Royal

      Проснулся я ни свет, ни заря и чувствовал себя на удивление выспавшимся, что для меня большая редкость. Каково же было мое удивление, когда я увидел, что на часах еще только без десяти шесть. Ну и что мне делать, если до будильника еще час? Если пытаться уснуть, то только минут за пять до будильника усну и будет только хуже. Может ну ее, эту школу? Мама все равно не в городе и ничего не узнает. А то последнюю неделю мои походы в школу ни к чему хорошему меня не приводили. Хотя…       В общем, я решил все-таки пойти на учебу, да и дома сидеть неохота. Стараясь собираться как можно медленнее и даже позавтракав, времени у меня оставалось еще много. Из заданий на сегодня я, разумеется, ничего не сделал и мог бы сейчас уделить около получаса этому, но, что скрывать, мне было лень, поэтому я просто сгрузил нужные тетради в портфель.       В какой-то момент мой взгляд упал на одежду Арсения, и я, еще раз убедившись, что пятен не осталось, аккуратно сложил вещи. Надо, наверное, взять их с собой и отдать ему. Хотя я ведь могу и не встретиться с ним сегодня. А если и встретимся, то разве не будет выглядеть странно и подозрительно, что я отдаю ему одежду? Да уж, лучше в другой раз как-нибудь. Может, лучше будет, если он зайдет ко мне за вещами? Нет, я не ищу повода для нашего с ним уединения, отвалите.       Оставив в итоге одежду Попова сложенной на своей кровати, я обулся, всунул в уши наушники и, закинув портфель на плечо, вышел из дома. Спускаясь в лифте, я прикинул по времени, что если я не спеша пойду до школы пешком, то приду как раз минут за десять до звонка. Так и поступлю.       Рассчитывая на приятную погоду и не удосужившись посмотреть прогноз, собираясь, я надел на голое тело белую толстовку, однако выйдя из дома, сразу же пожалел о своем выборе. Было довольно-таки прохладно и ветрено. Вернуться и переодеться? Ладно, не так уж и холодно, потерплю.       Немного отойдя от дома, закуриваю. Не люблю курить на ходу, но если буду стоять на месте, то совсем замерзну. Чем дальше я уходил от дома, тем больше усиливался ветер, и я уже трижды пожалел, что не вернулся переодеться. Докуривая практически на бегу, я великанскими шагами спешил в школу, чтобы скорее спрятаться от непогоды.       Я уже накинул на голову капюшон толстовки и закутался в нее, как только мог, но мне все равно было холодно. Школа была в поле моего зрения, и я уже было обрадовался, как с неба, затянутого черными тучами, в неимоверном количестве начали падать капли дождя. Тихо выругавшись себе под нос, я побежал к школьным воротам.       Когда я, наконец, укрылся от дождя и, убрав наушники в карман, неспешно шагал по коридорам, я обнаружил, что в здании школы практически пусто. Из-за плохой погоды я намного быстрее добрался, и до начала уроков было еще чуть больше, чем полчаса.       Обстановка напоминала фильм ужасов: я один шагал по пустому темному коридору, за окном лил дождь, и кругом была гробовая тишина. Чтобы понимать, как я себя в такой обстановке чувствовал, вы должны знать, что больше всего на свете я боюсь ужастиков. На самом деле, я то еще ссыкло, особенно когда речь идет о хоррорах.       Когда я был маленький, моя троюродная сестра, которая старше меня на семь лет, иногда гостила у нас. Она просто обожала ночами рассказывать мне страшные истории, а я потом полночи плакал, и мне снились кошмары. А она считала это забавным. Как вы могли уже догадаться, когда я стал постарше, дружеские отношения у нас с ней не сложились.       Взяв из своего шкафчика все нужное, я пошел к кабинету химии. Разумеется, тут было закрыто. Я сел на пол около двери и отчаянно старался не думать о том, насколько мне стремно быть здесь одному. Натянув капюшон посильнее, я уткнулся в телефон, листая ленту новостей ВК, как вдруг услышал приближающиеся шаги. Блять. Наверняка это какой-то препод, или еще кто. Вряд ли по школе будет разгуливать маньяк-психопат. Так ведь? Я убрал телефон и, неотрывно глядя на собственные колени, ждал, пока этот человек пройдет. Господи, ну почему я такой?       Когда этот кто-то подошел ко мне, шаги утихли. Остановился?       – Антон? – услышал я знакомый голос и поднял голову. – Почему ты тут сидишь?       – Так получилось, что я рано пришел, – ответил я, глядя на мужчину в костюме-тройке, стоящем в двух шагах от меня.       Этим мужчиной был Юрий Александрович, преподаватель по физике. Я встал и отряхнулся, скинув с головы капюшон.       – У тебя здесь урок сейчас? – спросил он, на что я коротко кивнул. – Подожди тут, я сейчас схожу за ключом и открою тебе кабинет.       Сказав это, мужчина развернулся и практически побежал в сторону вахты. А он не так плох, как я о нем думал. Я никогда не слушал его на уроках, не делал домашнее и в принципе физику не понимал, и понимать не хотел. Она мне ну никак не давалась. Хотя, возможно, мне стоило попробовать приложить немного больше усилий. Помнится, он настаивал на дополнительных по физике. Может, стоит согласиться? Мне казалось, что из-за того, что за ним бегает куча девок, причем не только учениц, он мудак с завышенной самооценкой. Но, если так подумать, ко мне он всегда был добр, даже если я ему дерзил. Пока я размышлял о том, какой же все-таки человек мой препод по физике, он уже вернулся и открывал дверь кабинета.       – Я оставлю ключ на столе, скажешь учителю, – мужчина прошел к учительскому столу, оставляя там этот самый ключ.       – Хорошо, спасибо, – ответил я, сдержанно улыбнувшись преподавателю.       Мужчина, остановившись в дверях и глядя на меня, улыбнулся в ответ. Только мне начало казаться, что он стоит так слишком долго, как Юрий Александрович опомнился и поспешил покинуть кабинет. Что ж…       Я занял свое привычное место, достал тетради и прилег на парту, глядя в окно на пасмурное небо. Теперь еще и гром начал греметь. А я тут все еще один, ну просто прекрасно.       Понемногу школа начала наполняться шумом, исходящим от приходящих учеников, а в кабинет стали подтягиваться старшеклассники, с которыми мне предстоит пережить первый урок. Вскоре ко мне подсел Дима. Он попал под дождь, да и в целом по нему было видно, что настроение у него так себе, поэтому мы коротко поздоровались, и он с недовольным видом полез в телефон.       Я лежал на парте, но теперь глядя не в окно, а осматривая аудиторию и учащихся. Интересно, увижу ли я сегодня Арсения? Хотя какая разница. Он же у нас весь такой из себя мистер хуй-меня-пойми-делаю-что-хочу. Может он вообще в другую школу перевелся, в другой город, и мы больше никогда не увидимся. Не стоит мне к нему привязываться, ибо никогда не знаешь, чего от него ожидать. Не то чтобы это было так уж плохо, но я все-таки больше предпочитаю стабильность.       В кабинет вошел учитель, и я, сказав ему про ключ, со спокойной душой продолжил лежать на парте. Прозвенел первый звонок, а я все не торопился принимать вертикальное положение, глядя как Алена закрывает дверь в аудиторию. И она сразу же распахивается. И в кабинет влетает Сережа. И Арсений. Запыхавшиеся, они, закрыв за собой дверь, занимают последнюю парту на среднем ряду, и звенит второй звонок на урок.       Все встали, поприветствовав преподавателя, и заняли свои места. Все, кроме меня. Я так и лежал, вытаращив глаза на дверь. Честно сказать, увидеть Арсения на первом же уроке я ожидал меньше всего. Сев все-таки по-человечески и сделав вид, что я слушаю преподавателя, я прилагал максимальные усилия, чтобы услышать, о чем едва слышно шепчутся эти двое, но слышал только, как они отчаянно стараются смеяться как можно тише. Ну и пожалуйста, смейтесь и шепчитесь там сколько угодно.       Часть урока я, правда, старался вникнуть в объяснения учителя, но хихиканье этих подружек сбивало и выводило меня из себя, поэтому я гневно рисовал на клочке бумаги что-то похожее на ад. Диме же все еще было плевать на все и всех – он слушал препода, что-то записывал и изредка отвлекался на переписку в телефоне. Периодически я старался беспалевно взглянуть на этих двоих и сделал вывод, что Дима переписывался не с Сережей.       В один момент у учителя, наконец-то, бомбануло, и он сделал этим подружкам замечание, и они умолкли. Я бегло глянул на них и успел заметить, что Арсений полез в телефон. Не знаю, что двигало мной в тот момент, но, не успев даже подумать, я схватил свой телефон и написал Попову в Вотсап. 8:31, Вы: Чего опоздали?       Как только я отправил сообщение, по аудитории разнесся звук входящего сообщения от телефона Арсения, и тот получил очередное замечание от препода. Я, отбросив свой телефон на парту, сел с видом, что я тут не при чем. Однако я готов поклясться, я чувствовал, как Попов прожигает взглядом мою спину, хотя от этих двоих были слышны тихие смешки. Спустя минуту экран моего телефона загорелся, и я увидел входящее сообщение в Вотсап. Благо у меня звук был отключен. 8:33, Любимый: Проспали       Сейчас желание переименовать его было как никогда сильное, и я, в общем-то, не стал себя сдерживать. Быстро стерев из поля «Любимый» я напечатал «Ебучий Попов» и несколько секунд смотрел в экран, раздумывая. Нет, «Блядский Арсений». Или «Головная Боль»? Вздохнув, я написал в итоге просто «Попов» и сохранил. 8:34, Вы: Ммм вместе спали что ли 8:34, Попов: Ревнуешь? ))       Чтобы я да ревновал? Пфф, не смеши меня, пожалуйста. Я обернулся на Арсения, который самодовольно улыбаясь, смотрел на меня. 8:35, Вы: С чего бы       Отправив это, я снова обернулся и надменно взглянул на Попова. Ну что, съел? 8:35, Попов: Ага, как скажешь ))       Подняв взгляд от экрана на Арсения, я хмыкнул и демонстративно отвернулся к окну, бросая телефон на парту. Не буду я тебе ничего отвечать, самовлюбленный придурок. Наверняка сейчас уставился на меня и сверлит взглядом мой затылок. Он ведь смотрит на меня, сто процентов. Или нет? Наверняка смотрит. Хотя зачем ему?       Любопытство взяло надо мной верх, и я решил повернуться и проверить, смотрит ли он на меня. Я только одним глазком, чуть-чуть подгляжу... Медленно повернувшись, я увидел, как Арсений то ли обнимал, то ли душил Сергея, и они оба смеялись, а Попов вовсе на меня не смотрел. Быстро отвернувшись, я уставился на доску, делая вид, что я сосредоточен на теме урока. Обнимаются они там, блять. Как же раздражает этот Попов. Что он вообще о себе думает? То целует и заботится, то ведет себя как мудак и кобель. А что, если он и с Матвиенко так «дружит», как со мной? Попов что, всех своих друзей ебет? Не удивляюсь, если так и есть.       Я взглянул на Диму, который увлеченно переписывался с кем-то ВК. Очевидно, диалог был приятным, потому что по другу было видно, что его настроение улучшилось. Кажется, я чего-то не знаю.       За остаток урока я окончательно искалякал клочок бумаги, а со звонком быстрее всех вылетел из аудитории, на ходу запихивая тетради в портфель. Надо было быстрее сбегать к шкафчику и уйти к кабинету, чтобы не пересекаться с Поповым. Может, я и веду себя как истеричка, но пусть на меня упадет метеорит, если я делаю это без каких-либо поводов. Этот придурок сам меня провоцирует! Пускай катится нахрен на все четыре стороны со своей подружкой Матвиенко. Возможно, я ошибаюсь и надумываю, но он как будто плохо влияет на Арсения. С ним Попов ведет себя иначе. Стоит им уединиться от нас с Димой, и он становится просто невыносимой скотиной.       Быстро поменяв книги и тетради в шкафчике, я оглядел коридор на наличие Попова. Увидев, как он вышел из-за угла и, уткнувшись в телефон, не спеша шагал в сторону своего шкафа, я рванул в противоположную от него сторону. Хоть трижды школу оббегу, но главное не наткнуться на этого мудака.       Пробежав в кабинет литературы, я молился всем богам, чтобы сейчас сюда не вошел Арсений. Или, как минимум, чтобы раньше него пришел Позов и занял место рядом со мной.       Мне следовало запомнить, как и кому я молился, потому что мои молитвы были услышаны. Дима пришел и привычно сел справа от меня, а Попова и вовсе не было на этом уроке.       Нудная литература протекала спокойно. Дима продолжал переписываться, а я просто лег на парту, рассчитывая вздремнуть. За окном все еще барабанил дождь, и периодически гремел гром, отчего очень клонило в сон. Только я начал отключаться, как почувствовал, что что-то немного царапает мне руку. Резко поднявшись с парты, я увидел, что это Дима обрисовывает мое запястье.       – Ты че творишь? – немного грубо отреагировал я.       – Чего ты дерганый такой сегодня? – спросил друг.       – Да нормальный я, – отмахнулся я от друга. – Ты хотел что-то?       – Да нет, – Позов пожал плечами, – просто скучно.       – А как же твоя увлеченная переписка? – улыбнувшись, спросил я. – С кем ты так много болтаешь, да еще и сияешь прям весь после этих диалогов, м?       Дима замялся и, я бы даже сказал, немного смущенно улыбнулся. Друг молча смотрел на ручку, которую он крутил в пальцах. Что-то тут не чисто.       – Давай выкладывай, что ты как неродной, – я легонько подтолкнул друга в плечо, усмехаясь.       – Ну, – неуверенно начал Позов, – в общем, помнишь, из журналистов школьных девушку? Она еще на радио нашем ведет программу какую-то еженедельную.       – Та, которая еще курирует кружок фотографов? – припоминал я, и друг активно закивал. – Катька что ли?       – Да-да-да, Катя, она самая.       – Так у вас с ней что ли тыры-пыры? – я многозначительно взглянул на друга, подергивая бровями.       – Дурак что ли? – засмущавшись, сказал друг, пихая меня локтем в бок, – с ней интересно общаться, и она милая. Думаю скоро позвать ее гулять.       – У-у-у, да ты втюрился, братан! – радостно сказал я громче, чем следовало бы, похлопывая друга по плечу.       – Тише ты! – шикнул он, оглядываясь на учащихся.       – Так, а как вы познакомились? Я хочу знать все! – я подпер подбородок рукой и выжидающе уставился на Диму.       – Да тут особо нечего рассказывать, – начал он. – Она писала статью о подготовке нашей команды к предстоящему матчу и приходила к нам на тренировку. Там пообщалась с нами всеми, и мне захотелось узнать ее поближе.       Я был искренне рад за друга, так как, судя по всему, его симпатия была взаимной. Но все же это напоминало мне о неопределенности моих отношений с Арсением. Неужели мне он нравится больше, чем вроде-как-друг и парень, с которым я могу приятно провести ночь? Иначе, почему я о нем так много думаю? Я никогда не влюблялся и не знаю, как понять, влюбленность это или просто увлечение. Но не думаю, что любовь приходит так быстро, мы же знакомы всего неделю. Или это типа та самая «любовь с первого взгляда»? Если любовь именно такая, та самая штука, которая не дает спокойно спать, и из-за которой я веду себя, как неуравновешенная девчонка, то я не хочу любить. Тем более Арсения.       От моих мыслей меня отвлек Дима, который продолжил разрисовать мою руку.       – Чего завис? – обеспокоенно спросил он.       – Да ничего, задумался немного, – отмахнулся я. – Сколько до звонка?       – Пятнадцать минут, – глянув в телефон, ответил друг.       – Пойду, отмою твои художества с руки, – оповестил я друга, поднимая руку, и попросился у преподавателя выйти.       В коридоре было тихо, дождь закончился, но все еще было темно из-за туч, затянувших небо. Зайдя в ближайший туалет, я открыл теплую воду и начал усердно оттирать чернила с руки. Спустя минуту дверь тихо открылась, и справа от меня встал и принялся разглядывать себя в зеркале и что-то поправлять Его Величество Арсений Попов. Как он это делает? Почему он всегда там же, где и я?       Я усердно старался не замечать его и не думать о нем, внимательно глядя на свои руки и продолжая отмывать каракули с запястья. Краем глаза я все-таки видел, как Арсений смотрел на меня через отражение в зеркале. Я тебя не вижу, тебя здесь нет, тебя не существует, я самодостаточная женщина, и ты мне совсем не нужен. Сейчас закончу мыть руки и уйду на урок.       Всем своим видом стараясь показать, что я не желаю контактировать с Арсением, я закрыл кран и, стряхнув воду с рук, напоследок взглянул на себя в зеркало. Оказывается, мое лицо все это время выглядело смехотворно недовольным. Я услышал тихий смешок Арсения, все еще глядевшего на меня через отражение в зеркале.       Отвернувшись, я хотел было как можно скорее свалить отсюда, но парень резко развернул меня и, грубо впечатав в стену, примкнул к моим губам, жадно целуя. Чувствуя вкус его губ, все мои мысли о том, какой он мудак, и намерения игнорировать его, испарились за долю секунды, как по волшебству, и я сразу же с наслаждением стал отвечать на поцелуй, впуская язык парня хозяйничать в мой рот, и податливо позволял кусать мои губы.       Я не знаю слов, которыми можно описать мое поведение, перепады в настроении и отношении к этому парню, потому что фразы «на всю голову ебанутый» уже давно недостаточно. Арсений немного отстранился и, взглянув в глаза и тяжело дыша, прошептал мне в губы:       – Не лги, что не скучал.       Быстро облизнувшись, я, не ведая, что мной руководит, и, не раздумывая в принципе ни секунды, обхватил ладонями его лицо и притянул к себе, впиваясь в его губы очередным поцелуем. Я чувствовал ухмылку его губ, когда он отвечал на мой поцелуй. Ну и пусть. Сколько бы я не целовал его, мне было ничтожно мало. Я не осознавал, как сильно нуждаюсь в этом. Арсений сильнее прижал меня к стене, упираясь коленом между моих ног и обнимая за талию, забравшись руками под толстовку и беспорядочно водя ими по моей спине. Я обнял его за шею, прижимаясь к нему так сильно, как только мог. В эту минуту мне как никогда сильно хотелось держать его рядом, настолько близко, чтобы ощущать его дыхание на своей коже, и никуда не отпускать.       Мы уже окончательно забылись, страстно целуясь, и вернуть нас в реальность смог только звонок с урока. Так быстро? Блять. Арсений отстранился от меня и отступил на шаг. Приводя дыхание в норму, мы смотрели друг другу в глаза. Я не видел в его взгляде какого-либо намека на победную усмешку, а значит, ему самому это нравилось, и он нуждался в этом не меньше, чем я. Ну, я так думаю. На самом деле сложно судить, потому что я сомневаюсь, что сам Арсений способен понять Арсения. Ну или просто я дурак.       Парень поспешно привел себя в порядок, поправив волосы и одежду, и направился к выходу, напоследок ухватив меня за возбужденный от таких бурных поцелуев и ласк член. Кошмар какой, мы же так когда-нибудь точно потрахаемся прямо в школьном туалете.       Арсений скрылся за дверью, и я, тяжело вздохнув, быстро умылся холодной водой и побежал в аудиторию за вещами. Димы уже не было, потому что следующий урок у нас был порознь. В кабинете остался только учитель, и я, забрав портфель, попрощался с ним и пошел к шкафчику. Не наткнувшись на Попова в коридоре, я со спокойной душой направился в кабинет английского. Благо, стояк довольно-таки быстро распрощался со мной, чему посодействовала холодная вода, и я мог идти спокойно.       Войдя в аудиторию, мне захотелось сразу же развернуться и убежать из школы. На том же месте, что и в прошлый раз, сидел Арсений. Увидев меня в дверях, он довольно улыбнулся и похлопал рукой по стулу рядом с собой. Пять минут назад я не хотел разлучаться с Арсением ни на секунду, а час назад я был готов его убить, только чтобы нигде с ним не пересекаться. Но сейчас я понятия не имею, что именно чувствую. Я хочу сесть с ним? Не знаю. Хочу ли я, чтобы кто-то другой сидел с ним? Нет. Должно быть, это и есть ответ.       Когда я подошел к тому месту, которое Арсений придержал для меня, он выглядел чересчур довольным. Или он что-то задумал, или я чего-то не понимаю. Я молча занял свое место и небрежно бросил на парту тетради из портфеля. Попов подпер рукой голову и, развернувшись ко мне, широко улыбался, глядя на меня.       – Как дела? – заговорил он, как ни в чем не бывало.       Я повернулся и вопросительно взглянул на парня, вскинув одну бровь. Серьезно? Его почему-то моя реакция рассмешила.       – Чего такой недовольный? Хочешь, будем обниматься? – внезапно выдал Попов, выпрямляясь и разводя руки для объятий, - Давай, иди сюда.       Мое вопросительное выражение лица сменилось ошарашенным. Нас как бы видят и слышат, херня? Я продолжил недвижно сидеть, и Арсений, поняв, что я ничего делать не собираюсь, потянул меня к себе и обнял за плечи, начав гладить меня по голове.       – Ты что вытворяешь? – шепнул я ему на ухо, стараясь определиться, нравится мне это или нет. Хотя кого я пытаюсь обмануть?       – Обнимаю друга, по которому соскучился, – ответил парень довольно-таки громко, вероятно, чтобы это слышали все. - Мы же так давно не виделись.       – Да что ты? – язвительно прошептал я ему в шею.       – Ай, щекотно, – хихикнув, дернулся Попов, но меня не отпустил.       – Я буду делать так снова, пока ты меня не отпустишь, – заявил я.       – Тогда щекотать начну я тебя, – сказал он уже тише. – Не отпущу, сиди и не рыпайся.       – Арсений, бля...       Мои возмущения, уходящие в шею парню, перебил вошедший со звонком преподаватель. Я попытался отлепить от себя Попова, но препод среагировал быстрее.       – Вам там как? Комфортно? – обратился он в нашу сторону.       – Да, вполне, – ответил Арсений, удерживая меня.       – Ладно, – ответил учитель и начал отмечать отсутствующих.       В смысле?! И это вся его реакция? Я, конечно, понимаю, что тут все могут вытворять, что хотят, но ему что, прям совсем похуй, что мы так сидим? Я прямо чувствовал спиной десяток пар глаз, уставившихся на нас. Супер. И это благодаря Арсению никто-не-должен-знать-о-том-что-мы-ебемся Попову. Совсем нас не палишь, блять. Есть подозрения, что отец Арсения какая-то действительно очень влиятельная шишка, и потому к самому парню не смеют предъявлять претензий. Ибо других разумных объяснений я не вижу.       – Арс, – тихо позвал я.       – Арс? – удивленно переспросил парень.       – Я не могу тебя так называть?       Я подумал, что Сережа так его называет, да и Дима тоже. Почему мне нельзя, чем я хуже?       – Да нет, можешь, – сказал парень, – просто непривычно слышать это от тебя. Так что ты хотел?       Сейчас он точно не устроит никаких сцен и должен отреагировать спокойно. Хотя... В любом случае, я был намерен задать этот вопрос и, набравшись смелости, заговорил:       – С Матвиенко у тебя такая же дружба, как со мной, да?       Арсений никак не отреагировал и сидел, словно я и вовсе ничего не спросил. Когда молчание стало затягиваться, я не на шутку испугался последствий. Наверное, мне не стоило спрашивать, если я не был готов получить ответ.       – Ты идиот? – тихо спросил парень.       – Что?       – Я спрашиваю: ты идиот? Мне, конечно, стоило уже привыкнуть, что в твоей голове вечно рождаются всякие бредни, и ты постоянно себя накручиваешь, но как такое вообще могло прийти тебе в голову?       Я молчал. Сидел недвижно, уткнувшись носом в шею Арсения и вдыхая запах его кожи. Теперь этот вопрос, как и вся эта мысль в целом, казались мне просто бредом. Сложно признаться, но мне буквально стало физически легче от этого. Но мне ведь спокойно не живется, и в голову сразу пришел очередной тупой вопрос, который я тут же и озвучил:       – А другие такие, как я, друзья у тебя есть? О которых я не знаю.       Попов вздохнул и едва слышно, так, что даже я с трудом уловил эти слова, прошептал:       – Ты – единственный, с кем я сейчас сплю и кого целую.       – Спасибо, – непонятно зачем ответил я.       Несомненно, мне было удобно и приятно сидеть в объятиях Попова, но провести так весь урок мы не могли. После этого нашего недолгого перешептывания, я просидел так еще пару минут и понял, что пора бы уже отлипнуть от друга. Как минимум потому, что мы привлекали лишнее внимание. Как максимум потому, что такие нежности могли грозить стояком. Усилиями воли я заставил себя отстраниться от Арсения, однако ему эта попытка вырваться из его объятий явно не пришлась по душе, и он только сильнее прижал меня к себе.       – Ты сейчас меня задушишь, – недовольно проскулил я.       Арсений немного ослабил хватку, но все еще не отпускал меня. Я бы мог сейчас начать истерить и драться, но, зная Арсения, ни к чему хорошему это не приведет, только привлечет дополнительное внимание. Быстро прикинув, что я могу сделать в этой ситуации, и какие у моих действий будут последствия, я избрал самую, как мне показалось, подходящую тактику.       Нащупав одной рукой колено парня, я аккуратно коснулся его, после чего мягко положил вторую руку на спину Попова. Немного ответной нежности – и он должен отпустить меня. Или это наоборот усугубит положение – одно из двух, 50/50. Как говорится: не попробуешь – не попробуешь. Поглаживая парня по спине, я слышал, как учитель начал урок, как ни в чем не бывало. Никогда еще я не был настолько против такого отношения преподавательского состава к поведению учащихся.       – Арс, – прошептал я, стараясь сделать тон максимально доброжелательным, – ну отпусти уже.       – Ладно, – тихо вздохнул парень и нехотя выполнил просьбу.       Увидев, наконец, белый свет я первым делом оглядел учащихся в аудитории – на нас никто не смотрел. Это уже напоминало какой-то заговор. Попов им всем что-то пообещал взамен на то, что они будут делать вид, будто нас нет? Это, конечно, вряд ли, но все происходящее было слишком странным. Я выпрямился и постарался вникнуть в тему урока. Арсений полез в телефон и краем глаза я заметил, что он листает ленту в Инстаграме. Спустя еще минут десять урока я понял, что преподаватель, судя по всему, решил действительно абсолютно игнорировать наше с Арсением присутствие на уроке. Он спрашивал каждого, но нас пропускал. И всех это устраивает? Я реально один нахожу это, блять, странным? Ну и пусть, мне же лучше.       Я расслабился и откинулся на спинку стула, пропуская мимо ушей, что там твердит препод, и краем глаза поглядывая на сидящего в такой же позе Попова, продолжающего лазить в Инстаграме. В какой-то момент парень придвинулся ближе ко мне и положил голову на мое плечо, не отрываясь от своего телефона. Ну, со стороны это выглядит не слишком вызывающе и подозрительно, так что пускай. Тем более это даже приятно.       Может, я действительно влюбился в Арсения? Это так глупо звучит, боже правый. В любом случае, мне нужно время, чтобы разобраться в себе. Хотя, какой смысл? Ну, допустим, я приду к выводу, что и правда влюблен. И что мне с этим делать потом? Скрывать это или рассказать Попову? Как он на такое отреагирует? Типа как в фильмах – его чувства окажутся взаимными, и мы будем жить вместе долго и счастливо и умрем в один день, да? Брехня это все, так не бывает. На самом деле я так рассуждаю, будто уже уверен. Надеюсь, это все-таки окажется чем-нибудь другим, не влюбленностью.       В принципе, меня устраивает нынешний порядок вещей. А что? Я познакомился с интересным человеком, он мне нравится, и мы приятно проводим время вместе. Я привык жить сегодняшним днем. Может, завтра все это закончится, но толку думать об этом? Надо наслаждаться моментом, здесь и сейчас. Я слабо улыбнулся, доведя свою мысль до логического конца.       Арсений продолжал сидеть в Инстаграме, и я от нечего делать решил в шутку до него докопаться.       – Ну-ка покажи, кого ты там лайкаешь, – наигранно серьезным тоном спросил я.       Парень немного повернул голову, подняв на меня взгляд, но не отрываясь от моего плеча, и я взглянул на него. Несколько секунд он внимательно смотрел на меня, после чего, проигнорировав мой доеб, заговорил:       – Как ты подписан?       – Я давно ничего не постил и в принципе захожу нечасто, – ответил я.       Парень снова молча подумал с полминуты, после чего беспардонно залез в карман моих джинсов, доставая оттуда мой телефон, а свой убирая на стол. Отбирать у Попова телефон я не стал и просто наблюдал за тем, что он делает. Арсений, как я и думал, зашел в Инстаграм. Немного пролистав ленту, он бегло глянул мои публикации, после чего нашел свой профиль и подписался. Это было ожидаемо. Однако к дальнейшим действиям парня я не был готов.       Попов нажал «сделать фото» и в приложении открылась фронтальная камера. Так вот как мы сейчас выглядим. Что ж, мило. Парень вытянул руку, положив ее на парту, и подобрал подходящий ракурс. Он ведь опубликует это, почему я его не останавливаю? Арсений поудобнее устроился на моем плече и с довольным лицом немного прикрыл веки. Он выглядел сейчас как котенок. Я постарался сделать такое же милое лицо, слабо улыбнувшись, и парень сделал фото.       – Мило вышло, – прокомментировал он, поднося экран ближе к нашим лицам и рассматривая.       – Ну, наверное, - неуверенно сказал я.       Парень недовольно цокнул языком и начал редактировать фото. На самом деле вышло более чем мило, но я не мог адекватно это все воспринимать. Ну, главное, чтобы ему нравилось.       Пошаманив над нашей фотографией и отметив там себя, Арсений опубликовал ее и вручил мне телефон, беря собственный с парты. Разблокировав его неизменным «0000», он сразу подписался на меня и лайкнул фото. За минуту набралось какое-то невероятное количество лайков, и я задумался о том, как много людей сейчас увидели это фото и как много слухов поползет следом. Еще раз взглянув на этот пост в своем телефоне, я заметил подпись под фото: «аккуратнее с комментариями ))». Что ж, не уверен, что это сильно исправит положение, но он хотя бы пытался.       Остаток урока пролетел незаметно, и неожиданно быстро для меня прозвенел звонок. Учащиеся мгновенно подлетели со своих мест и побежали в столовую. Мы с Арсением тоже не стали медлить и, собрав тетради, поспешили за толпой. Пока мы шли, никто не подслушивал наш разговор, и я мог спокойно спросить то, что уже долго вертелось в моей голове:       – Увидимся сегодня после школы?       – Я бы очень хотел, но у меня дела, – грустно ответил парень, покачав головой.       – Да что, бля, за дела у тебя вечно? – отчаянно спросил я, скорее чтобы показать свое недовольство, чем для того, чтобы получить ответ.       – Отец вечно таскает меня по всяким встречам и хочет, чтобы я участвовал в делах фирмы. Сейчас его нет в городе, и он взвалил на меня кучу заданий, а секретарю поручил следить, чтобы я все выполнял, – пояснил Попов.       – Тусуешься там, значит, с какой-то шлюхоподобной секретаршей? – Арсений удивленно посмотрел на меня, явно не ожидая, что я заострю на этом внимание.       – Послушай, – начал он, – я делаю кучу нудной и однотипной бумажной работы, и мне совсем не до веселья. Секретарь, не секретарша, как ты сказал, – пятидесятилетний седоголовый мужик. Явно не в моем вкусе.       – Его случайно не Альфред зовут?       – Думаешь, мой отец – Бэтмен?       – Ну а вдруг? Я многого о тебе не знаю, – пожал я плечами, и Арсений сдержанно засмеялся.       Мы вошли в столовую и поспешили занять очередь, пока не набежала толпа голодных школьников. Я молчал и делал вид, что все прекрасно, но в голове на повторе крутился момент, как я пять минут назад спросил у Арсения о встрече. Подумать только каким идиотом я выглядел! Полный придурок, ищу с ним встречи, надеюсь на что-то. Будто он мне обязан. Ну не дурак ли? Дурак.       Арсений, как всегда, купил себе какой-то салатик и воду, а мне вот не хотелось в своей обычной манере заваливать поднос едой. Одинокий сэндвич на моей тарелке смотрелся так же грустно, как и я в этой всей сложившейся ситуации. Расположившись за нашим столом, я увидел, как Дима с Сережей влетели в столовую и помчались к очереди, после чего довольно-таки быстро присоединились к нашей молчаливой компании, наполнив ее своими веселыми разговорами. Арсений выглядел более чем веселым, а я старался выдавить из себя жизнерадостную улыбку, хотя никак не мог прогнать из головы мысль о том, что я – дебил.       Может, меня расстроил сам факт того, что мне отказали? Нет, все же это была какая-то непонятная обида на Попова. И на что я обижаюсь? У него ведь дела, это глупо. Он будет сидеть, и писать какие-то бумажки, а не шляться со шлюхами. Хотя я не могу быть уверен, что он не врет мне. Но если и так, то тогда чего ради? А-а-а-а как же сложно.       Стараясь смеяться вместе с парнями, чтобы не выглядеть безучастным, я быстро дожевал сэндвич и, попрощавшись со всеми, поспешил покинуть столовую. Дима, конечно, попросил его подождать, но я отмазался какой-то фигней, мол, нужно к преподу зайти, и убежал. Думаю, мне можно вручить Оскар, ибо друзья, по всей видимости, не заметили, что я не в духе.       Придя в кабинет истории первым и сев на излюбленное место, я сразу же повалился на парту. Ничего не хочу, отстаньте все, не трогайте меня. Класс начал заполняться учениками, и в какой-то момент я услышал, как подсел Дима. Возможно, у меня над головой засветилась табличка «даже не подходите ко мне», потому что друг не стал меня тревожить.       Однако непонятливые тоже нашлись. Эля все же подошла к нам и начала допытываться до Позова, что же со мной не так. В итоге Дима не выдержал и практически рявкнул на надоеду, отчего она, поджав хвост, свалила на свое место. Вот от души, Димас, спасибо. Проведя урок истории в амебном состоянии, мы с другом перебрались на математику, где мое состояние, в принципе, ничуть не изменилось. Я просто лежал и все. В голове была пустота, периодически нарушаемая мыслями вроде «ну какой же я долбоеб».       Когда, наконец, уроки закончились, я, попрощавшись с Димой, который остался на тренировку, поспешил домой. Настроения не было абсолютно. Казалось, что с каждой секундой я становился все апатичнее. Выйдя из школы, я закурил и подумал, что можно бы снова пройтись пешком, потому что погода стала намного лучше, и ветра почти не было, но пройдя меньше пятидесяти метров, я понял, что на прогулки тоже не настроен и развернулся в сторону метро.       Добравшись до дома я, не переодеваясь, повалился на кровать лицом в подушку. Когда дышать стало тяжело, я повернул голову и увидел оставшиеся у меня вещи Попова. Да еб твою мать. Внезапно вспомнился тот странный сайт сплетен, и мне захотелось узнать, не написали ли чего еще про нас. Достав телефон из кармана, я нашел в истории браузера нужную ссылку и открыл. Сразу же загрузилась лента «свежих и горячих новостей» и первое, что я увидел, было вот что:       Kitty_68: Антон и Арсений так близки, давно ли? В последнее время постоянно мелькают то тут, то там вместе. Буквально за неделю я видела их вместе миллион раз! А до этого – ни разу!! Комментарии: Grat735: Поправьте меня, если я не права, но они выглядят как самые близкие друзья. Или даже больше… Хотя, как я заметила, общаются они всего ничего. Kitty_68: Grat735, значит ли это, что раньше они скрывались? Хотя зачем им это Grat735: Kitty_68, их персоны в принципе окутаны какой-то тайной, все возможно…       И дальше понеслось…       Penpenny: Сегодня снова была с ними на английском… Ребят, найдитесь, кто тоже был на этом уроке, мне нужно знать, что мне это не приснилось!!! Они обнимались с пол-урока! Комментарии: EnFall777: Вы видели их селфи в инсте??! Это как раз с урока английского, бегите смотреть! Kitty_68: EnFall777, такое милое фото~ я даже сохранила, вдруг удалят) OnlFeRr0: Я стараюсь трезво смотреть на ситуацию, но это все уже реально слишком… Понимаю, что это уже личное, но в субботу вечером я видела их прогуливающихся вдвоем, когда шла из магазина. Kitty_68: OnlFeRr0, ТЫ, ДОЛЖНО БЫТЬ, ШУТИШЬ??? Боже, принесите мне воды       Waka5a: Ребят, без обид, но вы, по-моему, слишком много внимания уделяете Попову и Шастуну. Ну общаются пацаны, и что с того? Комментарии: Kitty_68: Ты походу недогоняешь… Там как бы все намнооооого сложнее…)       Я листал ленту минут двадцать и все, что я там видел, это «Арсений и Антон… вместе… Антон… рядом… Арсений… вдвоем». Такую шумиху они подняли, это пиздец. Я, конечно, все понимаю, но такого я не ожидал. В общем-то, мне плевать. Пускай следят за нами и пишут, что хотят. Вот серьезно. Мне прям максимально до звезды. Но боюсь, что Арсений может взбеситься.       Откинув телефон, я снова уперся взглядом в одежду Арсения, лежащую рядом со мной на кровати. Интересный человек, этот ваш Арсений Попов… Я устал о нем думать. Устал даже физически от этого. Думаю, могу позволить себе вздремнуть.

***

      Меня разбудил звонок телефона, и, разлепив глаза, я увидел «Входящий: Поз».       – Да, – сонно ответил я.       – Спишь?       – Уже нет, – зевая, промямлил я и уселся на кровати.       – Погнали пройдемся немного, – бодро предложил друг.       – Ну не знаю, – протянул я, глянув в окно.       На улице совсем распогодилось и светило солнце. Однако настроение у меня все еще было «пасмурное» и выходить куда-то не хотелось.       – Да пошли, – настаивал друг.       Я промычал в трубку, демонстрируя свое нежелание, на что друг недовольно вздохнул.       – Да че ты, блин, там маринуешься как старикашка? Короче, через сорок минут я буду у твоего подъезда. Если ты не будешь там меня ждать, то я тебя вытащу, и ты огребешь, – перешел к угрозам Позов.       – Ладно, – смирился я, – как скажешь.       – Отлично, – обрадовался он. – Тогда, до встречи.       – Ага, давай, – закончив разговор, я отключился.       Взглянув на время, я понял, что встречаемся мы в пять. А проспал я около двух часов. Вроде и выспался ночью, но все равно клонило в сон даже после этого моего обеденного отдыха. Что ж, надо тогда привести себя в божеский вид.       Нехотя поднявшись с кровати, я сходил в душ и переоделся, потратив на это, в принципе, практически все время, что у меня было на сборы. Стоило бы еще телефон зарядить… Хотя моих 40%, думаю, будет достаточно. Натянув на ноги кроссовки и сунув в карман деньги и сигареты, я как раз вовремя спустился и увидел, что друг подходил к моему подъезду, сияя лучезарной улыбкой. И откуда в нем столько бодрости и позитива?       Мы прошлись по Арбату до Кофе Хауза и взяли там кофе с собой – моя прихоть, так как я все еще был сонным. Выйдя к старому Арбату, мы устроились на соседней от какого-то музыканта лавочке. Дима все это время оживленно что-то мне рассказывал, а я как самый ужасный друг и просто скотина почти все пропустил мимо ушей, улавливая лишь отрывки. В основном он говорил о футболе, тренировке и предстоящем матче. Хоть он и был хорошим игроком и за их командой было много побед, он каждый раз волновался и выкладывался на полную, требуя того же от остальных. В действительности капитаном команды был он, а не Матвей. Матвей был капитан чисто «для галочки», а командный дух всегда был за Позовым.       Мы сидели, попивая кофе, и курили. Дима продолжал свои рассказы, а я старался выглядеть не таким пассивным. В какой-то момент наш разговор, а точнее Димин монолог, прервали подошедшие к нам приятели. После недолгого вступления в виде «привет как дела» последовало предложение Марка:       – Мы идем на хату к Дрону, тусить будем. Айда с нами?       – Ой, не, парни, – сразу же отказался Позов. – Я никак не могу сегодня.       – Да ты никогда не можешь, Димас, – вмешался Рома.       – Ну такой вот я. Возьмите лучше Шастуна, – Позов подтолкнул меня локтем в бок.       – Да-да, погнали, Шаст! – радостно закивал Марк.       – Не знаю, – отстраненно протянул я.       По большому счету мне сейчас было прям очень сильно насрать. Именно поэтому ребятам меня долго уговаривать не пришлось. Докурив, я отошел и позвонил маме, уточняя, когда она вернется. Узнав, что завтра у нее самолет в семь вечера, я вернулся к друзьям и окончательно подтвердил, что присоединюсь к ним. Допив кофе и постояв там еще с полчаса, Позов попрощался с нами и пошел в сторону метро, а мы отправились к дому Андрея. Ко мне закрались подозрения, что это могло быть подстроено, эта вся случайная встреча. Дима мог все-таки заметить мое отстраненное состояние и решил поспособствовать тому, чтобы я развеялся. Даже если так, то уже плевать.       Придя к нужному дому уже было понятно, что веселье началось без нас – из открытых окон на весь двор доносилась громкая музыка и какие-то невнятные выкрики и визги. Я уже неделю не посещал шумных «мероприятий», за исключением того вечера, когда мы с Арсением забирали Алису. Когда мы попали в нужную квартиру, нас встретила радостная толпа, а увидев, как я понимаю, меня, девушки восторженно запищали, а после подошел поприветствовать нас и хозяин.       – Идя на звук дамских счастливых воплей, я не сомневался, что увижу тебя, Шастун, – усмехнулся Андрей, пожимая мне руку. – Как приятно, что вы удостоили меня честью и явились, – продолжил друг в манере лорда восемнадцатого века.       – На самом деле, я крайне возмущен вашей тенденцией устраивать поздние приемы в такие дни, – поддержал я манеру друга и поправил воображаемый монокль.       – О, простите, мсье! И что же именно вас возмущает?       – То, что завтра как бы школа, дружище. Сегодня понедельник – самый плохой вариант для таких замутов, – объяснил свое негодование я.       – Ой, да че ты выебываешься? Залетай давай! – Андрей, посмеиваясь, подтолкнул меня вглубь квартиры, и ребята вокруг рассмеялись.       Если я скажу, что я не люблю вечеринки – я наглейшим образом совру. В кругу друзей (пусть и не только – тут было еще много малознакомых или вообще незнакомых мне людей) и в такой атмосфере мое настроение стремительно стало приходить в норму. После нескольких шотов оно вообще поднялось до небес. Я абсолютно перестал ощущать, как течет время. Мне было весело, я пил, в меня заливали алкоголь прямо из горла бутылок, мы танцевали, смеялись и веселились. Все тревоги покинули меня, и мне даже не потребовались никакие колеса и косяки. Я купался во внимании приятелей и облепивших меня девушек, будто я почетный гость.       Спустя несколько часов непрерывного мощного движа я уже был прилично пьян, и еще более пьяные девушки, которые едва ли были способны держаться на ногах, стали по очереди пытаться утащить меня в постель. Я же лишь заметил, что потерял свой телефон и отчаянно старался найти его, передвигаясь в толпе по квартире, попутно отшивая всех желающих со мной переспать. Они были так настойчивы, будто это какой-то трофей или достижение в жизни – переспать с Шастуном. Настроение, однако, это мне не испортило. Скорее лишь потешило мою самооценку.       Увидев на комоде звонящий телефон, я подошел поближе, и, какое счастье, это был именно мой телефон.       – Алло-алло, я вас слушаю! – весело ответил я, не глядя приняв входящий вызов и уходя на балкон, чтобы услышать звонящего.       – Алло-алло, – передразнил меня до боли знакомый голос в трубке, – ты охуел! Я тебе весь вечер пишу и названиваю, телефон тебе зачем вообще?       – А-а-арс, – довольным тоном протянул я в ответ на негодование парня.       – Ты пьяный что ли?       – Арс, забери меня, – нечленораздельно мямлил я, отбиваясь и от даже тут меня доставших мадам.       – Ой, блять, – сокрушался Попов. – Ты где?       – Я, ну… – я отчаянно начал вспоминать, где я и как сюда попал. – А! Ну, я у Дрона, мы тут тусим…       – У кого? А, понял, – быстро сообразил парень. – Я сейчас приеду, жди меня и пиздюли. И не смей, сука, куда-то сваливать или выпускать телефон из рук!       – Ты рыца-а-арь! – непонятно отчего я засмеялся.       – Беги, блять, беги до самой канадской границы, Шастун. Когда я доберусь – тебе пизда.       Арсений положил трубку, и я, с трудом сфокусировавшись на экране, увидел 15 сообщений и 37 непринятых – и все от Попова. И почему он был таким серьезным? Это же ве-се-лу-ха! Не стараясь даже понять мотивы своих действий, я с пятой попытки переименовал Попова на Арса, убрал телефон в карман и вернулся в комнату. И зачем я попросил меня забрать? Тут же, блять, весело!       Я начал было снова уходить в отрыв, догоняясь какими-то шотами, но тут же понял причину, по которой захотел свалить – ко мне стало липнуть нереально много телок, и это мешало всему веселью. Отказав очередной партии барышень, я вышел в прихожую и, с трудом натянув кроссовки на ноги, свалил незамеченным. Спустившись, я остановился у подъезда. На улице было темно и тихо, за исключением шума из окон квартиры, которую я только что покинул. А еще было холодно. Поежившись, я спустил рукава толстовки и закурил. Земля уходила из-под ног, и мир кружился в моих глазах, устраивая какие-то аттракционы. Я был доволен, даже счастлив после такого вечера. Давненько у меня такого не было. Я расслабленно курил, стараясь держаться на ногах ровно, как мне в лицо ударил яркий свет от фар подъезжающей машины. Судя по звукам, она остановилась где-то рядом со мной. Хлопнула дверь, и кто-то выбежал оттуда.       – Тебе, блять, повезло, что ты смог додуматься ждать меня у подъезда, – яростно выпалил Арсений, подходя ко мне.       Увидев парня, я пьяно улыбнулся, делая очередную затяжку, после чего он сердито выхватил у меня сигарету и, буквально в две затяжки докурив и бросив окурок точно в урну, схватил меня за руку и потянул к машине. Не давая мне сказать ни слова, он усадил меня на заднее сидение и, обойдя машину, сел слева от меня.       – На Новый Арбат, дом 6, пожалуйста, – обратился парень к человеку на переднем сидении.       – О, так мы в такси, – оглядывая салон машины, сказал я.       – А ты, блять, думал мы где? На космической станции? – недовольным тоном съязвил Попов, когда машина тронулась.       То ли он строил из себя обиженного мальчика, молча отвернувшись к окну, то ли действительно был обижен – мой пьяный мозг был понять не в состоянии. Да что там, я бы даже на трезвую голову не сообразил. Но на трезвую голову мне бы не пришло в голову выкинуть то, что я собирался сейчас сделать.       – Мой мальчик обиделся? – тихо спросил я, не скрывая улыбки, и придвинулся ближе к парню.       Он сосредоточенно смотрел в окно, делая вид, будто не слышит меня. Как же сильно я его хочу сейчас. Почему эта ситуация так заводит меня? Я придвинулся еще ближе, кладя руку ему на бедро и утыкаясь носом в шею парня, легонько кусая его.       – Ну хватит, – прошептал Попов, заметно подобрев.       По интонации парня было понятно, что совсем не хватит. Возможно, водителю хотелось высадить нас в ту же секунду, но как же сильно мне насрать. Арсений даже не касался меня, а я уже был возбужден. Я начал мурчать ему в шею и поглаживать бедро парня, поднимая руку все выше.       – Не ври, тебе нравится.       Арсений громко сглотнул, но промолчал. Когда моя рука практически добралась до его паха, парень резко накрыл ее своей рукой, останавливая меня. А вместе с этим остановилась и машина. Я уже было подумал, что таксист действительно не выдержал, но тут с переднего сидения донеслось громкое «приехали», и Попов практически подскочил.       Вытянув меня из машины и приказав «стоять здесь», будто я могу куда-то сбежать, парень вернулся к водителю, чтобы расплатиться. Не успела его машина уехать, как мы уже вломились в подъезд и, на бегу поздоровавшись с консьержкой, залетели в лифт. Едва двери закрылись, Арсений прижался ко мне и начал жадно терзать мои губы. Я, разумеется, сразу же стал отвечать ему с еще большим напором и, принимая инициативу на себя, забрался холодными пальцами в штаны парня.       – Подожди, – в какой-то момент немного отстранился от меня парень. – А твоя мама? Она разве не дома?       – Я же не совсем идиот, Арс, она еще не вернулась из Праги.       Арсения мой ответ, видимо, устроил, потому что он сразу же возобновил поцелуй. Поднявшись на нужный этаж, мы, практически не отлипая друг от друга, ввалились в квартиру, захлопывая за собой дверь. Быстро скинув обувь в кромешном мраке квартиры, мы вновь прижались друг к другу, жадно и страстно целуясь. Поочередно впечатывая друг друга в стену, покусывая губы и шею и шумно дыша, мы добрались до моей комнаты. В дверях начав в спешке стягивать друг с друга одежду, она оказалась разбросанной по всей комнате, а я повалился на кровать, утягивая Арсения за собой. Свет полной луны за окном освещал ту часть комнаты, где стояла кровать. Разорвав очередной поцелуй, Арсений навис надо мной, пристально разглядывая мое лицо.       – Ты так прекрасен, – вполголоса сказал парень с какой-то невероятной нежностью в голосе.       Я обнял его за шею и притянул к себе, мягко целуя, а затем, отрываясь и притягивая его еще ближе, прошептал на ухо:       – Я хочу тебя, – и прикусил мочку уха, после чего выдохнул тихое: – очень.       Арсений припал губами к моей шее, покрывая ее поцелуями, а рукой накрыл мой возбужденный член, отчего я сладко застонал, подаваясь навстречу. Парень усмехнулся, вновь целуя мои губы. Не разрывая поцелуя, я перевернул парня на спину, усаживаясь ему на бедра. Почувствовав, как сильно парень возбужден, я начал ерзать на нем, поддразнивая. Арсений, до этого беспорядочно гладивший мою спину, стал прижимать меня к себе настолько сильно, насколько мог.       Сил терпеть больше не было ни у него, ни у меня, и я потянулся к прикроватной тумбочке, чтобы достать смазку. Да, ту самую, что мы купили вместе в субботу, но которая, однако, нам тогда не понадобилась. Зато сейчас пришлась очень кстати. Я всучил тюбик Арсению, припав к его шее и жадно кусая ее.       – Папочка сегодня будет сверху? – усмехаясь, спросил парень, открыв смазку и начав распределять его содержимое по своему члену.       – Да, мой мальчик, – прошептал я ему на ухо, и снова мягко укусив за шею.       – Готов? – спросил Арсений, отбрасывая тюбик в сторону и размазывая остатки жидкости с пальцев, проводя ими между моих ягодиц.       – Давно уже, – ответил я, в подтверждение своих слов подаваясь назад.       Парень старался как можно медленнее войти в меня, но как только я почувствовал в себе головку его члена, я резко подался навстречу, насаживаясь полностью, отчего мы одновременно громко застонали. Я выпрямился, упираясь руками в грудь Арсения и, поняв, что я все-таки погорячился, начал не спеша двигаться.       Дискомфорт быстро сменился наслаждением, и я ускорился, отчего парень подо мной блаженно застонал и шлепнул меня по заднице. Арсений обхватил своими умелыми пальцами мой член и двигался в такт со мной. Я был в эйфории от этого невероятного чувства и вскоре просто начал в сумасшедшем темпе скакать на члене парня, ощущая себя какой-то заправской блядью. От стонов я практически срывал голос, периодически наклоняясь к парню в попытках поймать его губы для мимолетных поцелуев.       Это дикое родео априори не могло затянуться, и вскоре комнату переполняли оглушительные стоны от полученного нами оргазма, когда мы практически одновременно кончили. Тяжело дыша, я рухнул на быстро вздымающуюся грудь Арсения. Он вышел из меня и, нащупав на полу ближайший предмет одежды, вытер с нас сперму и смазку, отбрасывая вещь обратно на пол.       Приподнявшись, я дотянулся до лица парня и устало поцеловал его, после чего снова улегся на его грудь. Не осталось сил даже чтобы вымолвить хоть слово, не то, что слезть с Арсения. Тем более, что мне даже не хотелось делать это. Я так и остался лежать на нем, когда мои глаза закрылись, и я начал проваливаться в сон, почувствовав напоследок лишь, как Попов натянул на нас одеяло и обнял меня.

***

      Проснувшись от какого-то непонятного стука, мне понадобилось некоторое время, чтобы оценить обстановку и понять, что происходит и в принципе происходило. Я в теплых объятиях человека со знакомым, даже я бы сказал уже родным запахом. В комнате светло и судя по всему уже давно не утро. А вчера… Вчера я напился, а Арсений за мной приехал. Ага. А потом… Ну точно. Окончательно разлепив глаза, я удостоверился, что память меня не подвела. К счастью, я был в своей комнате в обнимку со спящим Арсением. С каких это пор такая ситуация звучит для меня в одном предложении с «к счастью»?       Стук повторился, но дольше и с большей силой, а после него раздался звук дверного звонка. Так, мне это не нравится. Я начал подниматься с постели, стараясь не разбудить Попова, однако он все равно проснулся, когда снова послышалась назойливая трель звонка.       – Что такое? – непонимающе взглянул на меня сонный парень.       – Не знаю, – пожал я плечами, вылезая из постели и натягивая на себя первые попавшиеся под руку вещи. – Схожу проверю, лежи тут тихонько, ладно?       Парень кивнул, и я вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. Подойдя к источнику шума, я посмотрел в глазок: за дверью стоял злой Дима. Очень-очень сильно злой Дима. Я поспешил открыть дверь, пока друг просто-напросто ее не вынес.       – Ты дебил! – заорал с порога Позов. – Я уже думал, что ты сдох где-то, потому что там тебя нет, никто не знает где ты, а телефон… Вот скажи мне: зачем тебе вообще, блять, телефон?       – Тише, тише, Дим… – попытался я успокоить друга.       – Да че тише? Че тише?! Ты просто тако-о-ой идиот, я не знаю, какими словами тебя описать, – не унимался он.       – Слушай, ну да, я виноват, заставил тебя волноваться, – начал оправдываться я, попутно стараясь запихнуть ногой кеды Попова под обувную полку, – но я же жив, здоров, видишь? Такого впредь не повторится, окей?       – Ох, Шастун, когда-нибудь я придушу тебя собственными руками! – уже более спокойным тоном пригрозил друг. – Ладно, проехали.       – А ты чего такой красивый? – выдохнув, перевел я тему.       – Да вот шел с Катей встретиться, в кино пойдем, да зашел проверить, жив ли ты вообще, – почесав затылок, ответил Дима.       – Огого! Да у кого-то все идет в гору! – обрадовался я за друга, похлопав его по плечу.       – Ага, у кого-то точно, – усмехнулся Позов.       В смысле? Я не понял.       – Ну, давай тогда, поторопись к даме своего сердца! – поспешил я перевести стрелки и спровадить друга. – Только цветы не покупай – рано еще! – крикнул я другу вслед, когда тот уже стоял возле лифта, на что он, тактично промолчав, показал мне средний палец и скрылся из поля зрения.       Захлопнув дверь, я прислонился к ней спиной и шумно выдохнул. Пронесло?       – Ну что там? – послышался хриплый ото сна голос Арсения с противоположного конца коридора.       Парень, закутавшись в одеяло, вышел из комнаты и шел в мою сторону, зевая.       – Дима приходил, переживал, мол, потерял меня, – в двух словах рассказал я. – Не волнуйся, нас с тобой вроде как не спалили.       – Ага, походу, – усмехнулся Арсений, поворачивая на кухню, – ты в майке, которую я в воскресенье купил, идиот.       Быстро оглядев себя, я понял, что я реально идиот. Это пиздец. Нет, ну так только я мог. В очередной раз тяжело вздохнув, я глянул на настенные часы и понял, что мы не просто все уроки проспали, а даже возможные факультативы и тренировки. Ну и насрать. Войдя на кухню, я увидел как Арсений, одной рукой придерживая на себе одеяло, варит нам кофе, зевая и купаясь в золотых лучах солнца, проникающих сквозь окна. Какой же он все-таки уютный, домашний и… родной?