжетом. Я не был фанатом российского кинематографа, однако отвращения у меня эти фильмы тоже не вызывали. Поэтому частенько мы с мамой сидели вечером вдвоем перед теликом и смотрели эти сопливые истории.       Мы уже прикончили свои порции индийской еды на вынос из ресторанчика Манджу напротив ближайшей к нашему дому станции метро «Арбатская» и смотрели фильм, обмениваясь комментариями. На данный момент тут дядя в годах, потерявший любовь своих юных лет из-за того, что после службы в армии он пропал и на него пришла «похоронка» и все думали, что он умер, а его любовь со временем нашла другого и забеременела от него, уже спустя лет двадцать после этой лабуды с его смертью стал важной шишкой и решил приударить за молоденькой красоткой. Такие они, российские фильмы.       На столике валялись пустые упаковки от еды, я все также сидел по-турецки, но теперь обнимая декоративную подушечку, а мама сидела рядом, закинув ногу на ногу, и внимательно наблюдала за развитием сюжета. Пока этот усатый мужчина на экране обхаживал Сонечку, я достал телефон из кармана домашних треников и решил зайти ВК. Периодически поглядывая на экран, я принял какие-то очередные заявки в друзья (надо прекращать так делать) и пролистал не интересующие меня новые сообщения. Зацепившись взглядом за диалог с Арсением, я увидел новое сообщение.       Арсений Попов (19:17) «а на трезвую голову ты намного вкуснее… прости, что так негостеприимно выпроводил тебя»       Несмотря на то, что в комнате было темно, мне казалось, что весь мир сейчас видит мои красные щеки и уши. Почему он говорит такие смущающие вещи? Почему я чувствую себя так неловко от этого? Стоит ли мне как-то ответить на это или лучше оставить без внимания?       Антон Шастун (21:11) «ты не виноват, что твой отец решил вернуться раньше»       Ответил я, просто растерявшись, и заблокировал телефон, возвращаясь к фильму.       – Он что, нашел эту свою? – невнятно обратился я к маме, поняв, что пропустил какой-то важный момент, – Ну, любовь своих юных лет, – пояснил я. Мама отрицательно покачала головой, не сводя взгляда с экрана.       – Оказалось, что она – мать Сони, – пояснила она.       – О как. А сам Боря и мама эта Сонина в курсе?       – Нет пока. Ты или смотри или с подружками переписывайся, не отвлекай меня, – мама раздраженно нахмурила брови и махнула рукой.       Я решил еще на минутку отвлечься, чтобы проверить уведомления, но увидел ответ от Арсения. И как я не обратил внимания, что он онлайн?       Арсений Попов (21:11) «чем это ты занимался два часа? по бабам пошел, небось, кобель!!»       И стикер сложившего руки на груди не то филина, не то совенка. Я улыбнулся и решил, что могу позволить себе подыграть немного.       Антон Шастун (21:13) «о нет, что ты, милая, я бы не посмел, я всецело принадлежу тебе!»       Арсений тут же ответил кучей ржущих смайликов и начал печатать очередное сообщение. Пока на экране телевизора успешно развивались отношения дяди Бори и Сонечки, в реальной жизни мои отношения с Арсением с завидной скоростью стремились в непонятном направлении. Как я не знал, к чему все это идет, так и он, я думаю, мог только догадываться. Оставалось лишь молиться каким-то богам, чтобы этот ежесекундно растущий снежный ком не полетел с горы прямо в пропасть. Мне не хотелось бы, чтобы наше общение (и не только) прекратилось.       Арсений Попов (21:14) «так-то! я слежу за тобой»       Антон Шастун (21:14) «можешь поверить на слово, вряд ли какая-нибудь баба будет так же хорошо трахать меня»       Отправив сообщение, я косо глянул на маму: все также внимательно смотрит фильм. Слава богу, она ничего не видела и видеть не могла.       Арсений Попов (21:15) «рад стараться) »       Антон Шастун (21:16) «увидимся завтра?»       Арсений Попов (21:16) «кто знает»       Я не нашел, что ему ответить и на этом наш диалог окончился. Я, еще с минуту посверлив взглядом экран и убедившись, что он точно ничего не пишет, убрал телефон в карман. Побесив немного маму расспросами, что же я пропустил и, выяснив, что ничего особо важного, я продолжил смотреть фильм, отвлекая себя от ненужных мыслей.       – Ой что сейчас будет, – протянула мама, предвкушая.       Борис пару минут назад сделал Сонечке предложение и сейчас она говорит с мамой по телефону и зовет ее на ужин, чтобы познакомить с женихом. А мама ее является той самой любовью юных лет Бориса. Это я так, чтоб вы не забыли.       – Думаешь, он узнает ее? – спросил я. – Прошло же лет двадцать, она постарела.       – Конечно, узнает, она же любовь его молодости, – мама посмотрела на меня так, будто я сказал какую-то вселенскую глупость.       И вот момент истины – они встретились. Как и предугадала моя мама, узнали друг друга. А Боря решил переметнуться обратно к маме Сони, договорившись с молодым коллегой, чтобы тот закадрил его юную невесту Сонечку. Хитрый план, чтобы не бросать ее самому.       – Ну Боря и козел, – заявил я.       – С чего это вдруг?       – Так а че он Сонечке предложение сделал, а как бывшая на горизонте замаячила, так сразу до свидания? Не по-пацански так-то.       – Ну так он же ее маму всегда любил!       – Тогда чего он двадцать лет назад, когда нашел ее, а она с тем Колей была, так и бросил любовь свою с ним? Любил бы по-настоящему так забрал бы! – наш с мамой спор все набирал обороты. Фильм просмотрен зря, если не было дебатов о том, кто же все-таки мудак.       – Он думал, что она его больше не любит, Антон!       – Ну и что, мам? Добивался бы ее, я не знаю, доказал свою любовь или еще что. Не мужик что ли?       – Ой, все, – отмахнулась мама. – Не дури мне головы, смотрим дальше.       В итоге Сонечка замутила с этим молодым коллегой Бори, однако их ждал сюжетный поворот – мама Сони свалила в монастырь. Пам-пам-пам! Да еще и уборщица подслушала разговор Бориса с тем коллегой и слила Сонечке весь их хитрый план. Правда, было уже поздно. Казалось бы, Боря, все твои старания впустую! Но это же российская драма, поэтому Боря все объяснил Сонечке, она все-таки полюбилась с этим пареньком и они уговорили маму покинуть монастырь. И жили они долго и счастливо и умерли в один день! Да уж.       – Бред какой-то, – вынес вердикт я, когда на экране появились титры.       – Это еще почему? – мама включила свет и начала убирать со стола остатки от нашего ужина.       – Да потому что если Соня так легко переметнулась от того, кто совсем недавно делал ей предложение, а она, напомню, согласилась, то она либо о-о-очень ветреная, либо просто шалава, – я помог маме собрать мусор и мы пошли на кухню.       – Антон! – она обернулась, бросив на меня недовольный взгляд.       – Что «Антон»? Я называю вещи своими именами, – оправдался я.       – Шибко много-то ты в любви понимаешь, как я погляжу.       Действительно. Я закатил глаза, выбрасывая пакеты и контейнеры в мусорное ведро.       – Короче, – начал я, вымыв руки и вытирая их полотенцем, висевшим на плече у мамы. – Боря – мудак, а Соня – дура. Спокойной ночи, мам.       Теперь глаза закатила мама и просто промолчала. Я чмокнул ее в макушку (мама была намного ниже меня) и направился в коридор.       – Сладких снов, – сказала она мне вслед.       Придя в комнату, я снова завел будильник на 6:50 и, поставив телефон заряжаться, рухнул на кровать. Я рассчитывал быстро уснуть, однако этого не произошло. Пока я вертелся с боку на бок всякий шум с кухни, а затем из маминой спальни прекратился. Она уснула. Везучая! Еще полчаса посверлив потолок взглядом, я встал и глянул на время – 00:24. Класс. Просто супер.       Найдя в портфеле пачку сигарет и вытянув одну вместе с зажигалкой, я тихонько вышел из комнаты и пошел в самую дальнюю от маминой спальни гостевую комнату. Там был балкон, которого по какой-то несправедливости не было у меня, и когда хотелось покурить дома, я всегда ходил туда. Осторожно закрыв за собой дверь в спальню, а затем на балкон я открыл окно и закурил. Близился конец сентября, и еще буквально пару дней назад ночью было тепло, однако сейчас от холода мои руки покрылись мурашками.       Докурив и, как последняя свинья, отправив окурок в длительный полет, я закрыл окно и вернулся в комнату. Укутавшись в одеяло, я согрелся и от такого уюта на контрасте с холодным балконом быстро уснул.