Не может быть!
24 июня 2017 г., 20:12
— Шурочка, я уезжаю, меня сегодня уже не будет. — обратился Роман к своей секретарше. — Дождитесь, пожалуйста, звонка от поставщика фурнитуры и скажите, что его примет Милко в понедельник. Меня не будет на месте, так что пусть всё с ним обговаривает. Поставщик обещал позвонить в течение часа. Дождётесь звонка и можете идти домой, остальных я уже отпустил. И ещё, — Рома достал из портфеля тонкую стопку бумаг и протянул Шуре, — передайте счета-фактуры Светлане.
— Хорошо, Роман Дмитриевич. — сказала Шура, как всегда мило улыбаясь своему любимому начальнику. — Роман Дмитриевич, постойте! — крикнула она вслед Роме, который ещё не успел дойти до выхода из приёмной. — Кира Юрьевна звонила, хотела с вами поговорить.
Улыбка сразу сползла с лица Ромы и его выражение стало каменным.
— И что вы ей сказали?
— Вы были на совещании, я сказала, чтобы она связалась с вами позже.
— Хорошо. Шура, отныне я всегда на совещании для тех, кто звонит не по работе, договорились?
— Хорошо, но… Кира Юрьевна наверняка и звонила по работе. — Шура явно была растеряна из-за резкой перемены настроения шефа.
— Кира Юрьевна в отпуске! — рявкнул Рома. — Так что ей незачем звонить по работе, а трепаться мне некогда.
— Хорошо, Роман Дмитриевич, я вас поняла.
— Спасибо, Шура.
Роман вышел из приёмной, стараясь не хлопать дверью, чтобы не напугать бедную Шурочку. Она же не виновата, что их «отношения» с Кирой не задались.
Пока спускался в гараж, немного успокоился. Вчера они с Кирой снова поругались, на этот раз из-за того, что Роман соизволил явиться вечером без приглашения. В этот раз у них даже до секса не дошло. «Сюрприз, блин, удался!» — думал Рома, вспоминая вчерашнюю тираду на тему «Приличные люди, обычно, звонят, прежде чем припереться в чужую квартиру». Ромку это так разозлило, что он хлопнул дверью прямо перед носом своей «благоверной», не сказав ни слова. Весь вечер он наивно полагал, что она, наконец, оставит его в покое и перестанет мучить. И что теперь? Она уже с утра названивает ему на мобильный. Вон, даже в «Зималетто» догадалась позвонить.
Он очень хотел быть с этой женщиной, но отношения с ней его убивали. После каждой новой ссоры становилось так больно, что он уже начал подумывать, а не составить ли ему компанию Жданову на соседней койке. Теперь он понимал друга, как никто другой. Душевная боль — хреновая штука.
Звонок мобильного, вырвал Романа из раздумий, и только сейчас он заметил, что едет слишком быстро. Сбавив скорость, он посмотрел на дисплей. «Ну, конечно, кто же ещё?» Раздражённый вздох разнёсся по салону, хотелось выкинуть этот телефон в окно. Но почему-то что-то сподвигло Романа нажать на зелёную кнопку.
— Я занят, не могу говорить. — прошипел он в трубку.
— Нет уж, дорогой, ты меня выслушаешь! — выкрикнула Кира так, что у Романа ухо заложило. — Почему ты целый день не отвечаешь на мои звонки?!
— Я занят, Кира! — ответил он уже громче.
— Знаю я, чем ты занят! А точнее кем! С очередной молоденькой стервой спутался, ведь так?
— Кира, не устраивай истерик!
— То есть, я теперь ещё и истеричка?! Прекрасно! Просто замеч…
— Так, а теперь послушай меня! — Рома взорвался. — Во-первых, я действительно занят, и если бы кое-кто соизволил выходить на работу хоть изредка, то был бы в курсе всех дел, и не компостировал бы мне мозг! А во-вторых, дорогая моя, ты не имеешь никакого права требовать от меня каких-то объяснений! Я не обязан перед тобой отчитываться за свою личную жизнь! Ты мне не жена!
— Малиновский…
— И хватит доставать меня своими истериками! Я на такое не подписывался! Если ты помнишь, я хотел всё закончить, но тебе это было не в угоду! Так что не надо мотать мне нервы! Блин, теперь я понимаю Андрея. Ты же его всю жизнь посла, как барана на пастбище! А теперь за меня взялась? Нет уж, я тебе такой радости больше не доставлю! И заешь что, если бы я хотел потешить своё либидо, я нашёл бы бабу поспокойнее.
— Ах, вот как ты теперь заговорил! — сказала Кира уже тихо, но очень зло. — Тогда между нами всё кончено!
— Прекрасно! — выкрикнул Малиновский в трубку и тут же нажал «отбой».
***
— Вот как-то так у нас обстоят дела. — закончил Малиновский свой рассказ. Было очень сложно рассказывать всю правду о «Зималетто» Жданову. Дураку было понятно, что он решит тут же сорваться с постели и всеми силами пытаться исправить ситуацию. Плюс ко всему, он очень сильно винил себя во всём происходящем. — Болван! Какой же я болван! Кретин! Идиот! — сокрушался Андрей, хватаясь руками за голову. — Я же мог это предвидеть! Дела у нас и так шли не очень, а я взял и свалил! Наплевал на всё! А теперь даже пальцем пошевелить не могу, чтобы что-то сделать! — Жданов, успокойся! — громко сказал Ромка, чтобы Андрей не смог его перебить. — Возьми себя в руки! Всё будет в порядке, я тебе обещаю. Я вытащу компанию из кризиса, чего бы мне это не стоило. — Малина, скоро меня отсюда выпустят? Я уже в порядке! — Я сейчас зайду к главврачу и всё узнаю. Андрюх, — Роман сочувственно похлопал друга по плечу, — не переживай, ладно? Доверься мне. Андрей улыбнулся и согласно кивнул. — Андрюх, слушай, у тебя нет ничего перекусить? А то я с утра на ногах, до сих пор ни крошки во рту не было. — Загляни в тумбочку, там вроде была пара апельсинов. Малиновский открыл тумбочку и присвистнул. — Да у тебя тут целая Ленинская библиотека! — усмехнулся Рома, разглядывая огромные стопки газет и журналов. — Жданов, что за макулатура? — Хм, это, наверное, медсестра убирает. — усмехнулся Андрей, заглядывая в тумбочку. — Видимо, после того, как я устроил здесь разгром, она решила убирать всё лишнее с тумбочки. Вон, даже вазу с цветами убрала. — Я смотрю, не часто ты в тумбочку заглядываешь. — А мне незачем. Еду мне приносят на завтрак, обед и ужин, всё, что не съедаю, в холодильнике храню. А прессу иногда приносят при мне, я читаю и сразу выбрасываю. — Жданов пожал плечами и кивнул на тумбочку. — Это хламьё тоже нужно утилизировать, только место занимает. — Окей, всё заберу с собой на выходе. — смеясь, Ромка достал одну из стопок и начал перебирать журналы, рассматривая их. Он практически не всматривался в текст, больше рассматривал картинки, но вдруг взгляд зацепился за что-то очень знакомое. Глаза его расширились, когда он прочёл: «Виноградова & Пушкарёва — великий тандем! Интервью с пиарщицами». Пальцы лихорадочно стали перелистывать страницы, пока глаза не наткнулись на знакомое лицо. Юлиана выглядела как всегда очаровательно, но сейчас Малиновского волновало другое лицо, вечно обрамлённое детскими косичками. Пушкарёвой не было на фото. Он снова и снова вглядывался в текст, пытаясь понять, не ошибся ли он. Нет. Фамилия Кати была обозначена не раз и даже не два. «Но если интервью брали у неё, где тогда фото?» Глаза Малиновского снова вернулись к фотографиям. — Эй, Малиновский! — окликнул друга Андрей. — Ты что там такое разглядел? — А? — Рома на минуту вернулся в реальность. — Что, говорю, рассматриваешь? Или кого? — Да так… знакомого увидел. Взгляд снова принялся изучать фотографии. «Где же Пушкарёва? Ну, нет же её здесь, нет! Так, а это что за красотка рядом с Юлианой?» Казалось, глаза Малиновского вот-вот выпрыгнут из орбит. На него наконец снизошло озарение. — Не может быть! — Ром, всё нормально? — Жданов обеспокоено посмотрел на друга. — Да, всё в порядке! — Малиновский поспешил закрыть журнал и решил ретироваться. — Слушай, Андрюх, я пойду уже, наверное. Пойду, узнаю, когда тебя отсюда можно забирать и поеду в «Зималетто». — Ну, ладно, до скорого. — Ага, пока. — Рома схватил стопку «макулатуры» и поспешил скрыться за дверью.***
— Виталя, у меня к тебе есть очень большая просьба! — Малиновский влетел в кабинет главврача, как фурия. — Ну, для начала, привет, мой дорогой друг! — поприветствовал Рому главврач, а по совместительству — друг детства. — Здорово. — опомнился Рома и протянул другу руку. — Ну вот, пошёл диалог. Теперь садись, глубоко вдохни и изложи свою просьбу спокойно. — Виталь, вот это больше не должно попасть в руки Жданова. — Рома положил на стол всё ту же стопку журналов и газет. — Ты хочешь, чтобы я лишил его увлекательного чтива? — Я серьёзно, не хохми. — Ну ладно, ты хотя бы можешь объяснить, почему я должен это делать? — Слушай, это личное. Я не уверен, что имею право… — А как я, по твоему, должен потом Жданову объяснять, почему его лишили свежей прессы? По-любому он вопросы будет задавать. Так не легче тогда будет объяснить мне всё сразу, чтобы я как-то мог выкрутиться? — Хорошо. — Малиновский тяжело вздохнул и показал злополучное журнальное фото. — Помнишь, я говорил, что Андрей спился из-за бабы? Видишь фотку? — Да, Слава Богу, не ослеп ещё. Постой, это Юлиана что ли? — Да она, она. Не в ней суть. Смотри, рядом с ней девушка… — Ну, вижу и… постой, это та самая? Ждановская? Рома только кивнул и снова сделал глубокий вдох. — Слушай, так я его прекрасно понимаю. Если бы меня бросила такая красотка, я бы тоже спился. — Послушай, сейчас не до шуток, серьёзно. Там… в общем, там очень тёмная история, знать тебе её не обязательно. Сейчас главное, чтобы она не попадалась ему на глаза. Он только начал в себя приходить, вроде и забыл уже её. А если увидит или услышит снова… Короче, я боюсь необратимых последствий. — Окей, я тебя понял. Но, как я понимаю, она на Юлиану работает. Как ты собираешься скрывать её от Жданова, если они повсюду светятся? По тв тоже! Так может у него ещё и кабельное отключить? Да он тогда взвоет и на стену полезет! — На счёт телевизора не парься. А вот прессу ему больше не таскай. Если что, скажешь, что я распорядился, а там уже я сам выкручусь. — Хорошо, как скажешь. — Слушай, я чего зашёл то. Ты его ещё долго тут продержишь? — Андрея то? Ещё недельки две-три, не больше. — Слушай, а можно сделать так, чтобы больше? — Что? — Виталий явно был ошарашен таким вопросом. Ромка задумчиво выдохнул и потряс головой, словно отгоняя непрошенные мысли. — Нет, ничего. Это я так. Спасибо тебе! — Рома встал с места и пожал другу руку. — Я поеду. — Давай, удачи. Ромка гнал на всей скорости, но сам не знал куда. А в голове только: «Не может быть!» «Это не может быть она…» «Жданов сойдёт с ума!» Вдруг, как-то сразу, в голову пришло решение и Ромка затормозил у обочины, схватив в руки телефон. — Юлиана? Привет, очень рад тебя слышать! Слушай, у меня есть к тебе один вопрос… Уже через час Рома стоял на парковке у ресторана «Мармеладофф» и размышлял о том как себя вести и что сказать. Решив больше не мучиться неизвестностью, он решительно вышел из машины и направился ко входу в ресторан.
