Принц или укрощение строптивого

      Пока в Аврорате переваривали новости, оформляли по всей форме дело и отваживали падких на сенсации журналистов, Алекс всерьёз озаботился своей проблемой. И начал он с разговора со знающим человеком. С Салазаром Слизерином.       — Что именно тебя волнует?       — Наги довольно агрессивны. Как далеко может зайти рассерженный и плохо контролирующий себя наг?       — Смотря на кого направлена агрессия. Постороннего на мелкие кусочки порвёт. Тебе подобное не грозит. По-настоящему серьёзно он не может навредить. У любого нага инстинкт защищать партнёра, что бы ни случилось. Ну, парой синяков отделаешься. Ещё про магию не забудь. Хлестать будет сильно, давить, пытаться подчинить. Наги ведь, по сути своей — змеи, и как все змеи живут по определённым законам. На первом месте гнездо, то есть дом и семья. Одно без другого не существует. Дом без семьи всегда будет казаться пустым, семью же ни один наг не заведёт, не имея дома, хорошо защищённого убежища.       — Ясно, — вздохнул Алекс. — Значит, никакой свободы.       — Смотря, что ты имеешь в виду.       — Свобода перемещения, общения без оглядки, доверие и отсутствие тотального контроля.       — Не всё так плохо, как тебе кажется. Ты же и так не шляешься, где попало, общаешься чаще всего с определённым кругом лиц. Думаю, вы вполне можете договориться. Просто представь Тому в неформальной обстановке человека, с которым собираешься чаще всего пересекаться, и сообщай, куда и насколько уходишь. Связь у вас и так постоянная, сообщишь, если будут какие-то проблемы или в случае задержки.       — Надо попробовать.       — Попробуй. Такая договорённость и доверительные отношения и в его интересах.       После разговора с основателем Алексу даже легче стало. Знание, что Том его в любом случае не покалечит, очень успокаивало. Неудивительно, что, находясь в приподнятом настроении, он решился поговорить и с Сириусом. Тот сначала дулся и недовольно фыркал, а потом разразился гневным монологом. Его действительно задело и обидело недоверие крестника. Это Снейп мог понять сына без слов. Сам был довольно замкнут и недоверчив. Сириусу это объяснить оказалось очень сложно. Так что пришлось выслушать претензии, и только потом объяснять всё обстоятельно. Через час криков Блэк эмоционально выругался и крепко обнял Алекса. Оставалось самое сложное.

***

      Проблема решилась сама собой. Том решил, что пора уже что-то делать, может, и предок подсказал, но заглянул, когда нашлось немного свободного времени. У Алекса как раз была тренировка с Блэком. Постоял, молча полюбовался на окрепшего и подтянутого Алекса. Тот определённо стал гибче, сильнее, выносливее. Да и реакция стала лучше. Это только добавляло ему привлекательности. А уж как хорош он был в пылу схватки! Сверкающие глаза, раскрасневшиеся щёки, лукавая усмешка, периодически появляющаяся на губах.       Первым стоящего в проёме Тома заметил Блэк. Бой тут же прекратился.       — Я смотрю, у вас уже есть успехи.       — Как сказать. Со мной он вполне сносно бьётся. Чужаку лучше не лезть.       — Что так?       — Всё печально может кончиться. Прогресс, конечно, есть, но небольшой. А за убийство, и не только Авадой, полагается Азкабан.       — Ясно. Отдохни пока. Я тоже, пожалуй, разомнусь.       — Сколько угодно. Алекс, не убей его Темнейшество.       — Иди уже, балабол! Начнём?       — На ваш страх и риск, милорд, — нахально улыбнулся Алекс.       Бой с опытным и откровенно опасным противником для Алекса был ожидаемо коротким и проигрышным. Не успев даже зацепить Тома, парень оказался на полу, частично обездвиженным к тому же. А довольно улыбающийся Том склонился над ним.       — Хорошо держался.       — Ну да! Поэтому, наверное, лежу, почти не имея возможности двигаться. Спустя… Мм… Минут пять. Тоже мне достижение!       — Целых пять минут против меня продержался, а ведь я не жалел тебя, как твой крестный обычно делает. Я приятно удивлён.       — Считай, что ты меня убедил. А теперь отпускай.       — Позже, — произнёс Том, нежно накрывая чуть приоткрытые губы.       Алекс, разгорячённый боем, слегка оторопел от нежданной нежности, но быстро включился в процесс. И не страшно нисколько! Благостно настроенный Том, наоборот, очень привлекает. Разгорячённое тело как будто само тянется за лаской. Как оказалось, есть своеобразная прелесть в полной беспомощности и покорности. Особенно когда собственные руки, словно привязанные, лежат на полу над головой, а чужие неспешно расстёгивают пуговицы на куртке и рубашке, чтобы добраться до тела.       Том с удовлетворением оглядел расхристанного, тяжело дышащего Алекса, легонько провёл по обнажённой коже, гадая, сейчас продолжить или отложить до следующего раза. Желание победило. Руки с чувством огладили грудь и живот, переместились к ремню. Алекс нетерпеливо завозился. Горячка боя быстро прошла, уступая возбуждению. От здравого смысла не осталось и следа. Уже и пол не такой твёрдый, и ситуация вдруг стала подходящей. А Том всё не торопится, будто издеваясь, медленно расстёгивает ремень и ширинку, не спешит прикоснуться, как хотелось бы Алексу.       Том и сам был бы рад показать всю силу своего желания, но тогда не будет нужного эффекта. Пока Алекс сгорает от нетерпения, ему некогда думать и трезво оценивать ситуацию. А значит, можно делать с ним всё, что душе угодно, почти всё. Да и есть в неторопливости своя прелесть. Не спеша прикасаться, наслаждаясь гладкостью кожи, видеть страсть в горящих глазах, ощущать силу одного на двоих желания.       Алекс с облегчением почувствовал, что руки свободны. Чем и воспользовался, притянув к себе Тома и впиваясь в улыбающийся рот поцелуем. Теперь уже Алекс раздевал Тома подрагивающими от нетерпения руками. Вскоре оба оказались по пояс обнажены, на пол спешно были наложены заклинания для смягчения поверхности, а дверь на всякий случай запечатана дополнительным заклинанием.       Поцелуи и ласки возобновились с новой силой. Кто первый потянулся за более откровенной лаской, Алекс потом и не помнил. Только с облегчением толкнулся в ласкающую руку, собственной рукой сжимая горячее доказательство ответных чувств. Но у Тома были совсем другие мысли.       — Не двигайся, — попросил он, расположив руки Алекса снова у него над головой.       Нетерпение, конечно, льстит, но от него почти никакого удовольствия. Поэтому Том поцелуем не дал высказать слова протеста и вновь вернулся к неспешным ласкам. Алекс решил подчиниться. Тем более руки Тома не причиняли никакого неудобства, а губы так нежно, почти невесомо, ласкали. Полностью отдавшись ощущениям, Алекс всё больше распалялся. Губы и язык бесстыдно исследовали его тело. Но этого всё равно казалось мало. И его беззвучные молитвы были услышаны. К тяжёлому дыханию и звукам возни прибавился еле слышный стон облегчения, когда Том наконец обхватил губами возбуждённую плоть.

***

      Из зала они выбрались лишь через два часа. В этот раз Том решил ограничиться малым, поэтому до самого главного не дошёл. Не забыл он и погонять Алекса напоследок, заставив справиться с парочкой лично созданных противников. Результат не изменился. И над этим следовало подумать.       На совет были вызваны Снейп с Блэком. После короткого и ёмкого объяснения задумались все. Даже Блэк позволил себе лишь пару скабрёзных и несколько удивлённых взгляда на Алекса.       — Я считаю, мы изначально неправильно оценили ситуацию. Северус, вспомни, пожалуйста, как ты обучался боевой магии.       — Что именно я должен вспомнить?       — Например, ты помнишь, сколько учителей ты сменил, прежде чем попал ко мне? Пять? Семь?       — Пять. Но при чём тут это. Они были некомпетентны.       — Все ли? Я не думаю, что Абраксаса Малфоя можно назвать некомпетентным. Он довольно своеобразно учил и считал некоторые базовые заклинания слишком простыми, чтобы ещё их объяснять, но он учил тому, что действительно знал и умел. Орион Блэк тебе чем плох? Подумаешь, требовательный и нетерпеливый! Он не малых детей привык учить. А мастер Стрентон? Про остальных ничего не могу сказать, но эти-то трое?       — Мы не смогли найти общий язык. Да и объяснить никто из них толком не мог.       — Они не должны были. Изучить теорию можно и самостоятельно. Тем более они делали упор именно на практике, подразумевая, что ты придёшь с определённым багажом знаний.       — Но с вами же всё получилось.       Ничего не понимающие Алекс и Сириус только недоуменно смотрели то на одного мага, то на другого.       — Правильно, — продолжал Слизерин, — меня тебе пришлось выслушать. А после ещё и слушаться. Ты просто забыл, что рвался учиться тому, что тебе не по силам. Умел ты многое, но нельзя хвататься за всё и сразу, пропускать определённые этапы. Напомнить, как ты мне доказывал, что способен на большее и готов к последствиям?       — Я не понимаю, к чему вы это говорите, Милорд.       — К тому, что ты был на редкость упёртым и рисковым учеником, постоянно пытался что-то себе доказать. Далеко не дурак, но эмоции тебе слишком мешали. Пока я тебя в бою, совершенно не жалея, не вывел из строя за позорные десять секунд, ты даже и слушать меня не желал. Потом уже у тебя голова работать начала. У Алекса похожая проблема. Только причины другие. Он не стремится превзойти себя, но из-за того инцидента он чувствует себя уязвимым. От этого злится и выплёскивает свой гнев на противника. Тут нужен немного другой подход.       — Это какой же? — встрял Алекс.       — Нужно понять наконец, что все мы уязвимы. В этом нет ничего страшного. Любая уязвимость может стать силой. И пойми ты уже: большинство людей, с которыми тебе придётся драться, не стоят твоей свободы. А без следов спрятать или уничтожить труп получится не всегда. В Азкабане дементоры никому поблажек не делают. У отца можешь спросить. Там даже охранники страдают почти наравне с осуждёнными. Меня вот всегда угнетало, что я — полукровка. Но потом я осмотрелся и понял, что у меня есть весомые преимущества. И с недостатками моего положения я справился быстрее и легче, чем мне казалось изначально. Вот и ты ищи способы превратить слабость в силу. А пока просто тренируйся. Успехи у тебя уже есть.

***

      В Аврорате творилось нечто невообразимое. Те сотрудники, что были привлечены к расследованию дела Дамблдора, ходили, как пришибленные. Остальные озабоченно хмурились, глядя на них. Ясно, что скелетов у уважаемого мага много, но даже предположить страшно, какие именно. Ещё, как к себе домой, шастали Невыразимцы с архивными делами и загадочными артефактами. Нервировал частыми визитами министр.       — Эти тоже, — озабоченно поинтересовался Пий Толстоватый, кивая на стопку старых папок на краю стола главного Аврора.       — Да. Это ещё пять нападений, — устало выдохнул Скримджер.       — Всего сколько?       — На данный момент около сорока процентов лишь имитация. И это ещё мы не все дела перепроверили. Думаю, как раз половина наберётся, а может и больше.       — А нападения на чистокровных?       — Все те, что были выданы за месть от Пожирателей, оказались делом рук дамблдоровской банды. Ещё некоторые бездарно замаскированы под несчастные случаи, — Скримджер потёр воспалённые от недосыпа и архивной пыли глаза. — Думаю, это сделано специально, чтобы обратить внимание определённых людей.       — Орден Феникса?       — Скорее всего. Аврорат возьмёт на заметку странный случай, но ничего предпринимать не будет. Сами же знаете. А вот, обратив внимание определённо настроенной группы людей, можно много чего наворотить. Он же революционеров готовил. Они и пошли потом грудью на амбразуры, то есть на Пожирателей.       — Ну что ж, работайте. Я ещё хотел предупредить: я дал распоряжение опубликовать небольшой отчёт о расследовании. Совсем немного, люди ведь волнуются.       — Хорошо. Может хоть чуть-чуть успокоятся. Столько писем уже пришло.       Заперев дверь своего кабинета министр активировал кольцо.       — Какие новости? — отозвался Люциус.       — Скримджер нашёл подтверждение нашей непричастности к некоторым делам. И, судя по всему, ещё найдёт. Дамблдор и его люди работали довольно осторожно, но следов оставили достаточно. Тогда никто не обращал внимание на мелочи. А сейчас ситуация поменялась. Аврорату выгодно себя реабилитировать и свалить вину за недоработки на Дамблдора.       — Прекрасно! Думаю, скоро они закончат. Руквуд организовал активную помощь Аврорату. Ещё что-то?       — Нет, пока всё.       — Тогда, до связи.       — До связи.       Министр довольно улыбнулся и потёр руки. Скоро, очень скоро они избавятся от Дамблдора.

***

      Суд над Дамблдором состоялся через рекордные два месяца. Аврорат и Визенгамот, стремясь исправить собственные ошибки, работали не покладая рук. От их деятельности всё Министерство стояло на ушах. В качестве зрителей пришли все бывшие пожиратели, кто не был свидетелем. Орденцы тоже явились полным составом во главе с хмурым Джеймсом Поттером. Это было довольно предсказуемо. А вот нахождение Сириуса Блэка рядом со Снейпом и его сыном, вызвало возбуждённое перешёптывание среди обычных зрителей и чистейший восторг со стороны присутствующих журналистов.       Само заседание благодаря вышедшим ранее статьям не стало особо зрелищным. Алексу оно вообще показалось ужасно скучным. Он не чувствовал ни удовлетворения, ни торжества справедливости, ни злорадства. Постаревший, но не сломленный Дамблдор, прикованный к креслу подсудимого, вызывал лишь брезгливую жалость. А так… Череда самых разных свидетелей и длинный список преступлений.       Через долгие шесть часов произнесено долгожданное: «Виновен!» и «пожизненное заключение в Нуменгарде», после чего все начали расходиться. Том первым делом отправился в Слизерин-касл. Чуть позже к нему присоединились Алекс, Сириус, Снейп и Малфой.       — Ну, с победой нас! — поднял первым бокал Том.       Они расположились в Малой столовой. Том решил, что с самыми близкими людьми можно обойтись и неформальной обстановкой. Все насыщались прекрасными блюдами и вели ничего не значащий разговор. И пили. Никто не собирался напиваться, но напряжение никак не снималось. Видимо, поэтому к концу ужина все были немного пьяны. Потом дружной компанией переместились в маленькую уютную гостиную и продолжили там. Постепенно общий разговор прекратился. Малфой под воздействием алкоголя, не иначе, объединился с Блэком, и теперь они вдвоём пытались в чём-то убедить Снейпа. Сидящие на диване Том и Алекс не особо вслушивались. Алекс задумчиво смотрел на горящий камин, изредка отпивая из своего бокала. Том же, не отрываясь, смотрел на Алекса. Они даже не сразу поняли почему стало так тихо. Спорщики, не обращая на них внимание, ушли выяснять отношения. Алекс отставил пустой бокал и расслабленно откинулся.       — Ещё налить? — немного хриплым голосом спросил Том.       — Не стоит. Иначе я стану бессознательной тушкой.       — Сегодня особенный день. Если есть желание напиться до бессознательного состояния, то почему бы и нет? Твой отец пошёл доказывать, что зелья круче колдовства. Малфой и Блэк решили во что бы то ни стало доказать обратное. Ничего они друг другу не докажут, но хоть нервы успокоят, пар выпустят.       — А как ты считаешь, кто из них прав?       — Никто. Одними зельями всех проблем не решишь, как и колдовством. Нужно подбирать наиболее подходящие комбинации. И совершенно не важно, чего хочешь добиться: убить или вылечить, построить или разрушить.       — А артефакты? — Алекс встал и по-кошачьи гибко потянулся.       — Артефакты позволяют закрепить результат. И ты прекрасно это знаешь.       Том жадно проследил за каждым движением желанного тела и неожиданно оказался рядом. Алекс слегка насмешливо смотрел на него горящими глазами, отчего сразу становилось понятно: специально провоцировал. Том, недолго думая, на провокацию поддался. Подтянул к себе ближе и впился в тонкие губы нетерпеливым поцелуем. С того самого раза в дуэльном зале ничего подобного не повторялось. Им просто было не до встреч наедине. Несколько раз Том отлавливал Алекса после очередной тренировки с Блэком, но дальше страстных поцелуев дело не зашло. И теперь они оба не сдерживались. В какой-то момент до Тома дошло, что если сейчас не прерваться и не переместиться, то частично расстёгнутая одежда просто окажется где-нибудь в стороне, а сами они на ковре. Ломиться, конечно в Слизерин касл никто не будет, но Малфой со Снейпом могут нагрянуть. Идти до хозяйской спальни тоже далековато, поэтому Том просто покрепче прижал к себе Алекса и аппарировал их прямо на кровать.       Алекс не сопротивлялся. Он пил сегодня только вино. И сейчас уже не волновался, а также был в меру расслаблен. Зачем напрягаться, если Тому так нравится покорность, а ему хочется прочувствовать всё от начала и до конца? Том, похоже, это понял. Поцелуи стали нежнее. Руки распаляли и ласкали, пытаясь попутно снять мешающую одежду. Запутавшись окончательно в слоях тонкой ткани, Том раздражённо зашипел и испарил всю одежду заклинанием.       Разгорячённая кожа Алекса соприкоснулась с прохладной Тома. В свете магических свечей стали поблёскивать чешуйки. Алекс, как заворожённый, разглядывал проявившуюся местами чешую и отливающие красным глаза. И это его только сильнее заводило. Окончательно он признал себя извращенцем, когда между губ Тома мелькнул раздвоенный змеиный язык.       Тому, похоже, такая реакция понравилась, раз он не спешил брать себя в руки и прятать свою сущность. Длинный змеиный язык прошёлся по шее, приласкал ключицы, слегка подразнил соски. Не торопясь, с чувством. Алекса уже потряхивало от нахлынувших чувств. Скользкий язык пощекотал живот и медленно облизал колом стоящий член.       Алекс застонал в голос. Змеиный язык не только длиннее, но и намного гибче человеческого. Том какое-то время развлекался то оплетая чувствительную головку языком, то щекоча самым его кончиком щёлочку. А налюбовавшись мечущимся в исступлении парнем, медленно насадился ртом на его член.       Алекс чуть не кончил от такого, но Том не позволил. Так не интересно. Но поторопиться следовало бы. Поэтому тут же применил невербальное беспалочковое Очищающее и наколдовал смазку. Она получилась холодноватой, но для первого раза такая очень даже подойдёт. Алекса подкидывало от сильных эмоций. Холодная смазка слегка притупила чувствительность, горячий рот успешно отвлекал от несколько неприятных ощущений от проникающих внутрь пальцев.       Том очень хотел сделать всё медленно и вдумчиво, но остро реагирующий на его ласки Алекс не дал ему такого шанса. Поэтому пришлось плюнуть на тщательную подготовку, обойдясь большим количеством смазки и дополнительным заклинанием, расслабляющим мышцы. Ощущения, конечно, будут немного смазанными, но уже невыносимо терпеть.       Алекс с трудом смог сфокусировать взгляд. Перед глазами вспыхивали разноцветные круги, в ушах звенело. Том посмотрел ему в глаза, нежно поцеловал и плавно вошёл. Заклинание расслабления подействовало, как надо, и сопротивления Том не почувствовал. Алекс слегка поморщился от небольшого дискомфорта, но почти сразу же повёл бёдрами, напрашиваясь на продолжение. Том одобрительно зашипел и начал неторопливо двигаться, подыскивая нужный угол проникновения.       Хватило трёх попыток. Алекс судорожно вздохнул и выгнулся, сильнее цепляясь за плечи жениха. Больше Том не сдерживался, сильными всё ускоряющимися толчками доводя Алекса до экстаза. Им обоим нужно было совсем немного. Том что было сил стиснул на мгновение отключившегося парня и позволил им обоим без сил упасть на кровать. Алекс милостиво позволил Тому почистить их и укрыть одеялом и только потом уснул. Довольный Том собственнически обнял его и последовал заразительному примеру.       Утро наступило поздно. Когда Алекс открыл глаза, был почти полдень. Том полулежал рядом и откровенно его рассматривал.       — Доброе утро.       — Ещё-о у-утро? — сладко зевнул парень.       — Пока да, — со странной интонацией в голосе ответил Том и замолчал на какое-то время.       — Что?       — Ничего особенного, — Слизерин усмехнулся и потянулся к тумбочке. — Это тебе. Примеришь?       В его руке была чёрная бархатная коробочка с двумя изящными кольцами.       — Красивые, — оценил Алекс, взяв коробочку в руки. Потом подумал о чём-то, захлопнул коробочку и сказал ничего не понимающему Тому: — Может не будем так спешить?