На Бейкер-стрит не спят

Майкрофт вообще любил засиживаться допоздна за какой-нибудь умной книжкой. Настолько его это на сей раз затянуло, что он даже забыл закрыть у себя окно — а ведь на улице успела разбушеваться нешуточная гроза. Грохотало просто неимоверно громко, но разве может что-либо отвлечь Холмса от интересной книги? Его спокойствие внезапно прервал скрип давно не смазываемой двери. Майкрофт тут же встрепенулся, перевел взгляд на источник постороннего шума и увидел в дверях маленькую заплаканную девочку лет пяти-шести. — Шерлок? — вскочил из кресла мальчишка, подбегая к младшей сестре. — Ты почему не у себя? — Майкрофт, мне очень-очень страшно… — всхлипнула девочка, потянувшись к нему своими тонкими ручками. — Мне кажется, что этот ветер заберет меня. Он так задувает в окно… я хотела закрыть, но не дотянулась… мне очень страшно… — Ну что ты, как маленькая… пойдем, посмотрим, что там у тебя… — «Сколько раз нужно напоминать Элли, чтобы она закрывала окно на ночь? Будто в первый раз!» Майкрофт сжал ладошку сестры в своей, и они вместе миновали сеть темных коридоров. Шерлок всхлипывала и прижималась к брату, которому ничего не оставалось, кроме как еще крепче сжимать ее руку. В маленькой комнатке из-за ветра стало очень холодно, листики с детскими рисунками разлетелись со стола и сейчас устилали ковер. Майкрофт в очередной раз мысленно проклял рассеянную няню — ну куда смотрит-то? — Закрой глаза, — обратился он к сестре. Та молча повиновалась, не выпуская его ладонь. — Теперь представь, что все, чего ты боишься, уходит в это окно. Представила? — девочка кивнула. — Открывай глаза. А теперь давай мы его закроем… Мальчик без труда приподнял Шерлок, чтобы та дотянулась до ручки окна. Повернуть ее удалось с трудом, но все же удалось, и комната разом стала такой же теплой и уютной, как и всегда. — Не страшно? — Нет, — помотала головой девочка. — Тогда давай в постель. — Ты уходишь? — А не должен? — Расскажи мне историю. Майрофт усмехнулся: — Ну хорошо. Только ложись. Шерлок радостно рассмеялась и покорно нырнула под одеяло. — Только не про купца. — Почему? — Она мне не нравится. У нее плохой конец. — В жизни у всех историй плохие концы, малышка, когда-нибудь ты это поймешь. — Не хочу такое понимать. Я хочу, чтобы у моей истории был хороший конец. — Ты вырастешь и передумаешь. — Не хочу расти и передумывать. Хочу верить в хороший конец. — Что же, сохрани эту веру до конца. Так вот, давным-давно, в одном прекрасном королевстве… Майкрофт лишь с годами понял, что сам же в ней веру в хороший конец методично и губил. Но пока — здесь, сейчас, в комнате, освещенной мягким огоньком ночника, она — просто маленькая девочка, а он — просто любящий старший брат, сочиняющий восхитительные сказки на ночь. И ему это чертовски нравится.