Принц или укрощение строптивого

      Арест Рона Уизли получил большой резонанс у обывателей. Да и скандал с Дамблдором ещё не забылся. Газеты вываливали на читателей факты и предположения в огромных количествах. Отдельные личности в своих статьях искали скрытые мотивы и старались докопаться до первопричин. И всё опять сводилось к Дамблдору. Многие вспомнили его способность уговаривать и убеждать. Очень многие. Каждый более-менее значимый человек Магической Англии обнаруживал влияние Дамблдора в своей карьере, а иногда и жизни.       Семейству Уизли тоже досталось. Прошлись и по родителям, непонятно зачем нарожавшим столько детей, и по старшим братьям, делавшим жизнь младшего сына Уизли крайне сложной. Обноски вместо нормальной одежды, подержанные учебники, чужая палочка на первом курсе, чувство собственной ничтожности на фоне своих старших братьев, недостаток внимания родителей — всё вместе складывалось в неприглядную картину. Рон был именно порождением своей семьи — озлобленный, завистливый, не верящий в собственные силы и подверженный влиянию. Дамблдор, обративший внимание на никому не нужного мальчишку, оказался именно тем, кто с легкостью мог управлять им.       Артуру Уизли стало сложно работать. Осуждающий шепот преследовал его повсюду. Казалось бы, все всё знали и до статей. Все видели, как они живут и какие отношения у них в семье. Уизли, все вместе и по отдельности, были знакомы очень многим. Но стоило только их имени появиться в газетах, и у людей будто глаза открылись. Обвинения в пренебрежении собственными детьми очень многие спешили высказать. Молли вообще старалась не выходить из дома. Даже разразившийся много лет назад скандал после их свадьбы не был столь болезненным. Удивительно, что на фоне общей истерии, Перси никто не спешил обвинять. Но тут сработала его репутация. Перси всегда был исполнительным, дотошным и правильным до занудности. Многие помнили его правильность ещё со времён учёбы в Хогвартсе. Работая в Министерстве, он только подтвердил это. Впрочем, Билл и Чарли тоже остались не затронуты скандалом. Но они и не жили в Англии. Чарли уже много лет не выезжал из румынского заповедника, делая там успешную карьеру, а Билл после женитьбы недолго задержался на родине, переехав во Францию.       Рон не знал всего этого и был удивлён угнетённым состоянием родителей, когда им всё-таки удалось добиться свидания. Он ошарашено слушал причитания матери, удивлённо рассматривал сильно постаревшего отца. И был крайне возмущен, когда ему всё рассказали. Он ведь хорошо знал многих из тех, кто сейчас плевал вслед его родителям и поносил его недалёкость и внушаемость. Никто и не думал как-то намекнуть той же Молли, что они не правы. Даже те, кого Уизли звали друзьями. Никому и в голову не пришло помочь им или хотя бы дать совет. Зато после выхода статей… Нет, с этим миром что-то не так. Как жаль, что планы Дамблдора не осуществимы! Он бы точно такого не допустил!       Суд на фоне всех этих потрясений прошел буднично. Улик было много, свидетелей тоже нашлось немало. Рон был обречен. Настоящей сенсацией стали Том и Алекс. Во-первых, они пришли вместе. Алекс и не пытался скрыть ни своё отношение, ни кольцо, свидетельствующее о помолвке. Во-вторых, Том не прятал шрамы и крайне доверительно опирался на Алекса. Если их отношения до недавнего времени были лишь слухами, то сейчас они выставили их напоказ на радость журналистов. Рон, практически не слушавший обвинений и выступлений свидетелей, прожигал их полным ненависти взглядом. И молчал. За все время ни слова не сказал, позволяя адвокату говорить всё необходимое. Даже после вынесения приговора он всё также молчал, не переставая зло смотреть на тех, кого считал виновниками своих неудач.       В Слизерин-касл Том и Алекс возвращались в компании самых близких людей: Снейп, Блэк, и Малфои. Когда все разместились в ближайшей гостиной, а эльфы подали алкоголь с закусками, Люциус заговорил:       — Как впечатление?       — Ты про что? — посмотрел на него Том.       — Про суд и реакцию на ваши отношения. Я думал, вы там воспламенитесь от взглядов Уизли, да и остальные больше на вас смотрели, чем на подсудимого.       — Завтра выйдут статьи, что обеспечит ещё больше взглядов и разговоров. Вот только Уизли… Рональд так ничего и не понял. Дамблдор для него по-прежнему остался едва ли не богом. Даже жаль его. Не глупый ведь парень. Родителей вот его совсем не жаль. Над ними ведь посмеивались ещё когда они поженились. И шептались. Но они всё пропускали мимо ушей. Как же! У них любовь, а мнение остальных не важно. Зачем столько детей. Если сил и времени на всех не хватает?       — Дочь хотели, — вставил Алекс.       — Ты серьёзно?       — Абсолютно. Рон как-то проговорился. Он случайно подслушал разговор матери с тётушкой Мюриэль. Молли оправдывалась, что просто хотела девочку. По их словам было ясно, что Рон просто лишний. Старшие братья у него все как-то выделяются. Билл — достаточно сильный магически и хитрый, чтобы работать с гоблинами. Чарли физически сильный и его любовь к животным привела его в драконий заповедник. Перси — умный. Близнецы — обаятельные и талантливые. Джинни даже не упоминаю, она — единственная девочка. Рон на их фоне… никакой. Хотя действительно не глуп и вполне упорный. Я был его шансом хоть как-то выделиться, но не сложилось.       — Ещё и от близнецов ему больше всех доставалось. Перси мать всегда защищала, а к остальным и не лезли, — добавил Драко. — Мне его почти жаль.       — А ведь по-сути виноваты все. Хоть немного, но даже мы с Алексом. Каждая мелочь вела именно к тому, что произошло.       — Да ты у меня фаталист! — невесело усмехнулся Алекс.       — Выходит так. Люциус, что там в Министерстве?       — Довольно спокойно. Возмущённые письма ещё приходят. Аврорат возвращается к нормальной работе. Но все, кто поддерживал Дамблдора, под негласным наблюдением.       — Это хорошо. Отдохнуть надо после таких потрясений.       — А вам ещё и восстановиться, милорд.       — За это я даже не переживаю. Алекс с Северусом об этом позаботятся.       После недолгой и спокойной беседы все разошлись. День действительно был полон неприятных эмоций.

***

      Постепенно жизнь возвращалась к прежнему неторопливому ритму. Люди успокаивались, перестав заваливать Министерство письмами. Том активно восстанавливал силы, собираясь вернуться в Хогвартс к началу учебного года. Алекс разрывался между Томом, работой в Хогвартсе и новым проектом. Даже рядом с Томом он что-то рассчитывал и листал справочники. Иногда к нему присоединялся Драко. Несколько раз они консультировались с Северусом. Том с интересом наблюдал.       — Чем вы с Драко так увлечены?       — Пытаемся создать артефакт.       — Какой?       — Защитный. Вроде тех, что мы делали для домов, но для людей.       — Ничего себе! Только расчетов не на один месяц.       — Знаю. Но попытаться стоит. Драко прикидывает какие ритуалы нужны. Отец подсказал, какие зелья могут помочь. Должно получиться.       — По-моему, вы на одном упрямстве его сделаете.       — Не преувеличивай. У нас уже начало что-то вырисовываться. Драко подбирает ритуал для создания основы.       — Что хотите взять для основы?       — Медальон. По расчетам лучше всего серебро подходит. Но не исключено, что придется просчитывать количество и состав примесей. Ну и камни подбирать нужно будет тщательно.       — Сложно. Даже не представляю, как вы собираетесь совместить столько переменных.       — Ничего, так интересней.       — И не поспоришь. Между прочим, создание такого артефакта поможет тебе стать мастером*. И, несомненно, прославит.       — Я тоже об этом думал. И Салазар со мной согласен.       За работой время летело быстро. Тому становилось лучше с каждым днём. За две недели до начала учебного года он стал приходить в Хогвартс на короткое время, постепенно втягиваясь в работу. Целители даже и не думали возражать. Немного подкорректировали список зелий и наказали не переутомляться. Шрамы не уберешь, это бесспорно. А остальное поправимо.       Шрамы Тома не беспокоили. Немного тянуло кожу, но Снейп сварил смягчающую мазь, которая устранила проблему. Алекса обновленная и уже не такая привлекательная внешность жениха не пугала. Коллеги привыкли быстро и уже не обращали внимание. Да и в целом на виду оставались шрамы только на щеке, остальное легко скрывалось одеждой. И всё же Тому хотелось проверить реакцию незнакомых с ним людей. Вместе с Алексом они сделали вылазку сначала в Хогсмид, а потом на Косую аллею. Да, пялились и шептались, но в обморок никто не упал. Дети его лица не пугались. Грюм пострашней будет и ничего, не прячется.       Алексу эти вылазки немного попортили нервы. И дело было не во внешности. У Дамблдора остались последователи. Уизли тоже не внушали доверия. Но страхи оказались надуманными. Министерство работало прекрасно, стараясь максимально обеспечить людям комфортную жизнь. Даже самые преданные Дамблдору люди это понимали. Да, у власти почти одни тёмные маги и чистокровные. Да, лорд Слизерин, скорее всего и есть Волдеморт. Вот только жизнь становилась всё лучше. Некоторые маглорождённые пытались возмутиться, когда не получили желаемую работу, но им быстро и доходчиво объяснили в чем они хуже чистокровных кандидатов. Парочка самых упёртых просто ушли с гордо поднятой головой, а остальные отправились домой с мыслью пойти на недавно открытые при министерстве курсы с целью пополнить знания и приобрести необходимые навыки. Теперь это было доступно всем желающим.       В последний выходной перед началом учебного года Том и Алекс решили прогуляться по магловскому Лондону. К приезду учеников всё было готово, а с мелочами могли справиться и деканы. Прогулка принесла весьма неожиданную проблему. Они неспешно пообедали в уютном кафе. Прогулялись по узкой старинной улочке и направились в Хэмпстед-Хит*. Этот парк был недалеко и, к тому же, там не было столько людей с детьми, как в других парках. Обсуждая открытие магазина артефактов, они продвигались по мягкой траве. Их беседу прервал детский крик.       На берегу пруда за небольшим холмом обнаружились трое мальчишек. Двое постарше — лет девяти — настырно подталкивали к воде мальчишку лет шести на вид. Ребёнок отбивался и отходил от воды. Со стороны это смотрелось как обычная хулиганская выходка, если бы не их разговор.       — Давай же, Чарли!       — Не надо, пожалуйста, я воды боюсь. И тут глубоко.       — Да чего тебе бояться? Мутанту вроде тебя вода не должна быть страшна. Если уж ты летать без крыльев можешь, то это — сущий пустяк. И поторопись, нам ещё парочку вещей проверить надо. Может, ты и в огне не горишь?       — Вы совсем уже что ли? Что я вам сделал?       — Да ничего с тобой не будет. Заодно потренируешься. Способности, знаешь ли, развивать нужно.       — Пустите!       — Не ори, а то придёт кто-нибудь и эксперимент испортит.       Не выдержав, один из малолетних экспериментаторов скинул Чарли в воду. Тот только и смог коротко вскрикнуть, прежде чем пойти ко дну. В этом месте действительно было глубоко для шестилетнего. Алекс подскочил и выхватил мальчонку за руки. Том, понимая, что не успеет схватить рванувших хулиганов, поднял было палочку, но не рискнул произнести хоть какое-то заклинание.       Чарли дрожал и ревел в голос, вжавшись в Алекса. Плюнув на риск быть замеченным, Алекс просто трансфигурировал из лежавшего на берегу камня теплый плед и укутал им мальчика. Тот от неожиданности даже замолчал и смотрел на своих спасителей большими круглыми от удивления глазами.       — А откуда… это? Такой плед под курткой не спрячешь, он большой.       — Считай, что это фокус. Ты ведь Чарли?       — Д-да.       — Я Алекс, это Том. А эти юные экспериментаторы кто?       — Стив и Мэтью. Стив мой кузен. А Мэтью его лучший друг.       — Ясно. Родители твои где?       — В Эдинбурге у тётушки Марион. Она заболела, а мне в школу идти. Вот и оставили у дяди. А тут Стив.       — Ясно. Пошли к твоему дяде разбираться. Тут недалеко, я полагаю?       Идти действительно оказалась недалеко. Пришли они к респектабельному белоснежному дому. Чарли, немного побаиваясь, провёл их к квартире на первом этаже. Дверь открыл респектабельный мужчина, внешне похожий на Стива. Он удивлённо оглядел пришедших, вздохнул и пригласил всех в дом. Мужчина провел их в уютную гостиную, где уже сидели Стив и Мэтью. При виде вошедших мужчин они заерзали на большом кресле, на котором сидели.       — Дерек Томпсон, — представился он.       — Томас Слизерин, — ответил Том, — и Алексис Принц.       — Что произошло? Что-то мне подсказывает, что Чарли не сам упал в пруд.       — Не сам. Ваш сын с другом решили провести какой-то эксперимент. Они с чего-то решили, что Чарли не должен утонуть, несмотря на то, что не умеет плавать.       — Стивен, я тебя предупреждал. Мы поговорим об этом позже, — строго обратился Томпсон к сыну. — Иди в свою комнату. Мэтью, возвращайся домой. Вечером я хотел бы поговорить с твоими родителями.       Стив и Мэтью обречённо поднялись и, попрощавшись, ушли. Что удивительно, Чарли боялся глаза поднять, ещё плотнее кутаясь в плед. Томпсон, оценив реакцию мальчика, несколько колебался, прежде чем спросить:       — Они ничего странного не говорили во время этого… эксперимента?       — Стивен назвал Чарли мутантом.       — Понимаете…       — Кажется, понимаю, — прервал его Том. — С Чарли случилось что-то необычное?       — Да. Стивен и Мэтью… Они не хотели навредить. Но их исследовательский пыл иногда приводит к нехорошим результатам. Они решили создать свой парашют. И посчитали Чарли, как самого лёгкого, самой подходящей кандидатурой для проверки опытного образца.       — Скинули его с высоты?       — Да, с крыши. Парашют ожидаемо не раскрылся. Но вместо того, чтобы упасть и сломать себе ноги, Чарли плавно, словно птица, спустился вниз. Честно говоря, я этого испугался больше, чем его возможной травмы или смерти. Радует уже то, что никто этого не видел. Он и сам не может это объяснить.       — И неудивительно. Обычным людям такое сложно понять.       — Обычным? — с надеждой и любопытством посмотрел на Тома Томпсон. — Вы тоже…       — Да. Но мы не мутанты, а волшебники. И Чарли волшебник.       — Волш… Вы не шутите?       — Какие уж тут шутки. Но я думаю, небольшая демонстрация вас убедит лучше. Чарли, ты не возражаешь? Волшебство никакого вреда тебе не принесёт.       Чарли медленно кивнул, не в силах и слова вымолвить.       — Встань, пожалуйста, и положи плед.       Том достал из рукава палочку и несколько раз взмахнул, тихо шепча заклинания. Одежда Чарли высохла, очистилась и разгладилась. Оба магла выглядели ошарашенными. Потом Чарли о чем-то задумался и воскликнул:       — Так вот откуда взялся плед! Вы его наколдовали.       — Совершенно верно, — улыбнулся Алекс и вернул камню его первоначальный вид. — Это называется трансфигурация.       — Здорово! А я так смогу?       — Конечно сможешь! Только нужно будет немного поучиться. Школа в Великобритании всего одна — Хогвартс. Когда тебе исполнится одиннадцать лет, тебе придёт приглашение. Мистер Томпсон…       — Зовите меня Дерек.       — Том, — кивнул Слизерин. — так вот, Дерек, постарайтесь донести до сына, что дар Чарли не сможет спасти его от всего на свете. Только опытные колдуны способны не тонуть и не гореть. И тем более не стоит стараться чему-то учиться самостоятельно. Говорить сыну о волшебниках или нет, решать вам. Но учитывайте, что по закону вы вообще-то не должны ничего знать. Тем более говорить кому-то постороннему. Но я не хочу стирать вам память, особенно в отсутствие родителей Чарли. Мальчику нужен хоть один взрослый, к которому он может обратиться.       — Вы можете стереть мне память?       — И не только. С помощью магии можно сделать очень многое. Например, мы позже вернёмся немного подкорректировать память Мэтью. Ему не положено ничего знать. Если вы решите, что Стивен не справится, то и ему тоже. Они не забудут, но будут думать, что парашют не выдержал у самой земли и поэтому Чарли не пострадал. Можно немного страха добавить, чтобы думали впредь. Если для вас слишком непривычно и тяжело хранить такой секрет, то и вам изменим воспоминания.       — Звучит жутко.       — Согласен, но это вопрос выживания. Никто из магов не хочет второй волны инквизиции. Обычных людей слишком много, чтобы надеяться на победу в случае войны.       — Я подумаю над вашими словами, — после паузы сказал Дерек.       — В таком случае, мы вас оставим. Обдумайте всё как следует. Когда к вам прийти снова?       — Через неделю, пожалуй. Я позвоню брату и попрошу приехать. У него и его жены наверняка будут вопросы. А им нужно будет уладить некоторые вопросы. И дорога займёт какое-то время.       — Хорошо. Через неделю часа в три мы подойдём.       Неделю спустя проблема была решена. Память пришлось изменять только Мэтью. Родители Чарли, Джейн и Майкл, оказались приятными людьми. Способности сына отторжения у них не вызвали.       — Жаль, что мы не можем с вами связаться. Я так понимаю, чудеса ещё будут случаться? — вздохнула Джейн.       — Такие выбросы магии случаются от сильных эмоций, соответственно ещё будут. Пока помните, что ребёнок не может сдерживать свою магию. Более того это очень вредно. Сейчас вам действительно не с кем посоветоваться, но этот вопрос решается. В Министерстве Магии решено создать отдел, отвечающий за таких, как Чарли. Мы будем отслеживать детей с даром, и помогать в случае необходимости. А у родителей появится возможность позвонить, чтобы проконсультироваться или обратиться непосредственно за помощью, в случае необходимости.       — Вы больше не придёте? — грустно спросил Чарли.       — А ты хотел бы? — удивился Алекс.       — Конечно. Вы же настоящие волшебники! И вы меня спасли.       — Ну, приходить у нас, скорее всего не получится, — хитро улыбнулся Том, — но когда ты пойдёшь в Хогвартс, мы обязательно встретимся.       — Вы учителя? — поинтересовался Майкл.       — Нет. Я — директор. А Алекс — штатный артефактор.       — Целый директор? Здорово! А кто такой артефактор? * Я поняла, что поторопилась делать Алекса целым мастером. Пусть будет талантливым подмастерьем.