Очарование

      Неделя заканчивается неожиданно быстро. Зеро кажется, что он не постиг и сотой доли величия Лилит, когда вынужден покинуть такой родной дом. Мастер не выходит их провожать, он не даёт им напутствий, только долго смотрит Зеро в лицо, прежде чем сказать: «Двери этого места всегда открыты для тебя».       Зеро кивает, не считая нужным уточнять, он знает, что знание и понимание придут к нему позже. Во всяком случае, надеется на это.       За пределами леса их уже ждёт извозчик. Экипаж, стоявший у самой кромки леса, черный с ярко выделяющейся серебряной нашивкой — гербом Гильдии. Недалеко от лошади стоит мужчина, Зеро не сразу узнаёт в этом охотнике Ягари Тогу. У Ягари нет правого глаза, а половину лица пересекают шрамы, которые со временем рассосутся.       Даже без одного глаза взгляд Ягари по-прежнему вымораживающий. Охотник смотрит хищно, с точным расчётом как быстрее снести тебе голову, ведь Тога не умеет прятать глаза, в отличие от Кросса. У Кросса глаза закрыты поволокой фальши и напускного тепла, за которыми прячутся острые грани клинков. Зеро не знает, кто из этих двоих опасней, но зарекается никогда не поворачиваться к ним спиной.       — Учитель, — склоняет голову Зеро, хотя в нём не осталось и сотой доли прошлого почтения, — рад видеть вас в добром здравии.       — Зеро… — задумчиво протянул Тога, но так ничего и не сказал.       Впрочем, слова Зеро и не были нужны.       Чем ближе подходил Зеро, тем больше лошадь нервничала. Она заржала и встала на дыбы, стоило Зеро только дотронуться до экипажа. Леви был подобным недоволен, раздражённо посмотрев на Ягари, он улыбнулся самой приторной улыбочкой, раскрывая веер.       — Ягари, — медово протянул он, — разве я не говорил взять обученную лошадь?       И хотя улыбка всё также застыла на лице Леви, сомнений в его злости не было. Зеро окинул лес безразличным взглядом и первым залез в экипаж. Он не желал видеть эти под ковёрные игры.       Откинувшись на жёсткое сидение, Зеро прикрыл глаза. Он не боялся того, что кто-либо из охотников попытается его убить, во всяком случае, не сейчас, когда он одна из многочисленных фигур Главы Гильдии. Зеро не обольщался, охотники по своей сути не слишком далеко ушли от вампиров. Будучи порождением запечатавших-свою-суть, охотники были жуткими монстрами, которых люди должны были бояться как огня, но… люди слишком сильно верят своим глазам.       Когда-то Зеро тоже был охотником, чистокровным, а значит сильным, быстрым, выносливым и в теории бессмертным, если смог бы достать кровь чистокровного вампира. Зеро был ужаснейшим из всех монстров, он был порождением родов Ли и Кирию, чище которых нет. Им с братом пророчили великое будущее, которого теперь уже нет.       Вязкую паутину мыслей Зеро обрывает Леви. Ли залезает в кибитку осторожно, боясь лишний раз потревожить правую руку, и Зеро глубже вдыхает ощущая тонкий аромат чужой крови.       — Дядя, — сухо говорит Зеро.       Почему-то каждая встреча с Леви оставляет горький привкус недосказанности и лжи, всё больше отдаляя их друг от друга. Ли видит это, но старательно не замечает, ему сложно отпустить зависть к Зеро и вину перед ним же, чтобы постараться вернуть хоть что-то.       — Ты очень похож на Риву, Зеро, — признается Леви, вот только Зеро с этим бы поспорил.       Зеро — это кривое отражение Ичиру, который, как две капли воды, похож на их отца. В глазах Зеро слишком много цвета, в его улыбках же наоборот слишком мало жизни, а в голосе слишком много плавных тягучих ноток. Но Леви видит совсем другое. Ли помнит Риву нескладным подростком, в глазах которой было слишком много зелени, и голос тогда её не был влекущим, а скорее усыпляющим, улыбки же, как и у Зеро, напоминали скрытую усмешки или оскал. Это гораздо позднее Рива завлекала зеленью глаз и медовым голоском, а за её улыбку были готовы убивать, но мало кто знал, что за закрытыми дверями она совсем не мелодично смеялась и злословила в сторону своих воздыхателей, отчётливо вспоминая, как совсем недавно они смеялись над ней.       — Вы ошибаетесь, дядя. Мы с Ичиру близнецы, а он был копией отца.       Леви молчит, только скрывает за веером собственную усмешку, он прекрасно знает, что у Ли рождаются только близнецы, «проклятые» близнецы, которые делят свои таланты напополам. Так Рива была талантлива в магии и алхимии, в то время как он бездарен в этом, а вот с охотой всё было с точностью наоборот.       — Я расспрашивал о твоих успехах в охоте у Ягари, и он хвалил тебя, пророча великое будущее. Моему удивлению нет предела, никогда не замечал у своей сестры подобных познаний в охоте, хотя со временем она и стала достаточно сильна, — Леви проглотил срывающееся с языка клеймо «посредственность».       — Откуда? — вопрос невольно вырвался у Зеро, и, заметив довольный блеск желто-зелёных глаз, едва не прорычал.       Отец Зеро, Массаши мечтал о том, что дети продолжат его дело, но будто в насмешку близнецы не оправдывали его надежд. Ичиру был слаб здоровьем и в понимание Массаши был бесполезен, а Зеро на тренировках никак себя не показывал, в отличие от близнеца. Им обоим хотелось признания отца, которое заработать они были не в силах, но безудержно стремились обрести. Так Ичиру сбегал из дома в надежде выследить и убить вампира, а Зеро в растроенных чувствах из раза в раз возвращался в лабораторию к матери, совершенствуясь под её чутким контролем.       — Я прекрасно знаю о нашем проклятье, — доверительно поделился дядя, будто бы кто-то ещё не слышал о «проклятых» близнецах. — А я ещё достаточно знаю о детстве Массаши, чтобы иметь представление о твоём близнеце. Твой отец, знаешь ли, был болезненным ребёнком, но как показало время туповатым он был всегда, раз так и не понял, что Ичиру был его отражением и продолжением.       — Так вот, что вы имели в виду, говоря, что я похож на маму.       Леви собрал веер, откинувшись на спинку сидения, он болезненно дёрнул плечом, оно всё ещё болело. Его желто-зелёные глаза внимательно всмотрелись в чужое лицо, но в набирающих силу сумерках охотник был не в силах его рассмотреть. Порой Ли не понимал себя, сидящий перед ним вампир был никем, но вместе с этим он оставался сыном его Ривы, которую Леви любил чуть больше чем просто сестру. И всё же то, на что шёл Леви, было немыслимо и неприемлемо и стоило кому-то в Гильдии об этом узнать, как ему не сносить головы.…       — Если ты хочешь о чём-то спросить, спрашивая. Боюсь больше, мы никогда не сможем нормально поговорить, — устало прикрыв глаза, сказал Леви.       — Зачем ты всё это делаешь?       — Возможно, потому что ты мой племянник и наследник Клана Ли?       — Или потому что всё случилось из-за Вас? Та вампирша, — Зеро никогда не произносил её имя вслух, — мстила Вам.       — Да. Это я убил вампира класса Е, Хибари Ямато, — сжав кулаки, ответил Леви. — Под твоим сидением папка с документами, забери её и никому не показывай.       Зеро плавно приподнялся и послушно достал папку, приподняв мягкую подушку. Он не решился открывать её, но уверенно засунул в дорожную сумку, что была при нём.       — Что там?       — Кое-какие документы, — неопределённо махнул рукой Леви, — моё завещание и разрешение на уничтожение Рода Хио.       Глаза Зеро взволнованно сверкнули красным, но сам он даже не заметил этого, крепче прижав к себе сумку, он перевёл взгляд на небольшое окно, где уже очень скоро стало видно знакомые дома. Город приближался, а вместе с ним на Зеро надвигались и давящие воспоминания прошлого.       — Приехали, — оповестил их о прибытии прокуренный голос Ягари.       Зеро встряхну головой, отгоняя призраков прошлого, и первым вылез из кибитки. Их не ждали, во всяком случае, во дворе дома их никто не встречал, а сделав несколько шагов вперёд лишь убедился в этом, почуяв в доме ублюдка Курана. Во всяком случае, Зеро хотелось верить в это, а не в то, что Кросс специально пригласил его, в надежде «примирить мальчиков».       В несколько шагов преодолев расстояние от экипажа до двери, Зеро распахнул дверь, столкнувшись с Кураном, а в следующую минуту что-то внутри Зеро натянулось и оборвалось.       Мастер умер.